Олень, что полюбил солнце

Широко зевнув, прикрывая рот, парень откинул гриву длинных волнистых волос, шагая по наполненному коридору. Под боком о чём-то ныл Питер, который так и не смог определится с профессией, и спокойно шелестел Римус, успокаивая друга. Сириус поправил кожанку и взглянул на Поттера, который в каком-то странном преподнесённом настроении чуть ли не летел по коридору. Конечно, это можно было списать на хорошую вечеринку с отменной выпивкой, которую пронёс Блэк, но после ничьей, обычно, Сохатый ходил чернее тучи, уже готовя новый план к тренировкам. Но Сириус знал причину хорошего настроения друга, и она ему нравилась. Понятное дело, что Джеймс не смог бы вечно бегать за Эванс, пока та его каждый раз жестоко отшивала, Бродяга это понимал и знал. Но Фосетт? Это же почти-что инцест ― даже сам Блэк воспринимал барашка как сестру, тем более Сохатый. Объяснения для себя такому конфузу парень нашёл лишь одно ― шальной бладжер окончательно отбил у лучшего друга мозги. Вот и он решил, что барашек станет отличной романтичной целью для одичавшего оленя. И вчера вечером, Сириус был уверен, огневиски благополучно повлияло на Джеймса, и тот извинился перед Джуди Фосетт, и они остались друзьями. И сегодня, как в любой выход в Хогсмид, Большой зал услышит извечное «Ей, Эванс, пойдешь со мной в Хогсмид?». Или фамилия другой любой фанатки Поттера, у которого их уйма. ― Сириус! Войдя в Большой зал, перед глазами опять всплыла очередная голубоглазка. Вроде, она была шестикурсницей со Слизерина, Блэк, честно говоря, не помнил. Так, с Маргарет он был вчера, до этого была Мэри, Сьюзанна, а это значит… ― Верука, ― промурчал Блэк, девушка засветилась. ― Прости, птенчик, но я не смогу с тобой вместе позавтракать, давай уже в Хогсмиде встретимся? ― Да, да, конечно, ― закивала Верука, кидая многозначительные взгляды. ― Тогда, встретимся в «Трёх метлах»? Парень наклонился, беря холодную ладошку девушки, и целуя её тыльную сторону. Верука тут же смутилась, строя из себя стесняшку. Хотя вчера она такое в постели вытворяла, Блэк и подумать не мог, что человеческое тело может быть таким. Девушка что-то прощебетала, убегая, а Сириус сел на лавку, придвигая к себе завтрак. Люпин покачал головой, явно не одобряя такого поведения, но Блэк сделал вид, что не заметил этого. Всё равно, с этим птенчиком он ещё один раз перепихнётся и кинет. А за ней последует следующая. Круговорот какой-то. Заплатив сипухе пару сиклей, Блэк открыл спортивный журнал, шерстя глазами по статьям. Делал это он лишь для вида ― всё равно забыл отменить подписку в Почтовом отделении, ну и ладно ― пусть Сохатый читает. В нос ударил запах леса, особенно хвои. Парень даже не поворачиваясь понял, кто это склонился к нему, тоже читая статью о разгроме «Уимбурмских Ос» «Холихедскими гарпиями». ― Барашек, если хочешь меня поцеловать, то не стесняйся ― я весь твой. ― Ага, ― отстранённо ответила Фосетт, хмурясь, пока в очках отражались строки журнала. ― Видимо, Спинетт оказалась неплохой заменой де Бланк. Зря Бэгмен свалил из «Уимбурнских Ос», теперь команда точно съедет по таблице, а после этого матча так тем более… ― Ты вообще слышала, что я тебе сказал? ― хохотнул Сириус, пока девушка беспардонно забрала журнал себе, падая рядом. ― А, точно, ― Фосетт хлопнула себя по лбу, улыбаясь. ― И тебе тоже доброго утра! Сириус тихо посмеялся, пока Джуди вновь впилась в спортивный журнал, жуя какой-то сэндвич с зеленью. А вот Поттер будто трансгрессировал за спину бедной девушки, наклоняясь к ней. Но та перебывала в совсем другом мире, читая о квиддиче. Блэк нахмурился, да не он один ― с другой стороны Эванс озадачено глядела на Джеймса, который, громко прокашлялся в кулак, пытаясь привлечь внимания Фосетт. ― Ей, Джуди Фосетт! Все в Большом зале подскочили от крика парня, особенно сама девушка, чуть ли не упав с лавки. Разговоры в Большом зале разом утихли, все уставились на капитанов Пуффендуя и Гриффиндора. ― Пойдешь со мной в Хогсмид? ― улыбнулся парень, взъерошивая свои волосы. ― Окей, ― протянула девушка, ― А кто ещё пойдёт? ― Ты и я, я и ты, ― посчитал на пальцах Поттер, улыбаясь. — Это свидание, солнышко. Блэк переглянулся с Люпином и Петтигрю, тяжело вздыхая. Мерлин, ну почему, почему он не может оставить бедную Джуди в покое? Ей же совсем не нравится такое внимание от него… Ну поче… ― Ладно, Джейми, ― встала Фосетт, и скрутив журнал тыкнула им в грудь Поттера. ― Одно свидание. ― Одно свидание, ― эхом ответил Джеймс, улыбнувшись ещё шире. Фосетт развернулась на каблуках, и прошагала вон из зала, оставив ошалевших студентов наедине с новым витком сплетен об этой паре. Поттер сел обратно за стол, будто ничего не случился. И принялся за овсянку, говоря так тихо, чтобы его услышали только Мародёры. ― А потом второе, третье, четвёртое… ― Сохатый, ты чего? ― зашипел Блэк, ― Какое второе, третье и четвёртое свидание? ― А что, ты думаешь, она не согласится на второе? ― Джеймс нахмурился, качая головой. ― Я, конечно, не такой ловелас как ты, но не настолько плох. ― И куда вы с Джуди пойдёте? ― вежливо поинтересовался Римус, отвлекшись всеми этими интригами от «Ежедневного пророка». ― «У Билла». «У Билла» было малопосещаемым дорогим рестораном в Хогсмиде, но всё равно пользовалось популярностью у чистокровной и богатой части студентов. Глаза Мародёров округлились, пока Джеймс успел уплести первую порцию бекона и принялся за вторую. ― Тот самый «У Билла», в который ты хотел повести Эванс на вашем первом свидании? ― переспросил Сириус, ― Или я что-то пропустил, и появился второй помпезный ресторан с таким придурковатым названием? ― Не помню такого, ― пожал плечами Джеймс. ― Но там же резервация на столы идёт на недели, да и деньги… ― тихо пискнул Питер. ― О, не волнуйся, Хвост, я зарезервировал уже давно, ― махнул вилкой Поттер, вытерев рот рукавом. ― Всё, я побежал, парни, меня в «Трёх метлах» можете не ждать. Не успел Поттер скрыться в коридоре, как Сириус проговорил остальным Мародёрам. ― Да что с ним случилось?! ― Не знаю, Бродяга, ― покачал головой Римус, глядя на удаляющуюся Эванс. ― Может, Сохатый хочет таким образом вызвать ревность Лили? ― Тогда почему нам ни слова не сказал? ― воскликнул Блэк. ― Нет, Лунатик, тут что-то другое… ― А может, Сохатый и правда влюбился, ― подал голос Петтигрю. Сириус смерил Питера взглядом, словно какого-то идиота, на что парень опустил голову, покраснев. Но тут же Блэк, озаренный, стукнул себя по лбу. ― Точно! Хвост, ты чертовски прав! ― Питер улыбнулся, польщенный похвалой, когда Сириус снизил голос до шепота. ― Сохатого опоили. ― Ты уверен, Сириус? ― переспросил Римус. ― Зачем Джуди это? ― А я сказал, что это барашек? ― усмехнулся Блэк. ― Лунатик, ты самый умный в нашей четвёртке ― любовных зельев куча! Просто Амортенция проще всего варятся и ингредиенты доступные. Например, «Глаза Афродиты» ― волос и кубок, и вуаля ― выпивший летает за обладательницей волоса на крыльях любви! ― Но его очень сложно сварить, ― нахмурился Люпин, ― Да и кому это нужно? Секунду Блэк раздумывал, как взметнул глаза, налитые кровью от злости, на стол змей, выискивая одну немытую голову. ― Нюниус, ― прошипел Сириус, стукнув кулаком по столу. ― Решил от Джеймса избавится и Цветочек вернуть. ― Не делай поспешных выводов, Бродяга, ― осадил его Римус. ― Не факт, что Джеймса в принципе опоили, лучше его чарами проверить… ― Лунатик, не тупи, не мог же Поттер прост с бухты-барахты начать бегать за барашком, когда за день до этого мозги нам выедал Эванс, ― размахивая руками проговорил Сириус, Люпин поджал губы. ― Я слышал, что ещё Дамокл Белби варит зелья на заказ, ― вмешался Петтигрю. ― Может это он, на заказ какой-то фанатки Смита или другого ― ведь слухи о Фосетт ходят всякие… Ну, чтобы девушкой заинтересовался другой популярный парень, и она забыла о предмете воздыхания фанатки… ― Да это сто процентов Нюниус! ― Блэк махнул на друзей рукой, и унесся в комнату за Картой Мародёров, даже не слушая Люпина, который взывал к уму. Паршивец нашёлся в одном из заброшенных кабинетов в подземелье, отрабатывал какие-то тёмные заклинания. Но Сириус не любезничал ― ворвался в кабинет, и рукой выбил палочку, сломав нос Нюниусу и прижав его к стене, сразу перешёл к делу. ― Что за дрянь ты подмешал? ― Блэк, ты совсем крышей поехал? ― прошипел Снегг. ― Я спрашиваю ― что ты подмешал Поттеру? ― А что, этому уроду что-то подмешали? ― сверкнул глазами слизеринец. ― О, хвала Мерлину, надеюсь я смогу пожать этому прекрасному человеку руку. ― Ну, если я тебе их сломаю, то не сможешь, ― прошипел Блэк. ― А теперь отвечай ― что ты… ― Да ты за эти годы окончательно деградировал! Я же сказал — это не я! Хотя, возьму идею на заметку… Снегг что-то ещё кричал, плюясь ядом, но Блэк лишь хмурился. Конечно, Нюниус ни за что не признался бы, что это он ― слизеринец, что сказать. Но что-то подсказывал, нутро, что ли, что эта змея подколодная тут правда ни при чём. Зло фыркнув, Сириус оттолкнул Снегга, напоследок закатив палочку того под груду парт, и молча ушёл из подземелья. Достав карту, Блэк, неожиданно для себя, отыскал Люпина в компании Дамокла Белби. Направившись к ним, парень как раз застал друга, когда он прощался со Старостой Школы в лице когтевранца. ― Дамокл сказал, что имена и сами зелья остаются в секрете только между ним и непосредственно покупателем, ― сразу ответил Люпин, после того как отчитал Блэка за драку и снял пару символических баллов с факультета. ― Но он меня убедил, что он сам не варит никаких любовных зельев ― считает, что они бывают и похуже Империо временами. ― И ты ему веришь? ― хмыкнул Блэк. ― Верю, ― кивнул Римус, и помолчав, добавил. ― Бродяга, а ты не думал, что Джеймс по-настоящему влюбился, и все дела? А мы тут такой шум подняли… Сириус, нахмурившись, ничего не ответил и отправился на улицу. Затянув сигарету, легкие наполнились дымом, а ноги как-то сами понесли на улочки Хогсмида. Под ногами шелестели оранжевые листья, а ветер становился всё прохладнее, пока Блэк думал. Мимо проходили студенты, даже пробежала Эванс. Она почему-то плакала, но Блэк особо не обратил на это внимания ― может, питомец дома умер. И вообще, это было совсем не его дело. За панорамным окном «У Билла» сидели Поттер с Фосетт. Девушка, запрокидывая голову смеялась, даже очки у неё съехали от этого. Джеймс что-то ей говорил, опрокидывая в себя фужер. Блэку даже показалось, что друг его заметил, но нет. Тот взял вилку, и накрутив какие-то спагетти, протянул её девушке, кормя словно в каком-то романтическом магловском сериале. Даже большим пальцем убрал с уголка пухлых губ остатки соуса. И выглядели они такими… влюбленными? Нет, не подходящее слово… Да, наверное, и нет подходящего слово такому, ну, как минимум, у Сириуса не нашлось. Но счастье, словно солнечный свет, светило от их пары, да так, что казалось, люди вокруг могут просто ослепнуть! Решив не лезть в личное, он направился в «Три метлы», как на подходе увидел золотые волосы и голубые глаза пассии. ― Где ты был? ― накинулась Верука на парня, становясь чуть ли не разъярённой вейлой, ― Я тебя ждала тут, вся замёрзла, а ты, даже не… Блэк закатил глаза, сквозь уши пропуская всё это кудахтанье, но, когда она замолчала, переводя дыхание, парень взял слова себе. ― Слушай, Верука, ты, конечно, в постели огонь, но не обольщайся особо. Хватит истерить, окей? Я тебе не друг, не брат, не муж и не парень тем более, чтобы мне так виртуозно мозги ложечкой выедать. Щеку обожгла звонкая пощечина, а Верука удалилась, сказав что-то про «идиота». Потерев ушибленное место, Блэк, не особо переживая по этому поводу, зашел в «Три метлы», отыскав глазами новый объект для воздыхания. Семикурсница с Когтеврана, длинные ножки, объемная грудь, голубоглазка ― удачный улов. Правда, к слову, Блэк вспомнил, что Фосетт тоже имеет голубые глаза. К чему это было? Уже вечером, когда Сириус вернулся в гостиную, удаляя чарами засосы на шее, застал Поттера, сидящего на диване в компании стратегий на ближайшую игру со слизеринцами. Неподалеку сидел Лунатик с Хвостом, играя в волшебные шахматы, Эванс что-то строчила на пергаменте, помогая какому-то первокурснику, а Марлин убежала, видимо, к Фосетт. Как и Алисы не наблюдалось. Блэк плюхнулся на диван к другу, играя бровями. ― Ну что, Сохатый, будет у тебя второе, третье, четвёртое свидание с барашком? Джеймс широко улыбнулся, взъерошивая свои волосы. ― Ну с первым я точно не облажался, ― парень добавил. ― Но, «У Билла» ни ногой ― еда оказалась не ахти. ― Так вы теперь… пара? ― спросил Римус, ставя шах и мат Питеру. Поттер пожал плечами, и взмахом палочки свернул карты с игроками и всякими стратегиями, откинув голову с глуповатой улыбкой. Блэк покачал головой, но ничего не сказал. В гостиную вошли МакКинонн и Мерфи, переговариваясь, и бойкая охотница направилась прямиком к скоплению Мародёров, хлопая капитана по плечу. ― Поттер, если бы я знала, что ты такой дамский угодник, то давно б пополнила б ряды твоих фанаток! ― воскликнула девушка. ― «У Билла», мерлиновы панталоны! Джуди мне все уши прожужжала, это так на неё не похоже… Ну так что, когда свадьба, детишки? ― Какие дети, Марлин, ― хохотнул Сириус. ― Не накаркай ― не дай Мерлин дети на седьмом курсе! ― Ты молодец, Джеймс, рада за тебя, ― меланхолично проговорила Алиса, отправившись к Эванс, но она остановилась, показывая рукой на окно. ― А к кому это сова за окном стучится? ― О, это ко мне! ― подскочил Поттер, открывая окно. В руках Джеймса оказался небольшой свёрток, а в нём сосуд с пипеткой и прозрачной жидкостью с каким-то серебряным отливом. — Это что, нелегальное зелье для ваших пакостей? ― вмешалась Эванс, подойдя ближе. — Это капли для глаз специальные, ― ответил Поттер, ― Как жидкие линзы маглов. Капнул на глаз ― и ходи без очков год напролёт. ― Ты решил от очков избавится? ― удивился Люпин. ― Тебе же они всегда нравились. ― И всё ещё нравятся, ― нахмурился Джеймс, но тут же смягчился. ― Это для Джуди. Зелье довольно дорогое, а у неё все деньги на обновление метлы пошли. А очки она давно не особо любит ― говорит, что мешают, и я решил… ― Джуди даже под Авадой их не примет, ― проговорила Марлин. ― За такие деньги… ― Я думаю, она не обязана знать, что это за капли. Сначала капну, чуть послушаю её злые тирады, а потом она меня зацелует. ― Вот она, жизнь ― кто-то к сердцу девушки через цветы добивается, а кто-то через лекарства, ― покачала головой Алиса, уходя к Хвосту. ― Ты молодец, Джим, ― проговорила Лили. ― Я бы для тебя по нужде сделал бы тоже самое, ― пожал плечами Поттер. ― От одного зелья я беднее не стану, а кому-то это в разы нужнее ― ты же мой друг. Эванс как-то отстранённо кивнула, уйдя опять к своим малолеткам, а Сириус пообещал себе, что всё же ночью проверит Сохатого на любовное зелье. Мало ли, потом, когда такая правда вскроется, сердце Фосетт разобьется. Блэк знал ― ему это точно принесёт душевную боль. Да и самому Сохатому будет плохо ― всё же дружба этих двух очкариков, казалось, длилась чуть ли не все их жизни ― и настоящие, и прошлые.

***

Шагая по Хогсмиду под ручку с Поттером, Джуди всё ещё удивлялась себе, что согласилась на это. Фиктивные отношения, да и с кем ― с Джеймсом Поттером! С тем самым Поттером, который, увидев, как она протекла в свои первые месячные, чуть ли в обморок не упал, думая, что у подруги внутреннее кровотечение (хотя, в какой-то мере он был прав). Тот самый Поттер, который на пятом курсе не знал, что такого в цифре 69, а после объяснений Сириуса отказался ей пользоваться в счёте в принципе. Тот самый Поттер, который однажды на спор пытался рыгнуть, пукнуть и чихнуть одновременно! Серьёзно, если бы его фанатки знали все постыдные истории с главной ролью в виде своего предмета воздыхания, то половина бы отпала б точно. Фосетт не рассказывала их, храня гробовое молчание лишь из-за того, что дружба с тем самым Поттером была слишком дорога для неё. Да и сам Поттер знал кучу таких историй с Фосетт в главной роли. Джеймс галантно открыл дверь в дорогое заведение. Тут же подбежал домовик, забрал легкую верхнюю одежду и проводил к зарезервированному столику. Даже щелчком пальцев поджег фитильки свечек. Джуди хоть и выбрала самое приличное платье, которых у неё было довольно мало (хотя платьев в гардеробе вообще было ужасно мало), но всё равно чувствовала себя ужасно неловко и бедно. Поттер выставил чары вокруг них, чтобы никто не смог услышать их разговоры, и протянул подруге меню. ― Сколько?! ― воскликнула Джуди, глаза её округлились, ― Если тебе деньги не нужны, то ничего, мог просто мне их отдать, а не вести сюда. ― Да, дороговато, не спорю, ― кивнул Джеймс, ― Но так нужно. Считай, что это мои извинения. ― Но всё равно… ― Никаких подарков на Рождество, ― отрезал Поттер. ― А теперь заказывай что захочешь. ― Даже лобстеров? ― усмехнулась Джуди, наблюдая, как краски сходят с лица парня, от чего она рассмеялась. ― Мерлин, ты хочешь, чтобы я обанкротился и ближайшее время жил под мостом? ― улыбнулся парень. ― Шучу, шучу, ― девушка прошерстила глазами меню, задержавшись на алкогольных напитках. ― А что по поводу шампаня? ― Шампань продадут, ― кивнул Поттер, Фосетт присвистнула. ― Просто пока руководство не в курсе, что заведением руководит гоблин, а они, за деньги и мать родную продадут. ― Тогда я буду пасту карбонару и шампань, ― Джуди отложила меню. ― Ты знаешь, что такое гаспачо? ― спросил Джеймс. ― Очкарик, ты это не у того человека спрашиваешь, ― усмехнулась девушка. ― Я во всех этих блюдах знаю только пасты и тартар. И то, тартар знаю только потому, что Джейкоб его постоянно ест. Гаспачо оказался обычным красным супом, но домовик поставил ещё на стол небольшую баночку с красным соусом табаско, если клиент захочет добавить «остринки». А вот паста была превосходна, как и шампанское, разлитое по фужерам. ― Так-с, давай начнём с Сириуса, ― заговорил Джеймс. ― Ты ведь хочешь быть с ним? ― Если бы не хотела б, не согласилась бы на этот фарс, ― фыркнула Джуди. ― Тогда тебе нужно изменится, ― увидев разгневанную гримасу подруги, парень тут же добавил. ― Только внешне, очкастая, только внешне. Внутренне тоже было бы неплохо, но это же ты, так что это бесполезно. ― Ну спасибо, ― скорчила гримасу Джуди. ― Давай, что там мне надо менять. ― Ну, как минимум, одежду. Ты постоянно ходишь в длинных штанах и пацанячих футболках, а юбка у тебя разве что только школьная. А ноги ― зачем ты их прячешь? Ну, ты прости конечно, но они же настоящее сокровище ― длинные, просто загляденье. А ты их в своих колготах душишь. А косметика? Ты брови и ресницы подкрась и всё ― во Ведьмополитен дорога уготована. ― Джейми, а на какие мне ши-ши покупать эти женские прибамбасы? ― махнула рукой Фосетт, случайно опрокинув баночку с табаско прямо себе в тарелку. ― Твою мать, ну почему именно сейчас? Настроение окончательно испортилось, на что Поттер лишь подлил ещё шампанского. ― Ну, раз мне нужно меняться, то тебе тем более, ― хмыкнула она. ― С чего это вдруг? ― нахмурился Джеймс, ― Я же и так девчонкам нравлюсь. ― Девчонкам ― да, Эванс ― абсолютно нет. Джейми, пойми, ей нужен ответственный парень, а не такое шило в заднице как ты. Ты так заколебал её своими громкими признаниями, что первое желание, которое появится у Эванс к тебе, так это огреть каким-то учебником. ― И что ты прикажешь мне делать? ― Стань её другом. Просто веди себя как с подругой. Как со мной, Марлин или Алисой. Просто будь её другом, даже не заикайся о любви к ней. Она увидит, что ты вполне себе хороший человек, и забудет про свои убеждения, а ревность к тебе из-за меня уже доведёт, что она влюблена в тебя. Джуди как раз повернула голову к окну, заметив рыжевласку. Та как раз обратила взгляд на них, как в голову Фосетт пришла гениальная идея. Накрутив пасту на вилку, она протянула её Джеймсу. ― Ешь, олень, и улыбайся, ― пропела девушка, сунув пасту с табаско в рот бедолаги. В глазах Поттера слёзы налились, но он из-за всех сил пытался выжать улыбку. Мимо окна, махнув гривой, пробежала Эванс, и лишь когда она скрылась, Джеймс закашлялся и осушил несколько бокалов шампанского. ― Как печёт, о Мерлин! ― хрипло воскликнул парень, на что девушка рассмеялась. ― П-п-прости, Джейми, прости, ― вытирая пальцем слезу, сквозь смех проговорила девушка. Но не успела она ничего сказать, как во рту оказалась та же самая паста, с тем же самым табаско. Если запустить себе в рот Адское пламя, ощущения будут схожи. Джеймс с улыбкой большим пальцем стёр соус с уголка рта, улыбаясь. ― Там Бродяга на нас смотрит, глотай, ― проговорил парень, подливая шампанского. Джуди через силу проглотила, чуть ли не плача. Расплатившись, девушка ещё долго распиналась о том, что этот табаско нужно уничтожить, ведь он равноценен пытке. А Поттер смеялся, соглашаясь, сетуя о том, как лучше себя повести с Лили. Вернувшись в свои покои, не успела Джуди спокойно вздохнуть, как в комнату ворвался золотой ураган. ― «У Билла»?! Золотце, а почему я узнаю это из слухов? ― воскликнула Марлин, тут же падая на кровать Фосетт. Лишь расписав свидание в самых лучших красках, Джуди готовилась отправится спать, когда живот издал ужасающий рык. И, о Мерлин, оказалось, после табаско не только рот может гореть Адским пламенем.