Константа

Но для тебя, исключительный мужчина, я сделаю исключительное исключение. Януш Леон Вишневский. «Бикини»

Когда Майк хочет отказаться от услуг «Пирсон Спектр», Харви понимает, что ещё секунда и он прибьёт засранца. А по совместительству: своего парня. Да, у них и правда хорошо получается разделять личное и рабочее. Но это не значит, что Харви позволит своему щенку творить такую глупость и сбегать из его поля зрения. Пока он может защищать Майка юридически, Харви может принять, что они больше не одна команда. — Донна, — практически шипит Харви в селектор, потому что богиня-Донна может уловить приказ в одном лишь имени и тоне. Он поднимается с места, быстро пересекая разделяющее их с Майком расстояние и толкает своего мальчишку в сторону шкафчика с пластинками. Чтобы не утверждал Майк, Харви уже давно был с ним на равных, иначе бы они не смогли продержаться вместе и пары дней. Но равное отношение не значит, что иногда один из них не может доминировать на другим. Маятник постоянно качается из одной стороны в другую. Сейчас он на стороне Харви. — Что? — Майк выгибает бровь, удивленно смотря на пока что своего адвоката. Харви не собирается останавливаться и что-то пояснять и разжевывать, он целует Майка со всей злостью и яростью, которые только будят в нём те слова. Потому что чёрта с два он перестанет защищать своего парня и чёрта с два будет играть против него. Они прошли достаточно, чтобы понимать: они перегрызут глотки друг за друга. Инстинкт защищать выжжен у них на подкорке. И Харви не позволит никому это изменить. Майк пытается оттолкнуть Харви, наверняка злой, что тот использует его главную слабость против прямо сейчас, смешивает рабочее и личное. Но им давно пора признать: всё, что касается их, никогда не было просто «рабочим». Они оба слишком хорошо знают куда давить. Поэтому Харви только усиливает напор, и Майк сдаётся. Он не может сопротивляться и лишь притягивает своего партнёра (во всех смыслах) за шею ближе, жестко прихватывая волосы на затылке. Харви одобрительно стонет в поцелуй и опускает руки ниже, тянет Майка на себя за ремень. Харви целуется также, как закрывает сделки, — великолепно, агрессивно. Харви целует Майка так, как не целовал никого. Он сбавляет напор, как только получает ответ. Полный грубости и страсти поцелуй становится нежным, мягким и томным. Он обожает в процессе удерживать Майка за подбородок, осторожно направляя и поглаживая линию челюсти. — Забыл побриться? — уже спокойно спрашивает Харви, когда поцелуй заканчивается. — Едва не проспал, — отвечает Майк, не убирая рук с шеи Харви и не спеша отстраниться. Он смотрит на него своими васильковыми глазами спокойно, в нём больше не пылает пожаром огонь противостояния, как было ещё пару минут назад. Стоит им сойтись на одной площадке, как они неизбежно сталкиваются, потому что, если им нельзя играть на одной стороне, они со всей страстью бросаются в противостояние. Иногда это мешает. — Некоторые вещи не меняются, да? — Харви фыркает, поддаваясь вперёд и урывая ещё один неспешный поцелуй. — Старые привычки держат крепко, — Майк пожимает плечами и прикрывает на пару секунд глаза, чтобы собраться с мыслями и вернуть себя на рабочий лад. — Ты не откажешься от меня, как от своего адвоката, Майк. Я останусь им, буду защищать тебя, и ты знаешь, на что я действительно способен ради клиента. Ты можешь уйти в банкинг, но не из-под моего крыла, малыш. Чёрта с два! — Харви качает головой, смотря, как в прежние времена, показывая, что возражения не принимаются. Майк может возразить. Вообще-то теперь может. И даже обязан. Он больше не личный ассистент, не стажёр, не «маленький грязный секрет». Майк не делает этого. Харви найдёт выход и подход к любому клиенту. Для Майка у него свой, особенный набор ключей. В этот раз он готов это ему позволить. Но это только для Харви.