Паразит

Было холодно. До смерти холодно. Даже с учетом куртки и толстого одеяла. Тело просто не могло согреться из-за жара, а проглоченная двойная доза анальгетика еще не начала действовать. Кости ломило, голова гудела, а раны щипало. Глаза так вообще слипались, даже после глубокого сна. Ебаный жар. Поднявшись на локтях, я выдохнула пар. Надо было согреться хоть на время, но где как не в замке? Ну тут уже русская рулетка, либо я умру как тот чувак, либо я умру от удара когтей или серпа. Достав карту из кармана куртки, в тусклом свете я разглядывала их. Некоторые из таких вот тоннелей были зачеркнуты с приписками об обвале стены или что там тупо замуровали проход. Но вот взяв лист чертежами последних этажей, мои брови поднялись. Чердак, через которую проходила дымоходная труба. Если при перестройке рабочие не были идиотами, они утеплили крышу, а от трубы должно было быть хоть какое-то тепло. - Убей или будь убит, так вроде говорится. – Еле встав и сверившись с картами под нормальным углом было принято решение поменять дислокацию во избежание замерзания на смерть, и дать организму возможность восстановится. Закинув аптечку в рюкзак, где все так же покоились продукты, моя туша протиснулась в тоннель, тоща рюкзак за собой за лямку. Приходилось часто отдыхать, тело было словно вата и отказывалось быстро двигаться, но при этом уставало слишком быстро. А ползти еще ого-го сколько, судя по картам. Ползя уже хрен знает сколько, настал момент выбраться из этой западни и пробраться на этаж выше, где уже через сами тоннели можно было добраться до чердака. Руки были в ссадинах и пыли, увеличивая шанс гнойных ран. Хуй его знает, кто тут ползал до меня. Найс я себя поддерживаю конечно. Чувствуется командный дух моего тела, разума и шизы. Чихнув в рукав куртки, я приоткрыла дверцу, которая с той стороны не была ничем закрыта, а находилась как раз под лестницей, ведущая на верх. Стоило только на половину выбраться, как сверху стали слышны тяжелый стук каблуков и голос Димитреску. Если бы не мое состояние, я бы растаяла от этого голоса, но его обладательница меня скорее убьет. Такс, рюкзак чуть назад, и сама обратно. Дверь плотно закрыть и ждать. - По всему замку запах этой отвратительной крови! – Димитреску явно была не довольна присутствием моей окровавленной туши. – Либо вы ее найдете и убьете, выкинув на улицу. Либо я сделаю это сама. - Да мама. Но если она прячется там, куда мы пролезть не можем? – Это была Бела, что шла рядом со своей матерь, почти неслышными шагами. Вот сестрички, наверное, самое страшное в моем состоянии. Из-за жара мое внимание уходило куда-то на второй план и поймать мою тушу было проще всего именно им. Вот их маман можно было услышать на довольно большом расстоянии и успеть убежать, но с ними такое не прокатит. - Попросите проверить служанок, а после сообщите мне. Мне не страшен холод, в отличи от вас. – Девушка лишь угукнула, бесшумно улетая роем мух, который только жужжал в воздухе. Женщина фыркнула. - Даже тут воняет этой дрянью. – Еле слышно проговорила Альсина, спускаясь по лестнице и уходя в сторону холла. От этих слов было даже обидно, но что поделать, если самой Госпоже не угодна кровь с пониженным количеством кровяных телец? - Даже тут воняет этой дрянью. – Шепотом я передразнила ее манеру речи, выползая из укрытия. – А от твоих духов весь замок пропах, хоть обчихайся. Ненавижу цвета. И духи твои. – Вытащив рюкзак и плотно закрыв дверцу, я тихонько шмыгнула на верхний этаж. На удивление, все было достаточно тихо, не считая резкого крика с нижнего этажа, но я не придала ему значения, отодвигая комод и заползая в тоннель, заметая все следы своего присутствия. Вот он, теплый и менее просторный чердак. Забраться сюда по нескольким подъемам было той еще мукой, учитывая факт уже старой лестницы в них. Но оно того стоило. Щеки сразу загорелись алым румянцем, согреваясь. Положив руку на трубу от камина, на лице расплылась улыбка. Теплая и не обжигающая. Можно спать прямо возле нее. Тепло проникало в каждую клеточку тела, от чего я сняла куртку и кинув ее на пол, села сверху, прижимаясь спиной к теплу от трубы. Можно было бы взять еще и одеяло, но это было опасно, как и при перемещении, так и учитывая факт того, что оно было у трупа. От тепла бактерии могли начать активничать и только ухудшить состояние. А что, может спереть одеяло Димитреску, пока та не у себя в покоях? Было бы шикарно, особенно потом посмотреть на ее лицо. Я посмеялась от своих же мыслей, обнимая себя руками и довольно ежась. - Чувак, ты просто бомба с этими картами. – С улыбкой прошептала я, но все же хотелось чем-то накрыться. И правда, а чем черт не шутит спереть ее одеяло? Оно большое, теплое и главный фактор, это ЕЕ одеяло. Тут уже дело принципа поднасрать, ибо за пощечину все еще обидно. Оставив рюкзак и куртку, я сверилась с картами, проползая по тоннелю. Без куртки ползлось куда проще и быстрее, ибо она не за что больше не цеплялась. Выползая на пред последнем этаже, я быстро нашла покои любительницы крови. Это было сразу видно по огромной белой двери с золотыми узорами. Дорого богато, как говорится. Для перестраховки я решила сначала пару раз постучать. А что, может моя разум решил подсунуть мне слуховые галлюцинации и Димитреску на самом деле все еще в своих покоях, но после пары ровных стуков ответа не последовало, давая понять, что можно зайти и делать что хочешь. Покои с огромным потолком, большая кровать под размеры Госпожи, тот самый несчастный туалетный столик с телефоном. Обернувшись взгляд пал на шкаф и стоящий рядом манекен с запасным платьем. Хотелось бы его коснуться, но руки слишком грязные, а мы тут играем в поднасри и убеги как никак. Помотав головой, я вернулась к первоначальной цели, спиздить одеяло. Поначалу мне почему-то подумалось, что может быть есть запасное и порывшись в шкафу я не нашла ничего. Но за то какое у нее кружевное белье, мамма миа. Главное его не трогать, а то мое альтер эго по имени «НАСТУПИТЕ НА МЕНЯ» вырвется наружу, и тут мне уже будет жаль не себя, а саму Госпожу. Закрыв шкаф, пришлось аккуратно сложить одеяло, что лежало на кровати и выносить. Чувствую себя как вор с целым миллионом в руках, пока прохожу мимо всех дверей по коридору. Только редкие чихи от духов прерывали мою музыку в голове. Ебаная миссия невыполнима со своим саундом. Заползая обратно в тоннели, я вновь услышала крик, но более глухой. Это уже не нравилось от слова совсем. Вдруг сегодня в замке день жатвы или еще чего в этом духе. Просто надо не лезть в эти разборки, вот и все. А вот по этому тоннелю лезть надо. С таким одеялом это было трудновато, но все вознаграждается, когда я улеглась, фактически кутаясь в него. Даже блаженный стон сорвался с моих губ. - Как тепло, это пиздец. – Я накрылась с головой, довольно засопев и проваливаясь в дремоту, давая подействовать выпитым еще давно лекарствам. Но счастье было не долгим, ибо очередной крик пронзил тишину, заставляя голову начинать болеть. Прорычав, я выползла из своего теплого кокона и все же решила хотя бы послушать, чего все так кричать. Главное, что бы крови не было, а то мои стоны отвращения услышат на том конце деревни. Смотря по картам, я остановилась возле подобия бального зала, то ли зала для приемов, этот подчерк иногда хрен поймешь. Хотя с моим он не сравнится. Остановившись у дверцы, я прислушалась. - … а мед. набор из основного крыла был потерян в ночную смену! Вы совсем распоясались. Надо вам показать, что бывает с теми, кто провинился. Даниэла, кто у нас дежурил в основном крыле ночью? – Женщина томно шагала возле ровно стоящих горничных, что ожидали момент своей гибели со слезами на глазах. - Настасья, мама. Новенькая, что приехала месяц назад. – Дочь шумно закрыла большую книгу, в который видно отмечались дежурства. – Еще две были в другом крыле. – В горле пересохло. Блять, почему я накаркала ночью? Знаю же силу слова, но все равно спизданула про то, что им влетит. Но в итоге влетает только Стасе, пиздец. Чувствую себя неотесанным говном. - Вот оно что. – Госпожа подошла к куколке, беря ее за щеки, больно сдавливая и смотря прямо в глаза. – На столько я помню, дорогая, это твоя не первая ошибка. И не вторая. – От ее хищной улыбки стало плохо всем. Сука, не в мою смену! Не на моих глазах!... В один миг все горничные перевели взгляд на коридор и дружно ахнули, когда в Госпожи влетела ваза. Женщина простонала, оборачиваясь. - Ты! – Димитреску отпустила куколку, которая уже была готова ко смерти. Ее зубы оскалились, а взгляд был таким диким, что пробирал до мурашек. - Ну и чего ты руку на девиц поднимаешь, а?! Найди себе кого-то своего роста! Меня на табуретке к примеру! – Засучив рукава выше локтя, я, подхватив заранее приготовленный стул, швырнула его, но острые когти легко его располовинили бедную мебель. - Я выбираю свой вариант, твое окровавленное тело в снегу! – Госпожа двинулась на меня, пока Даниэла попыталась обогнуть меня и нанести удар, но быстрые ноги пизды не боятся. Даже если они больные. Женщина шла своими широкими шагами почти так же, как я бегу, это заставляло все внутри сжаться, особенно когда дверь с боку открылась и уже Бела сбила меня с ног, подставляя серп в горлу. - Попалась! – Смеясь сказала та, наклоняясь к моему лицу и облизывая губы. – Мама, а она быстрая. Может укоротить ей ее ножки? – Серп начал скользить по бинтам, чуть разрывая их, по кофте, а после больно вонзился в ногу, еще не знакомую с лезвием. Естественно, я закричала, ибо даже тройная доза обезболивающего не заглушит этот ад полностью. - Вы умницы, девочки. – Женщина чуть нависла сверху, с удовольствием смотря на мои страдания. Сука, я тебе покажу что такое страдания. Ну что, пошла жара! Оскалившись, я схватила Белу за капюшон и притянув к себе поцеловала. Даниэла впала в состояние ступора, а сама Димитреску скорее стала впадать в исступление, выдвигая когти. Но не могла же она ударить по своей дочурке, которая так же была в шоке. И вот он заветный момент, когда хватка на серпе ослабла. Закричав, я вытащила острое лезвие начиная рыдать. Оно почти разорвало ногу, это было на столько больно, что захотелось ампутации обеих конечностей. Бела пришла в себя и замахнулась для удара, но полетевший в сторону окна серп удачно разбил одну из створок. - Да как ты смеешь! – Прокричала блондинка, ударяя меня по лицу и вызывая кровь из носа. Второй удар уде пришелся в челюсть, так как я скинула безумную девушку с себя, но получила смачный чаполах когтями по руке. Кровь заливала весь пол, вызывая рвотный позыв. Сука, это моя кровь! Подняв глаза, я увидела, как Альсина замахивается когтями, показывая дочерям уйти от разбитого окна. - Твои последние слова? – Ее взгляд желтых глаза это просто нечто, но сейчас они сверкали такой праведной злостью, что не будь я в состоянии шока, просто бы упала в обморок. Но, как уже было сказано, быстрые ноги пизды не боятся. В шоковом состоянии тем более. - У вас ахуеть какие красивые глаза. Разрешите я в них сгорю. – Вот оно, ступор самой Госпожи. Когти чуть опустились, а сама она смотрела с таким лицом, будто в один миг пропустила целую часть разговора. Ну, а я лишь улыбнулась, убегая прочь. С губ срывался нервный смех, особенно когда я по собственной тупости спустилась на первые этажи через другое крыло. Как отсюда добраться до чердака или до холодной кладовой я не знала. Отдышавшись у стены и смотря как кровь все еще капает на пол, я уже хотела достать из кармана карты, но прозвучал свист в ушах. Мое и без того кровоточащее предплечье было разрезано почти в фарш, оголяя кость. Я молча смотрела на этот обрубок без возможности как-либо пошевелить ей, а после обернулась. Словно злой рок она возвышалась надо мной, улыбаясь и тихо смеясь. - Не стоило тебе убегать, зайчик. – Она смотрела с таким удовольствием на всю эту картину и в один момент схватила меня за горло, вышвыривая в окно, что смотрела на внутренний дворик. Спина заныла от удара от каменную кладку, заставляя ныть и почти кричать. Руку я уже не чувствовала к своему счастью или нет. Дрожа, я еле встала, опираясь на каменную ограду. – Бедный, маленький зверек, которого загнали в угол. – Она приближалась, словно ураган. Я могла только отступать, смотря прямо на свою смерть. Не ровный шаг, нога вновь подводит именно сейчас и мое бренное тело падает в не работающий фонтан, пробивая тонкую корку льда и окунаясь с головой в ледяную воду. Голову охватила паника, но попытку сделать хоть вдох прервала тяжелая рука, что легла на грудь, не давая выбраться из-под воды. Только желтые глаза можно было увидеть во мраке воды. Такие злые, яростные… и при этом прекрасные. От нехватки кислорода мозг начал отключаться, но те корки мозга, что отвечали за страхи, давали мощные импульсы. Перед глазами было лицо отца, именно отца, а не папы. Как он смел поднимать руку на маму и меня. И как он вместе с папой утонул. Вода мутнела от моей же крови, которая стекала по рукам, что вцеплялись в огромную руку Госпожи. Я стала вырываться активнее, не смотря на мутневшее сознание. Я не помру как он! Хуй вам! Выпустив остатки кислорода в крике, я оттолкнулась ногами и зарядила ими несколько раз в прекрасное личико Димитреску, за что меня потом совесть сожрет, но это оправдало свою эффективность. Женщина убрала, в попытках схватить меня за ноги, но проломив лед я вынырнула, делая глубокий вдох и переваливаясь на землю из холодной воды. - Мелкая тварь! – Вытерев с лица воду, она подняла меня над землей, скалясь. – Когда ты перестанешь сопротивляться?! – Я лишь устало улыбнуться, хихикая про себя. - Когда ваши глаза перестанут на меня так смотреть. – С ее лица пропал оскал. Такое же выражение как и в коридоре. - Ты надо мной издеваешься? – Она трясла меня как тонкое деревце на ветру, а я лишь булькала горлом, выпуская часть воды, которой успела наглотаться и кашляя. - Издеваюсь? – Ветер обдал мое мокрое тело, заставив дрожать. Ничего не болело, а было лишь до смерти холодно. – Это вы издеваетесь, Госпожа. – Мой рассудок явно помутился, раз я начинаю говорить такое. – Вы такая прекрасная, а ваши глаза как магма. Они, смотря и обжигают мое сердце. – Последнее я почти пропела, запрокидывая голову и смеясь. – Блять, вы на столько шикарная, что я готова вам в рабыни отдаться. – Ладонь в мокрой перчатке разжалась, роняя меня на чуть заснеженную тропинку. - Ты сумасшедшая. – В ее взгляде читалось отвращение. Это меня обижало, причем сильно. Ладно она мою кровь не оценила, но комплементы… - Я? Ни капли. – Я сорвалась на сильный кашель, выхаркивая немного крови. – Будь я сумасшедшей, не говорила бы вам этого сейчас. Вы, как ебаный ангел, что меня сейчас добьет. – Я засмеялась, прокручивая в голове всю свою жалкую жизнь. Начиная счастливым детством и заканчивая своими ошибками в учебе и издевательствами. – Давайте, не лишайте меня такой чести. Только не топите, я воду не люблю… - Я все громче и громче заливалась смехом. Ебучая истерика. Да давай уже, бей своими коготками, чего там пялишься? Или все же противно меня трогать? Ну же, я хочу почувствовать триумф смерти. Она отшагнула, пока я смотрела на нее своими голубыми глазами, что достались мне от отца. Я не знаю, что в них читалось, но если в них отражалось, то же, что и в его, я бы тоже отшатнулась от себя. Он был малость ебанутым в последний год своей жизни, что я ясно запомнила. Как он крушил все, смотрел с безумием на меня и на маму. Может я выгляжу сейчас похожим образом? Но этого я уже точно не узнаю, сознание стало покидать бренное тело. Голова упала на тропинку и из моей груди вырвался хрип, пока глаза закрывались. Боже, если ты и правда есть, добей меня уже…