Олень, что полюбил солнце

Гриффиндорцы и пуффендуйцы столпились возле кабинета ЗОТИ, тихо перешёптываясь. Наконец-то директор утвердил нового преподавателя на эту должность. Учителя никогда долго не задерживались на этом месте, даже поговаривали, что должность проклята. Дурость, даже можно сказать, суеверие. Из той же серии, что после того, как увидишь грима ― умрешь. Вон Джеймс рядом с таким спит каждую ночь и ничего ― живее всех живых. ― Говорят, что преподаватель бывший мракоборец, ― проговорил Питер. ― И что он работал с самим Грюмом, но после одного происшествия он ушёл, не придя в форму, ― добавила Алиса. ― Отлично, значит у нас не будет двойника профессора Стара, ― хохотнул Сириус. Профессор Стар преподавал ЗОТИ на третьем курсе, но после того, как не смог справится с красными колпаками, и они сожрали его мантию и ноги, решил показывать ученикам чудовищ лишь на картинках. Джеймс кивнул, когда почувствовал, как чья-то голова уперлась в его спину. ― Джейми, я так устала, ― заканючила Джуди. Эванс хмыкнула, закрывшись учебником, от чего сердце Поттера затрепетало ― точно-точно ревнует. Закинув руку на плечи Фосетт, парень улыбнулся. Джуди Фосетт, после матча Когтевран-Слизерин (с победой Слизерина, к сожалению) стала официальной девушкой Джеймса Поттера. От такого мозг просто взрывался! ― Да ладно, солнышко, это ведь последний урок на сегодня. ― Если бы! МакКошка мне Тролль по последний контрольной влепила. Я так и без значка капитана могу остаться! Блэк присвистнул, а МакКинонн с Петтигрю понимающе кивнули ― для них Трансфигурация тоже не была сильной стороной. Джеймс приободряющие улыбнулся, прижимая девушку к себе поближе и целуя в висок. Довольно странное ощущение, но Поттер для себя расценивал это не больше, чем дружеский поцелуй ― как те шестилетки, что целуют друг друга в щечку. А вот биться в десна с Джуди, как делает это Бродяга с очередной пассией у всех на виду пока что было чем то за гранью. Поттер был к этому вообще не готов, ни морально, ни физически, ни теоретически. Дверь с щелчком открылась, видимо, преподаватель послал домовика, чтобы толпа студентов не стояла посреди коридора. Поттер тут же занял место с Фосетт. Пока в классе все громко разговаривали, Джеймс незаметно для других, наложил чары, чтобы никто не смог услышать их разговор. ― Читал сегодняшний Пророк? ― спросила Джуди, её голос дрогнул. Очередной рейд, с очередными жертвами. Поттер молча кивнул, девушка поджала губы. Редко можно было увидеть Фосетт в таком притихшем состоянии. ― Как твой вратарь? Джеймс тяжело вздохнул. Семья Робертса, его вратаря, хоть и выжила, но сильно пострадала. Парень был белее мела, когда к нему подошла декан, чтобы сопроводить в Мунго. Кошмар наяву, для многих студентов. Для некоторых это просто последствия работы кумиров и родителей. ― Хуже некуда. Я… ― Поттер запнулся, вздыхая. ― Он хочет уйти из команды, так ещё и по Зельям завал, а тут, просто как гром посреди неба… У Саймона младшую сестру покусал вампир. Не понятно, заразил он её вампиризмом, или нет, но всё же… ― Укусы просто так никогда не проходят, ― покачала головой Фосетт. ― Ты передай ему, когда вернётся, что если нужно будет, я его в квиддиче подтяну, да и с Зельями кого-то найду… Поттер кивнул, взяв девушку за руку. Ощущение, что тучи сгущаются всё сильнее висело в воздухе, отравляя атмосферу. Поттер боялся, как бы странно это не звучало. Он же не маглорождённый, его родители не под риском, но всё же… Парень знал, если что-то случится с его друзьями, с Сириусом, Питером, Римусом, Джуди, или, не дай Мерлин, с Эванс… Он этого не переживёт. Блэк уже начал задумываться над карьерой мракоборца, как и Алиса, чей парень и будущий муж пополнил их ряды, чтобы лицом к лицу бороться с этой нечистью. Даже сам Джеймс стал думать об этом. Да, он всю жизнь мечтал о карьере спортсмена, но пока его друзья будут воевать, а он автографы раздавать ― как-то стыдно. Да и спортивную карьеру можно будет отложить, всё же, он надеялся, война недолго продлится. ― Кстати, нужно встретится в Выручай-комнате, ― проговорил Джеймс, Джуди нахмурилась. ― Обсудить рабочие моменты, да и тебя по Трансфигурации заодно подтяну. Джуди тут же улыбнулась, кивнув. Позади раскрылась дверь, ученики вмиг притихли. В кабинет вошёл волшебник, снимая по дороге свою мантию и цилиндр, говоря по дороге: ― Меня зовут Миранда Октавиан Шафик, для вас я профессор Шафик, или же мадам Шафик, ― женщина села на стол, оглядывая всех зорким взглядом. ― Моя задача ― обучить вас Защите от Тёмных Искусств. Ваша ― сдать ЖАБА и не умереть при первой же опасности. Сириус, сидящий впереди Джеймса вместе с Лунатиком, повернулся к другу, одобрительно кивнув. И было чему ― хоть эта женщина была в возрасте, но имела свой шик и, так сказать, стержень. Она вмиг вызвала уважение, ну, как минимум, у самого Поттера. ― Давайте начнём с чего-нибудь простого, ― постукивая палочкой проговорила мадам, когда в письменном столе кто-то опасно затрясся. ― Как я узнала, вместе с мистером Старом вы отрабатывали Ридикулус на боггарте по одиночке, так что сейчас мы проведём небольшой тест. Встаньте из-за парт и сформируйте колону. Джеймс тут же подскочил, радуясь, наконец-то, практическим занятиям. А вот Джуди перебывала в каком-то странном трансе, встав вперёд парня. Сириус тоже особо не был рад, как и Римус с Питером. Все они не хотели, чтобы их страхи увидел кто-то другой. Хотя и их понять можно было. Сириус Блэк боялся оказаться взаперти, так как в детстве мать постоянного запирала его в промёрзлом подвале в полной темноте. Римус Люпин боялся луны. Питер Петтигрю боялся гриндиллоу, которого однажды увидел на уроке, а потом через пару дней один такой утащил мальчика на дно озера, чуть не утопив. Джеймс же боялся пауков ― довольно мерзкие твари на самом деле. А вот чего или кого боялась Джуди он не знал ― девушка наотрез отказалась рассказывать об этом на третьем курсе. По свистку, мадам Шафик выпустила из ящика в письменном столе боггарта. Мумия, запутавшаяся в своих бинтах; банши, поперхнувшаяся пока кричала не своим голосом; грим, который превратился в умилительного котёнка. Колона все уменьшалась и уменьшалась, Джеймс уже думал, как превратит одного акромантула в настоящий фейерверк, когда настала очередь Фосетт. Золотая рыбка, прыгающая на полу, что осталась от гриндиллоу, начала менять свою форму. Вытянутая морда, с огромными острыми зубами и пенящейся слюной. Алые глаза, наполненные кровью, хвост с кисточкой на конце. Джеймс, взглянул на Люпина, у которого в глазах настоящий ужас плясал. Оборотень встал на дыбы, подняв морду и завыл, да так, что кровь в жилах стыла. ― Ридикулус! ― воскликнула Джуди. Заклинание попало в грудь боггарта, и теперь на месте него выл маленький щеночек. Фосетт тут же отошла, давая место Джеймсу. Парень выставил палочку, готовясь к пауку с его пушистым тельцем, кучей глаз, противными ножками… Хлоп. На полу, распластавшись, лежит Флимонт Поттер. С его рта течёт кровь, а глаза пусты, остекленевшие. Поттер окаменел, в горле ком образовался. ― Р-р-ридикулус! Хлоп. Юфимия Поттер, её руки изогнуты в неестественной виде, рыжие волосы смешались с грязью и кровью. Хлоп. Сириус, с разорванной шеей. Хлоп. Питер, со вспоротым животом. Хлоп. Римус, чья кожа синяя, неестественно синяя. Хлоп. Эванс, такая красивая, умиротворённая и мёртвая. Хлоп… ― Джейми, посмотри на меня! ― воскликнула Джуди, поворачивая рывком голову парня. ― Я жива! Мы все живы. Это боггарт… Это всего лишь дурацкий боггарт. Поттер отстранённо кивнул, прикрывая глаза. Сжав зубы, парень взмахнул палочкой. Труп Фосетт тут же превратился в ораву бабочек, боггарт с хлопком рассыпался, умерев. Сжав пальцами переносицу, Джеймс рвано выдохнул. Слёзы предательски щипали глаза, но он сдержался, взглянув на своих друзей, что ошарашено смотрели на него. Все, кроме Эванс. Она своими изумрудными глазами смотрела туда, где пару мгновений назад лежал её труп. Колокол прозвенел как раз вовремя. Студенты, освободившиеся после последнего урока, перешептываясь ушли из кабинета. Джеймс перебывал словно в каком-то тумане, и лишь отдалённо слышал, как профессор попросила его остаться. Ему в руки всучили стакан с напитком, он его опустошил. ― Огневиски? ― хрипло спросил Джеймс. ― А что, вы после такого хотели чайку? ― серьёзно переспросила мадам Шафик, Поттер покачал головой. ― Я так и думала. ― Мистер Поттер, вряд ли можно назвать ваши страхи детскими, но их всё равно нужно держать их в узде, ― проговорила мадам тоном МакГонагалл. ― Мы сейчас живём в такое время, что никто не застрахован от смерти. И это нормально, что вы боитесь потерять ваших друзей и семью. Всё что я могу вам посоветовать, это поговорить с ними… И, если это по-настоящему ваши друзья, они поймут. ― Да, поймут, ― эхом ответил Джеймс. ― Ваша девушка, мисс Фосетт, ― усмехнулась профессор. ― Держитесь за таких людей. Хотите верьте ― хотите нет, но я редко видела, когда волшебники могли противится такому боггарту. И мало чего приятно, когда видишь себя мёртвой. Джеймс молча кивнул, и собирался уходить, когда остановился возле двери. ― Откуда вы знаете, что Джуди моя девушка? Миранда Шафик хмыкнула, покачав головой. ― Мистер Поттер, это закрытая школа-пансионат, учителям тоже мало чем можно заняться и пообсуждать. В коридоре стояли Мародёры вместе с Эванс, Мерфи, МакКинонн и Фосетт. Все обеспокоено смотрели на Поттера. На лицах девушек даже проглядывались дорожки слёз. Поттер молча открывал рот, не в силах что-либо сказать. А что тут скажешь? ― Джим, у меня слов нет… ― всхлипнула Лили, ― Я… это… ― Да, Сохатый, мы даже подумать не могли… ― Так, стоп сопли жевать, ― проговорила Джуди, поворачиваясь к Поттеру. ― По шкале от 1 до 10, насколько ты хочешь обсуждать твоего боггарта? 10 ― ты хочешь обсудить, 1… ― Где-то, минус 3, ― честно ответил Поттер, девушка кивнула. ― Отлично, тогда решили, ― улыбнулась Фосетт. ― А теперь, пойдём подтягивать мои знания по Трансфигурации, очкарик, ты же обещал. Девушка взяла парня за руку, потянув за собой на восьмой этаж. Лишь на мраморной лестнице, Джеймс тихо поблагодарил Джуди. ― За что? ― изумилась Фосетт, фыркнув. ― Я тебя умоляю, ты бы сделал для меня тоже самое. ― Наверное. Джеймс попытался представить, что боггарт Джуди превратился в его труп, а потом, она, вся бледная, вышла к ним в коридор. Переварив эмоции, Поттер, к своему стыду, признался, что как бы не хотела бы обсуждать такую ситуацию Джуди, он бы не вытащил её, потому что попросту не заметил, что она не хочет говорить о таком. Настроение окончательно испортилось, ведь оказывается, Джеймс плохой друг. ― Эй, Джейми, ― Джуди встала напротив парня. ― Всё прошло. Мы живы. И умирать в ближайшее время не намерены. Хватит убиваться, как бы каламбурно это не звучало… Девушка завела Поттера в Выручай-комнату, что приняла вид гостиной Пуффендуя. Парень, не сказав ни слова, просто сгрёб в охапку Фосетт. Джуди, поняв настроение друга, лишь тихо гладила его по спине, рассказывая какие-то абсолютно дурацкие истории из жизни ― как она в детстве пыталась поймать жабу в пруду, и сама в него упала; как её котёл взорвался, но Слизнорт подумал на бедного Смита, что стоял рядом; какой красивый рассвет был сегодня утром, когда она была на пробежке, а дерево возле Чёрного озера точно выросло с прошлого учебного года. Лишь когда Джеймс полностью успокоился, и даже рассмеялся на шутку девушки, они сели рядом на диване, уже совсем в другом настроении. Как раз, когда Поттер вспомнил о том, зачем позвал сюда Джуди, а в кармане звякнули капли для глаз. ― Солнышко, ты веришь мне? ― Обычно после этой фразы я начинаю в этом сомневаться, ― проговорила Джуди, прищурившись. ― Что ты задумал, олень? ― Ничего, что может тебе навредить. — Вот сейчас я точно перестала тебе верить, Поттер, ― Джуди отсела подальше. ― Джуди, я когда-либо тебе врал? ― Джеймс подвинулся ближе, девушка нахмурилась. ― Да! ― Ну вот сейчас я не вру, ― парень поднял руки в примирительном жесте. ― Джуди, ну-у пожа-а-а-а-луйста-а, поверь мне-е-е-е. ― Ладно, ладно, ― фыркнула она, бурча. ― Умеешь уговаривать. ― Тогда положи свою голову ко мне на колени и закрой глаза. И очки сними. ― Если ты следующее скажешь «открой рот» и расстегнёшь ширинку… ― Мерлин, ну что за извращения, Фосетт! Фу, видимо вы с Блэком точно пара ― только он бы до такого бы додумался… Видно было, что девушка ничуть не доверяет плану Поттера, но всё же, последовала инструкциям. Чтобы не потерять её очки, Джеймс нацепил их на голову, а сам достал пипетку, склоняясь и пальцами открывая один глаз Джуди. Её зрачок сузился, девушка тут же забрыкалась. ― Что это?! Нет, отпусти меня, немедленно! ― Да не вырывайся, это для твоего же блага! ― Нахер мне оно такое благо, мне и так хорошо живётся! ― Джуди, немедленно замолчи, иначе я тебя засосу прям сейчас! ― зло воскликнул Поттер. Девушка от такого замерла, не веря глядя на парня. Этих пары секунд хватило, чтобы Джеймс капнул по капле в оба голубых глаза. Фосетт завизжала, сжав веки и пища… ― Щиплет, мантикора подери, щиплет! ― Ты только не плачь, солнышко, не плачь! ― Я сейчас расплачусь! ― Нельзя, не смей плакать, а то всё опять придётся делать! Схватив её за руки, Джеймс всё же добился своего, и девушка, проморгавшись, по чуть-чуть пришла в себя. Зрачки то расширялись, то уменьшались, и лишь когда они стали нормального размера, Фосетт подорвалась, и вооружившись подушкой, стала бить ей по голове парня. ― Ты чем думал, Поттер? Какую дрянь ты мне капнул?! Джеймс, прикрываясь руками, пытался донести свою мысль до злой пуффендуйки, но, когда тебе постоянно прилетает по лицу, сделать это довольно проблематично. ― Опять с Блэком нахимичили, и решили на мне испробовать! Я же на четвёртом курсе сказала, что, если у меня хоть ещё раз волосы зелёные станут, я вас прикончу! ― девушка, зло фыркнув, попыталась поправить свои очки на носу, но их не оказалось там. ― А… А где мои очки? Что произошло? ― Джуди потёрла глаза, не веря. ― Я что, прозрела? ― Сюрприз, ― пропел Поттер, весь взъерошенный и потрёпанный, и с двумя круглыми очками. ― О Мерлин, я всё так прекрасно вижу! ― на кофейном столике тут же появилась книга, Джуди её схватила. ― И все буковки отчётливо видно! Мантикора подери, это же просто… просто, ― её лицо переменилось, она перевела тяжелый взгляд на Джеймса. ― Сколько оно стоило? ― Я тебе даже под Сывороткой правды не скажу, ― серьёзно проговорил парень. ― Да эти жидкие линзы точно стоят целое состояние, ― Фосетт тут же погрустнела. ― Джейми, я тебе всё обязательно отдам… ― Да не нужно, ― отмахнулся Поттер, — Это… это отцу его друг из Мунго подогнал, а папе и так очки нравятся, и я решил ― ты же и так свои очки не любишь, и тебе нужнее… ― Честно? ― Джеймс закивал как болванчик, Джуди выдохнула. ― Тогда передай спасибо мистеру Поттеру, мне очень нравятся эти линзы. Поттер кивнул, хоть и совесть неприятно кольнула. Парень вообще не любил врать, особенно Фосетт, но видеть её улыбку, пока она разглядывает себя в зеркале было так приятно, что совесть быстро утихла, тоже радуясь вместе с сердцем. ― А я и не знала, что у меня родинка тут, на нижнем веке! ― удивлённо воскликнула девушка. ― И на щеке! И на подбородке! Мерлиновы панталоны, сколько же у меня маленьких родинок… ― А ещё тут, за ухом, ― сказал Поттер, Фосетт охнула. Громкий хлопок заставил обоих вздрогнуть. Лопоухий домовик, оглянувшись, проговорил Джеймсу. ― Мистер Поттер? ― парень кивнул, домовик продолжил. ― Профессор Слизнорт попросил Валли передать это вам. Всего хорошего. Домовик отдал записку Поттер и с таким же хлопком, исчез. Джеймс пробежался карими глазами по почерку профессора зельеварения, и шумно вздохнул. ― А я надеялся, что этот хрыч забыл об отработке, ― парень передал записку подруге, та присвистнула. ― «В Больничной палате», ― Джуди улыбнулась. ― Это же шанс, Джейми! ― Шанс на что? ― Да ладно, не будь флоббер-червём, ― Фосетт аж губу прикусила, глядя на друга. ― Твоя ненаглядная Эванс же хочет стать целителем, вот и Помфи берёт её на подработку к себе после уроков, чтобы руку набивала. Мне Марлин рассказала вчера. ― Точно! ― Джеймс хлопнул себя по лбу, тут же растянув на лице улыбку, — Значит, я всю отработку проведу с Лили. Наедине. Это же просто джекпот! ― А я пойду в вашу гостиную, и посижу с Блэком, «ожидая своего парня с отработки», ― усмехнулась Джуди. ― Римуса не будет, его куда-то Староста школы забрал, с зельями помогать, у Питера пересдача нескольких предметов, он ныл об этом перед уроком, у Алисы с Марлин девичник вместе с Мэри, меня приглашали, но я не захотела, так что… ― Как же все прекрасно складывается, ― Поттер улыбнулся, ― Тогда я на отработку пойду пораньше, может потом уговорю Лили прогуляться…

***

Сириус лежал на диване, листая один из учебников по зельям. Довольно странное зрелище, не правда ли? Но Блэк, на удивление для себя, решил всерьёз не завалить ЖАБА и поступить в Мракоборческий центр. Зачем? Ну, когда почти-что вся твоя кровная семья среди Пожирателей Смерти, убивает, пытает и уничтожает людей, отсиживаться в стороне Блэк не мог. И не хотел. В гостиной сегодня было довольно людно, как, впрочем, и всегда. А так как старших старост факультета не было, во всю процветали игры на деньги, хоть и не крупные, списывание домашних эссе, и, ко всему вышеперечисленному, курение из окон башни. Впрочем, как и всегда, когда мисс Правильности в лице Эванс работает на благо школы вне стен гостиной. Полная Дама отодвинула своё картинное «я», впуская внутрь двух второкурсников, и, на удивление, саму Джуди Фосетт. Девушка, повертев головой, тут же направилась к распластавшему Блэку, улыбаясь. ― Привет, Сири, ― улыбнулась она, падая на кресло неподалёку. ― Ого, барашек, а где-же твоя половинка? Вы же с ним теперь неразлучны, ― усмехнулся Сириус из-за книги. ― Половинку забрали на отработку злой и усастый змей, отправив чистить утки в лазарете, ― проговорила девушка, пододвигая магловские шахматы на кофейном столике. ― Сыграем? Сириус, закрыв книгу, взмахом палочки расставил фигуры на доске, выбрав себе чёрные (кто бы сомневался). Джуди села на ковёр, спиной к камину, а Блэк остался сидеть на диване. Присмотревшись, парень усмехнулся. ― Барашек, а ты ничего не потеряла? ― Мистер Поттер решил избавится от жидких линз для глаз, и Джейми отдал их мне, ― улыбаясь проговорила девушка, делая ход. Поттер соврал ― довольно странная комбинация слов, но она оказалась правдой. Сириус покачал головой, но ничего не сказал. Но Фосетт без очков стало намного лучше, даже можно сказать, красивей. И, почему то, теперь её глаза стали более выражающимися, чем за линзами очков. И такими голубыми, как чистое летнее небо. Почему-то Блэк решил, что именно летнее небо, а не зимнее, или осенние. ― Шах и мат, сэр, ― пропела девушка, улыбаясь. ― Что? Но как? ― возмутился парень. ― Выиграешь и расскажу, ― лукаво подмигнув, Джуди вновь расставила все фигуры. Выиграл Блэк только через четыре сыгранные партии. Как оказывается, с Фосетт было очень интересно, парень даже не заметил, как за окном тучи сгустились. ― Наконец-то! Шах и мат, барашек! ― парень рассмеялся, ― Рассказывай, откуда такие познания в шахматах? ― Когда ты беден, сразу оказывается, что деньги можно заработать почти что везде, ― туманно ответила девушка, но поймав непонимающий взгляд Блэка, пояснила. ― В Годриковую впадину очень часто перебираются старики и старушки, доживать свой возраст в тишине и покое. А старики очень любят шахматы, и от нечего делать, ставят ставки, и играют на улице. Потому, когда у Джеймса не выходило со мной гулять, я шла, и обыгрывала бабушек и дедушек. А они, узнавая меня, потом ещё кормили всякими сладостями… Я так и в карты, и в шахматы, и в другие игры научилась играть. ― Никогда бы не подумал, ― покачал головой Сириус, Джуди пожала плечами. ― Я думаю, ты бы и никогда бы и не задумался о таком, ― улыбнулась она, складывая фигурки в шахматную доску, ― Знаешь, какой бы ты был фигурой? ― Конём? ― Не, конь — это Джеймс, ― девушка достала чёрную фигурку. ― Ты бы был королевой. ― А почему королевой? ― нахмурился Блэк. ― Все вокруг только и делают, что защищают её и короля. ― Королева ходит как хочет, и куда хочет, ― улыбнулась Джуди, протягивая фигурку. ― Она своевольный и свободолюбивый человек, прям как ты. Парень закатил глаза на такое сравнение, но чёрную фигурку королевы взял, покрутив в руке. ― Такие рассуждения обычно любят когтевранцы, ― проговорил он. ― И что? Мне теперь Кандидой Когтевран запрещено рассуждать о таком? ― усмехнулась она. ― А кто-какая фигура в твоём понимании? ― спросил резонный вопрос Блэк. ― Ну, Марлс тоже конь, только чёрный. Джеймс белый конь. Алиса, я думаю, слон. Питер ― пешка, белая. А Римус ферзь натуральный. А я ладья. ― Ладья? Да она же такая скучная! ― Да, до короля далеко, но она простая и лаконичная, ― девушка улыбнулась, добавляя. ― И почему-то у меня в наборах она всегда терялась. Может быть, знак. За окном громыхнул гром, все студенты тут же подскочили. Ливень полил стеной, а из открытого окна стало дуть холодным ветром. Сириус уже хотел взмахом палочки закрыть его, как Фосетт подорвалась, словно ребёнок, прыгая, и высовывая руки из окна, ловя капли. ― Дождь! Первый дождь в этом учебном году! ― девушка заливисто рассмеялась, откидывая голову, ― Нужно бежать на улицу, Сириус! ― Зачем? ― хмыкнул Блэк, ― Да я под такой ливень ни за что не пойду, там же холодно. ― И что? Это же дождь, ― проговорила Джуди, непонимающе глядя на парня. — Это же глупо, барашек, ― фыркнул Блэк, на что Фосетт на секунду нахмурилась, но потом махнула рукой. ― Глупец только ты, Сири! Нельзя же быть постоянно таким важным ― лопнуть от натуги можно! Джуди, схватив мантию, сорвалась с места, выбегая из гостиной, смеясь и крича во всё горло. Блэк провёл её непонимающим взглядом, переведя взгляд на открытое окно. ― Сама ты глупец, ― буркнул Сириус, взмахом палочки закрыв окно. Но почему-то ощущалось, что глупцом всё же был Сириус Блэк.

***

Лили раздраженно шла по коридору замка, высушивая палочкой одежду и волосы. Как так можно себя вести? Ну он же не ребёнок! Раздражение накатывало стремительно, готовое вот-вот полностью накрыть девушку. Только Поттер показался нормальным человеком, но снова его выходки. Аж бесит, прям до скрежета зубов! Навстречу неслась, громко смеясь, эта дурацкая Фосетт. Опять она! Да сколько можно! ― Минус десять очков с Пуффендуя! ― крикнула Лили, Джуди остановилась. ― За что? ― По коридорам нельзя бегать и кричать, будто умалишенная, Фосетт, ― прошипела рыжеволосая, вздёрнув носиком. ― Ого, прям так в Кодексе Хогвартса написано «нельзя бегать и кричать как умалишённые», ― улыбнулась Джуди. ― Хватит смеяться надо мной! ― вскрикнула Эванс. Как же ей это надоело! Постоянно эта Фосетт строит из себя не пойми что! Слёзы обиды, как назло, брызнули из глаз, но Лили их быстро стёрла. Раздражение, злость, обида, накрыли с головой. ― Как же я тебя ненавижу, Фосетт! Постоянно ты лезешь вперёд, ведёшь себя как клоун какой-то! Тебе не надоело строить из себя непонятно кого? Ты просто невыносима! Ты же ходячей проблема, прям как Поттер с его Мародёрами! Джуди застыла, но, когда услыша фамилию парня, отмерла, нахмурившись и прищурив глаза. ― Да ты что, Эванс? Прям ненавидишь меня? Невыносимая я? Строю из себя непойми кого и веду себя как клоун? ― девушка опасно приблизилась, тыча в грудь рыжеволосой. ― А чем ты лучше, Эванс? Я же с тобой по-доброму, искренне пыталась подружится, а ты лишь закатывала глаза и фыркала мне в лицо. Ты думаешь, мне было приятно? Но нет, я молчала и улыбалась, потому что ты нравилась Джейми, да он без ума от тебя был! И на него ты тоже фыркала, закатывала глаза и игнорировала. Не спорю, он временами бывает навязчивым, и несносным, и заносчивым, но это не значит, что ты его должна с дерьмом мешать. Думаешь, многим будет приятно услышать от своего предмета воздыхания, что лучше он поцелует Гигантского кальмара, спарится с флоббер-червём, и что ты глупец и позоришь его? Джуди перевела дыхания, отстраняясь от Лили. А той так стыдно стало, сразу вспомнились миндалевые глаза Джеймса из-под круглых очков, заляпанных дождевыми каплями. И презрительное «грязнокровка» Северуса возле дерева возле Чёрного озера. А ведь он нравился Эванс. Что чувствовал Поттер все эти годы? ― Не волнуйся, Эванс, тебя я больше трогать не буду, ― проговорила Фосетт. ― Меня ты можешь смешать хоть со всем драконьем дерьмом в мире, я стерплю. Но Джеймса ― не смей. Он искренне хочет стать твоим другом. Дай ему шанс, и наконец-то, мать вашу, примите, что люди могут вести себя по-детски в семнадцать лет и старше! Мерлинова борода, вы так это презрительно говорите, словно в этом есть что-то постыдное! Джуди развернулась, и побежала дальше, а расстроенная Лили вернулась в свою спальню, где уже во всю смеялись Алиса, Марлин и Мэри. Но увидев настроение подруги, тут же стихли, косясь на заплаканное лицо рыжеволосой. ― Лилс, что случилось? ― удивилась Алиса, садясь рядом. ― Я плохой человек, Алиса? ― сквозь слёзы спросила Эванс. ― Кто тебе такое сказал, Лилс? ― нахмурилась Марлин. ― Я. Девушка взвыла, заплакав ещё сильнее. Подруги заметались, уже не зная, как успокоить Эванс. Но та, наплакавшись, сама успокоилась, глядя куда-то сквозь пол и свои кроссовки. ― Лили, ты хороший человек, ― проговорила Мэри. ― Но это не значит, что ты не делала ничего плохого. Мы же не архангелы какие-то, а всего лишь люди. Думаю, у каждой из нас есть те вещи, которые лучше бы мы не делали б. Но, если есть возможность, лучше извинится перед тем человеком, которому ты причинила боль. Потому что «потом» уже не будет. Только сейчас. ― Ого, складно сказала, ― вклинилась Марлин, — Это тебе огневиски в голову ударило? ― Нет, ― Мэри улыбнулась, добавляя. ― Ну, может, совсем чуть-чуть.

***

Джеймса нельзя было назвать трусом. Да, и, если назвать его таковым, парень из кожи вон вылезет, чтобы доказать обратное. Но, стоя перед входом в лазарет, почему-то и пальцы сжимались в замок, и волосы постоянно взъерошивались, и с ноги на ногу переходилось, словно перед каким-то очень важным экзаменом, и то, Поттер никогда так не волновался перед экзаменами. Но когда из-за поворота появилась она, Джеймс, кажется, потерял голову полностью, безвозвратно. Лили уставилась на парня, нахмурившись. ― Что ты здесь делаешь? ― Слизнорт отправил меня на отработку сюда, тебе в помощники, ― усмехнулся Поттер, в тысячный раз взъерошивая свои волосы. ― А вторые очки тебе зачем? ― улыбнулась Лили, снимая с головы парня вторую пару круглых очков. ― О, это Джуди оставила, ― улыбка на лице Эванс осталась, но в глазах её больше не было, Поттер тут же спрятал вторую пару себе в карман джинсов. Как оказалось, совет Джуди вести себя с Эванс словно с обычной девушкой очень даже помог. Но всё же, нервы показали себя в паре разбитых зельев и упавшей стопке уток, от которых поднялся ужасный шум. Да и сама Лили словно стала намного лучше относится к Поттеру, и не понятно почему ― то ли совет Джуди, то ли боггарт в лице её трупа, то ли просто ревность даёт свои плоды. Но до вечера парочка провела на работе в лазарете прекрасное время ― Поттер даже не воспользовался ни разу Сквозным зеркалом, как обычно это делал. Отдав смену мадам Помфи, они вышли в коридор, направившись просто гулять по замку. Джеймс даже не заметил, как они с Лили оказались во внутреннем дворике Хогвартса, а точнее возле него, стоя неподалёку арок. Гром посреди чистого неба, заставил Лили вздрогнуть, на что Джеймс умилился. Крупные капли заколотили по земле, перерастая в настоящий ливень. Поттер, не сдерживая улыбку, повернулся к улице. ― Дождь! ― Джим, это же не первый и не последний дождь, ― хмыкнула Эванс. — Это не просто дождь, Лили, ― покачал головой Поттер. — Это первый дождь в этом учебном году! Парень тут же выбежал на улицу, подставляя лицо каплям. Одежда вмиг промокла, а линзы очков заляпало водой. Прохлада вперемешку с запахом дождя ― один из тех запахов, который Поттер любил всей душой. Джеймс искренне рассмеялся, размахивая руками, радуясь, словно ребёнок. Повернув голову к девушке, он тут же одним движением затащил её под эту стену, смеясь. ― Поттер, что ты творишь! ― запищала Лили, тут же убегая обратно под крышу замка. ― Я ― дурачусь под дождём, ― безапелляционно ответил Поттер. Но, видимо, Лили это только разозлило, она тут же покраснела и сжала свои кулаки. ― Я намокла, Поттер! Зачем ты меня потащил под этот треклятый дождь? Улыбка тут же слезла с лица, Джеймс заволновался, коря себя ― опять он сделал всё не так! ― Лили, прости, давай я тебя высушу, я знаю одно заклинание… ― Не нужно, ― фыркнула Эванс. ― Лучше повзрослей наконец-то, и начни вести себя по нормальному, не позоря других. Девушка махнула своей гривой огненных волос, удаляясь. А на душе Поттера словно камень упал, придавливая, даже плечи сами собой опустились. Больно. Ему опять больно. Сунув руки в карманы, Джеймс, уже без былого восторга, поплёлся куда глаза глядят. Под ногами чвакала грязь, пока мысли иглами впивались в сердце. Всегда он плохой. Балабол. Балбес. Кретин. Урод. Идиот. Всегда он делает всё не то. ― Да лучше я поцелую Гигантского кальмара, чем тебя! Всегда он недостаточно хорош. ― Для Эванс ты недотягиваешь по уму, Сохатый. Всегда он не такой. ― Джимми, мы с мамой думаем, что тебе уже пора повзрослеть. А ведь Поттер старается. Честно старается, стать таким, вписаться. Чтобы его все любили, чтобы со всеми быть хорошим, самым лучшим. Наверное, он не правильный. Плохой. Недостойный. Это словно идти по горному хребту ― лишь преодолев одну гору, запыхавшись от усталости, перед глазами появляется ещё выше, на которую он обязан взобраться. И так постоянно ― кажется, что он уже добился своего, но цель уплывает из рук, просачивается сквозь скреплённые пальцы. Джеймс устал. Ему хочется быть любимым, быть лучшим, быть хорошим. Что плохого в таких желаниях? Но нет, они кажутся уже такими запредельными, что появляется ощущения, что он попросту недостоин их. ― Недостоин, ― тихо прошептал Поттер себе под нос, сжимая веки. ― Дождь! Джеймс резко развернулся, оглядываясь. Сквозь ливень бежало расплывчатое желтое пятно, вопя от радости, несясь прямо на него. Стукнув по оправе очков палочкой, чтобы стереть капли с линз, парень тут же узнал Фосетт. Она, махая ему рукой, бежала по склону. ― Дождь, Джейми! Девушка поскользнулась на грязи, и, словно в магловских мультиках, упала прям на спину, а точнее, на задницу. Поттер подбежал к девушке, но та хохотала, держась за бока, ойкая от боли. ― Ты жива? ― Мне кажется, я во время падения селезёнку потеряла… Ой… Джеймс улыбнулся, глядя на то, как подруга, потирая копчик, встаёт на ноги только для того, чтобы, рассмеется и вновь начать радоваться дождю. Джуди подбежала, прыгая на шею к парню, и напевая «Первый дождь, первый дождь, первый дождь в этом году…». И на душе тут же стало весело, словно Фосетт своими объятиями и смехом заражала, как настоящий вирус. Джеймс поднял девушку, раскручивая её, отчего Джуди рассмеялась ещё сильнее. Да и сам парень смеялся ― а как тут не смеяться? ― Знаешь, что я думаю, очкастый? ― лукаво улыбнувшись проговорила Джуди. ― Про что? ― Что вода во время дождя просто отпад. Джеймс театрально ахнул, тут же прищурившись. Не успела Фосетт даже пискнуть, как Поттер подхватил её на руки, несясь к пирсу. ― Очки! Ты не снял очки, Джейми! Почему-то очки волновали Поттера меньше всего. Не выпуская девушку из рук, он с разбегу прыгнул в воду. Выплыв на гладь, парень лишь убедился ― во время дождя вода в озере была отпад. Джуди, распластавшись как звезда, глядела на небо, улыбаясь. А Поттер, сделав тоже самое, подумал, что так хорошо, когда в мире есть настолько же пришибленный человек, как и ты сам. Он точно не осудит тебя, что ты ведёшь себя по-детски, или глупо, или позоришь других. Для Джеймса Поттера таким человеком была Джуди Фосетт. А для Джуди Фосетт таким человеком был Джеймс Поттер.