СОБОР. КНИГА III. ☨ СОТВОРИ ГОСПОДА НА КОСТЯХ ☨

— О-о, лёгкое, нежное облачко. Облакусик. Облакусичек такой. Поняли? Калеб показывал небо двум дочкам на руках. Гелла тыкала пальцем в облака, а Фиель улыбалась. — Я смотрю, ты в кое-то веки выспался? Настроение хорошее? — Настроение хороше-е-е. Я собира-а-юсь на слонах кататься, — Калеб пересадил старшую дочь на шею, а младшую подбрасывал. — А где Цилла? — Пошла в лес, хочет раскидать капканы. — Какие планы на сегодня? — я оторвал клевер и засунул в рот. — Рубить деревья. Я кивнул и посмотрел на лес за спиной Калеба: — Нужно много деревьев. — Я вообще не ебу, как строить дома с нуля. — Первым делом — фундамент, а для этого нужно изучить почву. — Как я тебе заложу каменный или бетонный фундамент? — Скалы. Вот тебе и камень. В пещеры же не пойдём. Калеб покачал головой: — Нет. Что-то мне туда не хочется. — Нужно определиться с типом постройки. Какие дома делаем? — Да обычные, неверное, как в Капелле. Не большие и не маленькие. Квадратная комната с печкой… Бля-я-я-я! Ещё печку закладывать! — Ага. Десять печек. — Кудрявый, кирпичи мы не намутим из скал. — Подумаем позже над печками. Комната, коридор, крыльцо, сенцы. Дом готов? — Подпол и чердак. Крыша. Черепица. У нас будут брёвна, брёвен будет навалом, камни по факту тоже есть, но, Лоуренс, всё остальное… — Деньги. Нам необходимы деньги и город. Если мы хотим строить новую общину, следует делать качественно. Что по дополнительным постройкам? Калеб сел на траву. Гелла щипала его за бороду. — Толчки, по два-три сарая, хлева для животных. Огороды, ёпта! Что ты будешь жрать! Тебе нужны овощи. — Заборы? — Не хочу. Зачем? Лишняя морока. Заборы займут много места и сузят окружение вокруг домов. Простор, Лоуренс, нам нужен простор. — Как лучше поступить? Взяться за всё сразу или сосредоточиться на конкретном доме и строить его от и до, а потом приступить к следующему? — Не пойми меня неправильно, но ты, как и я, отец, и я хочу, чтобы мои дети спали, как минимум, на деревянном полу, а не на земле. — Да-да, полностью тебя поддерживаю в этом. Джером и Фронто с Нерой — подростки, Кейти от них не отстаёт, Леона и Георг — одно целое, с Амелией Ренны носятся, как с маленьким ребёнком, Аврора давно выросла. Гелла, Камилла и Фиель — вот о ком мы должны думать. — Калеб, я предлагаю срезать камни со скал и нарубить деревья. Первым домом будет дом Баллеров, но для маленьких детей необходима лучшая постройка. Мы положим начало нескольким сооружениям, так сказать, опробуем почву, умения в строительстве, и уже по накатанной отстроим твой дом. Дом Баллеров, Калеб, будет идеальным. Он согласился: — Меня мучают доски, Лоуренс. Как из толстых стволов сделать доски? — Как распилить брёвна? — я взял принесённый Жанин салат из листьев. — Знаешь, что приходит на ум? Лесопилка Харриса. — Что ты такое говоришь? — Жанин подсела к нам. — Мне не послышалось? — Лесопилка Харриса, — повторил Калеб. — Очень заманчиво. — Вы не боитесь? — Жанин переводила взгляд с меня на Калеба. — На лесопилке всегда много народа. — Только не ночью. — Но по ночам тихо, — парировал я Калеба. — Звук пилорамы будет слышен. — Вы с ума сошли! — волновалась Жанин. — А если вас увидят? Лоуренс, ты думаешь, лесопилку не охраняют? — Жанин, нам нужны доски и бруски, очень много досок. Мы не распилим брёвна, если даже купим пилы в Овересте! Для этого нужно специальное оборудование. — Можно купить доски. — У тебя всё так просто! — Чтобы обложить один дом досками, потребуется пара десятков прицепов, — объяснил Калеб Жанин, — а дерево нынче дорого стоит. — Я запрещаю тебе, Лоуренс, ходить на лесопилку! Я не стану спасать твою задницу и вдовой тоже не собираюсь становиться, — она посмотрела на Калеба. — А ты чем думаешь? У тебя на руках двое маленьких детей, причём в прямом смысле этого слова. Тебе мало приключений, Калеб? — Что ты меня отчитываешь, как маленького ребёнка? Для этого есть Цилла. Ещё пожалуйся ей на меня! — Ладно, это всё, конечно, хорошо, — я поставил на траву пустую тарелку, — но работать придётся, — оглядел квадраты, которые вчера расчертил Калеб. — Десять домов. Сколько деревьев за день мы можем срубить? — Да много. Не будем же рубить лес весь день. Я, Финч и ты по очереди завалим деревья. Большой топор Циллы нам поможет. Пьео срежет ветки, Георг ему поможет. Альфи с Фронто и Джеромом подготовят землю. — А таскать брёвна кто будет? — я посмеялся абсолютно дурацкой идеи. — Оскар? — Он завалил трёх кабанов, дерево дотащит. — Брутуса не трогаем? — Нет. Брутус безумно сильный. Он один дотащит два дерева, но в ближайшую неделю его лучше не трогать. — Зовём? — Финч! Джером! Фейхоа! Оскар! Пьео! Фронто! Георг! Подь сюда! Вместо семи человек подошло восемь. На зов Калеба с Георгом пришла и Леона. — Поработаем, котятки? — Калеб достал записку из заднего кармана. — Кудрявый, длинный и самый красивый идут рубить лес. — А кто длинный? — спросил Альфи. — Финч. — Я длинный? Почему я длинный? Я такой же, как и Лоуренс. — Ты худее меня, поэтому выглядишь выше. — Если худее, значит слабее. Я не удержу топор в руках. — Ты же не пробовал! — Попробует, — ответил мне Калеб. — Крошечка и карапузик пойдут к скалам, — он посмотрел на сиамов. — Нам нужны камни, много камней. Возьмёте топоры у Циллы и будете срезать куски скал, — близнецы кивнули. — Фейхоа, рыжик и маленький кучерявый вскапывают почву, — Калеб показал на квадраты. — Вон те три квадрата — это первые дома. — Погреба выкапываем? — уточнил Альфи. — Да. Шут идёт с нами в лес, — Калеб поднял взгляд на Пьео. — У тебя маленькие пальцы? — Ренн показал руки. — Топор удержишь. — И мне топор? Я не срублю дерево! Полдня буду рубить! — Будешь срезать веточки. Нам нужны чистые стволы. — Какую работу дашь мне, Баллер? — привлёк к себе внимание напыщенный Оскар. — Таскать срубленные деревья к квадратам. — Без проблем. В нём сто семьдесят два сантиметра. Как он потащит? Кто потащит вместо него? Гелла залилась смехом и хлопала в ладоши, показывая на приближающуюся Кейти с плачущей Камиллой на руках. — Простите, что вмешиваюсь. Калеб, Цилла ещё не вернулась из леса? — Не-а. Чё случилось? Камилла вырывалась из рук матери. — Камилла плачет, а я не понимаю, чего она хочет. Цилла покормила её перед уходом, пелёнки чистые, а она не успокаивается. — Дай-ка её сюда, — Калеб прижал к груди Камиллу, Гелла взялась за маленькую ручку. — Она, видать, соскучилась по подружке. Фиель и Гелла у отца на коленях. Камилла, кажется, что-то перепутала. Она не узнала Калеба, подумала, что это Цилла. Пьео затряс серьгами в ушах от смеха, а я тихонько посмеялся в кулак. — Эй, что за… что ты там чмокаешь? — Да ты у нас мамочка, Калеб, — улыбался Фронто. — Из моряка в мамочки. — Хотел быть самым красивым? — подначивал я Калеба. — Что-то пошло не так, мамочка. — Она у тебя сиську сосёт! — Финч чуть не упал от смеха. — У меня не… не-е-е-ет! — Калеб отодвинул Камиллу, а она опять закричала. — У меня нет молока! Зайка, я не… — снова прижал к груди, Камилла принялась сосать несуществующее молоко. — Это останется между нами. Никому ничего не говорите, — Калеб оглядел присутствующих, — особенно Энтони. — Ты так и будешь с ней сидеть? Тебя это прикалывает? — Необычные ощущения, Финч, если честно. По крайней мере, Камилла успокоилась. — А Энтони что-нибудь писал о церкви? — спросила Жанин. — Церковь в общине будет? — Он написал, что будет, но пока строить её рано, — Калеб протянул мне листок и кивнул. — Последнее предложение. Мы с Жанин прочитали про себя. «Гильотина». — Я не знаю, как реагировать на это, — Калеб съёжился. Видимо, Камилла сильно схватила за сосок. — Что там? Что там написано? Пьео узнает ответ на свой вопрос позже. В присутствии Кейти я не хотел оглашать последнее предложение. — А что насчёт школы? — Жанин вернула записку. — Отныне учим детей сами? — Кажется, да, — пожал плечами Калеб. Мы дождались Циллу. Не знаю, кто какие капканы расставлял, но за собой она тащила лань. Женщины приступили обсуждать насущные дела, а мужчины пошли работать. Огромный топор весит много, но одно дерево мне удалось срубить. Мы с Калебом рубили деревья, Финч их разрубал пополам, потому что они слишком высокие, а Пьео маленькими ручонками быстро срезал ветки. Оскар без напоминания взваливал на спину брёвна и тащил к равнине. — Не нравится мне это, кудрявый. — Оскар? — Да. — Почему? — В тихом омуте, Лоуренс, в тихом омуте. Калеб прав. Кажется, мы ничего не знали об Оскаре Шиме. Почему он проявлял такую заинтересованность? Почему всю жизнь бездействовал, а теперь показывал нечеловеческую силу? — Посмотри на него внимательнее, Лоуренс. Я пригляделся: — На что именно смотреть? — Он не потеет. Я покосился на Калеба: — Это как история с волосами? — Глянь, — Калеб показал на свой подбородок, — я теку, как шлюха! У меня с бороды пот капает. А ты? — А я что? Ну да, мне жарко и липко. — Твоя рубашка! Пятна под мышками! Ты не видел мои ноги — носки в ботинках мокрые! — У Пьео капли аж на серёжках висят! Финч ничего не видит из-за запотевших очков! А что Оскар?… А он абсолютно сухой, кожа не блестела на солнце. — А Оскар не потеет, Калеб. Я знал покровителя цыган всю жизнь, но никогда не подмечал за ним подобной особенности. Или это не особенность? — Пап! Па-а-а-п! — в лес забежал Фронто. — Тебя и Калеба зовёт Альфи. Джером побежал за Циллой и Авророй. Мы кое-что нашли в земле. — Пьео, Финч, Оскар, занимайтесь своими делами. Калеб дал указание, и мы втроём пошли на равнину. Я заметил гору камней — Леона и Георг постарались, им помогал дядя. — Что вы нашли? — тихо спросил я у сына. — Это какое-то безумие, пап. Я уже не хочу тут жить. Альфи, Джером, Цилла и Аврора стояли над разрытой ямы, причём доктор находился в земле, в так называемом будущем погребе. — Встаньте полукруглом, я не хочу, чтобы остальные это увидели, — Альфи вытащил из земли что-то белое. — Кто-нибудь из вас может мне объяснить, что это? — полуголый очкарик держал в руке половину черепа. — Но ведь кладбище далеко, — заметила Цилла. — Кладбище, о котором преподобный не сказал ни слова, — напомнил Джером. Альфи чуть капнул землю, и появились другие кости: — Суть в том, что эти кости очень странные, — доктор держал в руках нечто похожее на сустав. — Какого года погост перед калиткой? — Надгробия древние, — я присел, чтобы люди за моей спиной не видели, что Альфи показывал, — там выбиты 1881-е года. — Больше ста лет прошло, а кости в хорошем состоянии. — Сколько требуется времени, чтобы останки полностью испарились в земле? — Цилла поняла, к чему клонил Альфи. — Папа рассказывал, что в Куфе на кладбищах мёртвых хоронят друг на друга, если нет места. Каждые десять лет на одного покойника можно положить другого. Тот, кто так делал, говорил, что гроб и труп полностью сгнивали. — Такое часто практикуют в деревнях, — подтвердил Альфи. — Что касается разложения, то многое зависит от почвы. Про эту землю я ничего особого не могу сказать, на ощупь она обычная, но неизвестно, какие микроорганизмы тут обитают. — Фейхоа, они белые, — с опаской произнёс Калеб, — эти кости белые. — Ты думаешь, они свежие? — Аврора посмотрела на Калеба. — Кого-то совсем недавно убили на этой территории? — Земля оправилась после захоронения, — Альфи положил сустав. — Смерть этих людей была давно, их давно закопали, но кости не сгнили. Чудеса какие-то. — Ты сказал «люди»? — переспросил Калеб. — Они тут везде. Это не единственный раскопанный квадрат, а значит везде, в разрытой земле, Альфи вместе с Джеромом и моим сыном обнаружили человеческие останки. — Спросим у Энтони? — Спросить, почему мы будем жить на костях, Аврора? — Цилла немного испугалась. — Как поступим? Вытащим мёртвых и перезахороним или оставим всё, как есть, и закопаем ещё глубже? Кто хочет жить на мертвецах? Альфи ждал конкретный ответ, но слова подобрала Аврора: — Я помню, как Минди Маннерс рассказывала на уроках истории, что у славян-язычников была традиция закапывать мертвеца под порог при строительстве дома. Таким образом мёртвый охранял дом. Это домовой или Дух. Через порог нельзя здороваться за руку, Дух должен пропустить гостя в дом, при условии, если в человеке нет беса. Домового нужно подкармливать — содержать порог в чистоте. Невесту принято переносить через порог на руках. Это звучит устрашающе, но мёртвый охраняет дом от нечисти. — Мы не будем никого выкапывать. Оставляем, как есть. Здесь, под землёй, лежат мёртвые, а значит Духи защищают и охраняют нас. Мы не язычники, возможно, Иисус такое не поймёт. Я считаю, нарушать покой мёртвых — грешное дело. Мы и так ненароком потревожили их. Если Энтони выбрал эту землю, значит мы принимаем её со всеми обитателями. Каждый дом будет стоять на костях. Наше дело — заботиться о Духе. Калеб нашёл подходящие слова, чтобы отогнать страх. Все согласились. Раньше мы не боялись живых, а они поступили, как свиньи. Похоже, друзьями мы будем только с мёртвыми.