Сторож сердца моего

Эпинэ оказывается усталым и грустным мужчиной в подпаленной одежде со смутно знакомым лицом и этерианом темно-синего цвета. - Эстебан. - первым здоровается тот с зашедшими. - Герард, поздравляю с успешным поиском. - кивает ему Эстебан, пока Ричард садится в кресло рядом, улыбаясь Валентину и мужчине. - Ты остаешься или... - Мы начали полную синхронизацию. Роберу пришлось руку обратно приживлять. Понимаю. Значит, мы собрали все стихии, остался только Ракан? - А вот это уже интересно. - раздаётся новый, незнакомый голос, и Ричард замечает, как за спиной Алвы трансформируется очередной этериан, почему-то ярко-лилового цвета, дружелюбно улыбаясь во всю пасть, и показывает когтистым пальцем на Рокэ: - Он - Ракан. Вылезший из Валентина Арно со всеми переглядывается, пока Эстебан стонет. - Опять? Мы же не в Круге Скал, предки, почему вы с этим не... Значит, опять Ветер? - А причём тут Ветер? -уточняет Ричард, и слово берёт Альдо: - В своё время была та ещё путаница с тем, кто чьим наследником из Повелителей является. Род Колиньяр в своё время знатно намучился с... - И так оказалось, что Алва стали наследниками Ракан. Как думали, временно, но нет ничего более постоянного, чем что-то временное... - оборвал его Эстебан и выдохнул. - Что ж, вся надежда на Рупперта. - Рупперт - это последний этериан? - уточнил Валентин. - Да. Основные стихии - Волна и Ветер. У Герарда - Ветер и Молния, так что, Эпинэ повезло. Робер на этих словах вздрогнул и тихо хохотнул, поводя рукой по коротко и неровно остриженным, точно опаленным, волосам. - Да уж, очень повезло... - он обвел всех сухим и бессонным взглядом. - Неужели мы всерьёз собираемся спасать иной мир? - Да. - в один голос сказали Валентин и Ричард, переглянулись, хмыкнули и стукнулись кулаками. Для них уже было всё решено. Как в песне: папа, я - гей, отчим, я - гей. Не то, чтобы их это удивило бы... Робер вздохнул, повернувшись к Алве. - Мальчишки... Рокэ, ну хоть ты их образумь! - Эти мальчишки, Робер, пережили чуть ли не больше, чем ты. Один своего отца за убийство брата и издевательства над семьёй посадил, второй меня чуть не отравил. - До сих пор жалею, что "чуть" . - оскалился Ричард. История была дурная и грязная, но как Окделл понял после, любой, кто более-менее близко общался с Алвой, хоть раз пытался его убить. Взять хоть его мужа - и ничего, счастливо живут! - Так. Никаких убийств. Вы нам нужды живыми и здоровыми. Все. Всем всё понятно?- повысив голос и добавив рычания, уточнил Эстебан. Все, переглянувшись, вразнобой, но кивнули. Придд, подумав, уточнил: - Мы можем что-либо сделать для облегчения поисков? - По идее, да, можно устроить поиск по известным фамилиям, но если потомки Ветра решили спрятаться, это всё равно, что стихию в поле ловить. - сожалеюще качает головой Герард. Робер, до сих пор непривычно косится на голову монстра над своим плечом и тянет пальцы, но пойманный на этом, убирает руку. - Я уже отдал подобный приказ, но это займёт время.- кивнул Алва. - Так что, доверимся волку, у него должно выйти быстрее. - Волк. - припомнил Ричард. - Олень, росомаха, волк, таракан... Что это? Арно, рассмеявшись, пояснил: - Это... ну, это можно назвать нашими позывными. Я - олень, Герард - росомаха, Альдо - таракан, а Руперт - волк. - А Эстебан? - под недовольное сопение этериана уточнил Окделл. Арно, отлично понявший его задумку, ответил. - Медведь. В честь... Он вскинулся, не договорив, потянулся к окну. Когда Ричард обернулся, он заметил, что остальные этерианы тоже потянулись в ту сторону, слепо вытаращив белые глаза. - Это же... - Руппи. Молодец, молодец - довольно оскалился Эстебан и пояснил: - Он нашёл пятого.

***

Следующие несколько часов Ричард провёл в машине, пока они добирались до последнего наследника. - Мы чуем друг-друга, но не всегда способны точно определить, чьим носителем является человек. А ещё, как ты заметил, мы можем общаться, но если расстояние очень большое, это может привлечь внимание раттонов, поэтому этот вид сигналов мы решили использовать только когда находим наследников. Так что, остальные уже должны быть с ним, чтобы защитить. - Ясно. - Ричард выглянул за окном. Они гнали по трассе, и в ближайшие три часа ничего интересного не значилось. - Расскажи ещё что-нибудь? И Эстебан начал рассказывать о том, как Исход прерывали в прошлых Кругах. Ричард, как мог, подавлял смех, но это не всегда получалось - уж больно живо и смешно Эстебан вёл повестование, как будто сам был частью всех событий. " Откуда ты всё это знаешь?" - мысленно спросил Ричард. То, что он теперь тоже мог говорить с Эстебаном не раскрывая рта, выяснили случайно, но вовремя. Этериан, чуть помедлив, признал: - Помнишь Альдо упомянул род Колиньяров? Это один из немногих аристократических родов, что дожили до наших дней. Благородные их не очень жалуют, но они смогли собрать неплохие архивы, особенно - о днях Излома. Парочка их предков оказалась в гуще событий. Ричард рассмеялся, вспомнив приключения, и покачав головой признал: "Бедняги." - Ага. Предки умели развлекаться. Одна история про людоеда чего стоит, рассказать? Конечно, рассказать! За очередной историей, заодно содержащей несколько советов, время прошло незаметно. Ричард осознал себя, тупящим в ладонь Валентина, что движением пальцев управлял полётом нескольких капелек колы. - Хэй, а почему я не тренируюсь? - Потому что без оборудования силу выпускать не позволю. В последний раз, когда твои силы проявились вовне, ты сломал кровать. - О, так вот что.. Что? - Что? - с улыбкой, от которой внутри всё словно тёплой кисточкой обводит, тянет Эстебан. Ричард, краснея, сам себя легонько ударяет в плечо. Валентин, покосившись на них, проглатывает шарик колы. - Через пять минут будем на месте. Его глаза, в буквальном смысле затягивает молочная дымка, а губы трогает улыбка. Это немного походит на действие наркотиков. Чуть-чуть. У Ричарда отвисает челюсть от осознания того что Придд, кажется, влюбился в собственного этериана. Да настолько, что позволяет себе выпадать из реальности. Короткий выдох Эстебана ощущается как "Кто бы говорил" и "О, пожалуйста, не начинай". Ричард лишь снова улыбается, накрывая одной своей ладонью другую, вернее, Эсти под кожей.

***

Наследник Ветра оказывается коренастым мужчиной с военной выправкой настолько приземленного вида, что Ричард с восторгом думает о том, как ему от происходящего снесёт крышу. Тот отмахивается одновременно от Алвы, серебристого этериана над собой и ещё одного мужчины в чём-то чёрном и футуристическом, и Окделл уже не удивляется тому, что он тоже выглядит знакомым. Он даже вспоминает откуда - видел пару раз в компании отца. Военный, значит. От фамилии наследника восторженный ропот идёт и по рядам инопланетян: - Ариго! Эстебан, ты слышал? Это Жермон Ариго! - успевает рявкуть Альдо, вывернув голову назад, перед тем, как вместе с Алвой упорхнуть куда-то вперёд. - А какое это отношение имеет к тебе? - успевает уточнить Ричард, пока его запихивают в световой проход в реальности. Кажется, ему что-то говорили про маскировку, но посреди пустыря прямоугольник из недр космического корабля выглядит очень палевно. Атмосфера иного мира кажется одновременно такой знакомой и чуждой, как бабочке - мир после выхода из кокона и трансформации. Думай своим обделенным эволюцией мозгом, то ли это мир враз переменился, то ли фасеточные глаза так сильно меняют точку зрения. От незнакомого, но вписанного в гены привкуса иного состава воздуха рот тут же наполняется голодной слюной. Другой коэффициент гравитации проверяет на прочность кости и метафизическую крышу, улетать которой стало сподручнее. Светило, очевидно, тоже имеет иной спектр, потому что от света у Ричарда мгновенно начинает чесаться не только кожа, но и волосы с ногтями. Странно. Непривычно. Но не смертельно. Уже нет. - Скажем так, я успел повздорить с его много-много раз юродной сестрой. - По поводу? - хмурится Ричард. От неприязни скукоживаются лимфоузлы калёными запятыми, проворачиваясь против часовой стрелки и на корне языка зреет горьковатый привкус кофе. Ричард ненавидит кофе, он напоминает ему что-то ещё, горче и свежее, бодрящее, и всё равно противное. Нужно было травить кофе, а не вино. Так бы даже Алва не различил яда. - Долгая история, которую тебе обязательно расскажут, со мной или без меня. О, началось... Полукруглую светлую залу разделило поровну. На черно-синих, единообразных формой и отчаянием на лицах, и земных. Алва - на шаг впереди. Ричард, синхронно и слепо, но уже привычно занимает позицию по левую руку от него. За плечом - Валентин, с другой стороны - Эпинэ и Ариго. Подростковая антиутопия отменяется, среднеарифметический возраст спасителей приближается к тридцати. ... Хотя, ещё вопрос, сколько лет этерианам? Черно-синяя волна синхронно опадает на одно колено, прижимая костяшки к губам в молитвенном жесте. Отшлифованные Скалы вставок на стенах поют катерны. Прирученные Волны гудят в органических сосудах труб. Молнии танцуют правнуками диодов. Ветер встречает их торжественными и выверенными порывами из-под крыльев турбин. - Приветствуем Пятерых! "А может, нахрен?" Ментальный подзатыльник плавно переходит в захват и ласковое оттягивание волос. Ричард улыбается, пользуясь всеобщим ослеплением пафосом. Ладно... Только ради тебя, Эстебан.