Крылья цвета крови.

Тот день, казалось, должен был начаться как обычно: проснуться, завтрак, тренировки, душ, школа, потом Гарри бы пошёл домой, позанимался бы с Лидией или Клодией, потом уроки этикета, свободное время (Гарри как раз планировал доделать макет самолёта), перед сном дочитать о приключениях Робин Гуда… Но этому простому ежедневному плану не суждено было сбыться. Граф фон де Вьятт, разбирая за завтраком почту, состоящую из деловой переписки, приглашений и счетов, неожиданно нашёл одно очень подозрительное письмо. Он повертел его в руках, изучая со всех сторон и передал его внуку: — Гарри, представляешь, это тебе… Конечно, Поттер переписывался с пАдонками и даже с Дадли, несмотря на то, что они виделись в школе, но кто был автор этого письма, мальчик не знал. Конверт, толстый и тяжёлый, из желтоватого пергамента, запечатанный восковой печатью, с указанием точного адреса проживания… — Ой, Гарри, какая прелесть! Тебе пришло приглашение в Хогвартс! — оживилась леди Ван Хорн, словно что-то вспоминая и ностальгируя. — Всем волшебникам в 11 лет приходит такое письмо! Только вот Гарри не разделял её энтузиазма. От бабушки и Драко он получил некую информацию об этой школе, немного подумал сам и решил, что нечего ему там делать. — Я НЕ ПОЕДУ!!! — кричал Гарри на весь Вьятт-мэнор, истерично разрывая проклятущее письмо, а потом сжигая его Инсендио. — Но почему, внук мой? — граф устало смотрел на эти детские выходки, которые совсем не подходили юному аристократу. — Почему? Почему?! Да потому, что я не собираюсь становиться ни крестьянином, ни учёным, ни полицейским, ни политиком! А в этом вашем Хогвартсе обучают только этим специальностям! Да там даже кружков никаких нет! Неужели нет никаких других магических школ?! — Другие, конечно, есть, но только за границей. А мы с леди Ван Хорн считаем, что отпускать 11-летнего ребенка так далеко может быть слишком опасно. Ну хорошо, так кем ты хочешь быть? — Я хочу быть… Вампиром! Быть как вы — свободным, независимым, сильным, безнаказанно делающим что хочешь и когда хочешь! — Интересные у тебя представления… Думаешь, это так просто? Не спорю, ты можешь стать вампиром, но готов ли ты ради этого отказаться от всего магического мира и навсегда остаться в мире маглов? Гарри задумался. С одной стороны, возможность изучить больше заклинаний и стать сильнее его прельщала, но то, что для этого ему придётся отправиться в загребущие лапы одного старого козла, который рылся у него в хранилищах, когда его самого подкинул в дом к мерзким тварям… Гарри боялся, что у него не хватит выдержки не наброситься на директора в первую же минуту, как только он увидит Дамблдора. Больше всего мальчика отталкивало лицемерие, необходимость улыбаться тому, кого хотелось прикончить на месте. Да, чета фон де Вьятт старались обучить его этикету и манерам, что помогало Гарри выглядеть достойно когда он хотел этого. Но вот когда он Не хотел — мальчик становился настоящей занозой в заднице. — Послушай, Гарри… — ещё раз обратился к нему граф. — Это же не навсегда. Вот отучишься, получишь диплом, а потом, когда станешь совершеннолетним, сможешь делать, что хочешь. Я даже помогу тебе с ритуалом перехода. И, как вампир будущему вампиру: отнесись к этому обучению, как к возможности завести необходимые связи. Я же столько раз тебе говорил… Связи для нас очень много значат. Тебе давно пора было научиться заводить друзей, деловых партнёров, полезные знакомства… чтоб потом уже из них выбирать жертв. Твоя дружба с призраками это прекрасно, но сыт ими не будешь. Гарри насупился и ушёл в свою комнату, громко хлопнув дверью. У него было много причин не хотеть в Хогвартс. Кроме того, о чём он сказал ранее, мальчику не хотелось покидать Шакала и банду пАдонков, которые, хоть и были всего лишь людьми, но тепло к нему относились. Он едва-едва успел создать себе репутацию самого страшного человека в Вонингсе, как теперь требовалось всё бросать и начинать заново! Плюс Гарри очень любил Вьятт-мэнор, ставший ему настоящим домом, так что сама мысль лишаться этого ради сомнительного пансионата его откровенно выводила из себя. А ещё он понимал, что времени для самостоятельного изучения астрала, гороскопов и магии у него просто не останется. Потому, что вся магическая сила будет уходить на отработку обязательных заклинаний. Ну и, конечно, отдавать себя во власть волшебника, изрядно подпортившего ему жизнь, мальчику совершенно не хотелось. — Вот и что мне делать, Ливон? — оставшись наедине с самим собой, Гарри решил пообщаться с другом, для чего достал из кармана шкатулку, пробуждая друга. — Не знаю, дружище, я бы сходил… — задумчиво ответил Ливон, присаживаясь рядом на кровать. — Легко тебе говорить… Меня ж хотят запереть в этом замке на несколько лет! И ради чего?! Ну какой из меня учёный? Они усидчивые и скрупулёзные. Крестьянин? Я ненавижу копаться в земле! Меня, что, от розария тети тошнило недостаточно?! Для политика нужно быть умным и хитрым вруном! А я ненавижу врать! А что до полицейских… Туда идут такие же мерзавцы, как и сами преступники! Мне не подходит ни один из факультетов! Ну как?! Как они этого не понимают?! Взрослые… — Мда, кажется, все родители одинаковые… «Сначала получи диплом», «сначала женись», «сначала заведи ребенка», «проживи с моё»… А что дальше? «Сначала умри»?! Поверь моему опыту — даже это не помогает. — И вообще, это выглядит так, будто они хотят от меня избавиться! — насупился мальчик. Ливон обнял друга, морально поддерживая: — Ну, ну, не говори так. Они тебя очень любят! Это просто… Се ля ви. К тому же, я просто уверен, что там нас ждёт множество приключений! Гарри окинул тоскливым взглядом свою комнату, к которой очень сильно привык. Вот на столе старое пятно от горелки, которое он оставил, когда выжигал по дереву, вот его книжный шкаф с коллекцией собранных книг его любимых авторов, вот там груда опилок-гаек-проволоки-лески-стружки-лент и прочего хлама, который он гордо именовал расходниками и заготовками. Вот там на столе стоит заспиртованная крыса в стеклянной банке. Не спрашивайте. Одно слово — психанул. В конце концов, жестоко прикончить любимого питомца твоего врага, который плевал тебе в школьные завтраки — это, считайте, он ещё легко отделался! Коллекция ножей разного назначения, висящая на магнитной подставке. Всякие мелочи, типа подвесок и статуэток. С момента, как Гарри стал жить в своей комнате, он настолько обжился здесь, что сейчас с трудом представлял, КАК запихнуть всё это в чемодан, чтоб перевезти куда-то. А бросать не хотелось. Каждая вещь была важной, каждая безделушка — памятной, каждая книга — любимой, каждая деталь — частью будущего великого изобретения! Раньше у Гарри совсем не было личных вещей, но теперь… Теперь-то всё изменилось! — Будь проклято это письмо! Будь проклят этот Хогвартс! Будь проклято это всё, черт побери! — ругался Гарри, пиная ни в чём не повинную подушку. Началась какая-то адская бомбардировка письмами! Чем больше Гарри рвал их, тем больше сыпалось практически отовсюду! Весь пол Вьятт-мэнора был завален письмами, в которых Гарри приглашали отправиться в Хогвартс, казалось, они лезут изо всех щелей. С одной стороны, юный лорд Поттер искренне недоумевал — какой смысл ему учиться тому, что он и сам прекрасно освоит?! Его будто отправляют в детский сад! Вот если бы там была возможность изучить некромантию или магию крови… Тогда бы он отправился туда, не раздумывая ни минуты! Но юный лорд очень хорошо понимал, какую политику ведёт директор. Малфои рассказали, во что превращается магмир с тех пор, как маглорождённые стали изменять традиции, привносить человеческие законы и рушить вековые традиции. Одно только замещение Йоля Рождеством чего стоит! И всё-же, леди Ван Хорн нашла пару аргументов, убедивших Гарри: — Лично я вижу две причины тебе туда поехать. Во-первых, тайны Основателей. Хогвартс — древний замок; я очень сомневаюсь, что современные волшебники сумели отыскать даже малую часть его секретов! А вдруг у тебя получится найти там нечто особенное? Основатели были очень могущественными волшебниками, наверняка они оставили что-то потомкам! Причём не на виду, а где-нибудь… не знаю… Под чарами «только достойный сможет войти»! А во-вторых, ты же нам говорил, что хочешь грохнуть «этого старого козла». Чем не возможность подобраться к нему поближе? Остаться с ним в одном кабинете и призвать… Как ты там это назвал? — Мегидо. — Вот-вот. Плюс ко всему, там большая библиотека. Это же прекрасно, мой любимый литературоман? — сказала графиня, с любовью потрепав мальчика по щекам. Гарри вздохнул. Потом выпрямился, будто готовясь к битве, и громко воскликнул: — Видят Древние, я этого не хотел! Они сами бросили мне вызов! Ну всё, магБритания! Держись! Я еду в Хогвартс! К письму прилагается список того необходимого, что полагается иметь при себе каждому первокурснику. Кое-что из этого у Гарри уже было, что-то надо было докупить. Пробежавшись глазами по списку, юный лорд сразу исключил из него школьную форму. Мантии — это прекрасно, но только не то школьное убожество, которое он видел в магазинчике Малкин, когда они в прошлый раз посещали Косую Аллею. Защитные перчатки, котёл, телескоп и весы предстояло ещё приобрести. Гарри собирался хаотично и суетливо, перепрыгивая с предмета на предмет, периодически впадая то в панику, то в истерику, то в отчаяние… Несмотря на то, что для него был куплен самый большой сундук с чарами расширения, который подошёл бы больше профессору, нежели первокласснику, места, чтоб уложить все свои вещи, всё равно не хватало, по мнению Гарри. «Нельзя просто так взять и запихать всю свою жизнь в сундук!» — периодически вскрикивал мальчик, снова и снова опускаясь на стул, поддавшись внутренней панике. Конечно, он пытался произнести заклинание Пэк, чтобы оно как-нибудь сложилось само, но, оказывается, чтобы заклинание сработало, волшебнику нужно представлять, что он будет складывать, чары лишь ускоряли реализацию плана в голове, перенося его в физический процесс. А плана-то у Гарри не было! Поэтому пришлось продолжать суетиться и укладывать по одной вещи, периодически воскликивая: «О, Мэрлин! За что мне всё это?!» Зимняя одежда, летняя одежда, парадная одежда, пижама, любимая одежда; набор флаконов и бутылок, склянок и ингредиентов, готовые зелья на все случаи жизни, от головной боли до поноса, травы, приправы, специи, ступка и доска; ножи, ложка, вилка, любимая кружка, комплект свечей; книги, любимые книги, блокнот для заметок, предыдущие заметки, учебники; статуэтки, значки, брелки, безделушки; любимая подушка и одеяло; запас еды и всяких конфет, приготовленный для него как бабушкой, так и им самим; кошельки и письмо от предка, которое он пока так и не открыл, связанные шкатулки с расширением, на случай, если захочет написать домой или получить посылку, ведь от мысли покупать сову он отказался, мотивируя тем, что не хочет заморачиваться: «Да ну… Ещё кормить её, убирать, чистить клетку… А шкатулка на полке стоит — и есть не просит!»; зачарованные в Лютном вещи, комплект Наследника и кольцо Лорда, амулеты и талисманы; шкатулку Ливона он сразу положил в карман, которые тоже имели свойство невидимого расширения и облегчения веса (эти чары понравились Гарри больше всего, он вообще решил узнать о них всё, что можно, чтоб самому потом уметь увеличивать пространство по мере необходимости); плеер, который однажды на день рождения ему подарил Шакал, и который пришлось опять-таки специально зачаровывать у мастера-артефактора, т.к.- О, Ужас! — выяснилось, что маггловская техника не работает в мире магов, что было для Гарри очередным шоком. — Что, вот прям совсем? Даже унитазы? Холодильник? Плита? Микроволновка?! Телевизор?! Ааааа! Какой кошмар!!! Грёбаное средневековье! — Не волнуйся, дорогой внук, они там решают эти проблемы по-своему. — успокаивал граф. — Вообще, занятная вещь… Магия и технология — две стороны одной медали. Каждое направление пытается по-своему решить возникающую проблему. Сначала появляется потребность, например, скажем, летать. Маги создают чары, заговаривают мётлы, придумывают каминную сеть и летучий порох. Научная фантастика повествует о порталах и путешествиях сквозь чёрные дыры, парение на силе магнитного поля Земли и реактивные ранцы. Наука строит разные устройства типа самолётов, вертолётов, дирижаблей, хотя последние и плохо зарекомендовали себя. Но общий смысл остаётся одним и тем же. Довольно интересно искать аналоги, проводить параллели между мирами… Так что тебе нечего переживать! Уверен, решения найдутся! И, кто знает, может, и ты приложишь руку к созданию чего-то, что удовлетворит очередную потребность существ. Создавая новый предмет, подумай, кому и для чего он может быть нужен, какая в нём польза и смысл. Ещё Гарри положил в сундук салфетки, туалетную бумагу, спички, зажигалки, несколько блоков сигарет; расходники и материалы для изготовления поделок, утрамбовав чуть ли не всю свою мастерскую; запас кофе, без которого не представлял себе утро… И всё-равно не мог отделаться от ощущения, что забыл что-то. И вот наступило то самое 1 сентября, когда чета фон де Вьятт отправилась на железнодорожный вокзал Кингс-Кросс в центральном Лондоне, откуда каждый год юные маги уезжали в Хогвартс. Найти платформу 9 и ¾ было просто для леди Ван Хорн, которая, будучи когда-то обычной волшебницей, хорошо знала это место, поэтому Гарри без проблем попал к Хогвартс-экспрессу. Огромный красный паровоз производил впечатление, а снующие туда-сюда волшебники и вовсе вызывали приступ паники. Раньше Гарри даже не думал, что у него есть боязнь толпы, но сейчас, среди этих незнакомцев, он испытывал страх и волнение, особенно помня о том, что у каждого здесь есть волшебная палочка, считай — оружие, которое каждый может, не раздумывая, пустить в ход. Долго обнимая родных, юный лорд не спешил слиться с шумной и галдящей толпой чтобы занять купе, он никак не мог заставить себя покинуть столь полюбившихся ему родных, уже сейчас понимая, что будет сильно по ним скучать. Шли последние минуты. От волнения Гарри закурил. Едва только догорела сигарета, мальчик понял, что… Пора! Ещё раз обняв графа и графиню, пообещав писать как можно чаще, мальчик поспешил к поезду, едва сдерживая подступающие слёзы. Заняв свободное купе, Гарри принялся располагаться, убирая сундук под сидение и устроившись поудобнее у окна. Он планировал в дороге смотреть на пейзажи за окном, а если надоест, то углубиться в книги. Новые знакомства его как-то особо не интересовали, мальчику гораздо приятнее была компания Ливона. Гарри подумал позвать его, но, представив, что его увидят в окно люди на платформе, повременил с этой идеей. Поезд запыхтел, испустив из-под колёс клубы пара, Гарри почувствовал лёгкий толчок — и поезд тронулся, медленно оставляя позади вокзал, заскользивший в окне. Мальчик с грустью и тоской смотрел, как уплывает вдаль его привычная жизнь, достал плеер и надел наушники, всматриваясь в мелькающий пейзаж. Подходящая музыка никак не находилась. Гарри листал плей-лист снова и снова, находя хорошие и даже любимые песни, но ни одна не отражала его переживания, касаемо смены привычной обстановки и столкновения с неизвестным. Мальчик так увлёкся своим занятием, что даже не заметил, что у него появился сосед по купе! Увидев боковым зрением, что он не один, Гарри поднял голову и поздоровался. — Приветствую вас! Извините мою неучтивость, я не заметил, как вы вошли. Позвольте представиться, Гарри Джеймс Поттер. — юный лорд слегка кивнул парню напротив. Его нежданный попутчик был рыжим, веснушчатым мальчишкой в дешёвой и поношенной одежде. Какая-то аляпистая куртка, зелёная мятая рубашка, во всём облике читалась какая-то нескладность и угловатость. Сам же Гарри для путешествия надел рокерскую чёрную майку, зачарованные от проклятий напульсники, чёрные джинсы с цепочками и кулон с пентаграммой усиленной защиты. Комплект Наследника и кольцо Лорда так же были при нём, защищая от ядов, сглаза, ментальных воздействий и вспышек агрессии, позволяя мыслить трезво и ясно. Попутчику явно не понравился тон, с которым Гарри обратился к нему, отчего он сначала едва не раскрыл рот. — Ты чего это говоришь, как напыщенный индюк? — слегка насупился парень. — Простите? — Гарри недоумённо приподнял бровь. — Ну у тебя манеры как… как… — попутчик запнулся, не находя слов. — Как и подобает наследнику древнего и благородного рода, не так ли? И кстати. Я не позволял вам мне тыкать — это раз. А во-вторых, вы забыли представиться, сэр. — О, простите моё упущение, сэр. — с сарказмом передразнил рыжий. — Я Рон, Рон Уизли. Ты же Гарри? Ну, тот самый? — Ага, единственный и неповторимый. — усмехнулся юный лорд. — Я представлял тебя совсем иначе… — Вы представляли меня? — снова недоумённое выражение лица, которое уже начинало бесить Рона. — Да прекращай ты выкать уже, наконец! Ведёшь себя, как придурок Малфой! — Что-ж, если вы того изволите-с, можно перейти и на ты. Но я советовал бы тебе подбирать выражения. Фильтруй базар, короче, понял, в натуре?! Такая резкая смена тона выбила Рона из колеи. О Таком его точно не предупреждали… Растерявшись, парень даже не знал, как себя вести с этим… этим… А ведь он рассчитывал подружиться с ним! «Будет сложно… " — подумал про себя Рон, так и не найдясь с ответом. Гарри же ещё раз внимательно осмотрел соседа по купе, и, найдя его откровенно скучным, снова воткнул в уши наушники, устремляя взгляд в размытую движением бесконечность. Некоторое время они ехали молча, пока дверь купе не отворилась. В проходе показалась девчушка с вьющимися волосами, одетая в школьную мантию. Гарри пришлось снова вместо музыки слушать незваных гостей. — Никто не видел жабу? Мальчик по имени Невилл потерял жабу. — И вам доброго дня, юная леди, — почти назидательно протянул Гарри, подумав: «Интересно, здесь все такие беспардонные или мне просто так «везёт»?». — Когда входишь, следует поздороваться, представиться, а уже потом задавать вопросы. Та же отвисшая челюсть на пару минут, какая недавно была и у Рона. «Это становится подозрительным… " — подумал Гарри в тот момент, пока девочка находилась с ответом. — А, да, привет, привет, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вы кто? — Я Рон Уизли. — Гарри Джеймс Поттер, к вашим услугам, мисс — он привстал и поклонился, беря девочку за руку и целуя её кисть. У Грейнджер глаза были готовы вылезти из орбит, она резко одёрнула руку, словно опасаясь таких жестов. Очевидно, она не была знакома с этикетом. Рон помотрел на Гарри, как на ожившее нечто, вылезшее из бабушкиного нафталинового сундука. — Ты… Ты чего это творишь?! — Всего лишь проявляю элементарную вежливость, Рон. Тебе бы тоже не помешало. Итак, возвращаясь к вашему вопросу, мисс Грейнджер, спешу уведомить вас, что мы не находили в нашем купе ни жаб, ни лягушек, ни прочих земноводных. — Жаль, очень жаль. А… — тут её взгляд упал на внешность самого Гарри. — А почему ты ещё не в форме? Пора бы уже вам, ребята, переодеться в школьные мантии! Её тон до ужаса походил на учительский, что мальчикам, конечно, совершенно не понравилось. — Тебе-то какое дело?! — рявкнул Рон. — Вы. К незнакомцам следует обращаться на вы. — презрительно ответил Гарри и, заметив, что они высказались одновременно, поспешил извиниться. — Прости, что случайно перебил тебя, Рон. Эта компания начала изрядно утомлять, а если сказать прямо, раздражать юного лорда. — Господа, позвольте мне отлучиться на минуту, — сказал Гарри, поспешив откланяться и выйти в тамбур, закрыв за собою дверь купе. В поезде было тихо, лишь размеренный стук колёс приглушённо стучал, выбивая ритм. Гарри достал пачку и закурил, пытаясь успокоиться. Новые знакомые произвели на него весьма скверное впечатление отсутствием элементарных представлений о манерах поведения. «А ведь мне ещё учиться с ними несколько лет… Не дай Мерлин, на одном факультете!» — грустно размышлял про себя Гарри, всматриваясь в сизо-серый дым. — «Похоже, что прогнило что-то в Датском королевстве… Ну ничего, мы ещё отреставрируем магБританию!»