Роковой замысел

Пятнадцать лет назад Джого впервые почувствовал сущность их Короля. Он сразу же понял, что проклятия подчинятся воле этого человека, его силе и могуществу. Количество проклятой энергии было едва заметным, но оно эхом разлетелось по миру проклятий. Все могли ощутить это на своей собственной шкуре, возвращение их Короля было вопросом времени. Джого никогда не забывал это чувство. С того момента, как оно коснулось его плоти, он осознал, что это станет целью его существования. # Тринадцать лет назад Джого ощутил это во второй раз. Он слонялся на окраинах своей территории в горах, в заброшенном храме, который называл своим домом. Люди не посещали его десятилетиями, и он был затерян в руках природы в том виде, как любил Ханами. Они вдвоем наслаждались спокойным днем ​​после удачной охоты — их желудки были набиты, у них больше не было иных дел, кроме как наслаждаться обществом друг друга. И затем он почувствовал приближение сущности Короля. Едва уловимое и слабое, но неповторимое. Но когда он выбежал наружу, его взору предстали они… Человеческая женщина со швами на голове. И держал её за руку отнюдь не Король Проклятий, а человеческий детёныш с заинтересованным взглядом и улыбкой до ушей. Женщина улыбнулась Джого и поклонилась. После секундной запинки, поклонился и малец. Детёныш. Проклятая энергия, сама суть души, была неповторимой и исходила от этого мальчишки. Джого уставился. — Что это? — спросил он. Женщина выпрямилась. — Ты достаточно силен, чтобы почувствовать это, не так ли? Душу твоего короля? — Это, — указывает он, широко раскрыв глаза и выражая негодование, — не мой король. — Конечно, это не он. — Она присела на корточки и погладила ребёнка по голове. — Но в нем находится его часть. — Это же… На его плечо легла рука. — Его родственная душа, — произнес Ханами на своем дурацком диалекте. И почему он всегда говорил в такой манере. Джого это дико раздражало. Но смысл сказанного дошел, и глаза Джого расширились. — Верно, — ответила женщина, — среди людей есть поговорка, что каждый носит в себе осколок души своего соулмейта. А потом она похлопала его по спине: — Не стесняйся, — проворковала она, — иди, поиграй. Детёныш взглянул на Джого с широко открытыми глазами, и тогда Джого заметил. Отметины его соулмейта. Похожие на рисунок второй пары век под глазами. Джого никогда не видел Короля Проклятий, но, как и большинство разумных проклятий, он знал, что тот был двуликим, у него были четыре руки. И четыре глаза. И он знал. Так же, как внутренне знал о том, что их Король скоро вернётся. Он просто знал это. — Это так. — сказал он, не в силах скрыть нотки благоговения в голосе. Неподалеку от него, Ханами шагнул вперёд. Он встал на колено перед Соулмейтом Короля, раскрыл ладонь и из его пальцев распустились цветы. — Ах! — Малец взвизгнул. Он смотрел то на человека, то на Ханами, широко улыбаясь. — Как красиво! Так они и провели день. Ханами играл с Соулмейтом Короля, а Джого разговаривал с его матерью, наблюдая за происходящим. — Его зовут Итадори Юджи, — сказала она, — он был создан, чтобы стать сосудом для Короля Проклятий. То, что он оказался его соулмейтом, произошло исключительно по воле судьбы. На её лице всегда была улыбка, спокойная и непоколебимая. — Зачем ты привела его к нам? — Спросил Джого, наблюдая, как Ханами усаживает юного Лорда Итадори к себе на плечи. — Моему сыну в будущем понадобится много союзников. У меня на него большие планы, данные мне связывающей клятвой с твоим королем. — Ясно, — Джого кивнул, — мы с Ханами ознакомим его с миром проклятий. Можешь оставить его здесь. Она рассмеялась. — К сожалению, люди не такие как проклятия, у них очень длительный период созревания, прежде чем они достигнут своих истинных возможностей. У него есть много потребностей, удовлетворить которые смогут только другие люди. Увидев хмурый взгляд Джого, она положила руку ему на плечо. Он отмахнулся, и она отпустила его. — Его отдадут, когда он станет достаточно взрослым. До тех пор я попрошу вас защищать его из тени. Вполне вероятно, что он привлечёт внимание проклятий более низкого ранга. — Почему бы просто не научить его защищаться? У него много проклятой энергии. Она рассмеялась. — Люди так уязвимы, а дети – особенно. Им нужны другие, чтобы защищать их, пока они не достигнут совершеннолетия. Джого усмехнулся. Человечество никогда не переставало разочаровывать его. — Подумать только, что Соулмейтом нашего Короля окажется такое низшее существо. Однако же, ему предначертано быть сосудом Короля, а значит, он должен вырасти могущественным существом. И тут к нему пришло озарение, сосуд и родственная душа в одном человеке казались ему нецелесообразным. — Не должны ли мы подыскать Королю новый сосуд? — Спросил он. — Чтобы он мог быть со своим соулмейтом? — Это будет решать Король Проклятий, — произнесла женщина, — связывающая клятва гласит, что человек, рожденный быть сосудом, должен оставаться им, если Король не решит иначе. — Понятно. # Господин Итадори часто наведывался к ним в гости со своей человеческой матерью. Они заходили, как по часам, на каждый день после полнолуния. Ровно до одного дня двенадцать лет назад, когда они пришли в последний раз. В то время как Господин Итадори оставался таким же, как и всегда, за исключением нескольких повязок на голове, а улыбка человеческой женщины стала более натянутой, холодной. — Проклятие заманило его в ловушку, пока он играл на улице, — сказала она Джого, в то время, как снаружи Ханами и маленький Господин плели цветочные венки, — у меня есть дела, я не могу постоянно следить за ним, а твоей защиты недостаточно. Джого возразил: — Я не знал. — Он склонил голову, стиснув руки в кулаки. Благодаря частым визитам Джого узнал, насколько хрупким был в то время маленький Господин. Мир проклятий был опасен для такого уязвимого создания. — Он мог умереть? — Да, — сказала она. — Он чуть не погиб. Я решила, что для него слишком опасно знать о проклятиях. Я собираюсь запечатать его проклятую энергию до тех пор, пока он не станет достаточно взрослым, чтобы защититься, или пока не восстанет Король Проклятий. Сердце Джого замирает. — Но это же значит, — он вскидывает голову, — что Господин Итадори не сможет нас видеть. Это разобьет Ханами сердце. Человеческая женщина улыбнулась, холодно, кротко и до ужаса злобно. — Это для его же блага. Кроме того, это расставание не навсегда, вы снова встретитесь в будущем. Прощание выдалось для Джого более тяжелым, чем он хотел бы признать. Похоже, даже он не смог устоять перед обаянием маленького Господина, которого так бережно любил Ханами. # Джого и Ханами присматривали за маленьким Господином на расстоянии. Хотя его проклятая энергия была запечатана, он все ещё содержал в себе сущность Короля. Это привлекало внимание различных проклятий. В основном глупых, которые были слишком слабыми и юными, чтобы понять связь, которую они ощущали с Соулмейтом Короля. От них было легко избавиться, и Джого погрузился в простую гармонию такой жизни, терпеливо ожидая возвращения их Короля. # Месяц назад Джого издалека наблюдал, как Господин Итадори проглотил палец Короля Проклятий. Он почувствовал тот миг, когда Король восстал. Всплеск проклятой энергии не был похож ни на что, что ему доводилось испытывать ранее. Рождение Господина Итадори было незначительным по сравнению с этим. Это было великолепно, и столь прекрасно, что он и словами выразить не мог. Абсолютная мощь и сила этого существа были изумительными. Он всем своим нутром чувствовал и знал, как знал Соулмейта Короля, что наступил век проклятий. # Вчера Джого стало известно о смерти Господина Итадори. Его рядом не оказалось. Джого перестал приглядывать за ним, когда Король занял свой сосуд, а Господин Итадори остался в окружении других магов. Нет, он, конечно, привык, полагаться на свои источники информации относительно новостей о маленьком Господине и Короле. Но тут он услышал механический голос одной из мух Мехамару, которая говорила, что Король Проклятий убил свой сосуд и родственную душу. Услышав об этом, Джого старался оставаться невозмутимым. Он должен был сохранять спокойствие ради своего соулмейта – ради Ханами. Ханами всегда был более мягкой душой. Он не наслаждался болью и смертью, как Джого. Он ценил жизнь, привязывался ко всякого рода растениям и животным. Так же, как он привязался к маленькому Господину. В их храме, вдали от глаз соратников, скорбел Ханами. И Джого захоронил всё это внутри: сбивающую с толку бурю от потраченных впустую лет и этого глупого мелкого детёныша, визжащего при виде красивых цветов. Он положил руку на плечо Ханами и просидел с ним всю ночь. # Сегодня Джого узнал, что человек со швами на голове, называющий себя Гето – тот, кто когда-то был матерью Господина Итадори. И Гето считает, что маленький Господин жив. А Джого хорошо знаком с этим человеком. Он знает, что даже родительская любовь не смогла бы пересилить методически бессердечные замыслы этого человека. Джого знает, что этому человеку известно то, чего не знает он сам. И… не исключено, что смерть Господина Итадори была инсценирована. Король обладает обратной проклятой техникой. Безусловно, он мог исцелить вырванное сердце. Сегодня Джого обещает Гето, что убьет Годжо Сатору. И он решает не терять надежды. Ради Ханами. Сегодня Джого смотрит на своего соулмейта, держит его трясущуюся руку и говорит: — Мы найдем его, Ханами.