Новые Начинания

      — Береги себя, Сильвер.       — Ты тоже, Эспио.              Хамелеон протянул руку своему неожиданному новому другу, который с некоторым изумлением рассматривал её, прежде чем Сильвер неуверенно прислонил к ней свою ладонь. Эспио улыбнулся и сжал протянутую ему руку, осторожно покачивая её вверх и вниз.       — Это рукопожатие, — объяснил он на удивлённый взгляд Сильвера, — Так люди здороваются или прощаются.              Сильвер промурлыкал в ответ, заучивая жест: его глаза сузились, когда он явно тщательно обдумывал процедуру. Это дало Эспио некоторое время, чтобы рассмотреть его поближе. Он мог видеть огромные фиолетовые мешки под его глазами, а также тело, усеянное ожогами и ранениями. Он осознал, что сам, вероятно, выглядел не лучше. Битва против Ифрита и Эггмана Неги наряду с Метал Соником 3.0 действительно серьёзно потрепала их обоих. Эспио хмурился ещё сильнее по мере того, как продолжал изучать Сильвера: его острые глаза отмечали абсолютно несметное число травм, которыми тот был осыпан. Не все они были результатом этой конкретной битвы — он был уверен в этом.              В глубине сознания назойливый голос продолжал твердить, что, если бы не серошёрстый путешественник во времени, мир был бы уже поглощён пламенем. Однако никто не знал этого, кроме упомянутого путешественника во времени и него — его единственного союзника. Если исходить из того, как прошли встречи с другими командами, Сильвер явно испытывал большое презрение ко всем друзьям Эспио, и, похоже, им обоюдно не симпатизировал. Эспио мог понять, почему ёжик так себя чувствовал. Сильвер, казалось, относился к своей роли спасителя с предельными серьёзностью и энтузиазмом, и он знал по опыту, что это может быть довольно утомительно — иметь дело с глупостью и дурными шутками их более причудливых знакомых. Если вспомнить, как прошла их первая встреча, то просто чудо, что хамелеон вообще смог с ним сблизиться, не говоря уже о том, чтобы так хорошо сработаться.              Он задавался вопросом, что теперь будет с Сильвером, глядя на эту измождённую фигуру. В то время как Эспио ждала семья в основном безопасном, время от времени согретом доме, путешественнику во времени пришлось бы вернуться в новое неопределённое будущее. Будет ли кто-нибудь ждать его там, как Вектор и Чарми сейчас ждали хамелеона? Ждал ли его вообще кто-нибудь?       — Сильвер, ты ранен, — пробормотал он вместо того, чтобы претворить в жизнь свои наседающие негативные мысли. Ёжик отпустил его руку и осмотрел себя, сначала выглядя слегка напуганным, но затем расслабившись, когда увидел повреждения.       — О, это ерунда, — заверил он скептически настроенного ниндзя, слишком жизнерадостно оценивая ситуацию, на вкус Эспио, — Само заживёт, как и всегда.       Это была тревожная фраза, если Эспио когда-либо слышал подобные.       — Нет, я так не думаю, — возразил он, протянув руку и схватив Сильвера за плечи, удерживая того на месте, пока его глаза скользили по телу ежа. Он никогда раньше не стоял так близко к нему, и только теперь мог видеть, насколько серьёзны увечья Сильвера. Он мог только поморщиться, представив, как сильно они, должно быть, ныли, — Некоторые из них обязательно заразятся, и кто знает, что ещё ты можешь подхватить. Тебе необходима медицинская помощь.              Ёжик вздрогнул, когда Эспио неожиданно прикоснулся к нему, и оттолкнул его руки, внезапно став очень настороженным.       — Нет, — мгновенно парировал он, прижав уши к голове и оскалившись, даже если они оба дрогнули, когда за этим ничего не последовало. В наступившей тишине Сильвер ни капли не ослабил свою защиту — его позиция и поведение взывали к жизни каждый тревожный звоночек в сознании Эспио. С каждым мгновением он всё больше убеждался в необходимости оставить Сильвера в этой эпохе, по крайней мере, в настоящий момент. Всё, что было не в порядке с ним в физическом плане, усугублялось психическими проблемами, которые, несомненно, возникли из-за того, что он всю жизнь прожил в разрушенном будущем, хотя Эспио не знал точных деталей. Нет, Сильвер должен был остаться здесь — хотя бы для того, чтобы успокоить собственные страхи хамелеона в отношении другого.       — Сильвер…       — Я в порядке, правда. Пока, Эспио, — и с этими словами Сильвер развернулся и направился прочь. Он едва успел отойти на несколько шагов от встревоженного хамелеона, как пошатнулся и с болезненным стоном рухнул на землю. Менее удивлённый, чем хотелось бы, этим событием, Эспио в ту же секунду метнулся к нему, мягко положив руку ему на спину. Один взгляд на закрытые глаза Сильвера и тихое, хриплое дыхание сказал ему, что тот потерял сознание. Ниндзя вздохнул: он мог бы сказать упрямому ежу, что это было неизбежно. Что ж, по крайней мере, теперь у него был хоть какой-то рычаг давления на другого, если тот попытается уйти позже.              Осторожно проведя руками по телу Сильвера, чтобы проверить, нет ли у него сломанных костей, и не обнаружив ни одной — учитывая, насколько опасливым был ёжик, было бы неудивительно, что он скрыл гораздо более серьёзные травмы, чем простые царапины, — Эспио бережно перевернул его на спину и поднял. Он был потрясён тем, насколько лёгким был другой ёжик. Если бы кто-нибудь сказал ему, что Сильвер весит меньше Чарми, он бы охотно поверил. На мгновение он задумался, не проверить ли, насколько отчётливо он может чувствовать чужие ребра под его шкурой, прежде чем передумать. На это будет время позже, когда их подлатают в агентстве, к тому же он не хотел ещё больше усугублять травмы Сильвера.              Хамелеон успел сделать всего несколько шагов, едва не уронив своего друга, когда его коммуникатор взревел; ёж застонал во сне, когда его толкнули. Неуклюже опустившись на одно колено, чтобы хотя бы частично удержать Сильвера, Эспио схватил рацию другой рукой и нажал кнопку.       — Что? — прошипел он в прибор; неудобное положение, в котором он оказался, абсолютно не способствовало улучшению его настроения.       — Эспио! — Вектор гаркнул в коммуникатор с такой силой, что адресат подумал, что они стоят рядом друг с другом, и скривился, держа предмет как можно дальше от головы, — Слава богу, ты в порядке! Я наконец-то восстановил связь. Итак, этот ёж был тем, кто стоял за исчезновениями Чао?       — …Гм, — как, ради всего святого, он должен был объяснить эту ситуацию Вектору? Судя по их предыдущим переговорам, крокодил, казалось, был совершенно уверен, что Сильвер виновен, и у него не было никаких сомнений, что все деньги, которые они могли выручить за эту работу, уже потрачены на аренду и сладкие хлопья, чтобы накормить Чарми, — Ну, да. Но ситуация такова…              Он был прерван как ответом крокодила, так и щебечущим голосом Чарми — гораздо более неразборчивым на заднем плане, чем гвалт Вектора. «Ты нашёл какие-нибудь улики?» и «Ты справился! Ты победил злодея?!» раздалось из переговорного устройства одновременно, и Эспио устремил взгляд к небесам в молитве, прижимая Сильвера ближе. Ему понадобятся удача и терпение… много терпения, чтобы объяснить своим коллегам, что именно произошло и кто такой Сильвер. Но это не то, что стоило обсуждать через коммуникатор.       — Ребята! — рявкнул он вместо этого, — Ситуация сложнее, чем кажется. Я возвращаюсь в агентство. Ждите меня в ближайшее время, а пока приготовьте аптечку.              Прежде чем кто-либо из членов его семьи на том конце провода смог возразить, он уже бросил трубку, на несколько мгновений погрузившись в гулкую тишину и сделав несколько длинных, затяжных вдохов. Что касается доказательств — у него были только слова Сильвера и собственный опыт, и, учитывая, насколько враждебно ёж вёл себя по отношению к Сонику и другим его друзьям, вероятно, лучше полностью исключить их из расследования. Как, чёрт подери, он должен был объяснить их приключение? Хотел ли для начала Сильвер его помощи? Исходя из того, как им была представлена эта работа, ежа с самого начала признали виновным в похищении Чао, и технически он действительно похитил их, даже если Эспио знал его истинные мотивы…              С очень глубоким вздохом хамелеон на мгновение отогнал свои беспокойные мысли. Если он будет придерживаться сути и не торопиться, то, несомненно, сможет убедить Вектора и Чарми в невиновности Сильвера, а дальше будет видно. Самой важной задачей сейчас было доставить ежа в безопасное место.              Прижимая Сильвера к груди, Эспио отправился в сторону Приморского города. В агентстве он мог бы подлатать другого, а затем тщательно оценить его психическое здоровье и помочь в меру своих возможностей. Тем не менее, судя по тому, насколько осторожным был путешественник во времени и как иногда действовал, это наверняка будет трудная работа. Что ж, это не было проблемой для мастера-детектива, ниндзя и жизнерадостного шестилетнего ребёнка. С помощью детективного агентства Хаотикс он, несомненно, докопается до сути тайны под названием Сильвер.

***

      Первым, что он осознал, были шумы, смутно отдававшиеся на задворках его сознания. Он не мог разобрать, что это за звуки. Всё его зрение было чёрным, и он не мог пошевелиться.       Дыши. Сосредоточься.              Он старательно пытался ухватиться за нить своей силы во тьме своего разума. Перед ним вспыхнула искра бирюзового цвета, и он отчаянно потянулся к ней, собирая в руках и сливаясь как с частью себя. Прочерчивая ей по своему телу, он отметил, что мог почувствовать. Его уши на месте, как и иглы. Ощутил, как энергия устремилась мимо его глаз, носа и морды, спускаясь по шее к плечам. Сначала вниз по левой руке, мягко погружаясь в каждый палец, а затем снова поднимаясь вверх. Через плечо, вниз по правой, проверяя каждый палец похожим образом, прежде чем вернуться ещё раз. Вдоль позвоночника, до хвоста. Обе ноги подверглись аналогичному обследованию, после чего энергия прошла через верхнюю часть его груди обратно в сознание. Его грудь болела, как и голова, и он всё ещё не мог пошевелиться, но он был цел.              Шумы стали немного громче, и теперь он мог различить два разных тона. Один был низким и до боли знакомым, в то время как другой более резким и грубым. Казалось, что более резкий тон сильно уступал более низкому и порой становился немного громче, прежде чем низкий возражал немного более яростно, и оба смолкали.              Он лежал на спине — это второе, что он отметил, и третье — тяжесть на его груди. Вес не был недвижным, слегка извиваясь, когда звуки то нарастали, то утихали. Каждый раз, когда груз перемещался, посылал искру боли в его и без того ноющую грудь. Казалось, он также почувствовал, как что-то ткнулось ему в щёку, но, возможно, это было просто его воображение, пока он плыл сквозь темноту. Чернота вокруг него и тяжесть стали давить, и он принялся копошиться, насколько позволяло его сонное, не реагирующее на происходящее тело. Покалывание в щеке усилилось, и он искренне желал, чтобы это прекратилось…              Сильвер с огромным усилием заставил себя открыть глаза. То, что он увидел, не имело для него никакого смысла: вероятно, он находился в комнате с грязными мутно-белыми стенами и странной формы коричневой штуковиной на потолке, кружащейся вокруг. Предмет, на котором он лежал, был мягким, насколько он мог нащупать, зарывшись пальцами в материал. Звуки доносились сбоку от него, и тяжесть на груди была…              Сильвер с воплем вскочил на ноги, полностью забыв о сонливости, как только его тело пришло в действие менее чем за секунду. Инстинкты заставили его отбросить сидящего на нём ребёнка своей способностью, тогда как рациональная часть ума не позволила полностью отправить того в полёт. Мальчишка тоже закричал, застряв в стальной психической хватке парящим в метре над землёй и на отлёте от ежа, который отполз как можно дальше по тому, на чём лежал. Оба уставились друг на друга широко раскрытыми глазами и не двигаясь, когда иглы Сильвера вздыбились, а ребёнок задрожал. Гул вокруг него прекратился, и единственным, на что он обратил внимание, были его собственное затруднённое дыхание и знакомое жжение ран по всему телу.       — Сильвер, — единственной реакцией ежа на своё имя, прозвучавшее у него за спиной, было повернуть ухо на звук, ни на секунду не сводя глаз с несуразного ребёнка перед ним. Он снова вскрикнул, когда на его плечо легла чья-то рука, обернувшись и вцепившись в неё своей энергией. Мальчонка пискнул, когда психические силы, удерживающие его, стеснились, хотя Сильвер расслабился разве что на самую малость, когда посмотрел в обеспокоенные жёлтые глаза Эспио.       — Сильвер. Смотри на меня, — он пытался вникать в слова и смутно понимал их смысл. Эспио продолжал говорить, глядя прямо ему в глаза, и Сильвер так же пристально таращился в ответ, — Ты в моём… доме. Ты был ранен и потерял сознание, но здесь ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда, — очень, очень медленно его учащённое сердцебиение немного успокоилось, когда слова Эспио начали проясняться. Безопасно… он был в безопасности.              Не обращая внимания на боль в ранах, он постепенно ослабил железную хватку своих сил, которой держал руку Эспио, пока в конце концов хамелеон не был волен отстраниться. К удивлению Сильвера, вместо этого он очень мягко снова поднял к нему руку, сохраняя полный зрительный контакт.       — Я собираюсь погладить твоё левое плечо, — пробормотал ниндзя, и Сильвер робко кивнул в ответ. Он напрягся от прикосновения, пытаясь отпрянуть назад, но это оказалось невозможным. Он уже был вплотную прижат к боку предмета, на котором лежал; всё тело жалобно ныло от движений, — Всё в порядке, — снова прошептал Эспио, и, когда ничего не произошло, кроме странного ощущения и жжения в ранах, он слегка ослабил бдительность. Быстро взглянув на себя, он увидел вокруг всей своей груди и некоторых мест на конечностях намотанную белую ткань. На теле его друга была такая же, хотя и в гораздо меньших количествах, чем на нём.       — Эспио, что…       С очередным криком Сильвер заключил крупного зверя, тяжело ступившего позади Эспио, в психический захват — его пальцы задрожали от усилий, чтобы тот наверняка не смог сдвинуться с места. Он даже не заметил, как это затаилось там, слишком сосредоточенный на себе и Эспио, чтобы обращать внимание на окружение, и его стены снова воздвиглись в полную силу, когда он мысленно отчитал себя. В его нынешнем состоянии, если бы эта тварь набросилась на них, они бы наверняка погибли!       — Сильвер. Сильвер! — Эспио потряс его за плечо чуть усерднее, и тот взволнованно посмотрел на хамелеона, — Вектор — мой друг! Он не навредит нам, можешь отпустить его.       Зарычав, Сильвер отпрянул от его рук и усилил хватку. Монстр (по-видимому, по имени Вектор? Он мог поклясться, что слышал это имя раньше) застонал от боли, и казалось, он слышал хныканье ребёнка позади себя, хотя в данный момент экстрасенса это нисколько не волновало. Происходило слишком много всего, и он не мог совладать с этим. Он знал только, что они с Эспио в опасности.              Он попытался отпихнуть Эспио, когда хамелеон подступился к нему и крепко схватил за свободную руку, но ноги были слишком слабыми, чтобы двигаться.       — Сильвер! — отчеканил ниндзя, глядя на него так, как никогда раньше, и Сильвер опустил уши от строгого, низкого тона, — Отпусти. Его.              Уставившись на него ещё на несколько секунд, слишком удивлённый и перепуганный, чтобы думать, он медленно ослабил хватку, которой держал Вектора. Краем глаза он отметил, что зверь действительно очень похож на него: он был ужасающе массивным, но ходил на двух ногах, и, несмотря на то, что был намного шире, Вектор также имел схожую с ним форму тела. Кроме того, тот носил перчатки и обувь, наряду с ежом и хамелеоном. Как и не был в огне… Монстры будущего выглядели совсем иначе, так что, может быть, это всё-таки безопасно?              Теперь, когда чудище снова могло двигаться, Сильвер, прижав уши к голове и порыкивая, скаля уголки рта, следил, чтобы тот оставался в поле его зрения. Он старался как можно сильнее взмести свои иглы, чтобы выглядеть очень большим и грозным, хотя логически понимал, что не может надеяться даже отдалённо сравниться в размерах с Вектором. Тем не менее, даже если Эспио был зол по неизвестным ему причинам, он не собирался ничем рисковать.              Он напрягся, когда Вектор медленно открыл рот.       — Ладно, — начал он, когда Сильвер вздрогнул и его рука вздёрнулась, хотя рычание хамелеона рядом с ним заставило оступиться. Зверь перед ним поднял руки с растопыренными ладонями, — Я не обижу, малыш. Эспио принёс тебя сюда раненым, и мы обсуждали, что делать с тобой и со всей ситуацией, пока ты спал.              Значит, он тоже мог говорить… монстры на это не способны — Сильвер знал. Он полностью опустил руку и слегка навострил уши, при этом стараясь поддерживать иглы и не терять бдительности. Он надеялся вызвать доброжелательность или хотя бы показать остальным, что не собирается нападать первым. Рядом с собой он почувствовал, как Эспио ослабил хват на его руке, хотя и не намеревался отводить взгляда от стоящего перед ним чудища. Эспио не причинит ему вреда — Вектор мог бы. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.              Вектор, судя по всему, ждал ответа, глядя на него в предвкушении. Однако Сильвер понятия не имел, что ему сказать. Может, своё имя? Или сначала заверить, что всё в порядке? Извиниться, что чуть не раздавил его экстрасенсорными способностями?       — Это Крокодил Вектор, — объявил Эспио, вставая с места, где он сидел рядом с Сильвером, и подходя к зелёной форме. Сильвер замкнулся в своей скорлупе с потерей контакта, внезапно почувствовав себя совсем маленьким рядом с нависшим перед ним Вектором, пока Эспио был в стороне от него, — Он мой хороший друг, а также руководитель детективного агентства Хаотикс и его главный детектив. Он может показаться угрожающим, но…       — Под моей крутой, суровой внешностью скрывается золотое сердце! — громко и весело перебил крокодил своего товарища, гордо стуча кулаком в грудь. Из-за этого жеста Сильвер дрогнул ещё сильнее, пытаясь сделать своё тело как можно меньше, а шипы больше; рука снова полуприподнялась, окутанная психокинезом, — Несмотря на все причинённые тобой неприятности, рад познакомиться, парень! Эспио говорит, тебя зовут Сильвер?              Сильвер сидел неподвижно ещё несколько секунд, прежде чем очень медленно кивнуть и чуть-чуть опустить руку. Эспио несколько секунд дико жестикулировал крокодилу, и затем тот с удивительно мягким «О!» опустился на землю, плюхнувшись с ургх! Сейчас, когда они находились на одном уровне глаз, Сильвер слегка расслабился. Глаза крокодила были маленькими, но он считал, что видит в них искренность. Помогло и то, что теперь не нужно было заглядывать прямо в клыкастую пасть, чтобы видеть верхнюю половину чужого лица, — подумал он, когда на губах начала формироваться очень слабая улыбка, и его иглы немного смягчились. Если Эспио сказал, что дружит с ним, то, разумеется, у крокодила не могло быть плохих намерений.       — Мистер…? — очень слабый голос раздался позади него, и он медленно обернулся, чтобы посмотреть на ребёнка, который всё ещё парил над землёй. Этот малой был мальчиком, насколько он мог судить, присмотревшись поближе, хотя и понятия не имел, к какому виду тот относится. Он ни в малейшей степени не похож ни на него, ни на Вектора, ни на Эспио, — Можешь, пожалуйста, опустить меня? — пискнул он, когда Сильвер посмотрел в его широко раскрытые, полные страха глаза.              В течение нескольких секунд экстрасенс не двигался, а затем резко оживился.       — Ой! Мне так жаль, — засуетился он, очень бережно опуская парня на землю и освобождая от своих сил. Он осторожно опустился на одно колено, как это сделал Вектор перед ним, убедившись, что они с малышом находятся на одном уровне глаз, — Ты меня и вправду сильно напугал! Ты в порядке? Я поранил тебя где-нибудь?       — Не думаю, — пробубнил ребёнок, всё ещё глядя на Сильвера широко раскрытыми глазами… прежде чем вскочить с земли и кинуться на Сильвера на полной скорости. Сила выбила его из равновесия, и он едва мог стабилизировать себя с помощью своих способностей, пока ребёнок крутился в его руках, жужжа от возбуждения и визжа ему в уши, — Это было нереально круто, мистер! Ты ёжик? Значит, ты знаешь Соника? Вектор говорит, что ты похитил Чао! Это нехорошо, но Эспио говорит, что ты этого не делал! Что это был за синий цвет только что? Ты правда из будущего?              Потрясённый Сильвер слушал, как пацан всё болтал без умолку, расстреливая вопросами громким, пронзительным голоском гораздо быстрее, чем он успевал их обрабатывать.       — Чарми, он ранен! — отругал Эспио малыша, хотя последнего, похоже, ни капли не смутили гневные слова, как только хамелеон вырвал его из рук Сильвера и вместо этого всучил в руки Вектора.       — Это Пчела Чарми, наш следопыт и третий член Хаотикс. Временами он может быть довольно гиперактивным и раздражающим, но, как и Вектор, он желает только добра, — Эспио вздохнул, снова направляясь к Сильверу. Всё, что оставалось ёжику, — это таращиться на остальных, его взгляд медленно перемещался с крокодила и пчелы на его фиолетового компаньона, — Как я уже сказал, ты в безопасности, — многозначительно заверил хамелеон, в то время как крики Чарми на заднем плане и вопли Вектора в ответ только усилились, — и никто не причинит тебе вреда. Мы будем заботиться о тебе, пока ты не поправишься.              Когда Эспио заговорил о травмах, боль вернулась в полную силу, и он скривился, прижав руку к животу. Даже если бы он захотел уйти (а он хотел, очень хотел), он был бы не в состоянии ни вернуться в будущее, ни даже постоять за себя в настоящем. Возможно, Эспио был прав насчёт лечения, когда они прощались друг с другом… Но, с другой стороны, он совершенно не мог оставаться здесь. И, кроме того, что вообще такое медицинская помощь? Травмы были травмами, и они либо заживали сами по себе, либо ты становился их жертвой. Никакое количество белой ткани не могло это исправить.       — Мне нужно идти… — начал возражать он, но Эспио мгновенно прервал его.       — Тебе нужно остаться здесь и лечить свои травмы, и это окончательно, — забористый, властный тон хамелеона не оставлял места для возражений, и Сильвер уставился в землю, сложив уши и опустив колючки.       — Хорошо, — тихо вздохнул он, обхватив плечо ладонью, — Но только пока я не исцелюсь — потом мне нужно будет уйти.       — Мы обсудим это, когда придёт время, — пробормотал Эспио более мягким и нежным тоном, когда он присел и потянулся, чтобы погладить руку Сильвера, сомкнутую вокруг предплечья. Это ощущение заставило того нахмуриться: это было в какой-то степени нормально, но в то же время очень угрожающе. Он жаждал большего и одновременно хотел, чтобы это прекратилось, хотя Эспио, должно быть, не подозревал о его внутреннем конфликте, — Сейчас давай сосредоточимся на том, чтобы что-нибудь съесть, а затем отдохнуть. Ты через многое прошёл.              Выпрямившись во весь рост, хамелеон развернулся и направился прочь, жестом через плечо приглашая Сильвера следовать за ним. Ёжик поднялся на дрожащих ногах, остановился на мгновение, прежде чем проскочить мимо двух других присутствующих так быстро, как только мог. Вектор и Чарми, похоже, всё ещё спорили, и он бросил последний оторопелый взгляд в их сторону, прежде чем на цыпочках последовать за Эспио в другую комнату.              Всё должно было пойти совсем не так — подумал он про себя, — когда отчаяние начало зарождаться в его груди. Он должен был вернуться в будущее — спасённое будущее, наполненное всеми чудесами прошлого, где он мог бы сам построить новую жизнь, а не застрять там, где он сейчас. И даже если спокойный, уравновешенный хамелеон был рядом с ним, чтобы поддержать его, его товарищи — совершенно другой разговор. От страха незнания, что делать с собой и с ситуацией, по коже поползли мурашки, и он больно вцепился в руку, пока в голове роились десятки вопросов.       Что теперь с ним будет?