Ошибка

Назначенный день Рюдзаки проснулся около шести утра, хотя недолгий сон совершенно не сделал погоды и не придал ни капли энергии. Пожалуй, отсутствие сна было бы для детектива даже полезнее. Эта ночь была даже тяжелее, чем он мог себе представить. Перед сном Хичиго плакала. Это произошло в момент, когда детективу показалось, что она уже спит, уткнувшись лбом ему в грудь. Она была так тиха, не издала ни звука, только крохотная, почти не ощутимая дрожь могла выдать ее момент слабости. Она умело и точно преднамеренно скрывала факт собственных слез, видимо осознавая, что у детектива сон весьма чуткий, или он может вообще не спать. Стоило Рюдзаки осознать, что Хичиго легонько потряхивает, а по его коже каскадом спадают горячие слезы, как его моментально охватило бессилие. Он не находил в себе воли показать, что он все чувствует, что он не спит и понимает происходящее. Все, что ему оставалось - молча ждать, когда она наконец-то отпустит накопившееся, и благополучно заснет, если, конечно, это сейчас представлялось возможным. Причины ее состояния были очевидны, лежали перед детективом как на ладони. Она боится. Это страх переполняет ее тело, выходя наружу градом бегущих слезинок, который она пытается взять под контроль. Рюдзаки сложно по-настоящему объяснить, что за чертовщина сейчас творится у нее на душе, но весь ужас он понимает лишь подсознательно. Она держалась гордо все эти непростые дни. Не давала ему повода усомниться в собственной стойкости, бодрилась сама, бодрила и его. Но сейчас, когда шепот надвигающейся катастрофы гремит над самым ухом, вуаль притворства спадает, оголяя неприглядный, гремучий страх. И даже если Хичиго не ведает, что этот страх они делят на двоих, она всеми силами его прячет, укрываясь по углам, чтобы лишний раз выплакаться своей нелегкой судьбе. Когда Рюдзаки убедился, что Аманогава вновь ровно и глубоко задышала, совершенно обмякла в его руках и успокоилась, на юношу вновь напало молчаливое отчаяние. Такое сильное, что он маскировал его не очень умело, выдавая внутреннее состояние понурым выражением лица. Радовало одно - все равно никто его таким сейчас не увидит. Глаза открыл Рюдзаки рано, когда самый первый лучик заполз меж складок плотных штор, по привычке сразу подсчитал в голове время. Шесть часов двадцать три минуты по полудню. Слишком рано, чтобы встать и разбудить этим Хичиго, но слишком поздно, чтобы попытаться снова вздремнуть. Оставался только один выход - продолжать неподвижно лежать в постели, дожидаясь либо пробуждения девушки, либо времени, когда разбудить ее будет уже не стыдно. Оставить Хичиго одну в кровати он не мог - были некоторые риски, которые вполне могли повлиять на исход дела, если Рюдзаки их проигнорирует. По этой причине он остался практически бесцельно лежать рядом с девушкой, занимаясь первой пришедшей в голову ерундой. Мысленно занимался математикой, умножая и деля случайно приходящие на ум числа; прикрывал глаза, продумывая различные исходы в голове и рисуя сценарии, один хуже другого; иногда задерживался на тяжести чужой головы на его предплечье, разглядывал слегка слипшиеся от слез ресницы, плавный контур губ, отливающее медью пламя волос, об которые в пору обжечься, если коснуться. Минуты перед пробуждением были самыми тихими. Мягкий утренний свет заполнял собой все пространство, ложась неаккуратными мазками на пол и стены. Рюдзаки внимательно наблюдал как лениво лучи поднимаются все выше, пока Хичиго не начала вертеться у него под боком. Внимание детектива сразу переключилось - сонные карамельные глаза медленно и неохотно открывались. Могло показаться, что все совсем как раньше - вот он снова в постели, даже не уходит по ночам, однако в одном только пустом взгляде Рюдзаки таилось слишком много невысказанного напряжения. Но, пожалуй, Хичиго просто не хотелось об этом думать, по крайней мере, точно не сейчас. Аманогава неторопливо потянулась, растягивая расслабленные конечности, пролепетала "с добрым утром", на что получила от юноши молчаливый кивок. Его руки продолжали крепко удерживать ее талию, и когда девушка попыталась распутаться, он лишь усилил свою хватку. Удивительно, но в ней это даже не вызвало и толики настороженности, разве что только ехидную, беззлобную ухмылку. - Сегодня не планируем вставать с кровати? - озорно предположила Хичиго, потершись кончиком носа о бледную шею. По своему обыкновению на этот жест детектив ответил парой секунд полного оцепенения. - Осмелюсь предположить, что так и есть. Не могу обещать, что смогу оставаться тут столько же, сколько ты, но насчет тебя я позабочусь. Обещаю, - Рюдзаки не сумел скрыть сквозящей прохладной усталости в голосе. Потому что даже не пытался. - Вот как? Тогда мне придется приложить все усилия, чтобы оставить тебя в кровати, - еще один смазанный поцелуй в шею и тихий мужской вздох в ответ. Рюдзаки снова педантично и несколько неохотно отстранился, что казалось бы лишь раззадорило в Хичиго желание. Она еще раз попыталась пройтись губами по коже, там где сейчас багровым пятнышком темнело последствие прошлой ночи, однако снова получила бессловесный, но настойчивый отказ. В женских глазах это выглядело совсем не как попытка отстраниться, а лишь игра в «кошки-мышки». - Хичиго… Не спеши, - вежливо и прохладно остановил ее детектив. Она задумчиво, с легкой настороженностью посмотрела в упор. Ответный взгляд кольнул прохладой. - Если я попрошу тебя сделать то, чего я хочу, ты удовлетворишь мою просьбу? Без колебаний? - Хичиго уловила в этом какой-то подтекст, но совсем не тот, что ей хотелось бы. Но воспротивиться не решилась - слишком уж настойчиво прозвучал детектив. - Хорошо. Я послушаюсь. - В таком случае, пожалуйста… Закрой глаза и не двигайся. Это не займет много времени, - Аманогава попыталась скрыть возникшую саму по себе улыбку. Не вышло - уголки губ так и расползались в хитрой и дерзкой ухмылке. Неужели он стал таким предсказуемым? Около пары секунд после того, как Хичиго выполнила просьбу, покорно зажмурившись, Рюдзаки застыл, глядя перед собой. Мрачная, болезненная мысль осела тяжелым грузом, пока детектив смотрел на нее. Мысль, в которой он пока был не готов себе признаться. Тихим, беззвучным движением юноша полез к прикроватной тумбе, не глядя нащупав ручку верхнего ящика. Потянул. Отсек тумбы моментально поддался. Аккуратно, стараясь избегать шумов он подцепил пальцами стальные кольца двух пар наручников, они на манер маятника, чуть звякнув, сделали на его указательном пальце четверть оборота. Дальше действовать нужно было быстро, в пару движений. Вероятность надеть первый наручник быстро - около девяносто трех процентов. С учетом проворности Хичиго это почти успех, но вот с вторым может быть несколько накладнее. Беззвучно втянув воздух, Рюдзаки резко дернулся в сторону витиеватых железных перил кровати. От контакта металла о металл послышался громыхающий звон. Этот звук Хичиго выучила наизусть еще со времен полицейской академии. Появилось нестерпимое желание распахнуть глаза в ту же секунду, но девушка смогла только ахнуть. Запястье в ту же секунду сдавило от грубых объятий металла. В момент, когда она снова увидела перед собой детектива, такие же наручники окольцевали вторую руку. Первое же усилие, которое у нее возникло - потянуть руку на себя, чтобы проверить, насколько крепко они сидят. Хичиго лихорадочно дернула - крепко, даже слишком. Мысль о утренних играх в постели начала спешно ускользать. - Что это значит, Рюдзаки? - озорство во взгляде и голосе моментально улетучилось, оставив лишь неверие с легкой нервозностью. - Это для безопасности. В первую очередь твоей, - сухо откликнулся брюнет, спустившись с кровати. Хичиго вновь нетерпеливо задергалась в своих кандалах. Села на кровати, поближе к перилам, чтобы снивелировать неприятное давление в кистях, глядя на загадочного с утра юношу все более настороженно. - Потрудишься объяснить, что это все значит? - девушка затаила дыхание, дожидаясь ответа. - Не буду, - свойственной детективу опасливой походкой Рюдзаки подошел к шкафу, расположенному справа от кровати. От колючего, беспристрастного голоса Аманогава едва не потеряла дар речи. Паника в закованном цепями теле нарастала, постепенно выплескиваясь наружу. - Если это какая-то шутка или проверка, она затянулась. Я серьезно, выпусти меня, - нервный смешок вырвался сам собой. Первая стадия принятия запущена, что детектив неосознанно отследил. Отрицание происходящего. Юноша промолчал. Без единого слова продолжил копошиться в шкафу, старательно избегая взгляда в сторону кровати. А посмотреть хотелось невыносимо. Посмотреть и убедиться, что он не настолько человек, насколько он себе воображал прошлой ночью. Что он все такой же, неизменный, с несгибаемой волей и железными принципами, которые не сможет затмить даже она. Что даже самая сокрушительная мания не изменит его возведенной в абсолют бескомпромиссности и решимости закончить начатое. Что он ничего на свете не боится, потому что уже видел слишком многое и преодолевал то, что под силу только ему. Однако он все также стоял спиной, не окинув девушку даже кротким взглядом. Нащупав какую-то незаметную плиточку на нижней полке шкафа, открылся его скрытый отсек. Заприметив это, Хичиго нервно втянула носом воздух, и вновь тщетно попыталась выдернуть из наручников руку. В горле начинала бурлить паника. Рюдзаки вел себя так, словно в комнате он находился совершенно один. Выудил из шкафа два плотных свертка, положил на тумбочку, и рассеянно начал надевать джинсы. Услышав, как за ним снова загремели цепи, он наконец подал голос. - Не дергайся. Ты себе так руки в кровь сотрешь. Это не очень приятно, - в ответ девушка возмущенно ахнула. - Немедленно сними это с меня! Иначе я не ручаюсь за последствия! - надрывно прошипела Хичиго, извиваясь всем телом, как пойманная змееловом гадюка. - Это нецелесообразно. Шанс того, что ты можешь попытаться нанести мне физический вред сейчас выше, чем когда либо. Я не хочу поступать неразумно, - Аманогава могла поклясться, что в этом вымученном голосе она уловила горькую усмешку, что заставило ее рассвирепеть еще больше. Вторая стадия, подумал Рюдзаки. Дыхание пустилось в бег, когда девушка увидела, как юноша закрепляет на себе бронежилет. Происходящее все больше напоминало жуткий сон при гриппозной лихорадке. Нет, нет, нет. Нет, нет, только не это. Аманогава почти истерично затрепыхалась, рассчитывая хотя бы привлечь внимание детектива, которому сейчас было приоритетнее надеть футболку поверх бронежилета, чем освободить девушку. Когда он снова разрывает тишину, Хичиго не уверена - он делает это из жалости, или ее потуги выбраться просто начали его раздражать. - Если ты не хочешь, чтобы я прибегнул к более радикальным мерам, прошу, оставь эти бессмысленные попытки. - Каким еще к черту мерам?! - Я насильно впихну в тебя снотворное, если ты попытаешься причинить себе вред. Не затевай со мной опасных игр, - голос юноши звучал почти угрожающе, отчего сердце надрывно сжималось. - Что с тобой происходит? - обреченно выдавила из себя Хичиго, роняя голову и не желая более сопротивляться. По крайней мере, она хотела, чтобы Рюдзаки так думал. Однако, к несчастью, этому смирению он не поверил. - Если в моей отсутствие ты надумаешь сделать что-то глупое, это может повлечь за собой необратимые последствия. Ты же не глупая девушка, верно, Хичиго? - это показалось почти язвительным. Почти издевательством. Почти пыткой. - Нет. Не глупая. Краем глаза она наблюдала, как поверх белой хлопковой футболки юноша надевает какой-то плащ. Длинный, плотный, в самый пол, на едва заметной молнии, с глубоким капюшоном. Если бы не обстоятельства, она могла бы подумать, что черный цвет ему к лицу, и в этой одежде он выглядит странно притягательно и таинственно. Но в данную секунду хотелось только стащить с него это жуткое напоминание о реальности происходящего, уложить обратно в постель, и сделать вид, словно все это просто приснилось. - Если я не вернусь в течение шести часов, Ватари освободит тебя. Прошу прощения, что это может вызвать такие серьезные неудобства, но мне нужны гарантии, что ты не рванешь за мной, - добавил детектив, наконец расправившись с застежкой. Легким движением он запрыгнул на кровать, усевшись в свою фирменную позу, и на короткий миг могло показаться, что детектив сожалеет. На самом деле он просто проверял, насколько в этом облачении ему будет комфортно и не сковывает ли оно движения. На секунду удалось перехватить его взгляд. Детектив увел глаза в то же мгновение. Интересно, он сделал это потому что ему стыдно или потому что этот взгляд может что-то поменять? Нет, точно нет. Едва ли он сейчас думает о таком. Нет, это не может происходить по-настоящему. Бред. Околесица. Чепуха. Точно бред. Бред, бред, бред, бред, бред. - Шесть часов, значит? Это тот, о ком я думаю? - вторя действиям детектива, Хичиго отвернулась. - Едва ли. Я бы сказал, что ты очень далека от истины, - строго отрезал Рюдзаки, накидывая на голову капюшон. Неожиданное ответное молчание вызвало некоторое удивление и придало немного спокойствия. - И еще кое-что, Хичиго. Просто, чтобы ты знала, - из внутреннего кармана плаща юноша достал кольт. Уже повидавший на своем веку, во всей своей смертоносной красе и с полным барабаном. - Мой пистолет?! - было не ясно, возмущена ли девушка тем фактом, что детектив вновь увел ее вещь у нее из под носа, или самому факту, что Рюдзаки вообще зачем-то понадобилось огнестрельное оружие. - Верно, пистолет твой. Однако на сегодня, буду вынужден взять его в свое пользование, для подстраховки. К тому же… я не исключаю даже той минимальной возможности, что ты отсюда выберешься. Кто знает, на что способна разъяренная вооруженная женщина? - в голосе юноши прозвучали нотки сухого, совершенно не подходящего к ситуации юмора, от которого Хичиго невольно скривилась. Воцарилось удушающее молчание. Детектив надевал на лицо маску - притворную, японскую маску с обрисованной на ней лисьей мордой. В ту секунду это искусственное лицо показалось самым жутким и уродливом зрелищем - ехидная, почти насмехающаяся над Хичиго нарисованная морда вселяла ужас, словно она вновь вернулась в детство и наслушалась сказок о страшных и безжалостных демонах-ёкаях, от которых невозможно уснуть по ночам; темные, неживые глаза, прячущие в своих прорезях настоящие, причудливые глаза того, кто сейчас выглядит совсем чужим. Только несколько непослушных угольных прядей, точащих неаккуратными пучками могли выдать в этом силуэте кого-то до боли знакомого. Не было до конца понятно, смотрит ли он сейчас ей в глаза, видит ли застывший в них животный ужас вперемешку со слезами, но L продолжает молчать. Судя по всему, собирается с мыслями, явно не сомневается. Доказывает всем видом, насколько ему чуждо все человеческое. Уловка Рюдзаки, как ему казалось, сработала как он того хотел. Всеми силами он старался отбить у Хичиго волю идти за ним, пытаться что-то вызнать, вывести его на откровение. И на удивление, стоя сейчас перед ней, юноша даже не чувствовал какого-то стыда - скорее легкое, едва различимое сожаление, что его главное оружие - холод и беспристрастность - пришлось обернуть против близкого человека. Однако Рюдзаки точно знал - как только он покинет эту комнату, даже эти отголоски его совести будут беспощадно уничтожены его собственной решимостью и готовностью действовать. На несколько секунд перед выходом детектив задержался, искоса глядя на девушку через прорези маски. Нежное личико приобрело неподходящую его чертам жесткость. Он почти чувствовал, как Хичиго до боли сжимает челюсти и кусает губу от обиды. Он почти ощущал, как девушка сдерживается, чтобы не начать кричать и плакать. И он почти слышал голос ее собственных мыслей - как он жалобно, тоскливо умоляет его остаться. Значит уже четвертая стадия. - Дождись меня, - только и услышала Хичиго перед тем, как дверь издевательски громко захлопнулась. Голос не его, тоже чужой. Измененный, компьютерный, неродной. Этого не может быть на самом деле. Это просто

Бред.

***

Практически на самом дне небоскреба, на внутренней парковке, L уже ожидали несколько бронированных машин - настоящие мобильные крепости на колесах. В одной из крепостей - металлический кейс, прячущий один из главных секретов именитого на весь мир детектива. Но этот секрет он не раскрывает никому, даже своим нынешним товарищам. Однако сегодня его секрет должен попасть в лапы его недруга.

Именно он ознаменует конец убийствам, что происходили из-за божественной скуки. И именно он ознаменует конец самому L.

В лифте Рюдзаки коротко переговорил с Ватари. Уточнил насчет перевозки Мерфи Бруно, и строго наказал следить за всеми ее этапами - сейчас это один из высших приоритетов. Ни слова не сказал о Хичиго - старик и так был в курсе о том, что она связана и находится в его апартаментах. Сутками ранее отдал Ватари ключи от ее машины, потому что у него сохраннее. Коротко поблагодарил, когда пожилой мужчина пожелал ему удачи. Этикет, возможно, требовал от него сейчас большей искренности. Однако чем больше искренность - тем сильнее разрастается в груди пустота. Юноша сухо поприветствовал ожидающих его мужчин - облаченных в такие же полуночные одеяния, с похожими на его масками мистических сущностей. По пятам за L следовал вездесущий бог смерти - напоминание о имеющейся у юноши власти и скорой кульминации. Детектив идентифицировал каждого из полицейских по каким-то своим маркерам - по особенностям походки, осанки, по позе и движениям, от чего без ошибок мог сказать, где среди них господин Идэ, где Айдзава и Моги, а где Мацуда. Мужчины не хотели, и откровенно побаивались начинать лишние разговоры, слишком уж Рюдзаки казался мрачным в компании внушающей ужас Рем. - Выдвигаемся, - скомандовал детектив, садясь на заднее сиденье одного из бронированных автомобилей. За водительское сидение броневика сел Хидеки, и удобно устроившись в сидении, коротко прочистил горло. - Рюдзаки... могу я узнать, госпожа Аманогава в порядке? - юноша издал удивленный вздох, словно слышал это имя в первый раз. - Да. Она в порядке, - даже искаженный компьютерный голос не мог скрыть ноток раздражения, отчего Идэ решил больше не тревожить детектива. - Команда готова? - тишина снова была нарушена, но на этот раз инициатором стал L. - Да, они уже в Яманаши. Прибудут на место через четверть часа и будут дожидаться нас, - отчитался полицейский. - Я понял. Путь до соседней префектуры займет около двух часов. Можем выдвигаться, - услышав это, Хидеки кивнул, и подал сигнал второй машине, в которой сидело еще трое полицейских. В пути Рюдзаки был тих и спокоен, что напрягало Идэ еще сильнее. И хоть мужчина прекрасно понимал, что в этой ситуации совсем не до пустых светских бесед, более комфортной поездка от этого не становилась. Отягощала ситуация потусторонняя сущность, которая находилась у полицейского прямо за спиной, отчего ему то и дело мерещилось леденящее дыхание смерти в затылок. Спустя некоторое время он избрал для себя тактику полного абстрагирования - представил, что в машине он совсем один. И в момент, когда у него, кажется, начало получаться, Рюдзаки напомнил о своем присутствии. - Как дела на работе, господин Идэ? - вежливо поинтересовался юноша. Хидеки замешкался на несколько секунд, а затем так же вежливо ответил. - В полиции сейчас полная неразбериха. Из-за... кхм... ваших заявлений директор Китамура снят с должности и находится под следствием. В связи с этим в руководстве сейчас множество проверок, а временно уполномоченное начальство часто сменяется... Хотя возможно, если бы не этот факт, было бы куда сложнее все это провернуть и перекинуть часть наших сил в Яманаши... - Вот как... Рад слышать, - привычно холодно ответил детектив. Разумеется, дела Идэ его мало интересовали - с самого начала он и хотел узнать именно о директоре Китамуре. И к счастью, уточнять это юноше даже не пришлось - Идэ сразу рассказал именно то, что L хотел от него услышать.

***

Отрывки воспоминаний, сказанных слов, полусформированных догадок и гипотез - клубок спутанных мыслей нес с собой хаос и создавал только новые вопросы. Это было похоже на попытку собрать пазл из кусочков, которые относятся к совершенно разным картинам, а часть деталей и вовсе утеряна без следа. Хотелось вытащить мысли из головы, и рассортировать их по форме, цвету и размеру, как какие-то фигурки. Подумав об этом, Хичиго едко усмехнулась. Она уже даже мыслит как он. ...Мерфи Бруно... жив он или мертв? Насколько он связан с происходящим?... ...Наручники... если попытаться сломать большой палец, то будет легче высунуть одну руку. А вторую? Я смогу сломать оба пальца?... ...Манджиро... машина брата... кто мог ее угнать? И как это могло произойти так незаметно?... ...Убийство... Мерфи успел убить Манджиро? Или это был не он? Или это были его прихвостни?... ...Свидание... Мы покидали апартаменты... Получается, Мерфи был уже не опасен? Или уже был мертв... ... Вторая тетрадь смерти... он уверен, что она украдена... это связано с происходящим или это уже не имеет значения?... ... Звонок... Мерфи звонил мне... Где он мог взять номер? Его связи в Японии настолько обширны?... ... Полицейские в штаб-квартире... почему он с ними снова сотрудничает? Все-таки тетрадь смерти? Или нет?... ...Слух о моей смерти... это тоже дело рук Рюдзаки? Или это сделал Мерфи? Или это мог быть кто угодно?... ...Брат... его убил человек, а не тетрадь. Тоже ребята из шайки Мерфи? Это они послали фотографии?... ...Приглашение на встречу... пропало у Исиды, а мое оказалось на работе... Кто-то сделал это специально? Выходит, подкинул?... ...Рюдзаки... выходит он врал? Может на самом деле он... никогда и не любил? Притворялся? Но зачем? Чтобы использовать меня в своих целях?... Чем больше Хичиго думала, тем запутаннее казалась ситуация. Происходящее с каждой минутой становилось все более расплывчатым, как сон или галлюцинация. Голос мыслей казался все более тихим и далеким, словно он и не принадлежал ей вовсе. Жестокий, омерзительный сон...

***

Хичиго не поняла, уснула она или глубоко задумалась. Вернуться в сознание помогло чужое присутствие. Встревоженный, но неизменно теплый старческий голос старался привлечь ее внимание. - Госпожа Аманогава, - девушка слабо подняла голову, когда почувствовала, как хватка на ее запястьях ослабевает, и по кистям начинают бегать щекотные иголочки из-за восстановившегося кровообращения. На запястьях багровели уродливые красные кольца, кое-где виднелись крошечные ссадинки, напоминающие о предыдущих попытках высвободиться. Открыв маленьким замочком стальные наручники, мужчина сожалеюще хмыкнул. - Почему?... Он попросил? Сжалился что ли? - язвительно пробормотала Хичиго. - Рюдзаки не знает о том, что я делаю, и вероятно, будет крайне недоволен. Однако сейчас это не важно, - старик вежливо протянул руку, помогая девушке встать с постели. - Тогда зачем, Ватари? - впервые за все время Хичиго позволила себе некоторую фривольность. - Госпожа Аманогава, послушайте меня внимательно. В связи с тем, что между мной и вами появилась определенная симпатия и доверие, Рюдзаки не посвятил меня в некоторые детали, дабы уберечь вас от этой информации. Однако сейчас я знаю одно - мой воспитанник и вы находитесь в огромной опасности. В моих интересах уберечь L, а также постараться сохранить жизнь человеку, который ему дорог. Сейчас мне нужно действовать по инструкции и немедленно эвакуировать вас в безопасное место, - размеренные и умиротворенный мужчина впервые говорил так спешно. - Эвакуировать? Что происходит, Ватари? - девушка во все глаза смотрела на старика, ожидая ответов. - По инструкции я обязан не говорить вам. Однако, мой воспитанник уже достаточно водил вас за нос, поэтому я могу объяснить все, когда мы будем в пути. Сейчас важнее другое - мы можем помочь Рюдзаки, - впервые в столько миролюбивом пожилом лице Аманогава заметила строгость. - Я поняла вас. Сейчас, только найду ключи... - В этом нет необходимости, они у меня, - Ватари вытащил из нагрудного кармана фрака ключи от автомобиля и вложил в руку девушке. - Это все тоже по инструкции? - произнесла Хичиго уже чуть более оживленно, чем раньше. - Разумеется, нет.

***

Час и сорок три минуты - столько времени прошло по подсчетам детектива, чтобы добраться до точки назначения. Заброшенный уже как три десятка лет старый военный ангар на окраине города, скрытый в лесистой местности, проезд к которой могли узнать только самые любопытные. Идеальнее места было не найти - далеко от города, а значит можно остаться незамеченным, огромный по территории, благодаря чему можно спрятать еще дюжину полицейских. Время тоже было выбрано самое оптимальное - встретить проезжающих здесь зевак в обед в будничный день - редкое везение. Автомобили остановились напротив самого крупного, не слишком прочного на вид ангара, и мужчины нервно переглянулись. Около часа назад, когда полицейские были в пути, Ватари сообщил Рюдзаки, что все идет не по плану. Мерфи удалось перехватить автомобиль, а значит оставаться в штаб-квартире небезопасно. Детектив такой ход развития событий предполагал, поэтому подготовил все заранее - Ватари должен был увезти Хичиго, а Амане оставить в штаб-квартире и ждать, когда Мерфи снова будет под надзором. Это и было причиной, по которой он попросил Идэ подключить едва ли не весь штат оперативников - часть оставалась бы в городе на экстренный случай, как этот, а часть отправиться с ними в Яманаши. Поскольку людей оказалось вдвое меньше, чем он полагал, детективу пришлось пренебречь командой, находящейся в Яманаши - здесь по большому счету можно справиться и своими силами, оставив лишь небольшую подстраховку. Рюдзаки сразу задался вопросом, как бандиту удалось провернуть все это, однако ответ на его вопрос пришел еще через несколько минут, снова от Ватари - был найден труп полицейского, совсем свежий, именно он должен был осуществлять перевозку преступника. И судя по всему, сейчас его место занял некто из прихвостней Мерфи, который теперь движется по направлению к штаб-квартире. О передвижении полицейского автомобиля детектив также узнавал из первых рук - заранее продуманы были даже маячки, оповещающие о местоположении преступника. Взлома Рюдзаки мало опасался - чтобы проникнуть в штаб-квартиру нужно быть либо очень опытным взломщиком, либо самим L. Тревожило юношу лишь одно - предсказанная ранее богом смерти гибель Хичиго. Есть ли риск, что на это повлияет Мерфи, или эта угроза уже устранена? - Мацуи, кейс, - скомандовал компьютерный голос, когда юноша вышел из автомобиля. Полицейский мгновенно среагировал, и торопясь, отдал заветный чемоданчик детективу. - В случае непредвиденных обстоятельств, действуем по моей команде. Будьте благоразумны и не поступайте необдуманно в случае большого риска. Всем все ясно? - Да, - в один голос отчеканили полицейские, двигаясь к входу в ангар.

***

Вдавливая педаль почти до отказа, Хичиго старалась внимательно слушать старика, усмиряя собственный адреналин. Часть вопросов наконец-то нашли долгожданный ответ, хоть и было очевидно, что очень много информации Ватари попросту утаивает. Однако, наконец, стало ясно - все это время Бруно находился прямо в штаб-квартире, и Рюдзаки упорно это скрывал. Этот факт девушку ужаснул лишь отчасти - об этом она догадывалась ранее, а Ватари лишь подтвердил ее домыслы. Куда больше паники вызвало кое-что другое - подробности так называемой встречи, на которую Рюдзаки ехал прямо сейчас. Его имя должно попасть в руки человека, который завладел тетрадью смерти Ягами Лайта. Выходит, чутье его не подвело - тетрадь действительно не пропала, не была у Рюка или в мире богов смерти - она принадлежала смертному. Тому, кто должен сейчас заполучить имя L в обмен на тетрадь... Но с какой целью? Чтобы убить его? На почве только закрывшихся вопросов прорастали новые - L отправился на встречу в маске, а значит лишний раз лицом светить не намерен. Но если его собираются убить, преступнику потребуется знать, как он выглядит... Выходит, Рюдзаки показывал его будущему убийце? Или же... Он знаком с ним лично? Эту мысль Хичиго прогнала почти сразу. Сомнительно, что L позволил бы убить себя человеку, с которым он знаком и кому доверился показаться без своей литеры. Однако было во всей этой ситуации что-то, что вызывало у Хичиго горькую обиду - пусть эгоистичную, собственническую и почти детскую, но очень глубокую. L готов на все ради дела - умалчивать, врать, замыливать глаза, и ничего не сказав, молча отдать свою жизнь. Эта мысль всегда резала глубоко и больно, но сейчас, когда в этом можно было убедиться воочию, боль ощущалась куда острее.

***

С противным скрежетом дверь в ангар распахнулась, впуская внутрь не только полицейских, но и дневной свет. Четверо полицейских позади надвигались стеной, а впереди, тихо шоркая, с втиснутыми в карманы штанов руками, шел сам L. Спокойный, даже слегка вальяжный на первый взгляд, устремленный только вперед. В сумраке могло показаться, что в помещении их всего пятеро, однако на звук шагов из тени выплыла высокая крупная фигура, явно мужская. Правила этого маскарада он тоже соблюдал, но маскировка у него была куда более слабая, чем у полицейских - черная кепка, козырек которой был таким низким, что прятал глаза; простая медицинская черная маска, прикрывающая большую часть лица; черная толстовка с глубоким капюшоном поверх кепки; в руке простой рюкзак того же черного цвета. Мужчины остановились в тридцати шагах друг от друга, словно они были дуэлянтами. Воцарилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь слабым скрежетом куска металлической обшивки, с которой беззаботно игрался ветер снаружи. Даже сквозь густую мглу и расстояние, разделяющее мужчин, можно было почувствовать, как их взгляды устремлены друг в друга, подобно стрелам лучников. - Вовремя, как по часам. Сделаем все быстро? - не удосужившись поприветствовать присутствующих, незнакомый мужчина прервал молчаливую блокаду. - Не вижу смысла откладывать, - моментально откликнулся L. - Будешь проверять, или на слово поверишь, что она настоящая? - дерзнул мужчина, выудив из рюкзака тетрадь смерти и дразняще поманив ей юношу. Ту самую, за которой детектив гонялся многие месяцы. Ту самую, которая, должно быть, принадлежала первому Кире. - Проверка будет не лишней, - монотонно ответил компьютерный голос, после чего детектив сократил дистанцию на несколько шагов. - Солидарен. Мне тоже нужна уверенность, - мужчина также двинулся навстречу к детективу. Остановившись в пяти шагах, каждый продолжил буравить оппонента взглядом, пока полицейские терпеливо ждали распоряжений L. - Сперва я хотел бы убедиться, что это действительно ты, L. - Какая в этом необходимость, если ты и без этого знаешь мое лицо? - уверенно парировал детектив. - Ты слишком хитрый и изворотливый, чтобы я так опрометчиво тебе доверял. Вдруг это очередной твой фокус, и весь этот балаган - сплошная фикция? - низкий, бархатный баритон просквозил надменностью. Глаза юноши раздраженно сузились, после чего он сделал несколько скорых шагов и вплотную приблизился к мужчине. Они оказались почти нос к носу, из-за чего ощутимая разница в росте стала заметна издалека даже полицейским. Коротко фыркнув, Рюдзаки сдвину край маски ровно на половину, его голос понизился до опасного шепота. В то мгновение, когда пол его лица оказались открыты, в нос ударил едкий флер чего-то горючего. Краем глаза он заметил раскиданные бочки, вероятно с легковоспламеняющимися отходами или топливом, которые со временем, видимо совсем заржавели и дали течь. Детектив моментально сделал об этом пометку в голове - в случае чего нужно держаться ближе к выходу из ангара, где ничего подобного он не обнаружил. - Убедился? - Более чем, - без особого интереса ответил мужчина напротив. Не желая стоять столь близко к L, он сделал несколько шагов назад. - Как я могу убедиться, что тетрадь смерти не подделка? - Можешь сделать это практическим путем. Напиши на странице имя и посмотри что произойдет. Готов пожертвовать одним из своих болванчиков? - мужчина с вызовом кивнул в ту сторону, где стояли полицейские, что не осталось для них незамеченным. - Я этого не сделаю. Иначе этот цирк даже не пришлось бы устраивать. Тихий хохот и шум приближающихся крыльев прервал напряженный разговор. Бог смерти Рюк спустился откуда-то с крыши ангара, взгромоздив свое тело на одну из бочек. Детектив навострился, глядя на знакомое ему чудовище, которое наблюдало за юношей своими рыбьими глазами и скрипуче хихикало. - Простите, простите, не хотел прерывать такой важный разговор, хе-хе, - отозвался Рюк, с интересом переметнув взгляд на охнувших полицейских, некоторые из которых его узнали. В этот момент, распахнув костяные крылья, за спиной детектива оказалась Рэм. Боги смерти переглянулись, однако Рюк молчал, понимая, что его хозяин Рэм не видит, только его зубастая улыбка стала немного шире. Шестеренки в голове детектива вновь ускоренно закрутились - если бог смерти здесь, значит мужчина перед ним - и правда может быть хозяином тетради. Однако была вероятность, что настоящий хозяин находится где-то поблизости, прячется неподалеку. А что еще вероятнее, мужчина может и правда обладать тетрадью, однако, поскольку бог смерти привязан именно к владельцу, а не к ней, есть риск того, что тетрадь все же поддельная. - Еще сомневаешься, L? - произнес мужчина, дернув головой в сторону существа. - Бог смерти привязан к хозяину, а не к тетради. Так что ризон для сомнений у меня есть, - мужчина раздраженно вздохнул. - Приведи сюда кого-то из своих, пусть он прикоснется к тетради и убедится в ее подлинности, - эта идея понравилась даже богу смерти. Коротко подумав, Рюдзаки решил опробовать предложенную идею. - Господин Ода, подойдите сюда, пожалуйста, - услышав свое поддельное имя, Хидеки без колебаний двинулся к мужчинам, держа руку на кобуре. Неуверенно протянув руку к тетради, которую сильной хваткой держал незнакомец, Идэ прошелся по обложке кончиками пальцев. Слуха сразу коснулся утробный рокочущий смех монстра, что находился совсем близко. Полицейский попятился, сдерживая приступ паники и стараясь не закричать от шока. Глаза L блеснули изумлением - тетрадь настоящая. Он заметил, как Идэ моментально попятился, едва не потеряв равновесие, держась как можно дальше от места, где за ним с интересом наблюдал Рюк. - Господин Ода, что вы увидели? - М-монстра... Настоящий уродец... Это и есть... бог? - запинаясь пролепетал Хидеки, тщетно пытаясь выровнять собственный голос. Существо его реакции не обиделось, лишь позабавилось тому, как задрожал у полицейского голос. - Хорошо, Ода. Вы можете идти. Подлинности тетради смерти доказана, - голос L снова зазвучал спокойно, однако оставались в детективе некоторые сомнения - все слишком гладко, слишком правильно идет, чересчур хорошо, чтобы являться правдой. - Черед за тобой, L, - мужчина натянул кепку еще ниже. Юноша кинул взгляд на чемоданчик - все, что он умело прятал многие годы теперь должно предаться забвению. Пути назад нет. Как нет страха или сожалений. Крепко сжимая ручку кейса, L протянул его мужчине. Тот почти сразу принял его, делая вид, что его содержимое его мало интересует. Окинул взором металлический кейс, но открывать не спешил - вновь изучающе посмотрел на детектива. С некоторой опаской передал тетрадь смерти в его руки, тот принял ее в странной манере, держа тетрадку лишь двумя пальцами за уголок. - И чем докажешь, что там именно твое имя? Я видел по телевизору эту уловку с Линдом Л. Тейлором... Где гарантии, что ты не провернул здесь тот же трюк? - Через двадцать четыре часа ты сможешь убедиться в моей смерти, - холодно ответил юноша. - И тем не менее, доверия твои слова не вызывают. Смерть всегда можно подделать, - на это суждение детектив едва заметно нахмурился. - Я должен буду совершить самоубийство через повешение и у тебя будут доказательства. Считаешь, что я попытаюсь подстроить такое? - Да, считаю. Более того, убежден, что ты собираешься это сделать, - на лице мужчины отобразилась язвительная ухмылка, которую L не мог увидеть. - Ты кажется забыл... у тебя ведь есть один очень достоверный источник, верно? - стоило юноше об этом упомянуть, как ухмылка моментально была стерта с лица мужчины, а его глаза недобро блеснули под козырьком кепки.

***

Чем ближе Хичиго и Ватари приближались к назначенному место, тем сильнее бурлила в горле паника. Пальцы, цепко сжимающие руль холодели, словно они покрылись инеем, а сердце так беспорядочно билось, что вызывало гадкую спазмирующую боль. Ватари, вопреки своему обычно очень спокойному поведению, также выглядел достаточно обеспокоенным - за воспитанника он переживал не меньше Хичиго. Когда машина остановилась на каком-то богом забытом пустыре, окруженном густым лесом, девушка почувствовала, что от переизбытка тревоги ее вот-вот стошнит. Позыв к рвоте сдерживал только находящийся от нее по левую руку мужчина - держаться перед ним хотелось стоически. Хичиго сразу заметила большую постройку, с припаркованными рядом двумя автомобилями. Это должно быть оно. - Госпожа Аманогава, мне пойти с вами? - В этом нет необходимости, Ватари. Вам лучше остаться здесь, в безопасности. Если там внутри что-то случится, я выйду и дам знать, - мужчина несколько нервно кивнул, доставая из сумки такую же маску и плащ, какую Хичиго успела увидеть на Рюдзаки. - Вот, наденьте это. Рюдзаки на всякий случай оставил мне запасную, - услышав это, Хичиго невольно скривилась. Он подумал даже о Ватари... а ее в качестве меры предосторожности лишь приковал наручниками к собственной кровати... нет, сейчас нет времени на глупые обиды. Взяв себя в руки, Хичиго быстро натянула лисью маску на лицо, и сунула руки в рукава объемного черного плаща. Попыталась унять дрожь в собственных коленях, однако тело совсем отказывалось слушаться ее в этот момент. На деревянных, почти не идущих ногах она вылезла из автомобиля, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии хвостов. В тот момент, когда Хичиго собралась идти, Ватари остановил ее. - Госпожа Аманогава. Возьмите этот пистолет. Оружие будет сейчас к стати, - через боковое стекло машины старик протянул Glock-18. Увидев в его руках автоматический пистолет, девушку на секунду передернуло. Однако, смахнув эту секундную слабость, она приняла пистолет и сунула его за пояс. С каждым шагом в сторону ангара ноги становились все тяжелее, словно сила притяжения стала в пару раз больше. Но это не было страхом смерти, совсем нет - страшнее всего было узнать, что ждет ее за огромными ржавыми дверями этого ангара, который всем своим видом напоминал медвежий капкан. Строить теории и догадки не хотелось, однако на ум они приходили совершенно без спроса. "Что, если я опоздала?" "А что, если там никого нет?" "А что, если Мерфи уже поджидает меня там, чтобы вогнать пулю мне в лоб?" "А что, если Рюдзаки уже мертв?" "А что, если я просто сплю и это лишь очередной кошмар?" Рука девушки коснулась прохладного шершавого металла. Дыхание участилось, сердце бешено стучит, а ладони начинают мокнуть. Такого отклика от собственного тела она не чувствовала уже давно. Словно она стояла перед вратами Ада, а не перед старым военным ангаром. С силой дернув за край ангарных ворот, Хичиго сделала последний рваный вздох. С этого момента страху в ее теле не место. Четверо ошарашенных детективов мгновенно откликнулись на звук, охнув в унисон и повернув головы сторону постороннего шума. Девушка мгновенно ринулась вперед, минуя их застывшие на месте фигуры. - Рюдзаки! Не смей! - ее злостный крик передразнило жутковатое эхо. Детектив даже не повернулся, отчего Хичиго предположила, что он оцепенел от неожиданности. Даже Рэм, безучастная к происходящему, повернула голову в сторону , откуда доносились гулки торопливые шаги. Подойдя достаточно близко, Хичиго с силой дернула юношу за плечо, вынуждая его обернуться. Тот не сопротивлялся, хоть и было очевидно, что его движения резкие, выдающие весь спектр раздражения и удивления. - Какого черта ты здесь делаешь? Тебе здесь не место, - прошипел детектив, не меняя монотонной речи ни на миг. - Ты совсем рехнулся?! Ты занимаешься опасной херней у меня под носом, а я должна сидеть сложа ручки и ждать, когда ты сыграешь в ящик?! - досада и злость застилали глаза. - Твое безрассудство сейчас ставит на кон две жизни, вместо одной, - раздраженно отозвался юноша. - А ты геройствовать вздумал?! - стоило Хичиго это произнести, как в углу послышался знакомый нечеловеческий хохот. Она мгновенно обернулась. - Рюк... Но.. Ты, - девушка с легкой опаской перевела взгляд с чудовища на стоящего неподалеку мужчину. Сначала человек показался совершенно странным, даже пугающим незнакомцем. Возвышающаяся над ней фигура, руки, даже скрытые рукавами толстовки кажутся массивными и выносливыми. Широкие, статные плечи, чуть виднеющийся высокий кадык... Мужчина стоял неподвижно, словно хотел так и остаться незамеченным и непойманным. Но что-то выдавало в нем кого-то до боли знакомого. Кого-то, кто слишком сильно напоминает... Тот парень с парковки. Столкновение перед тем, как Супру разорвало на кусочки. Телосложение, рост, все сходится. Это он стоит за всем этим.

НЕТ.

Ответ куда проще.

НЕТ. НЕТ.

Намного, намного проще.

НЕТ. НЕТ. НЕТ.

Проще, лучик, проще.

***

3 августа 1986 года Теплый безоблачный летний день, настоящая благодать после прошедшего в прошлом месяце сезона бурных дождей. Голубое небо, настолько чистое и бескрайнее над самой головой, что напоминает морской омут, в котором в пору утонуть. Казалось, что даже оно пропиталось редким летним теплом, а лучи бережно ласкали еще чуть влажную землю. Во всей округе ничего кроме этого приветливого неба и океана из золотых, покачивающихся на легком ветерке подсолнухов - цветочный лабиринт, простирающийся не меньше чем на гектар земли. Подсолнухи гордо держали свои тяжелые головы, обращаясь к солнцу, напитываясь светом. Тысячи маленьких солнышек устремляли свой взор ввысь, к безоблачному небосводу. Те, что были крупнее, уже отливали мягким золотом, а совсем молоденькие цветы имели более лимонный, прохладный цвет. Узкая тропинка с изгородью гордых стражей в золотых доспехах, глубокая и незаметная, почти скромная, тянулась через все поле, скрывалась в тени буйных желтых макушек. Манджиро легко и беззаботно скакал от одного края тропы до другого, не упуская возможности потрепать рукой любой подсолнух, до которого мог дотянуться. Если встать совсем рядом, то можно оказаться в теньке, будто природа сама позаботилась о тебе, и вооружила зонтиком, на случай новых дождей. Мальчишка так громко хохотал и то и дело гремел рюкзаком, что ненароком распугал всех поющих неподалеку птиц в этой благоговейной глуши. Следом за ним шел Исида, слегка взмокший от палящего над самой головой солнца, а на его спине сидела девочка - совсем крошка, с огненной макушкой, словно она тоже впитала энергию летнего солнышка. Сидела спокойно, слегка боязливо, поглядывая лишь краем глаза на смотрящие свысока золотые макушки цветов. Ей повезло немного больше, чем брату - голову прикрывала белая панамка, в цвет легкого платьишка, которое Исида купил с карманных денег именно ради этого похода. - Ты еще не проголодалась, Хичиго? - произнес старший, тщетно пытаясь натянуть на нос сваливающиеся очки. Девочка замотала головой. - Братик накормил меня рисовым омлетом, так что я не хочу кушать... - Исида, что за глупость? Ты тащишь ее от самой станции, когда она успеет проголодаться? - захохотал Манджиро. А пока он потешался, сам не заметил, как угодил ногой в маленькую ямку, споткнулся и рухнул на землю. Исида, довольно ухмыльнулся. - Поделом тебе, болтун. - Джиро, тебе не больно? - большие карие глазки обеспокоенно смотрели на Манджиро, отряхивающего шорты от влажной земли. - Падение на задницу еще никого не убивало, - хихикнул Исида. Малышка Хичиго раскраснелась, услышав "нехорошее слово". - Блин, чуть не разбил отцовскую камеру... Он прибил бы меня, если бы я ее испортил, - подбоченился мальчик. - Долго там еще идти? - спросил Исида, остановившись напротив друга. - Откуда столько нетерпения, самурай? Важен сам путь, а не цель, - Манджиро начал кружить вокруг брата с сестрой, на манер ниндзя. - Тебе бы поменьше смотреть аниме, и больше учиться, дурная голова, - Исида беззлобно растрепал другу волосы и двинулся вперед. Всю дорогу Кобаяси болтал о всякой ерунде - о провальном тесте по английскому языку, о об однокласснице Куроде, которая назвала его дураком и отказалась проводить ее до дома, о теннисной секции, в которую его хочет записать отец. а Исида, как всегда внимательно слушал, добавляя язвительные, забавные комментарии. Только малышка Хичиго молча сидела на спине брата, уже более смело разглядывая высокий забор из цветущих подсолнухов. Говорить о своих буднях Исиде не хотелось, потому что все было далеко не так беззаботно, как у его друга. Сегодня мать снова кричала на Хичиго из-за разбитой тарелки, только Исида смог остановить этот натиск, вернувшись с дополнительных занятий по истории. Из-за этого старший решил хоть как-то сегодня побаловать сестренку, чтобы ей было веселее - вместе с бенто, который он приготовил на троих для похода, он зашел с Манджиро в магазин, набрав леденцов и печенья. Дойдя до нужного места - небольшой деревянной лавки, скрытой под настилом из живых подсолнухов, ребята устроили перекус. Даже с набитым ртом Манджиро не переставал болтовню, весь перепачканный натто и рисом. А подкрепившись, он начал фотографировать все подряд - пролетающих птиц, безоблачное небо, опыляющих цветы пчелок-жужжалок, Исиду и Хичиго, мирно обедающих, сумел даже запечатлеть земляного червя, которому не посчастливилось оказаться у него на пути. Эти теплые августовские дни Хичиго запомнила как одни из самых спокойных и тихих. То и дело Исида и Манджиро брали ее с собой на прогулку, угощали сладостями и развлекали ее. Пару раз они ходили на рыбалку, ловить карпов, которых они отпускали, вдоволь рассмотрев их из ведерка. Ходили в игровые автоматы, где в гонках постоянно побеждал Исида, а малышка Хичиго всегда задорно хлопала ему в ладоши. Однажды Манджиро даже позвал их в гости, где отдал Хичиго все раскраски, которые оставались у него с начальной школы. Но больше всего в память врезалось именно подсолнуховое поле. Запах цветов, запах земли, запах фруктовых леденцов и света. Запах свободы и спокойствия.