Пух белой цапли опустится на окровавленный меч бесстрастного воина

— Брат… вы… я тут заколку обронила! — легчайшая и самая быстрая отговорка, однако, Аято Камисато не из тех, кого можно провести по щелчку пальца. Он недоверчиво косится на меня и лукаво ухмыляется, прикидывая, на сколько процентов это правда. Я смущённо кашляю и делая вид, что якобы что-то подняла, быстро ретировалась к себе попутно сгорая от стыда. Боже, боже, боже! Ну за что меня угораздило так вляпаться! Есть у меня ощущение того, что любимый братец теперь ещё сильнее меня подозревать будет.       Чиё, которую, мне кстати, позволили оставить, недоумённо смотрела на то, как её госпожа нарезала по комнате круги и что-то лихорадочно бормотала. Страшнее всего было то, что я совершенно не знала ни Аято, ни Тому как личностей, и в будущем это может больно мне аукнуться. Надо с этим что-то делать. А что? Например… завести записную книжечку, которую можно всюду носить с собой и в нужный момент просто заглянуть в неё и всё. Так, для начала нужно попросить Чиё последить за Аято, Томой и всеми, кто здесь служит для выяснения их привычек, любимых блюд, увлечений и прочего. Если появятся вопросы, то на первое время сойдёт отговорка — хочу порадовать братика, ведь нужно помнить, что мне всего десять. Как же тяжело быть маленькой девочкой!       Побродив ещё час по комнате, я приказала своей служанке начать медленно присматриваться к Аято, Томе и всем обитателям нашего обширного поместья. Поначалу, я получила твёрдый отказ, но немного лести и тонкий намёк на вознаграждение заставили девушку передумать. Расстелив мне футон и закончив с переодеванием, она поклонилась и вышла, а я сама потушила свет и легла в постель, попутно размышляя об это мире. Нужно признать, что этот Тейват другой: люди тут совсем как в реальной жизни и за неплохое вознаграждение сделают для тебя всё, что ты попросишь. Однако нельзя их в этом обвинять, при попадании сюда, никто не обещал мне сказку. Настоящий, альтернативный Тейват отличается от того фэнтези, что нам преподнесли разработчики игры. Здесь, нет НПС и никто не подстроится под тебя без награды или лести. Выживание как в реальном мире и угрозы смерти вполне воплотимы. Более того, монстры, что тут живут, могут быть ещё свирепее чем в игре. Наверное, даже хорошо, что я не Мулан, а то сама, я бы не выдержала этих тренировок Ли Шанга. Поэтому радуемся синице в руках и не переживаем. Проврёмся как-нибудь! С этими мыслями я до утра провалилась в сон.       Утро же не задалось с самого начала. Мало того, что я проспала завтрак с братом, так мне ещё и объявили, что я должна быстро привести себя в порядок, ибо сейчас, к нам придут высокопоставленные гости и близкие друзья семьи, у которых есть очаровательный сын моего возраста. Намёк ясен. Надеюсь, Аято не согласиться продать свою сестру за просто так. Канон я изменила ещё не сильно, а это значит, что мне ничего, пока, не угрожает. Верно же? Однако с главой Камисато не поспоришь и через пару минут я уже стояла вся нарядная и красивая перед господином Каэдэхарой, его женой и маленьким сыном — Каэдэхарой Кадзухой. В ЛОРе игры никто не говорил, что Аяка должна была стать женой Кадзухи! Или говорили… но с другой стороны… она — дочь могущественного, пусть и пошатнувшегося клана, а он — сын древней и почитаемой инадзумской семьи. Союз двух великих кровей принесёт сильных наследников. Так. До наследников далеко ещё. Оставим их пока. Оставляя всё остальное, я не могу понять, почему в оригинальной истории, Аято Камисато отказал друзьям своей семьи, даже когда на носу стояла потеря репутации. Объясните! — Рад приветствовать столь уважаемого человека в своём доме. — ровным тоном проговорил мой брат, будто с листочка заучил и всё, без эмоций и каких-либо жестов. — Мне тоже очень приятно, что сын Изуми Камисато решил принять нашу скромную семью в своём поместье, — меня от их приторно-вежливого тона сейчас стошнит, честное слово. — Не стоит принижать достоинства вашего рода, господин Каэдэхара. Думается мне, что ваш отец, благочестивый господин Хисамити, был бы очень рассержен, услышав такое, — милая улыбка на лице Аято выставляла всё так, будто он уберёг отца Кадзухи от позора, но на самом деле, всё было в точности наоборот. Мой брат, наоборот, унизил его, чему я радовалась только первые минуты, ведь никто же не предупредил меня о том, что это электрическое напряжение между подростком и мужчиной средних лет будет сохраняться на протяжении всего вечера!       Как и ожидалось, после приятной и вполне мирной, если не брать в расчёт одну разбитую кружку и одно униженное достоинство, трапезы, мы приступили к чаепитию, специально для этого, перейдя на террасу. Аято и Кагэхара продолжили свои политически-семейные споры, а я под шумок слиняв, решила прогуляться по саду и насладится всё тем же прохладным бризом, провожая, клонящееся к закату солнце. Не знаю почему, но этот вид придавал мне абсолютное удовлетворение. Оперевшись на деревянные перила, я опустила взгляд на безмятежно плещущее море и заметила двух стоящих на каменном островке цапель. Грациозные, белые птицы тоже наслаждались ветерком и приятным, тёплым вечером. Стоящая неподалёку Чиё подошла ближе и шепнула:       — Госпожа, молодой господин Каэдэхара тоже здесь.       — Я тебя поняла Чиё, молодец. Кстати, как там моё поручение? — отвечаю служанке, не обращая внимания на бродящего поодаль Кадзуху.       — Я всё делаю так, как велела госпожа. Меня никто не раскрыл. — сияя от моей похвалы, сказала слуга и отдалилась, когда Каэдэхара Кадзуха соизволил подойти ко мне. Разбившаяся об каменный островок волна отпугнула цапель, и они что-то хрипло крича, улетели.       — Вы счастливица. Увидеть белую цаплю — к счастью. Это хороший знак, — тихо произнёс подошедший ко мне мальчик. Нужно было родиться слепцом, дабы не увидеть того, как был красив этот ребёнок, а особенно, будучи освещённым закатными лучами солнца. Невольно, мои губы растянулись в ленивой улыбке и я не спеша проговаривая слова, ответила, по-прежнему не отрывая взгляда от моря.       — Как знать, как знать… но возможно… вы правы. Не нужно мне никаких судьбоносных знаков, дабы осознать, что я счастлива. Всё это, мне прекрасно обеспечат эмоции и чувства, ведь когда что-то чувствуешь, будь то боль или радость, ощущаешь себя живым, — развернувшись, я посмотрела Кадзухе в глаза, не теряя своей улыбки: — А что значит для вас быть счастливым?       Он слегка склонил голову влево и задумчиво посмотрел на меня. Видимо, мой вопрос поставил его в неловкое положение и дабы сгладить возникшее молчание, я подошла почти вплотную и сорвав с клумбы цветок алой камелии, закрепила его на белых волосах мальчика, всё это время не переставая улыбаться. Каэдэхара в смущении отшатнулся, что только позабавило меня. Боже, какой же он ещё наивный ребёнок! Умиляюсь! Так и хочется за щёчки его потискать, честное слово! Своими действиями я не только не прервала тишину, но и больше её уплотнила. Нужно будет взять пару уроков философии и этикета, а то по сравнению с местными я, ну совсем овощ в этом вопросе. Непорядок. Ах, да… и всё-таки придётся навестить библиотеку Наруками, но главное, не нарваться на Гуудзи. После встречи составлю список необходимых мне книг, а если не найду каких-то старых экземпляров, отправлю Чиё в город для покупки новых.       Тем временем Аято и Кагэхара Каэдэхара уже закончили свои обсуждения и так же вышли в сад. Заметив меня и своего сына, мужчина что-то шепнул брату, и он кивнул, но по плотно сжатым губам, было видно, что Аято в корне чем-то недоволен. Не исключено, что и мной. Они подошли ближе и юный Кадзуха сразу поспешил спрятаться за отца под мой тихий смех. Ну лапочка же! Брат присел на корточки и ласково мне улыбаясь, потрепал по волосам.       — Какая же ты у меня красивая, сестрёнка. — прошептал он, крепко прижимая меня к себе, когда мы провожали наших гостей. За оставшийся вечер Кадзуха так и не подошёл ко мне. Наверное… я его сильно обидела чем-то. Нужно будет извиниться при возможности!       — Братик… ты подлизываешься… — хитро щурю глаза, не сводя с него подозрительного взгляда. В прошлой жизни, я хорошо научилась отличать ложь от правды, ведь не все, кто приходил ко мне, были искренними. Лукавство, ложь, фальшь и лесть, всё это, я знала так же хорошо, как то, что два на два равно четырём.       — Ничего я не скрою от своей маленькой принцессы, — он грустно улыбнулся, не скрывая печали. — Тебе, наверное, уже известно, что наше поместье могут отобрать за огромные семейные долги, а нас лишить титула или вообще посадить в тюрьму. Поэтому, я был вынужден принять предложение господина Кагэхары и с сегодняшнего дня, ты — невеста юного господина Каэдэхары. — Отстраняясь, брат посмотрел мне в глаза, боясь увидеть в них разочарование или обиду, но я лишь мягко ему улыбнулась и сказала:       — Брат, если нужно, то я выполню этот долг. Не волнуйся. Нет ничего дороже, чем наша семья, — именно этому учил мультфильм: нет ничего дороже твоей семьи, и ты всегда должен её защищать. Улыбаясь друг другу, мы отправились выпить ещё по тявану чая. Вдыхая душистый аромат мяты, я удивлённо спросила Аято о чае, на что он, деловито улыбаясь ответил, что это порошковый чай Маття и привезён с Ясиори. По словам брата, там некогда жил торговец, что этот напиток и создал, да вот… после разложения там Оробаси (забыла, кто это), земля начала отравляться и этот самый торговец перебрался в Наруками, где чай и получил своё признание и популярность. Заметив, с каким восторгом я всё слушала, Аято предложил продолжить моё обучение уже с завтрашнего дня, на что, я лукаво улыбнувшись, ответила:       — Я ещё не оправилась от падения. Ничем не могу помочь, — и рассмеялась. Видимо, мой звонкий смех заразил и брата, потому как он тоже не сдерживал себя и мы, уже будучи вдвоём, под ничего не понимающий взгляд Чиё и снисходительный Томы, весело хохотали.       — Так, маленькая лисица, хватит лукавить, говори точнее, — вернул себе спокойствие Аято, но его глаза до сих пор сияли.       — Завтра я не смогу, давай продолжим обучение через три дня. У меня есть некоторые дела в Храме Наруками, Инадзуме и на Рито. Мне нужно трое суток для посещения этих трёх мест, — стараюсь быть максимально серьёзной, и брат спустя какое-то время кивает, продолжая:       — Касательно твоего обучения, хотелось бы тебе разнообразить предметы?       — Братец, ты же сам говорил, что мы должники, ну какие новые предметы? — я по-настоящему была возмущена его безответственностью к хозяйству. Бедняга Тома.       — Это не моё предложение, а твоего свёкра, — развёл руками Аято.       — Ну раз он так щедр, то… хотелось бы разнообразия по языкам, добавить философию и подулучшить навыки этикета. Прошу, не забудь о верховой езде. Ах да, я бы ещё хотела учителя по танцам и пению. Как будущая аристократка, я должна повысить свой статус в обществе, — повторяю слова из давно прочитанного мною романа.       — Сестра, ты правда не переживаешь? — его голос полон тревоги, а в глазах читается волнение. Мой брат и правда, самый заботливый!       — Братик, я, конечно, немного тревожусь, что мне придётся выйти замуж за мальчика, которого я увидела впервые за всю свою сознательную жизнь, но ты, Тома и Чиё, а ещё вся наша прислуга и поместье в целом намного важнее моих тревог. Да и юный господин Каэдэхара очень мил и внешне не обделён. — умиляюсь, стоит лишь вспомнить эти порозовевшие щёчки, а как шёл ему цветок!       Нет, влюбляться в мои планы не входит, я просто хочу спасти страну и стать героем, а там… посмотрим. Сейчас, мне нужно вырасти, набраться опыта, сил и ума, только тогда можно обучиться как следует. Через годика два, можно будет слинять на Сангономию, для обучения военному делу у генерала Горо. А сколько ему лет вообще? Может, стоит подружиться сейчас? Я задумалась, тщательно стараясь вспомнить не указывалось ли где возраста генерала. Аято подметил, что я снова ушла в себя и слегка потряс за плечо. Очнувшись от мыслей и попрощавшись, я поспешила вернуться к себе. Отослав протестующую Чиё, я, не раздеваясь, увалилась на заботливо расправленный футон и уснула.       Третий день моей жизни как Камисато Аяки одарил меня недовольным ворчанием обиженной Чиё и долгожданной поездкой в Храм Наруками. Я всё ещё без понятия, обладаю ли Глазом Бога, но обязательно это выясню чуть позже. Приехали мы быстро и как только моя ступня коснулась территории за воротами Храма, то ноги сами понесли меня в библиотеку. По пути, я обдумывала список, который так и не составила, ну что же, придётся соображать самой. Тщательно подбирая книги в голове, я замедлила темп и всё равно в кого-то врезалась. Боже, пожалуйста, пусть это будет кто угодно, но только не Яэ Мико! Урок второй, правильно загаданные желания склонны к исполнению. Передо мной стояла красивая женщина с персиковым цветом волос и ласково говорила что-то сыну, который являл собой Каэдэхару Кадзуху. Ну… приплыли. Заметив моё неудачное падение, ответственный ребёнок сразу же подал мне руку, а как иначе, я всё-таки его невеста. Хоть я и по-прежнему считала всё это дикостью, но со своими устоями в чужой монастырь не суются. Матушка Кадзухи представилась как Ай Каэдэхара и добавила, что ей очень приятно видеть юную Сирасаги Химэгими, а в будущем — иметь огромную честь и породнится с ней.       Её плавные и малость льстивые речи заставили меня смутится. Умеет же эта женщина обольщать так, что после одного разговора хочется провалиться под землю от гордости за себя и одновременное смущение за её уж больно хвалебные речи. Меня посетила смутная догадка, почему господин Кадзуха до сих пор единственный наследник своего рода, но вслух я оглашать ничего не стала и пожелав семейству хорошего дня по-быстрому ретировалась, однако меня нагнал Кадзуха и попросил разрешения пойти в библиотеку вместе. Я не смогла ему отказать.       Благодаря этому милому мальчику, я быстро отыскала всё, что мне было нужно. Кадзуха даже любезно донёс мои книги до повозки, за что я отблагодарила его новым цветком, но уже в руках. На этот раз он не смутился, а ласково мне улыбнулся и протянул маленький свёрток, обёрнутый в красную шелковистую ленту с печатью в виде кленового листа. На мой вопрос, что это, ребёнок ответил, что это ответ на заданный мною ранее вопрос: что для него значит быть счастливым? Мои глаза сверкнули от восторга, он писал мне ответ на бумаге! Как это здорово! Мы уже более тепло распрощались, и он направился к матери, добавив напоследок то, что ему стыдно за своё вчерашнее поведение. Он просто не знал, как вести себя с девочками, вот и растерялся.       — Господин Каэдэхара, прошу не извиняйтесь. Это я повела себя несколько опрометчиво. — он кивнул, тем самым показывая, что вопрос закрыт и развернувшись, поспешил к матушке.       Возвращаясь в поместье Камисато, я наслаждалась вечерними луговыми пейзажами. Какая же приятная погода и воздух тёплый! Надо чаще отдавать время прогулкам! Завтра, попрошу подобрать лёгкое кимоно для выхода в город, так как Кадзуха успел мне шепнуть, что завтра весь день будет ясно. Но вот не успели сумерки сменится ночью, как вдруг на мою повозку напали хилличурлы во главе с хиленьким шамачурлом и пиро Магом Бездны! Последний являл собой опасного противника, а так как при себе у меня не было ничего кроме книг, я осталась защищать их. Они ведь очень ценны! Моя немногочисленная охрана с лёгкостью разобралась с хилличурлами и шамачурлом, а вот пиро Маг Бездны… Когда монстр занёс посох для последнего удара, мощный водный всплеск снёс чудовище в сторону, а из темноты послышался знакомый суровый голос:       — Не смей трогать мою семью.