taeyangdal

      «Богиня Луны так сильно любила Бога Солнца, что разлука с ним была невыносима для неё. И она подарила людям один из самых драгоценных даров, который вместе с тем был и самым страшным проклятьем: встречая того, кто предназначен тебе судьбой, ты не уснёшь, пока ваши души не будут связаны»       Соулмейт.       Человек, предназначенный тебе самой судьбой. Когда-то Джисон проводил очень много времени, размышляя о том, как же выглядит тот, кто ему идеально подходит. Его интересовало всё: внешность, музыкальный вкус, какая еда нравится этому человеку. Он обдумывал каждую деталь. Джисон представлял их встречу и надеялся, что это произойдёт как можно скорее. Несколько лет подряд это было единственное, о чём он думал, задувая свечи на праздничном торте в свой день рождения. Но время шло и Джисон взрослел, а соулмейт так и не находился. Тогда он решил, что мечтать о таком — слишком мелко, ведь его жизнь не должна фокусироваться на другом человеке, тем более что тот не слишком торопился в ней появляться. И у Джисона начался период отрицания. Он изображал рвотные позывы каждый раз, когда его друзья начинали заводить разговор об этом, и строил гримасы, когда в интернете появлялась очередная новость о том, что какая-то звезда встретила своего соулмейта. А потом он влюбился. Это была короткая, но яркая школьная любовь, полная неловкости и нежности. Она оставила его с разбитым сердцем, а ещё тихой надеждой на то, что когда-нибудь он встретит того, чьи объятья станут для него домом. Он не загадывал желаний и не корчился в отвращении. Джисон просто ждал.       Однако теперь он был готов послать весь этот бред к чёртовой матери, потому что его голова раскалывалась, а глаза слезились, и он чувствовал себя так, словно по нему проехался внедорожник. Несколько раз. Джисон не смог уснуть прошлой ночью — весь извёлся, переворачиваясь с боку на бок, и вслушиваясь в окружающую его тишину. Когда он мечтал о встрече со своим соулмейтом, он даже подумать не мог, что это произойдёт в первый же день его студенческой жизни. Ко всему прочему, Джисон понятия не имел, кто его родственная душа. К счастью, связь работала только в том случае, если ты заговорил с тем самым человеком, а разговаривал он с немногими. Чонина можно было смело исключить из списка подозреваемых — они спали в одной комнате. Этого было бы достаточно для того, чтобы он мог спокойно отдохнуть. Да и сам младший спал сном младенца, явно не испытывая никакого дискомфорта, зато вызывая в Джисоне острое чувство зависти. Оставался Сынмин, Феликс и тот парень, Минхо. Ему нужно найти виновного в своей бессоннице.       Джисон потянулся к телефону, отыскивая в интернете план действий на такой случай. Ему просто необходимо поспать, до начала занятий оставалось всего несколько дней. Если он не сможет решить эту проблему, то из университета выпустится вперёд ногами, даже не успев вкусить студенческой жизни. Не самый приятный расклад. К счастью, человечество двигалось вперёд: лекарство от бессонницы после встречи с соулмейтом давно найдено и теперь у людей был выбор. Раньше из-за этого заключались браки, но теперь? Множество людей просто игнорировали свои пары, продолжая жить привычной жизнью с теми, кто был им гораздо дороже, чем незнакомый человек, которого к ним привела судьба. Джисон отложил телефон в сторону, мысленно повторяя порядок действий. Всё, что ему нужно было сделать — просто спуститься в медпункт и сдать тест, который определит идеальный тип снотворного. А потом можно отправиться в аптеку и решить эту проблему раз и навсегда. План идеальный и надёжный, как швейцарские часы.       Хан спрыгнул с кровати и начал собираться, стараясь не шуметь слишком сильно. Голова была тяжёлая, глаза жгло. Даже не смотря в зеркало, он мог с уверенностью сказать, что они покраснели и опухли — опыт бессонных ночей у него уже был, но тогда это был его сознательный выбор. Джисон поморщился от отвратительного звука, который издала дверь, когда он её открыл. Скрип словно разрывал его мозг на части. Чонин продолжал крепко спать, завернувшись в одеяло и уткнувшись лбом в стену, издавая короткие свистящие звуки на выдохе. Джисон был готов разрыдаться от этой картины, потому что сон — это всё, чего ему сейчас хотелось. Когда он снова сможет нормально функционировать, он обязательно озаботится тем, что проведёт расследование, но пока что главным оставалось просто отключиться хотя бы пару часов и дать организму отдохнуть.       В коридоре было тихо. Джисон с раздражением подумал, что все ещё спят, и поспешил на первый этаж, надеясь, что в медицинском кабинете будет хоть кто-нибудь, способный ему помочь. Окружающий мир перестал существовать — все его ощущения сосредоточились вокруг боли, которая горячим кольцом обхватывала его голову всё сильней с каждой секундой. В чувство его привёл удар в плечо.       — Опять ты?       Джисон поднял взгляд. Минхо стоял напротив и выглядел так плохо, что Джисон, возможно, отпустил бы пару колких шуточек, если бы выглядел хоть немного лучше. Они оба были больше похожи на восставших из могил мертвецов, чем на живых людей, но Минхо, даже растрёпанный и очевидно уставший, в помятой одежде и следами зубной пасты на лице, был красивым до звёзд перед глазами.       — Извини, — Джисон слегка поклонился, а затем вспомнил, что старший был одним из его собеседников вчера. — Слушай, прости за вопрос, но… Ты нормально спал?       Минхо нахмурился и сложил руки на груди, глядя на него исподлобья.       — А тебе какое дело? Странные ты вопросы задаёшь с утра пораньше. А если я не хочу отвечать? Я тебя даже не знаю. Это моя личная информация.       — Меня зовут Хан Джисон. Я просто… Ты всегда так на людей реагируешь?       — А ты всегда так раздражаешь? Сначала кофе, теперь шатаешься по коридорам, не глядя по сторонам. Спрашиваешь, нормально ли я спал? А что, встретил соулмейта и теперь ищешь его? Ну, удачи тебе. Меня можешь сразу исключить, потому что я прекрасно провёл время в своей мягкой удобной постели и спал сладким сном.       Джисон чувствовал, как внутри закипает злость. Он не сделал этому парню ничего, а тот ведёт себя так, словно ненавидит его до глубины души. Но выяснять отношения с ним не хотелось, так что Джисон прошёл мимо, игнорируя желание толкнуть Минхо вновь, но на этот раз специально. Этот парень был просто ужасен. Феликс сказал, что Минхо бывает иногда невыносим, но кто же знал, что в понятии Феликса «иногда» — это буквально всё время. Или он так реагирует только на Джисона? Хотя это было просто бессмысленно. Они едва знакомы, к тому же, хоть их первая встреча и была омрачена разлитым кофе, Джисон извинился и предложил купить новый, потому что ему правда было жаль. Это старший был тем, кто не захотел вести себя вежливо.       В медкабинете было слишком светло и неприятно пахло лекарствами. Этот запах впитался в каждый предмет и каждую щель, и нагретый солнцем воздух становился невыносимым. Джисон почувствовал подступающую к горлу тошноту и страх, который возникал у него всякий раз, как он оказывался в медицинских учреждениях. Он давно перерос тот период, когда каждый поход в больницу начинался со слёз, но эта внутренняя дрожь появлялась до сих пор, словно выученная реакция. Милая женщина, управлявшая студенческим медпунктом, приняла его с улыбкой и выслушала все жалобы, пообещав, что скоро всё наладится. Джисон хотел в это верить, так что он послушно открывал и закрывал рот, отвечал на вопросы, а затем молча ожидал результатов теста. Всё будет хорошо. Он был в этом почти уверен.        — Всё готово, — женщина опустилась на стул напротив него, держа в руках папку с документами. Джисон облегчённо выдохнул, ожидая, когда ему выпишут рецепт. Осталось совсем немного и он сможет поспать. Желание уснуть стало навязчивой идеей, которая занимала все его мысли, но кто мог его винить? Его мозги буквально превращались в кашу, потому что организм истощался всё сильней.       — Милый, а ты уже выяснил, кто твой соулмейт?       Этот вопрос заставил Джисона вновь напрячься. Он отрицательно покачал головой. Зачем врачу вообще нужна такая информация, она ведь ни на что не влияет? Или это один из тех обязательных вопросов, на которые отвечаешь бесконечно долго и которые не несут в себе никакого практического смысла? Но если задуматься, то вариантов у него было не так уж и много. Оставались лишь Сынмин и Феликс, Минхо был успешно вычеркнут и забыт. Он был красивым и его внешность волновала Джисона, он был бы самым большим лжецом, если бы сказал, что это не так, но характер старшего оставлял желать лучшего.       — Что ж, тогда тебе стоит заняться этим как можно скорее.       — Что? Почему? Разве это обязательно?       — Видишь ли, иногда такое случается… — доктор улыбнулась и Джисон понял, что ничего хорошего ждать не стоит. Это была та самая улыбка, которую люди показывают тебе, прежде чем сообщить что-то не слишком приятное.       — О чём вы?       — Джисон, тебе не подходит ни одно из существующих лекарств. Конечно, медицина не стоит на месте, не стоит переживать раньше времени. В конце концов, если ты не сможешь найти своего соулмейта, то мы отправим тебя в больницу и ты будешь под наблюдением. Есть искусственный сон…       Джисон застонал. Его план был надёжным, как швейцарские часы. Швейцарские часы, купленные на рынке по подозрительно дешёвой цене и развалившиеся от одного лишь прикосновения к ним.       Он оставил свои контакты и пообещал вернуться, если ему не удастся найти свою пару. Перспектива отправиться в больницу не прельщала. Судьба шутила над ним злые шутки и всё, что ему оставалось — смириться и искать выход из положения. Джисон был как никогда благодарен самому себе за то, что он не был любителем болтать с рандомными людьми, иначе у него вообще не осталось бы шансов.       Обезболивающее, которое ему дали, начало действовать, и Джисон задумался, что ему теперь делать. В его списке оставались только двое, и он понятия не имел, как себя вести, если один из них — его соулмейт. Ему всегда казалось, что между двумя людьми, которые предназначены друг другу, должна хотя бы искра проскочить, но он не чувствовал ничего. Сынмин и Феликс были симпатичные и милые в общении, но… Это всё. Джисона не тянуло ни к одному из них. Может быть он и ошибался, и на самом деле всё ещё впереди, но внутри него жил безнадёжный романтик, верящий в любовь с первого взгляда. Но выбора ему не предоставили и ему придётся довольствоваться тем, что он получит. По крайней мере до тех пор, пока не появится лекарство.       Ему хотелось кофе, так что выбор между двумя пал на Феликса. По памяти восстанавливая маршрут, Джисон двигался в сторону кофейни. К счастью, ему повезло, что было удивительно, учитывая количество плохих вещей, свалившихся на него в последнее время, и Ли был на месте.       — Доброе утро! — Феликс улыбнулся ему и Джисон поморщился. Выглядел бариста отвратительно бодрым. Надежда таяла с каждой секундой.       — Привет. — Хан кивнул и, ни на что не надеясь, всё же спросил: — Как спалось?       Феликс оторвался от кофемашины, бросая на Джисона удивлённый взгляд. Очевидно, ему было привычно видеть сонных и измученных студентов, поэтому он не обратил внимания на вид Джисона сразу, но теперь, после его вопроса, в глазах младшего загорелось понимание.       — Ты встретил соулмейта?       Джисон кивнул.       — Но это, видимо, не ты.       — Нет, — бариста улыбнулся и отрицательно покачал головой, ставя перед ним стакан с ароматным напитком.       Джисон потянулся к терминалу, собираясь расплатиться, но Ли убрал его руку.       — За счёт заведения.       — Знаешь, я могу и привыкнуть к бесплатным напиткам, — Хан чувствовал себя немного смущённо, потому что это был уже второй раз, когда Феликс угощал его, хотя сам не получал ничего взамен. Даже если у него было какое-то количество бесплатных напитков, которые он может делать себе или своим друзьям, это всё равно было неловко.       — Мне просто тебя жаль. Представляю, что ты чувствуешь. Я встретился со своим соулмейтом на работе, чуть с ума не сошёл, когда понял это. Но мне повезло — он меня сам нашёл. Хотя в любом случае всегда есть таблетки. Кстати, ты уже прошёл тест? Выглядишь откровенно неважно, тебе бы поспать.       — Прошёл, только мне что-то не слишком везёт в последнее время. Сказали, что ни один тип снотворного мне не подходит и…       — У Бинни такое было! — Феликс хлопнул ладонью по стойке, а затем, заметив, что на них смотрит слишком много людей, уже тише продолжил: — Чанбин, мой соулмейт. Он нашёл меня, потому что его тест показал такой же результат, как и у тебя. Только мы потом почитали в интернете и решили купить экспресс-тест, потому что некоторые писали, что иногда случаются ошибки. В общем-то, так и оказалось. Может тебе тоже попробовать?       Это мысль вселила в Джисона надежду. Вдруг Феликс прав и всё это — просто глупая ошибка, сбой системы? Ведь не может же и правда быть так, что ему настолько не везёт? Джисон допил кофе и поспешил к ближайшей аптеке, на ходу ища в интернете отзывы на различные тесты, собираясь выбрать самый лучший. Цены немного огорчали, потому что покупка новых наушников откладывалась до следующего месяца, но если мыслить масштабно — вряд ли он сможет ими воспользоваться, если его погрузят в искусственный сон.       Минхо он заметил сразу. Его фиолетовая макушка привлекала внимание и, возможно, Джисон был немного отвратительным, если даже в таком состоянии мог думать о подобных вещах, но бёдра парня в обтягивающих джинсах правда выглядели потрясающе. Минхо действительно его тип, если учитывать лишь внешние данные, но его мерзкий характер портит всё. Джисон решил не заводить разговор, предполагая, что ничего хорошего из этого не выйдет и просто молча подождать своей очереди. Телефон в руке занимал всё его внимание: статей о различных исследованиях соулмейтав и природе их связи оказалось очень много, и Джисон пытался найти хоть что-нибудь полезное. Он оторвался от экрана, только когда девушка за кассой заговорила, повторяя список покупок Минхо и ожидая от него подтверждения. Это не имело бы никакого значения, только если бы Джисон не услышал название снотворного — таким пользовались его родители и некоторые из друзей, которые уже встретили свои пары, оно было самым популярным и реклама с ним была везде. И Минхо покупал его. Снотворное продают по рецептам. Он покупал его для себя. И Джисон не понимал, как же до него не дошло раньше: то, как старший выглядел утром и его неадекватная реакция на обычный вопрос — всё это буквально кричало о том, что Минхо в том же положении, что и он.       Злился ли Джисон? Он хотел разорвать этого подонка на мелкие кусочки и скормить бродячим псам, потому что даже если Минхо был из тех, кто полностью отрицает идею создания пары со своим соулмейтом, он мог бы хотя бы признаться и обозначить свою позицию по данному поводу, а не вести себя, как придурок. Но вместо того, чтобы наброситься на парня, Джисон лишь придвинулся вплотную, прижимаясь грудью к спине Минхо, и зло прошептал:       — Маленький пиздун.       — Ты меня что, преследуешь? — Минхо даже не обернулся. — Сталкер.       — Почему сразу не признался?       — Мне не нужен соулмейт.       — А мне вот нужен.       — Не мои проблемы. Знаешь что? Купи таблеток и успокойся. Поспи. А потом забудь о том, что мы вообще когда-либо разговаривали. Я вот собираюсь так и сделать. И тебе советую. А ещё советую выбить из своей головы эту дурь о счастливых парочках, потому что это всё глупости. Мы с тобой долго и счастливо жить не будем. Никаких нас вообще не будет.       Джисону хотелось завизжать прямо на ухо Минхо, укусить его, ущипнуть, сделать что угодно, лишь бы вывести из себя. Потому что он понятия не имеет, о чём говорит.       — Поспать? — Джисон почти зашипел от злости. — О, я бы очень хотел поспать. Если бы тест не показал, что мне ничего не подходит. Я не пытаюсь залезть к тебе в трусы, придурок. И я уж точно не мечтаю ни о каком долго и счастливо с тобой, я просто пытаюсь выжить.       Минхо обернулся и Джисону на секунду показалось, что в его взгляде есть сочувствие. Ему стало почти стыдно за то, что он так разозлился и в голове промелькнула мысль извиниться. Но то, что Минхо сказал после непродолжительного молчания, лишь с треском вернуло Джисона обратно на землю.       — Ну ты и неудачник. И кстати, я такого как ты к себе в трусы никогда бы и не пустил.       Когда Минхо забрал свои покупки и ушёл, Джисон всё ещё стоял там, словно громом поражённый и пытался смириться с тем фактом, что человек, предназначенный ему судьбой — отвратительный, мерзкий, противный и ужасающий мудак, эмпатичность которого равняется нулю. Он чувствовал себя разбитым от этих мыслей, потому что это просто несправедливо. Что он такого сделал в прошлой жизни, раз заслужил подобное? Неужели он не достоин кого-то милого и доброго?       Иногда такое происходит: твоя жизнь катится вниз, со свистом и грохотом, и ты буквально слышишь этот звук, потому что он режет по ушам, раздражая. Джисон чувствовал, как злость разрасталась где-то внутри, заполняя всё тело и покалывала на кончиках пальцев, когда увидел, что тест показывает ему тот же результат, что он уже слышал ранее. Ему ничего не подходит.       — Блять! — Джисон кинул упаковку в стену, сжимая кулаки и впиваясь ногтями в кожу ладоней. Он пытался сдержаться, но злые слёзы упрямо скапливались в уголках глаз, а горло саднило от желания разрыдаться. — Блять! Вот дерьмо!       — Ого, Хан Джисон сходит с ума.       Он даже не заметил, как дверь туалета скрипнула, оповещая о том, что он больше не один. День не мог стать ещё хуже, но он стал: в проёме стоял Хван Хёнджин, упираясь в косяк плечом и с интересом смотрел на Хана, словно тот был зверушкой в зоопарке.       — Пошёл нахуй! — Голос Джисона сорвался на хрип в конце, но ему было плевать. — Уходи!       Хёнджин не послушался. Он зашёл, закрывая за собой дверь, и приблизился к Джисону, который ожидал чего угодно: оскорблений или даже удара, потому что он вёл себя грубо, а Хёнджин был не из тех людей, которые позволяют так с собой обращаться. Но то, чего он не ждал вовсе, так это объятий. Хёнджин обнял его, заключая в крепкое кольцо из рук, и прижал к себе. И это что-то сломало внутри Джисона, потому что он зарыдал, крупно вздрагивая всем телом и оставляя на футболке парня уродливые мокрые пятна. Хёнджин молчал, только продолжал медленно гладить Джисона по голове, мягко раскачиваясь вместе с ним из стороны в сторону, успокаивая.       — Понятия не имею, что с тобой произошло, но, кажется, тебе это нужно, — прошептал Хёнджин и это заставило Джисона зарыдать ещё сильнее, потому что, да, ему это было нужно.       Он устал и был потерян, вдали от дома, а красивая картинка, которую он рисовал у себя в голове перед переездом, быстро тускнела под воздействием обстоятельств, с которыми ему пришлось столкнуться. Джисону было страшно. И он всё ещё безумно хотел спать. Рыдания иссушили его и голова снова начинала болеть.       — Я хочу пить, — Джисон пробормотал это, отстраняясь, и Хёнджин фыркнул, отпустив его.       — Мог бы и спасибо сказать.       — Спасибо. Но когда делаешь добрые дела — не жди благодарности, — Джисон выкрутил кран и наклонился, жадно глотая воду.       Хёнджин проигнорировал его, поднимая брошенный тест и осматривая его. Хан наблюдал за ним через зеркало: старший был озадачен, рассматривая полоску результата.       — Что это?       — Экспресс-тест на подходящий тип снотворного, — Джисон умылся и развернулся к Хёнджину.       — Так ты встретил своего соулмейта? Что-то ты не выглядишь слишком счастливым.       Джисон шмыгнул носом. Как оказалось, встреча с соулмейтом не приносит счастья.       Возможно, неожиданный порыв Хёнджина развязал ему язык, но вскоре они оказались в комнате старшего и Джисон пересказывал события, произошедшие с ним, наслаждаясь ахами Хвана и тихим «вот мудак» в адрес Минхо. С Хёнджином оказалось легко: острые углы его характера, раньше ранившие Джисона, сгладились. Он больше не был тем противным мальчишкой, Хёнджин повзрослел и стал уверенным в себе молодым человеком. Может быть, раньше он был таким лишь потому, что остро нуждался в том, чтобы самоутвердиться, но Хёнджин, которого Джисон видел сейчас, точно знал, чего он стоит, и ему не нужно было задирать кого-то, чтобы повысить свою самооценку.       — Что думаешь делать? — Хёнджин посмотрел на часы. — Ты не спишь уже больше суток.       Джисон пожал плечами. У него не было плана. Он понятия не имел, как заставить Минхо спать с ним в одной комнате, потому что вряд ли этот придурок сжалится над ним и решит пойти на уступки. А Джисон не будет умолять. Даже под страхом смерти он не был готов к таким унижениям, уж точно не после того, как Минхо себя повёл.       — Знаешь что? Посиди тут. Сейчас вернусь.       Хёнджин ушёл, оставив его в одиночестве. Джисон свернулся на постели, подтягивая ноги к груди и закрывая горевшие от усталости и рыданий глаза. Таких как он помещают в искусственный сон до тех пор, пока решение не найдётся, но ему этого не хотелось. Ведь это могло продлиться и год, и два, а может быть, и целое десятилетие. Да и какой будет жизнь после? Мир не остановится, чтобы подождать его. Все продолжат жить дальше и однажды Джисон для них останется лишь воспоминанием. В груди гудело тихое раздражение. Ему хотелось разозлиться на Минхо, на судьбу, на весь этот мир, но сил не осталось.       Дверь хлопнула, вырывая Джисона из комка спутанных мыслей. Он открыл глаза, с недоумением глядя на Хёнджина и, неожиданно, старосту этажа, Чана.       — Собирайся, ты переезжаешь! — Хёнджин хлопнул в ладоши. — Быстрее, пока Минхо не вернулся. Собери сейчас всё необходимое, остальное перевезёшь потом.       Чан был соседом Минхо по комнате. А ещё Чан был самым лучшим и понимающим парнем, которого Джисон встречал, потому что он окружил его вниманием, постоянно спрашивая, как он себя чувствует, одновременно с этим перенося вещи Джисона в свою комнату. Он с лёгкостью расстался со своим местом, не выразив ни капли недовольства, и Хану захотелось снова заплакать от того, что о нём так заботятся. Тот, кого он терпеть не мог, и тот, кого едва знал, тратили своё время и силы на то, чтобы помочь ему, а ведь он даже не просил об этом.       Они закончили спустя несколько часов, потому что Чан настоял на том, чтобы Джисон переехал полностью, не откладывая на потом. Возможно, он сделал это неосознанно или из-за мыслей о собственном комфорте, но Джисон был ему благодарен, потому что его вещи — это то, к чему он был привязан, то, что давало ему ощущение безопасности и комфорта в незнакомой среде. Он расставлял мелочи по местам, словно отмечая, что теперь эта территория принадлежит ему и он имеет на неё полное право. И пока Хёнджин с Чаном переносили вещи старосты, Джисон не мог не обратить внимание на ту половину комнаты, что занимал Минхо.       Она была серой. Это первое, что бросилось Джисону в глаза. Если Чан украшал стены постерами, на его кровати был небольшой беспорядок, а стол завален вещами, то половина Минхо выглядела так, словно там никто не жил. Пустые стены и аккуратно заправленная кровать, на полках — только учебники, ничего лишнего. Не было даже фотографий, кроме, пожалуй, одной рамки на тумбочке. Джисон подошёл ближе, присматриваясь. Он ожидал снимка с выпускного или семейного портрета, но нет. Это были кошки. Точнее, Минхо в окружении множества кошек. Чёрные, серые, рыжие и белые — старший утопал в пушистых пятнах и выражение его лица на этом фото вызвало у Джисона улыбку. Минхо выглядел очень счастливым. Его глаза были сияющими полумесяцами, растрёпанные волосы придавали ещё больше очарования и он весь буквально светился. Джисон искренне не понимал, как человек с фото мог быть тем, с кем он встретился ранее. Ему показалось, что всё в Минхо — один большой обман.       Джисон услышал, как открывается дверь и обернулся. Минхо стоял в комнате, глядя на него с нечитаемым выражением лица.       — Привет? — Джисон неуверенно улыбнулся, стараясь быть дружелюбным настолько, насколько это вообще было возможно, учитывая все их прошлые столкновения.       — Ну, привет, сосед.