Wings

Прошло много времени после того, как Сонхва нашёл свою поддержку в лицах Ёсана и Чонхо. Младшие часто находились рядом, успокаивая Пака лишь одним присутствием. Даже со своим лучшим другом, Хонджуном, Сонхва не чувствовал такого умиротворения. Возможно, дело было в том, что тот не знал о тщательно скрываемом секрете старшего. Но тем не менее, Ёсан и Чонхо много времени проводили с хёном, часто отсиживаясь в его комнате. Ну и заодно давали пространство шумящим Усанам, которые, почему-то, сидели чаще именно в комнате Ёсана, Уёна и Чонхо. В один из таких вечеров, когда младшие снова сидели с Сонхва в комнате, разговаривая на отвлечённые темы, в комнату вернулся их капитан. Глаза ребят никогда не были настолько широкими: увидеть Хонджуна в общежитии и не ночью, так ещё и в разгар «рабочего» дня было огромной редкостью, особенно в дни перед камбэком и во время него. Один вздох Кима — и младших как ветром сдуло. Сонхва рассмеялся. — Ким Хонджун, ты спугнул детей. Дыши тише, пожалуйста. — Хонджун подхватил смех старшего, понимая, наконец, что именно произошло. — Я заметил, что ты часто проводишь с ними время, Хва. — лидер прошёл к своей кровати, практически падая на неё спиной. — У нас нашлось много общих тем. Да и они единственные, с кем в этом общежитии можно спокойно поговорить, без криков и оров. — Сонхва с лёгкой улыбкой повернулся к другу. Но стоило ему поймать его взгляд, как улыбка сошла. Во взгляде Хонджуна плескалось раскаяние. Он, очевидно, чувствовал себя виноватым из-за того, что проводит мало времени в общежитии и в частности с Сонхва. Сейчас их график почти не позволял проводить много времени вместе, и это расстраивало обоих. Поведя плечами, Пак опустил голову. — Извини, я не это имел в виду. Просто с ними очень приятно разговаривать. — Хонджун в ответ лишь слабо улыбнулся, кивая. Поднявшись, парень подошёл к шкафу и взял какие-то вещи. — Я в душ схожу. — и Ким вышел из комнаты, оставляя Сонхва наедине со своими мыслями и воспоминаниями.

***

Сонхва прогуливался за школой вместе с одним из своих пока что оставшихся друзей. Постепенно его окружение начинало сторониться его, и Пак точно знал, чьих это рук дело. Но, например, его один из старых друзей, Чон Ынгук, был всё ещё на его стороне. Он уже сказал Хва, что не отвернётся от него, чтобы Ечан там ни говорил. — Так вот, и я ему говорю, мол, ну может сходим посидим? А то мотаемся уже с лишним часа 3, а ещё даже не передохнули ни разу… — Ынгук болтал без умолку, практически крича на весь двор. Сонхва не мог его винить, потому что понимал, что эмоции захлёстывают друга. Однако такую громкость парень уже не выдерживал. — Ынгук, прости, но не мог бы ты говорить чуть-чуть потише? — робко потянув Чона за рукав, попросил мальчик. — Ах, ну, хорошо. — Ынгук кинул неопределённый взгляд на Пака, и его рассказ стал в разы менее эмоциональным. Сухим. Была просто информация, как на уроках. Все красочные описания сразу пропали. Хва уже пожалел, что попросил друга быть тише. Он видел, что Чона это обидело. — Ынгук, прости, что попросил быть тише. — виновато глядя на землю под ногами произнёс Сонхва, когда они подошли обратно к школе. — Да ничего, я понимаю. — бросил Ынгук и скрылся за дверьми школы. А на следующий день Ынгук громко жаловался Ечану, что Сонхва постоянно его упрекает во всём, чём только можно. И Пак с тех пор боялся кому-либо делать замечания, лишь бы не обидеть другого человека.

***

Однако через пару часов в общежитии стало тихо. И пусто. Мемберы разошлись кто куда: Юнхо и Минги утащили Хонджуна прогуляться до какого-то магазинчика, Усаны с Ёсаном и Чонхо решили сходить покушать в небольшой ресторанчик, что находился недалеко от их общежития. Ну а Сонхва остался в комнате, лежа на своей кровати с прикрытыми глазами. В последнее время ему было тяжеловато. Начиналась подготовка к камбэку, и поставленная хореография, скажем так, не очень нравилась старшему, потому что он должен был сидеть на спинах парней и опираться на них. И Пак понимал, что даже если он не весит сам по себе много, то крылья добавляют достаточно веса. И сколько бы Ёсан, Хонджун, или Сан не говорили, что им не тяжело, особенно Ёсан, Хва видел, как порой тот вздыхает, когда старший слезает. Также Сонхва беспокоил Минги, который хоть и вернулся к ним здоровый и радостный, но старший опять-таки, замечал порой расфокусированный взгляд младшего или выдавленную улыбку. И самое главное, что беспокоило Сонхва — его крылья. Уже какое-то время у него выпадали перья. Не часто, но это всё равно было непонятно для парня. Он даже не знал, что делать. Идти к врачу? Но вряд ли у него были пациенты с самыми настоящими крыльями. К ветеринару? Тогда придётся врать, да и птица нужна, чтобы было подобрано правильное лечение. Ёсан и Чонхо? Они точно не сталкивались с подобным ранее (ну да, что уж там говорить, до Пака они в принципе не видели людей с крыльями). Вариантов не было никаких. И решив отбросить пока все тревожные мысли в сторону, Сонхва решил сходить в душ, чтобы освежиться. Да и помыть голову тоже было бы неплохо. Ну и прочесать пёрышки, раз уж на то пошло. Может, от недостаточно хорошего ухода они и начали выпадать? Взяв необходимые вещи, Пак направился в ванную комнату, радуясь, что никого сейчас нет. Конечно, мемберы были достаточно вежливыми (но Уёна это не всегда касалось) и стучались, прежде чем зайти, однако Хва всегда боялся не успеть спрятать спину, чтобы никто ничего не увидел. Стоя под тёплым душем, Сонхва массировал собственные плечи, обводя шею, ключицы, грудь. Когда с телом было закончено, он перешёл к крыльям. Прикосновение к ним отозвалось трепетом во всём теле. К сожалению парня, пара пёрышек опала, стоило ему аккуратно пропустить ряд сквозь пальцы. Подобрав их, чтобы унести с собой, Хва выключил воду. Послышались чьи-то голоса. Пак, только их услышав, дёрнулся, принимаясь быстро-быстро одеваться. Из-за спешки он не затянул свой привычный корсет как обычно, из-за чего он слегка болтался. Также парень не заметил, как упало ещё два пера. Сонхва вылетел из ванной комнаты пулей, надеясь, что его не заметят. Стоило ему присесть на свою кровать, как голоса стали ещё чётче и громче. В общежитие вернулись Усаны. Радуясь про себя, что он остался незамеченным, парень улёгся на спину, вновь прикрывая глаза. Даже звонкий голос Уёна не помешал старшему погрузиться в полудрёму. Однако долго в своей тишине ему не дали побыть. Дверь в комнату быстро открылась, и спасибо, что хотя бы какой-то стук в неё раздался, на секунду предупреждая одного из жителей комнаты. — Хён, хён, хён, это твоё? Я просто пошёл умыться, а они на полу валялись, а в общежитии только ты и… — начал тараторить Чон, вовсе не замечая, как оцепенел Сонхва. Между пальцев младшего виднелось два чёрных и не очень длинных пера, сверкающих в тусклом свете от воды. Пак не мог даже пальцев двинуть, не мог сказать ни слова. Он мог бы придумать тысячу отмазок в любой другой момент, но сейчас паника сковала его мысли, не давая ни одной собраться в цельную цепочку. Вошедший с громким Уёном Сан подметил, как их хён застыл и, прикрыв рот Чону рукой, как бы намекая замолчать. Чхве медленно подошёл к оцепеневшему старшему, взгляд которого судорожно бегал по комнате, то и дело останавливаясь на двух перьях в пальцах Уёна. — Сонхва-хён, это действительно перья, принадлежащие тебе? Ты так испугался… Почему? — Сан осторожно коснулся чужого колена, мягко оглаживая его, чтобы успокоить. Сонхва мотнул головой, вздрагивая. Корсет, так как был не закреплён хорошо, чуть съехал, из-за чего одно из сложенных крыльев дёрнулось наверх, вылезая из-под накинутой в спешке футболки. — Хён? Что это? — Уён практически подлетел к Паку, заглядывая через плечо, на крыло, и слегка касается его кончиками пальцев. Сонхва словно отмер, дёргаясь назад. Дыхание не хотело становиться нормальным, как Пак ни старался успокоиться. Теперь знали Усаны. Потому что они не отстанут. А потом они расскажут оставшейся группе, и Хонджун наверняка отвернётся от него. Да и остальные. — Хей, Сонхва-хён, ты чего? — Сан легко потряс старшего за плечо, возвращая в реальность. Сонхва судорожно вздохнул, глотая полившиеся слёзы. — Это прямо твои перья, да? Ты не взял их где-то, а они упали с тебя, да? — Сан был на редкость проницателен. Чхве говорил тихо, чтобы не пугать Хва громким голосом. Даже Уён затих, присаживаясь на кровать рядом с Сонхва, соприкасаясь с ним бёдрами. Пак, понимая, что отрицать будет странно и бесполезно, молча кивнул. Он уже перебрал в голове все варианты исходов, начиная от простых обидных слов и заканчивая изгнанием из группы с позором. Усаны слабо улыбнулись. — Покажешь? Ну, откуда конкретно эти перья. — Сонхва опустил голову ниже, но стянул футболку, а вместе с ней и корсет. — Я пойму, если вы сейчас уйдёте и не будете со мной больше разговаривать из-за… этого. — Пак дёрнул плечами, из-за чего крылья колыхнулись, тихо шелестя. — Из-за этого???? — Уён вскочил, неверяще уставившись на хёна. Как и в случае других, в его мыслях образ Сонхва стал более завершённым. — Но хён, они же… Они такие красивые. Они словно дополняют твой образ. Делают его целым. И ты говоришь, что поймёшь, если мы уйдём, потому что у тебя есть крылья?! — Сан и Сонхва одновременно шикнули на младшего, чтобы тот поменьше кричал. Сан огладил оголённое плечо Сонхва, заглядывая в глаза. — Сонхва-хён, если ты правда думаешь, что мы перестанем разговаривать с тобой из-за твоих крыльев, которые действительно чудесны, то ты глубоко ошибаешься. Есть у тебя они, нет их — нам неважно. Ты наш любимый Сонхва-хён. Пожалуйста, не думай так о своей особенности. Она не плохая. — Чхве ободряюще улыбнулся, и Сонхва не мог не улыбнуться в ответ. Он был благодарен поддержке младших. — Спасибо, ребят… Правда… Я очень ценю вашу поддержку. — парень улыбнулся шире, притягивая младших с свои объятия. В комнату заглянуло ещё 2 человека. Юнхо и Минги. На самом деле, они пришли практически после Уёна и Сана, но те уже успели зайти к Сонхва, и благодаря звонкости голоса Уёна парни поняли, что и те узнали о секрете хёна. Но теперь, когда всё вроде устаканилось, друзья решили заглянуть. Ну и заодно оказать и свою поддержку тоже. — Юнхо?.. Минги?.. — Сонхва сжался, стоило парням прикрыть за собой дверь. — Хён, мы… — неловко начал Минги, потирая свой затылок, но его перебил Юнхо. — Хён, мы тоже знаем. И нет, мы не услышали это сейчас. Мы узнали чуть раньше. Извини, но мы… Подсмотрели. Ты был очень подавлен, и нам с Минги стало интересно, что с тобой. Но спрашивать мы не хотели, а потому подсмотрели за тобой, когда ты танцевал без верха. — парни выглядели виноватыми. Пак лишь выдохнул. Рано или поздно команда узнала бы об этом. — И мы, кстати, согласны с Усанами! Хён, эти крылья — часть тебя, очень красивая часть. Пожалуйста, не сомневайся в себе. — Минги лишь молча кивнул, поддерживая слова своего друга. Хва снова заплакал, но уже от чувств к своим младшим. Теперь его обнимали в восемь рук, и впервые Сонхва был рад объятиям. Но ребята, решив, что хён, должно быть устал, решили оставить его, выходя из комнаты. Сонхва машинально надел корсет, затягивая его в этот раз надёжнее, и накинул футболку сверху. Пак понимал, что теперь из всей их команды о его… особенности не знает только их капитан, Хонджун, и он же лучший друг Хва. Сонхва уткнулся лицом в колени. Он не понимал, чем заслужил своих младших. Он боялся, что они его возненавидят, ведь он им врал на протяжении долгого времени, как минимум. А ещё в голове всплывали отрывки прошлого, когда все, кому не лень, так и стремились ударить словами побольнее.

***

— Пак, ты отвратителен. Ты урод. — раздался голос его лучшего друга… — Сонхва-хён, ты так прекрасен. — голос Ёсана… — Ты должен привыкать к такому обращению к себе, ведь ты имеешь некрасивое отличие. Ты был завораживающим. Ты и сейчас такой. — макнэ… — Сонхва, ты что, порченный? — со всех сторон раздался громкий смех… — Но хён, они же… Они такие красивые. — Ты наш любимый Сонхва-хён.

***

Сонхва снова заплакал, осознавая, насколько же ему повезло с ребятами. Он действительно любил их. И они продолжали общаться с ним так же, как и до открытия им секрета. Слёзы быстро прекратили идти. Почувствовав усталость, Пак лёг на бок, практически сразу проваливаясь в сон. Истощённый быстрой сменой эмоций организм хотел отдохнуть. Быстро заснувший Сонхва даже не услышал, как в его комнату зашёл Ёсан. Тот, увидев, что хён уже спит, тихо подошёл, провёл ладонью по мягким волосам и кротко улыбнулся. — Ну что? — Чонхо в нетерпении стоял вне комнаты, дожидаясь Кана. Тот, выйдя, кивнул: — Всё хорошо, он спит. Видимо, разговор с Усанами и Юнхо с Минги его вымотал. Но теперь у него поддержки больше. — Чхве облегчённо выдохнул. Конечно, остальные уже всё им рассказали, решив, что не стоит скрывать от Ёсана с Чонхо то, что и они теперь в курсе всего, ведь парни подозревали, что эти двое уже всё знали, так как проводили с Паком больше всех времени. И Кан был благодарен им, что они решили не говорить Хонджуну. Сонхва должен был сделать это сам.