И это моё посмертие?

Шли дни, Брок с Барнсом жили спокойно, занимаясь собирательством и охотой словно первобытные люди. Да и не смогли бы они работать на земле, оба просто ничего не понимали в фермерстве и садоводстве. Они бродили вдоль береговой линии в поисках хоть чего-нибудь, но озеро оказалось просто огромным. ну, они называли это озером, потому что вода в нём была пресной. В какой-то момент они не увидели противоположного берега, и Барнс тут же загорелся поплыть туда, посмотреть, что там, но Брок его осадил, напомнив про монструозных муравьёв или жуков, хрен его знает. И желание плыть на тот берег улетучилось. А потом начался дождь. Вроде бы простой дождик, он перешёл в ливень, начало подтапливать домик, и Барнс с Броком принялись окапывать его, пеняя на себя, что не сделали этого раньше. Вообще климат этого места был очень странный, даже в джунглях дождей особо не было, а тут ливануло. Даже выходить никуда не хотелось, хорошо они из одного из домов сделали поленницу, и сухих дров у них было вдосталь. — Что делать будем? — спросил Брок. — Не знаю, — вздохнул Барнс. — Лодку я перевернул, дрова закрыл, нас больше не топит. Сидим, жрём запасы и ждём, когда этот водопад прекратится? — Лучше плана и не придумаешь, — рассмеялся Брок, заваливая Барнса на кровать. — Иди сюда, будем валяться и ничего не делать. — А может, искупаемся под дождём? — спросил Барнс. — Он вроде тёплый. И идёт такой стеной, что как душ будет. — А что, хорошая идея, — улыбнулся Брок, принимаясь раздевать Барнса. Да и было бы что снимать, так, пара тряпок. С раздеваниями Брок стал целовать Барнса, но тот отодвинул Брока своей металлической хваталкой. — Мыться. Мы собирались мыться, — напомнил он. — Мне тебя и поцеловать нельзя? — вскинул брови Брок. — Можно, — хитро ответил Барнс, — но сначала купаться. Они обнажённые выбежали на улицу, где с неба поливало стеной, но не холодной, а тёплой, почти нежной, если бы капли не лупили по плечам, но Броку и Барнсу было всё равно, они были заняты друг другом. Брок чувствовал, что Барнс уже решил, что сегодня именно его трахнут, лишат последней скромной невинности, которой он особо-то и не дорожил. Мокрые от дождя, они ввалились в свой дом, наскоро обтёрлись тканью, которую не использовали для маек, и Барнс опустился перед Броком на колени. — Эй, — позвал Брок несколько недоумённо, хотя уже всё было ясно, — может, в постель? — Не хочу в постель, не дойду, — выдохнул Барнс и снова насадился ртом на член Брока, взяв так глубоко, как мог, а мог он хорошо, в этом Брок уже убедился. Барнс сосал, очень пошло встав на четвереньки, и Броку просто до одури захотелось вставить ему. Загнать член в эту офигенную задницу, так бесстыдно сейчас выставленную. Нет, Барнс и раньше принимал подобную позу, но именно сейчас до Брока дошло, насколько это пошло и вызывающе, хотя они тут были одни. А значит, этот вызов только для него. — В кровать марш! — рыкнул Брок, и Барнс повиновался моментально. Снова встал на четвереньки, выпятив задницу, и Брок с удовольствием шлёпнул по ней. — Вот же ж бесстыдник, а, — притворно удивлённо сказал Брок. — Очень хочешь попробовать новенького? — Хочу, — рыкнул Барнс. — Давай уже, или я тебя сейчас сам трахну. — Хорошо, — Брок погладил Барнса по офигенной заднице, устроился между его ног и стал растягивать, обильно смачивая слюной, больше они ничего так и не придумали. Брок вылизывал Барнса, надрачивал его член, слушал его гортанные стоны, чувствовал, что Барнсу всё это нравится, да и не в первый раз Брок ему задницу вылизывал, а вот то, что будет дальше, должно было быть впервые. И Брок волновался, что не сможет доставить Барнсу удовольствие, но тот, похоже, был уверен в обратном. — Давай уже, Брок, — простонал Барнс, когда Брок вытащил уже три пальца из растянутой задницы. — Давай… — Хорошо, детка, — Брок выдохнул. — Только расслабься, договорились? — Да я расслабился уже так, что пора напрягаться, — буркнул Барнс, и в этот момент Брок приставил головку к его заднице и двинулся. Брок аккуратно проник в Барнса, и тот замер, вслушиваясь в ощущения. Член проходил легко, Брок уже привык, что слюны нужно много, и сейчас всё шло хорошо. Барнс прогнулся в спине и сам насадился на член до конца. Замер и тихо выдохнул. — Давай, — едва слышно потребовал он, опустив голову, и Брок не заставил себя ждать. Он трахал Барнса, поглядывая, как его член исчезает в заднице Барнса, и тащился от этого. Этот суперчеловек сейчас был его, только его, Брок обладал им, ему доверили и доверились, и Брок не мог не оправдать этого доверия. Он старался как никогда в жизни, чтобы Барнсу было хорошо, а тот стонал так искренне и нежно, что Брок почти выпал из реальности. Для него сейчас был только Барнс, только его удовольствие. Брок взял член Барнса в ладонь, лаская и его, но Барнс оттолкнул его руку и сам стал себе надрачивать, да так яростно, что Брок понял — он сейчас кончит. Оба они кончат. Барнс оказался быстрее. Он сжал Брока в себе, дёрнулся пару раз и опустил голову на сложенные руки, когда Брок его ещё трахал. Но хватило всего пары толчков, и Брок тоже кончил бурно и громко. — Не вынимай, — попросил Барнс. — Приятно. Но член Брока опал, и так или иначе пришлось вынуть. Надо было вымыться, пока сперма не засохла прямо на них, потом хрен отмоешь. Но Барнс оказался после секса очень деятельным. Он поднялся, притащил горшок с водой и кусок ткани. — Мыться пришло само, — рассмеялся он, поцеловал Брока и стал обтирать его, а потом и себя. — Барнс, ты хочешь вернуться домой? — внезапно спросил Брок. — Вернуться, и чтобы всё хорошо. Дом, друзья, родные. Не знаю даже, что ещё. — Из родных у меня только Стив, — задумчиво сказал Барнс. — Был. Остальные умерли, пока я был Солдатом. А вернуться… А ты хочешь? — Я хочу удобств, а не дырку в полу вместо сортира. Хочу смазку, чтобы не быть верблюдом каждый наш секс, — вздохнул Брок. — А хорошо мне и с тобой. Не хватает, конечно, друзей, с которыми можно можно поговорить, но я и с тобой поговорить могу, правильно? — Правильно, — Барнс устроился рядом с Броком, погладил по боку. — Брок, я не знаю, хочу ли я вернуться. Но я знаю, что хочу быть с тобой, какой бы вариант ты ни выбрал. — Спасибо, — Брок вздохнул, поглаживая Барнса по голове, и поцеловал. — Это для меня важно. Дождь всё шёл, шелестя по крыше, которая была сделана настолько идеально, что даже не протекала, и от этого всего клонило в сон. Брок не заметил, как уснул, а Барнс накрыл его шкурой, сам залез под такую же и тоже уснул. Сахарки решили, что тоже хотят спать с ними, и обсели, как смогли. Особенно интересно было детёнышам, которые ползали по Броку и Барнсу, но те спали так сладко, что не замечали этого. Дождь кончился через пару дней. Дрова отсырели, и теперь приходилось их сушить, прежде чем запихать в печь, благо такая возможность была. Отсырело практически всё, что страшно Брока бесило, но приходилось мириться со всем этим, потому что ничего другого им не оставалось, только встречать трудности грудью. — Брок, что-то происходит, — позвал Барнс. Брок вышел из дома, чтобы посмотреть, что так взволновало Барнса, а потом по земле прокатилась судорога. — Землетрясение? — с ужасом подумал Брок, выходя из домика и глядя туда, куда смотрел Барнс. Гора, расположенная на другом берегу, была невысокой, но несла в себе опасность извержения. Из её вершины валил дым и вылетали пока маленькие крапинки магмы. — Как думаешь, мы достаточно далеко, чтобы нас не задело? — спросил Брок. — Думаю, да, — пожал плечами Барнс. — Зато посмотрим на извержение. — Я хуею, Барнс, — удивлённо сказал Брок. — У нас тут извержение вулкана, а ты посмотреть хочешь? Давай манатки собирать и в лес, куда подальше. — Брок, я уверен, что извержение будет слабым, — заверил Барнс, хотя откуда он это знал, неизвестно. — Хорошо, — кивнул Брок. — Я тебе поверю, Барнс. Но если… — Да не будет никаких “если”, — заверил Барнс. — Давай посмотрим, где мы ещё увидим почти первобытное извержение? — На Гавайях, — пожал плечами Брок. — Там вулкан уже пятьдесят лет непрерывно извергается, и ничего. Туристы смотрят. Да там целая туристическая отрасль, посвящённая только этому вулкану. Как называется, правда, забыл. — А тут у нас всё бесплатно и безопасно, — улыбнулся Барнс. — Ладно, давай смотреть, — вздохнул Брок, вытащил пару кресел, которые успел сплести на досуге, и они с Барнсом уселись смотреть первобытный телевизор. Брок даже сахарков принёс, вдруг захотят посмотреть, но те просто обсели их с Барнсом и стали заниматься своими делами. Мыться, лопать недоеденное с утра, ухаживать за детёнышами, в общем, обычная сахарочная жизнь. На вулкан им было совершенно наплевать. Похоже, извержение и правда до них не дойдёт. А вулкан чем дальше, тем больше набирал силу, плевался магмой, извергал из себя клубы серого дыма, смешанного с пеплом, и Барнс с Броком порадовались, что ветер дует не в их сторону. Пока бежать смысла не было, но Броку, надо сказать, было ссыкотно, и он даже готов был в этом признаться, но пока они были в безопасности. — А если этот вулкан устроит или вечную зиму, или нагреет всё к чертям? — всё-таки выдал своё опасение Брок. — Ну а что тогда мы сможем сделать? — пожал плечами Барнс. — Уйдём куда-нибудь подальше отсюда. По земле прошла очередная судорога, и вулкан, прекратив плеваться пеплом и дымом, выдал первую порцию лавы. Она выстрелила вверх, и Брок почему-то подумал о том, что кто-то кончил. Лава стала стекать вниз по склонам горы, и выглядело это невероятно завораживающе. Красно-чёрные реки двигались, казалось, медленно-медленно, но их становилось всё больше, они текли всё быстрее, и Брок услышал, как орёт зверьё, не успевшее уйти. Брок увидел на том берегу озера с десяток каких-то рогатых существ, похожих на оленей, они с разбегу ринулись в воду, не зная, что их там поджидает. Олешки уже начали плыть, а за ними ещё множество других зверей, которых было плохо видно из-за дальности расстояния, но все они были обречены. Потому что в воде жили жуткие хищники, способные сожрать всё, что не приколочено. — Барнс, глянь, кто тут ещё живёт, — Брок обратил внимание на оленей и каких-то ещё пушистиков размером со здоровенного кролика. — Я таких тут не видел, — задумчиво сказал Барнс. — Может, местные повыбили, когда живы были? — Может. — Брок смотрел на бурлящее озеро, бедных зверьков, в панике разбегающихся по берегу, и думал о неизбежности смерти. Ему уже было всё равно, дойдёт до них лава или нет. Может быть, имеет смысл умереть? Он любил Барнса, но жить так, как они жили, становилось всё труднее. Труднее морально, не физически. Физически они бегали, делали зарядку, устраивали спарринги. Но вот морально Брока всё это уже достало. Поэтому он уже готов был на смерть от лавы, тем более что она будет быстрой. Можно было застрелить Барнса в голову, а потом и самому пулю в висок, как раз Барнс оставил ему два патрона после охоты. — Брок, — тронул его Барнс за колено, — ты чего? — А? — Брок не сразу сообразил, что от него надо. — Всё в порядке. Задумался. — Лава к нам идёт, — сказал Барнс. — Но, думаю, озеро её остановит. — Хорошо, если так, — вздохнул Брок. — А она быстро течёт. Смотри, Барнс, она реально жидкая и быстро течёт. — Ну, до нас километров сто, — прикинул Барнс, — так что всё равно долго будет течь. Лава добралась до озера за пару часов. Брок думал о своём, о судьбе и полной безвыходности их положения. Он хотел смазку, он хотел нормальный сортир, он хотел душ и мыло. Хотя бы мыло. А ещё можно крем после бритья и хотя бы опасную бритву вместо ножа — пусть тот и был острым, всё равно чего им только не делали. И как у Брока на роже ещё никакая парша не появилась, было загадкой. Брок много чего хотел, но сидел и пялился, как лава невероятно быстро прокладывает себе путь к их озеру. И тут до Брока дошло. — Барнс, — рявкнул он, — она нам затопит всё, когда в озеро выльется. Давай всё что можно подальше оттаскивать! Ну же! Барнс подскочил моментально. Сахарки подорвались за ними, попрыгав в свою сумку, которую Брок подхватил и понял, что не выпустит, пока весь пиздец не кончится. Брок побежал хватать шкуры, потому что ночью нужно было чем-то укрываться, а Барнс потащил поленницу, благо он сделал её так, чтобы можно было забрать сразу всю, если что-то случится. Им, наверное, повезло, что лес был выше берега, где стоял их дом, и тащить было не очень далеко, только закинуть наверх — этого, как казалось Броку, должно было хватить. Сахарков он пока оставил там же, на возвышенности, и те сидели тихо, не пытались вылезти, словно чувствовали опасность, только тихо попискивали. А Барнс с Броком таскали всё, что должно было остаться сухим. Еду, вещи, а мебель решили оставить, ничего с ней не случится. Брок боялся очень, что размоет их сортир, и всё говно всплывёт, но понадеялся, что вода унесёт это говно куда подальше, когда схлынет. Они закончили перетаскивание вещей и сами забрались на возвышенность, когда магма хлынула в озеро, вспучивая его, заставляя закипеть. Это было невероятно. Над озером резко повис туман, а магма продолжала изливаться, повышая уровень воды, сваривая живьём рыбу, которая всплывала и болталась теперь на поверхности, пока ещё не воняя, что радовало. Их низинку начало затапливать как-то резко. Пошли волна за волной, и уже через несколько минут вода поднялась практически до уровня, где сидели на возвышенности Брок и Барнс. — Успели почти вовремя, — сказал Барнс и скривился. К ним принесло варёную рыбу, которую тут же сожрала другая, ещё живая рыба, хотя живая она была тоже условно, но жрать ещё могла. — Мерзость. — Ага, ещё какая, — кивнул Брок и палкой отправил всё это в свободное плавание от них подальше. — Интересно, долго вода будет уходить? — вздохнул Барнс. — Понятия не имею, — ответил Брок и собрался разводить костёр. — Прохладно как-то. Ночь скоро. — Ага, и будем мы всю ночь сидеть у костра и мёрзнуть, — расстроился Барнс: он привык к тому комфорту, который у них с Броком уже был. — Сядем рядышком и укроемся шкурами, — предложил Брок. — А я тебя ещё и обниму и буду греть. — Звучит как план, — улыбнулся Барнс. Брок заметил, что тот вообще не унывал ни по какому поводу, всегда старался улыбаться, и Брок понял, что иной раз не знает, что на душе у Барнса. Но не сейчас. Сейчас тот просто фонил недовольством и обидой, что этот гадский вулкан, который до сих пор извергался, разрушая их привычный образ жизни. А вулкан продолжал извергаться, но теперь лава текла в разы медленнее и, казалось, уже не дойдёт до их озера. Ночью им даже удалось поспать, пока костёр давал тепло. Сахарки свернулись большим комом в своей сумке, и им было тепло, а вот Брок замёрз с одного бока и решил подкинуть дров, чем разбудил Барнса. — Ты чего? — шепнул тот. — Замёрз, — ответил Брок. — И поссать хочу. — Иди, — буркнул Барнс. — Я подкину дров. Брок глянул туда, где было отхожее место, но увидел только крышу домика. Правда, вода уже начала спадать, а вулкан уснул снова. Брок огляделся вокруг и вздохнул. Когда вода уйдёт, будет проблемой расчистить территорию от всякого говна, которое сюда принесло. Когда Брок вернулся, Барнс грел завтрак. — Я так понял, ты спать уже не будешь, — сказал он. — Поэтому я вот, завтрак решил приготовить. На завтрак была яичница из довольно здоровых яиц, которые Барнс нашёл, когда охотился на птиц. Яйца у них считались деликатесом, потому что не так просто было залезать в кроны растущих здесь исполинов. — Спасибо, Барнс. — Брок вздохнул и сел рядом. — Как думаешь, долго вода будет уходить? — Думаю, к вечеру. А потом ещё хорошо бы подождать, пока просохнет, — пожал плечами Барнс, обнял Брока и поцеловал в висок. — Всё будет хорошо. Прорвёмся. — Прорвёмся, — кивнул Брок. Вода уходила долго. Они два дня ждали, пока можно будет слезть с высоты, зато много чего сделали в лесу. Набрали еды себе и сахаркам, Барнс разжился парой кладок яиц, чтобы Броку было нескучно и вкусно, а Брок ходил всё это время и бесился, рычал на Барнса и вообще был раздражён, потому что уходящая вода открывала всякий мусор. Останки варёных и не очень рыб с жуткими зубьями, куски чего-то, что можно было опознать, как говно, плавали на поверхности, отчего Броку хотелось откровенно блевать. То, что там он жить больше не собирается, было очевидно. — Барнс, — позвал Брок. — Мы переезжаем! — Куда? — удивился Барнс, переложив завтрак на тарелки. — Что тебе не так? — Мне всё не так, — Брок вернулся к Барнсу. — Абсолютно всё. Да, потом мы немного приберём внизу, но берег для меня потерян. Будем ходить на реку на плато. — Ладно, — пожал плечами Барнс. — Разберу дом и соберу его заново наверху. Только делянку вырублю тут. Дня два, нормально? — Я тебе помогу чем смогу, — ответил Брок. — Давай поедим и начнём? — Да, давай, — улыбнулся Барнс и поцеловал Брока. — Всё будет, как ты захочешь. — Спасибо, — тихо сказал Брок, принимаясь за еду. Он был отчасти даже растроган тем, что Барнс без споров согласился с его идеей остаться тут, на возвышенности рядом с лесом, но Брок понимал, что он уже точно не сможет жить на берегу. Слишком много всякого говна туда вынесло. Да и нужник придётся выкапывать в новом месте, тоже из чего-то его сложить по-хорошему. Но сначала надо дождаться, когда вода совсем уйдёт, и подготовить место для дома. Поленницу как-то укрыть. Да много всего нужно было сделать. И Брок пошёл заниматься делами. А дел было много. Хорошо, они не забыли перетащить сюда инструменты, те немногие, что имелись. И теперь Барнс споро работал топором, а Брок ножом обрубал всё то, что можно было обрубить. Оба жалели, что нет пилы, да и топор был так себе, поэтому распластать всё это на доски было просто невозможно, но они попытались. Кое-что даже получилось, но это было после. А пока они делали всё, чтобы можно было уютно жить на новом месте, чтобы нормально встал дом, просохла мебель. Да много всего было. Пока Барнс рубил, Брок рыл сортир, стараясь подальше от жилища, но не так далеко, чтобы нужно было прямо бежать до него. Дальше вода медленно уходила, и Брок увидел их крышу, которая радостно плавала, и частично домик, который стоял себе и стоял. Брок уже всё решил: они с Барнсом перетащат дом хоть по кирпичику, потому что там внизу Брока просто будет тошнить от всего. Но берег надо будет расчистить всё равно. Через два дня, когда вода ушла полностью, Барнс просто поднял конструкцию дома, которая оказалась хорошо спаяна, и перенёс в другое место. Но до этого он перетащил печку и кровать. Поставил стены вокруг, и они с Броком принялись делать крышу, благо пока не было туч и дождей не собиралось. — Ну что, как тебе новое место? — спросил Брок. — Да мне и старое было нормально, — пожал плечами Барнс. — Но ты прав, озеро выплеснуло слишком много говна, чтобы там жить. — Спасибо, что сделал это для меня, — Брок обнял ладонями лицо Барнса и посмотрел ему в глаза. — Ты лучшее, что со мной случалось, и плевать, был ты Солдатом или Барнсом, я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — тихо сказал Барнс, высвободился и обнял Брока сам, прижался головой к груди. — Всегда буду любить, что бы между нами ни случилось, во что бы мы ни вляпались, я буду любить тебя.