Олень, что полюбил солнце

Весна набирала свои обороты, пока преподаватели всё сильнее давили на студентов по поводу предстоящих экзаменов. Джеймс, неожиданно для себя, заявил Алисе и Сириусу, что будет вместе с ними поступать в Мракоборческий центр. Они сначала пытались отговорить его, но увидев напористость друга, просто стали готовится вместе. И эта была одна из многих причин, почему Джеймс стал мало высыпаться. О, ну ещё была одна маленькая, совсем незначительная, но чертовски притягательная. ― Ты уже меня достал с этой Джуди Фосетт! ― воскликнул Блэк, тут же рассмеявшись. Сириусу легко, он смеётся, не воспринимая все любовные бредни Сохатого всерьёз. А у Поттера сердце на части разрывается от того, что девушка, в которую он влюбился по уши, любит не его, а Блэка. Что всё это ― лишь обман, пьеса, написанная самим им. И для чего? Зачем Джеймс всё это затеял, вогнав себя в ловушку? Зачем? ― Я хочу рассказать Джуди наш секрет, ― прямо сказал Поттер одним утром. Сон Мародёров как рукой сняло. Первым подал голос Римус, лицо которого было бледнее, чем обычно. ― Но, Джим, ты же понимаешь, что, рассказав об анимагии, тебе нужно будет рассказать… ― парень сглотнул, вздыхая, ― … и обо мне тоже. ― Джуди знает, ― глаза Люпина округлились, краски с лица вмиг сошли, ― Она мне ещё Рождеством сказала. Сама догадалась, давно ещё. Сказала, что она боится только Сивого, а ты парень хороший, и твой секрет она не выдаст. ― И чего ты ждал тогда? ― воскликнул Блэк, ― Конечно, расскажи барашку об анимагии! А то думал, она давно знает об этом. ― А ты, Питер? ― спросил Джеймс. Петтигрю неоднозначно пожал плечами, затягивая галстук. ― Ну, если все не против, то… Я тоже за, Сохатый. Джеймс благодарно улыбнулся своим друзьям, выходя из комнаты.

***

Джуди постукивала каблуком кед по каменному полу, записывая лекцию преподавательницы. Миранда Шафик, наконец-то решилась на то, чтобы провести урок с Патронусами, о которых ещё обещала перед Рождественскими каникулами. Фосетт уже не терпелось схватится за палочку, но теорию нужно было записать. Под боком полусидел, полулежал Джеймс, записывая слова через раз. Ему тоже не терпелось начать практику, но и видно было, что он что-то явно задумал. Не зря попросил Джуди прийти под ночь к пирсу на Черном озере. Девушка хоть и пыталась сначала расспросить об этом, но парень хранил гробовое молчание, и она бросила эти попытки. Джуди всё тяжелее было находится с Джеймсом рядом в роли липовой девушки. От каждого поцелуя в висок, от каждого прикосновения, от каждого комплимента сердце радостно трепетало, а потом сразу же вгоняло кол, от разочарования. Ведь Поттер это делает всё неискренне, хоть и кажется, наоборот. Для него это не больше, чем игра, очередной матч. Чем больше общество поверит, что они пара, тем больше у него шансов встречаться с Эванс. И когда прозвучит свисток, он спустится на землю, получая поцелуй от Лили, пока Джуди, разбитая, будет аплодировать со всеми вокруг. Потому что счастье друга, даже с другой, для неё всегда будет на первом месте, чем её желания. Всегда. ― Итак, лекция окончена, перейдём к практике! ― воскликнула Миранда Шафик. Студенты тут же подорвались с мест, пока преподавательница взмахом палочки раздвинула парты и стулья. Громко повторив само заклинание, и молча повторив взмахи, ученики разошлись по кабинету, отрабатывая чары. У некоторых сразу стал выходить дымок, у других, вскоре, и неопределённой формы полноценный Патронус. Но некоторые ученики поразили до глубины души. У Джеймса, первого, из кончика палочки выпрыгнул величественный олень, гордо идя среди людей со своей коронной-рогами. У Сириуса, бодро пробежал пёс, очень напоминающий грима. У Дамьяна Белби и Лили Эванс выпрыгнули две красавицы-лани, из-за чего глаза мадам Шафик вспыхнули неприкрытым огнём восторга. У самой преподавательницы был беркут, пролетевший под самим потолком замка. У Дамокла Белби Патронус оказался сколопендрой, от которой пару девочек завизжали от страха. У Макмиллана выпрыгнул огромный бурый медведь, как и у Смита. У Марлин прошла красивая борзая, от чего грим Сириуса пришёл в восторг ― ещё один пёс! У Алисы Патронус отдалённо стал напоминать лягушку, а у Мэри чем-то бабочку. А ещё, Джуди показалось, у Марианны Патронус на пару мгновений стал фламинго, но быстро вернулся в неопределённую форму. Фосетт сосредоточилась на мысли о том, что же делает её счастливой. На самом деле, много вещей ― от рассветов, до людей. И выбирать отдельные воспоминания было довольно сложно ― они не подходили, из палочки выпускался обычный дымок, да и только. Джуди остановилась, прикрыв глаза. А зачем выбирать только одно воспоминание? В ушах зазвучал её детский смех на пару с Поттером, зашелестели большие просторы Оттер-Сент-Кэчпоула, запах цветов, чувство полёта, улыбка Марлин, Джейкоба, холод снитча в руке. ― Экспекто Патронум! Из палочки вырвался синий пушистый хвост, мягкие лапы тут же опустились на пол, грациозно садясь. Джуди во все глаза глядела на кучерявого кота, пока тот вылизывал свой бок. ― Ого, я та думал у тебя барашек будет! ― воскликнул Блэк, тут же направляя своего грима на Патронус. Но не успел пёс нормально подойти, как кот встал на дыбы, а со спины раскрылись крылья с перьями. Пёс лёг, опустив нос вниз, а кот медленно подошёл, мурча потёршись об бок грима. ― Мерлин, да я самый лучший учитель на свете! ― воскликнула мадам Шафик, ― И телесные Патронусы вышли, и родственные души-лани нашлись, и магическое существо тоже! Ещё двадцать очков Пуффендую! Джуди не смогла сдержать улыбку, глядя на то, как её Патронус тает, беззвучно мяукнув.

***

Девушка, поправив на себе завязанную красную бандану, покрутившись перед зеркалом на дверце шкафа. ― Ну что, Пират, не слишком я по-пацански смотрюсь? ― Нет, Джуди, ты космос, ― пискляво ответила вместо кота Уинстонн за журналом. Девушка ещё раз посмотрелась в зеркало ― джинсовый комбинезон, легкий свитер на размер больше, старые кеды на ногах. Джуди очень хотелось надеть платье, но это же Поттер ― вдруг он захочет пойти в пеший поход на те горы за Чёрным озером, и её с собой взять? А кто на каблуках сможет это сделать? Уж точно не Джуди, которая на них и так нормально и не научилась ходить. ― Смотри нам, не потеряйся по дороге обратно, ― улыбнулась МакДональд, которая тоже собиралось на ночное свидание с кем-то. ― А лучше ночуйте у них, я хоть похрапеть смогу нормально, ― буркнула Селестина, на что девушки рассмеялись. ― Всё, я ушла, ― улыбнулась Джуди, накладывая на себя Дезиллюминацеонные чары, ― Пиратик, не скучай! Кот фыркнул, укладываясь на оставленной школьной форме калачиком. Девушка быстро дошла до пирса на Чёрном озере, хоть и без Люмоса это было проблематично. Чары стали спадать, Джуди оглянулась ― никого вокруг, только птицы где-то кричат. ―Бу! Девушка подпрыгнула на месте, замахиваясь рукой в пустоту. Поттер повалился навзничь, мантия-невидимка спала, а сам парень оказался на земле, потирая щеку. ― Мерлин, Джейми, прости! ― воскликнула она, тут же беря лицо парня в руки, нащупывая палочку в кармане. ― Да, да ничего, да, ― странно затараторил Поттер, чьи щеки почему-то потеплели, ― Хорошо выглядишь. ― Спасибо, надела то, что не жалко, ― улыбнулась девушка, взмахом палочки устраняя ранение и подавая руку другу, чтобы он встал, ― Ну так, что за сюрприз такой? Джеймс улыбнулся белозубой улыбкой, беря девушку за руку и накидывая на них мантию. Ноги она еле накрыла, а Поттер ещё руку на плечо завёл, прижимая Джуди ближе, отчего девушке показалось, что она забыла, как дышать. Они пришла на опушку Запретного леса, пробравшись через пару рослых кустов. Джеймс, засунув мантию в карман, жестом показал ждать, а сам убежал вперёд, скрывшись за кронами деревьев. Джуди нахмурилась, но решила ничего не говорить — это же Поттер. Хруст веток, девушка замерла, направив палочку на существо. Огромный олень с большими ветвистыми рогами вышел на свет, фыркая чёрным носом. У Джуди сердце в ноги упало, страх окутал тело полностью. ― Дже-е-еймс! ― прокричала она, олень не отвёл взгляд, ― Выйди ко мне, тут у нас один незваный гость пожаловал. Поттер не откликнулся, Фосетт медленно стала идти по кругу, чтобы не натравить на себя животное. А оно, кажется, просто забавлялось, хлопая ушами и вертя коротким хвостиком. Джуди тут же стала пробираться сквозь те деревья, подсвечивая палочкой следы кроссовок друга. Отпечатки вдруг остановились, и с того места появились копыта, девушка нахмурилась. ― Что за…? Тёплое дыхание мокрого носа упёрлось в шею, Джуди резко развернулась, встречаясь с такими знакомыми глазами. ― Джеймс!? Олень словно улыбнулся, попрыгав на ту опушку, Фосетт, ошарашенная, последовала за ним. ― Но… Как? Когда? ― у неё глаза точно были в размер галеонов. ― Подожди ка… Да ты ж незарегистрированный! Олень-Поттер, явно доволен собой, прошёлся, красуясь. ― О Мерлин, какой же ты олень, Поттер! ― девушка сама рассмеялась от такой формулировки, подходя ближе, ― А можно тебя… погладить? Джеймс тут же опустил голову, Джуди, сдерживая счастливый писк, взяла лицо оленя в руки, гладя по макушке. Потом пощупала рога ― всегда было интересно, какие они на ощупь, оказалось, словно из бархата. Даже зубы оленя посмотрела с копытами. Изучив анимагическую форму вдоль и в поперёк, Фосетт, набравшись наглость, спросила. ― А можно на тебе прокатится, очкарик? Олень величественно склонился, давая Фосетт перекинуть ногу. Вот тут Джуди уже и не сдерживала счастливого писка. Обняв друга за шею, она легонька толкнула его пяткой, не сильно. Джеймс, встав на дыбы, подскочил на задние копыта, и рванул вперёд. Но вскоре, на умоляющие крики подруги, замедлил ход, уже гуляя по ночному лесу. А Запретный лес ночью и взаправду оказался невероятно красивым, сказочным. Светлячки летали вокруг, время от времени слышалась бурная ночная жизнь животных, а лунный свет пробивался сквозь листву деревьев. Джуди даже единорогов видела, и заставила Джеймса спустить её, чтобы потискать маму и её детёныша. Шли, а точнее ехали, они долго, но время не грузило пару, наоборот, казалось что оно остановилось. Поттер, поднявшись на холм, медленно перевоплотился, вновь становясь обычным человеческим парнем. Джуди оказалась сидящая у него на спине, но тот ни в какую не захотел её отпускать. Опять. ― Сейчас я должен был тебе закрыть глаза, но так как руки у меня заняты… У Фосетт дыхание перехватило от вида на деревушку Хогсмид и замок. Звёзды блестели на небе, луна освещала силуэты домов, отблёскивая на стёклах окон Хогвартса. Наверное, это был самый красивый вид, который она видела за всю свою жизнь. ― Как красиво, ― прошептала Джуди. На траве был расстелен клетчатый плед вместе со свечами и корзинкой для пикника. Джеймс, наконец-то отпустив Джуди, взмахом палочки зажёг огонь на фитильках, и сам сел рядом с девушкой на покрывало. Раскрыв корзинку, Джуди в руку всучили бутылку сливочного пива. Тут же вспомнился конец шестого курса на Астрономической башне, она не смогла сдержать улыбку. ― Ну так что? ― усмехнулась девушка. Джеймс, распираемый самолюбием, лёг полностью, глядя на звёзды. ― Ты же знаешь, что Лунатик оборотень, ― начал он. ― Ну, мы с Мародёрами узнали об этом на курсе так третьем. На четвёртом нашли книгу по анимагии в Выручай-комнате, а под конец пятого уже умели полноценно перевоплощаться… ― Подожди, подожди, ― перебила Джуди. ― То есть, когда мы ехали на великах тогда, ты уже был анимагом? И ты мне ничего не сказал?! ― Так я ж не знал, что ты знаешь о пушистой проблеме Люпина! ― воскликнул Джеймс. ― Если бы знал, давно бы рассказал. Джуди прищурила глаза, выказывая этим всё свой недоверие словам Поттера. ― Даже позволил с тобой овладеть анимагией? ― Нет! Это же опасно, Джуди…! — Значит за мою задницу ты боишься, а за свою нисколечко? ― Да ты видела мою тощую задницу? ― хохотнул Поттер, ― Кому она нужна такая? ― Мне нужна! ― воскликнула Джуди, зло отпивая сливочное пиво. Взгляд Поттера потеплел, он сел ближе, кладя голову на плечо девушки, которая демонстративно отвернулась. ― Солнышко, не обижайся же ты, ― Джуди слышала, как Джеймс улыбается, из-за чего сдерживала улыбку всеми силами, ― Тебе не идёт быть злой, ты на хомячка так смахиваешь. ― На хомяка? Джейми, скажи честно, как ты у Маргарет прощение просил, потому что такими словами ты делаешь только хуже. ― Я рот ей поцелуем затыкал, ― улыбнулся Джеймс, ― Действенный способ, возьми на заметку. ― Мне он не подойдёт… ― пробурчала девушка. Показалось, что Поттер хотел что-то ещё сказать, но он промолчал, надпив ещё сливочного пива. ― Подожди, что-то мы отошли от темы, ― вспомнила девушка, ― Ты что, один из всех Мародёров анимаг? ― Нет, мы все анимаги, кроме Люпина, конечно же. Я олень, как ты видишь, Сириус пёс, а Питер крыса. ― То есть, Бродяга не потому, что откололся от Блэков, Хвост не потому, что Петтигрю за вами хвостиком ходил, а Сохатый не потому, что ты настоящий олень?! ― Почему же, ― улыбнулся Поттер, ― Я олень самый натуральный. Джуди закрыла лицо руками, пытаясь всё это осознать. ― С тобой всё хорошо? ― Ты мне мир сломал, Джейми, ― рассмеялась Фосетт, ― Мародёры! Самые настоящие мародёры! Казалось, разговоры сами по себе плыли, перепрыгивали с темы на тему, и девушку это совсем не смущало. Чувство легкости образовалось то ли от общения, то ли от выпитого сливочного пива, которое Поттер точно набодяжил с чем-то покрепче. Это же Поттер. Когда похолодало, парень выстроил Согревающие чары, а когда глаза стали понемногу слипаться, Джуди широко зевнула, и компания стала собираться в школу. Вторую поездку на олене Джуди не запомнила особо, кажется, она успела пару раз задремать. Уже в тёмных коридорах парочка шла, а точнее ползла к своим комнатам, а точнее, к гостиной Пуффендуя. Джеймс же не может не провести Джуди. Фосетт шла за парнем, который в таком прекрасном настроении чуть ли не летел, размахивая корзинкой для пикника. Свет от палочки освещал его улыбающийся профиль, застывал на смешинках в глазах о стёклах круглых очков, описывал каждую топырящуюся прядь. Его рука сжимала ладонь девушки, опаляя родным теплом. Джуди шла, и не могла оторвать взгляд от него. А может, это всё по-настоящему? Может, она не одна чувствует это сжигающие чувство внутри своего сердца? Ведь, вроде, никого вокруг нет. Джуди смотрела на Джеймса, и набиралась смелости на признание в правде. Что она его любит, не просто как друга. Она в него влюблена. По уши. Полностью, безвозвратно влюблена. И от этих чувств её разрывает на части. Разрывает от того, что она молчит про них. Может, это ей легкое алкогольное опьянение помогало, а может, она устала притворятся, но Фосетт твёрдо решила признаться Джеймсу. Сказать правду. ― Стой, ― выставил руку Поттер, останавливаясь. Джуди, прислушавшись, ничего не услышала, но вдруг поняла, что Джеймс то анимаг, и слышит в разы лучше, чем она сама. Парень на цыпочках пошёл вперёд, к повороту к бочкам Пуффендуя, готовый в любой момент отправить в неизвестного проклятье, как тут… ― Мерлиновы панталоны! ― закричала выходящая Лили, хватаясь за сердце. ― Поттер, твою… Девушка опустила лицо вздыхая, пытаясь перевести дыхание от испуга, в принципе, также само как и Джуди. Лишь Джеймс ничуть не испугался, и выглядел, как минимум, удивлённым. ― Лили, почему ты ночью по замку шастаешь? ― Джим, могу вам задать тот же самый вопрос, ― сказала староста совсем не осуждая. ― О, а я могу на него ответить, только ты засмущаешься. Эванс густо покраснела, закатив глаза, побурчав что-то про идиота. Джеймс продолжил смущать девушку, рассказывая абсолютно надуманные детали, но вскоре, они вдвоём стали смеяться над их несуразностью. Джуди с ними не смеялась. Она смотрела на них. Ведь с Лили Джеймс смотрятся намного гармоничнее. Они такие разные, ведь это как в тех романах, где популярный парень влюбляется в всезнающую тихоню. Там нет места для такой девушки, как Фосетт. Она лишняя в таком романе. Просто второстепенный персонаж, о котором читатели и не вспомнят. Их будет интересовать больше главная линия, чем какая-то Джуди, которая от силы пару раз появлялась и исчезала. Сердце неприятно сжалось, желание признаться быстро потухло. Она больше не может так. ― Ну, мы пойдём, мисс Староста всея Школы, ― поклонился Поттер. ― Идите уже, голубки, ― хмыкнула Лили, уходя в сторону гриффиндорской башни. ― Так что делала Эванс ночью не в спальне? ― На неё напало страшное чудовище, ― потусторонним голосом заговорил Поттер, ― Ночной жор. Парень рассмеялся, Джуди выжала из себя улыбку. Это нужно сделать. Как оторвать засохший пластырь. Быстро и одним движением, чтоб не почувствовать боли. ― Она на тебя такими глазами смотрела, ― каждое слово отдавалось тупой болью, ― Думаю, сейчас самое время разойтись. Джеймс перестал смеяться, серьёзно посмотрев на Фосетт, девушка принципиально смотрела на картину с фруктами. Потому что уходить, смотря ему в глаза было бы пыткой. ― Да… ― протянул парень, ― Да, ты права, солнышко. Тогда, спокойной ночи, моя бывшая лже-девушка. Джуди выжала улыбку, стуча по бочкам и салютируя Джеймсу. ― И тебе тоже, мой бывший лже-парень! Фосетт, зайдя в проём, сделала всё возможное, чтобы не обернутся. Её встретила пустая спальня, хотя Уинстонн должна была остаться в ней. Даже Пирата не было. Потому девушка не чувствовала себя плохо от того, что кто-то видел, как она плакала. Уткнувшись в подушку, в голове проносились все моменты их отношений, начиная дурацкой карбонарой с табаско, заканчивая валентинкой-котелком и сегодняшней прогулкой. Слёзы теплом обжигали щеки, пальцы дрожали, желая кого-то обнять, чтобы Джуди обняли в ответ. Но она осталась одна. Она опять одна. Под рукой чтобы обнять остался только плюшевый кот, подарок Джеймса на Рождественской ярмарке. Игрушка быстро оказалась в другой стороне комнаты. Рука сама потянулась под кровать, доставая бутылку столь нелюбимого огневиски, которую она выиграла у Эдварда Боуда в карты пару дней назад. Горло обжёг напиток, девушка со стуком поставила его на тумбочку, что-то оттуда сбив. Джуди, рукавом свитера вытерев глаза, опустила голову вниз. Маленький розовый котелок. Девушка взяла его, взмахом палочки увеличив. Ну, раз горит сарай, пусть горит и хата. Открыв крышку, оттуда выскочил букет желтых рудбекий, вылетели разноцветные бабочки, взмахом крылышек от которых светилась пыльца. Внутри оказалась небольшая открытка с таким знакомым почерком. «Дорогая Джулс,

Я без понятия, почему ты решила открыть мою валентинку, ведь я буквально всегда с тобой, и ты явно не скучаешь за мной. Так что, буду считать, тебя одолело любопытство. А так как в словах я не такой уж профи…

Ты пахнешь лесом,

И цветами иногда -

Вот такие мои золотые слова.

Прошу, поверь мне,

Солнце моё,

Потому что я никогда

Не покину место в сердце твоём.

Пройдут года,

А может века,

Мы проживём наши жизни чудя

Потому что я не могу без тебя!

Поттер и Фосетт

Друзья и очкарики навсегда!

Валентинка авторства Джеймса Поттера А. К. Е. Сохатого, самого красивого и крутого парня во всём Хогвартсе (мир оставим Блэку)»

Бабочки потухли, цветы быстро опали, растворяя иллюзию. А Джуди, сжимая в пальцах стих, залилась новой волной грусти. Слова на пергаменте поплыли от её слёз, пока девушка шептала, какой же Поттер лгун. Ведь это она не может без него, а не он без неё.