Крылья цвета крови.

Ни магглы, ни маги не знали точно — есть ли вообще душа и что это такое. «Если исходить из того, что душа — это сознание, то можно ли сказать, что, теряя сознание, человек теряет душу? А человек в коме? Он бездушный? Тогда, получается, что эвтаназия не должна считаться убийством. А безумие? Человек, сошедший с ума — он без души или ещё нет? Если исходить из того, что душа — это эмоции, то можно ли сказать, что принимая успокоительное и, таким образом, убирая эмоции, мы убиваем свою душу? Магглы тоже испытывают эмоции — тогда почему они не могут колдовать? Вложить душу во что-то можно фигурально выражаясь, а можно посредством ритуала — есть ли разница? Продать душу реально? А почему только продать? Что насчёт сдачи в аренду, оставления в качестве залога, кредитования? — Здравствуйте, я хочу взять в кредит 200 душ. Хм… Это уже очень напоминает «Мёртвые души». Чичиков тоже, вон, ходил, покупал. Забавное произведение, жаль Гоголь продолжение сжёг… Кстати да, раньше же душами называли крестьян. Ах, так вот почему говорят, что у вампиров нет души! Они ж аристократы! А аристократы/власть имущие всегда «пьют кррровь людскую»! — именно так, зачастую, и думают простолюдины… простецы… магглы… — Магглы — всего лишь бесправные животные! — тут же резко высказался внутренний диктатор. — А с чего ты взял, что животные бесправные?! — взревел внутренний зверь, от этих слов начав метаться по сознанию из угла в угол, точа когти на диктатора. — А вы знали, что животные на арене ценятся гораздо дороже, чем гладиаторы? — равнодушно заметил внутренний рейвенкловец, потирая пальцем подбородок. — При чём здесь гладиаторы? — недоумённо воскликнули остальные. — История человечества всегда была кровавой… Войны, восстания, угнетение одних другими по самым различным признакам, повсеместное насилие… — заметил внутренний голос Гарри, вспоминая маггловскую историю, которую изучал в Вонингсе. -… с того самого момента, как Каин убил Авеля… — наставительным тоном произнёс отец Эндрю, священник, который, кажется, слишком усердно вдалбливал в него свои постулаты. — …с того момента, когда пещерный человек взял в руки палку… — равнодушно продолжил внутренний рейвенкловец, с недовольством и презрением взглянув на отца Эндрю. — И принялся с её помощью колдовать!!! — воодушевлённо воскликнул внутренний ребёнок, принявшись тут же бегать по сознанию, размахивая то ли волшебной палочкой, то ли карандашом… Впрочем, карандаш — тоже волшебная палочка, в каком-то смысле. С его помощью можно создавать удивительных, фантастических животных, невероятные ландшафты, леденящие кровь истории, потрясающие миры и ещё очень много чего. — Кррровь, я чую кррровь… Дай мне разорвать тебя, дай мне тебя убить… Убить… — прервал внутренний диалог шипящий голос, полный животного голода, от которого у неподготовленного слушателя началась бы паника — настолько в нём искрилась жажда жестокости. — А вот это, кажется, уже было извне… Или… Зверь, это ты? — спросил рейвенкловец, насторожившись. — Я молчал, — ответил внутренний зверь. — Хотя не могу не согласиться. — Интересно, у всех ли внутренний монолог принимает порой формы диалога? — задумчиво произнёс внутренний голос Гарри и, собравшись, добавил. — Всё, заканчивайте трындеть. Реальность вызывает!» Голоса, голоса, голоса… Гарри слышал их довольно часто, особенно когда оставался один, когда их не заглушал гул толпы и их дурацкие попытки втянуть его в разговоры. Когда был только он и книги. И тогда… Тогда тишина расцветала многоголосьем разных идей, мыслей, теорий. У каждого такого голоса Гарри мог представить характер, взгляды, черты личности, позу, в которой он находился, движения, сопровождающие речь. Однако, парень понимал, что большинство из этого существует только в его голове — и не разговаривал с голосами прилюдно, опасаясь, что такими темпами его быстро упекут в клинику для душевнобольных. Правда, оставалось совершенно не понятно — есть ли такие клиники у волшебников или нет, но проверять на себе, всё-же, не хотелось. Удивительно, как в этот сумбур порой вписывался Волдеморт. Но его голос, хоть и звучал в сознании, был другим. Более властным, более реальным, более уверенным в себе и факте своего существования. Кроме того, Тёмный Лорд знал и мог поделиться иногда, когда был в благодушном расположении духа, тем, что самому Гарри было неведомо, чего явно не могли другие голоса. Это был один из способов проверки для вампильета: нужно было задать вопрос. Если голоса отвечали, исходя из того, что Гарри знал, то значит, это были части его личности; если же ответ привносил нечто новое, то это значило, что кто-то другой затесался в мысленное пространство. Плюс спрашивать нужно было то, что можно доказать, что можно узнать и проверить — правду ли говорят эти голоса? Например, «столица Казахстана», «период полураспада радия», «кодекс чести самурая», «атомная масса урана», «численность населения Бразилии» и т.д. В общем, несмотря на странности, происходящие во внутреннем мире, Поттер не терял границы разума, отлично понимая, где его мысли, а где нет, когда голоса звучат внутри, а когда — снаружи. И не путался. Отчасти, такое положение вещей давало парню несколько бонусов. Во-первых, сильную ментальную защиту, поскольку вампильет очень хорошо чувствовал инородные мысли в своей голове, попытку взломать его окклюментные щиты. Во-вторых, изменчивость и возможность отыгрывать. При различных допросах он мог с жаром доказывать и отстаивать точки зрения других людей, которые необязательно разделять самому. Достаточно было всего лишь переключиться с личности на личность. В-третьих, шаманизм как таковой. Такая психика — благодатное поле для подселения и отселения призраков. Объединяясь с другими, он чувствовал их мысли, их переживания, их эмоции как собственные, но, при этом чётко понимал, где чьё. Однако, были и минусы. Как минимум — муки выбора того, как именно поступить, чью сторону принять и кому поверить. Ведь представьте: на одну и ту же ситуацию есть несколько субъективных точек зрения, и все они обладают собственной доказательной базой, мотивами, историей (почему сложилось так, что субъект стал придерживаться именно этой версии, а не какой-то другой). Но кто из них прав? Все они, по-своему. Истины нет. Кто более прав — львица, которой нужно кормить львят, или косуля, которая просто хочет жить? И всё зависело лишь от того, кто ты сам — лев или косуля. Именно так и определяются «свои». Но Гарри, если бы спросили его, ответил бы, что он, в таком случае, коршун. Который пожрёт на поле битвы останки того, кому не повезло на этот раз. Перед Смертью все равны. Гарри оскалился своему отражению. О, как же ему нравилось убивать! Обрывать людские жизни… Ставить красивую точку в их жалком существовании. А время, между тем, шло. Уроки по расписанию, куча домашней работы, дополнительные задания, вечные отработки у Снейпа, которого Гарри просто возненавидел… И чего он к нему привязался? Нет, сам предмет был довольно интересным, если бы учитель был адекватным! «Ну подумаешь, забыл добавить вербену! Или сбился в помешиваниях… Чего сразу тупицей обзывать?!» — бурчал Поттер, надраивая очередной котёл. Да и на трансфигурации недавно сняли баллы, когда изучали превращение вороны в кубок. — Мистер Поттер, это ещё что такое?! — недовольно воскликнула Минерва МакГонагалл, взирая на очередное творение Гарри — чёрный кубок в виде черепа с сапфирами в глазницах. — А что не так? Стильно же! — Ни одному нормальному волшебнику не придёт в голову пить из… из… этого! — А вы знали, что викинги частенько пили из черепов своих врагов? — Минус 20 очков Гриффиндору за это… варварство! Вот так и проходили дни. Хорошо хоть в гостиной стало потише. Софакультетники старались не пересекаться с Гарри, фактически объявив ему бойкот. Только и сам Гарри не обращал на это внимание, так что для него это было своего рода благостью. Поттеру вообще сейчас было не до других, не до выяснения, кто там что думает о нём, вампильет вообще не любил сплетни. Слишком о многом нужно было подумать. Так что он часто пропадал вечерами в Запретной секции, всего лишь накинув на себя дезыллюминационные чары и воздействуя на мадам Пинс вампирским гипнозом, после чего она всегда ему открывала. Древние книги манили своими тайнами. Проходя между стеллажей, парень искал любую информацию о душах, менталистике, сознании, возможно, демонологии, чтобы понять, чтобы найти, наконец, ответы на свои вопросы, плодившиеся в геометрической прогрессии. В результате чего Гарри часто не просто засыпал, а попросту вырубался от переутомления. Но не всё было так ужасно, как могло показаться. Сны у Гарри были такими же — яркими, захватывающими, интересными и необычными. Очередной сон начался с того, что Гарри решил превратить Хогвартс в парк аттракционов! В место, где будет царить веселье и детский смех! Да, у магов не было электричества, но разве это проблема? Трансфигурировать рельсы и вагончики, поддерживать их и заставить двигаться просто при помощи магии! Трасса как раз вокруг самого замка, с петлями, горками и водопадами. — Дамблдор будет против… — грустно сказала Гермиона. — А что нам Дамблдор? К мордреду его!!! — лишь рассмеялся Поттер, продолжая перестраивать замок под себя, — К мордреду школу! Даёшь веселье!!! Да и помощники у него нашлись. Трансфигурировать вокруг аттракционы, качели, горки и вертушки ему помогала группа взрослых волшебников в масках и чёрных мантиях. Гарри чувствовал, что на эту своеобразную группу поддержки вполне можно положиться. Но, когда всё было готово — и школа общими усилиями превратилась в парк развлечений — произошло невероятное! На них напали вампиры! Они выглядели вполне обыденно, Гарри бы даже сказал, что очень привлекательно. Сначала они пришли под видом обычных старшекурсников, знакомились, общались, соблазняли других учеников и учениц… А потом, внезапно, устроили массовую резню! Сорвав маски нормальности, они стали кусать всех подряд, загрызая насмерть. Началась всеобщая паника, волшебники бросились врассыпную кто куда, давя и сбивая всех на своём пути. Особенно не повезло тем, кто застрял в одной кабинке с одержимым кррровью монстром. Гарри, с группой других ребят, оказался заперт на высоком этаже (он не мог сказать точно, на каком, но под ними было несколько этажей, уходящие на несколько пролётов вниз). В Хогвартс прибыли авроры, чтобы помочь эвакуировать всех. Они проверяли выживших на заражение вампиризмом, уничтожая всех, кто оказался заражён. Пока вампиры бесновались внизу, а авроры пытались спасти тех, кого ещё возможно, Поттер, сидя в кабинке с Гермионой, понял, что должен сказать ей кое-что очень важное. — Знаешь, Гермиона… Я не знаю, выживем ли мы в этой мясорубке… — Разве это не очевидно? Нас обязательно спасут! — храбро возразила девушка. Гарри в этот момент усмехнулся и оскалился, демонстрируя ей клыки. Гермиона в ужасе отпрянула. — Так ты… — Да, давно. Так вот. Я не знаю, выживем ли мы в этой мясорубке или нет, но, благодаря случившемуся, я понял главное… — Тогда почему ты не… ? — Грейнджер покосилась на вампира, догрызающего внизу очередную жертву. — Хах. Нужно просто уметь держать себя в руках, понимаешь? Но ты не дала мне договорить. — Гарри злобно посмотрел на Гермиону и в третий раз попытался донести до неё мысль, — Я не знаю, выживем ли мы в этой мясорубке или нет, но, благодаря случившемуся, я понял главное: есть те вещи, ради которых стоит жить! «Кррровь…» — звучало набатом в его голове как ответ на все вопросы. — … рвать… терзать… убить… — явственно услышал вампильет, подскакивая с кровати. Это был тот самый голос — холодный, страшный голос, который сопровождал его все эти дни, становясь настоящим наваждением. «Что ж, самое то! Идеальное продолжение Такого-то сна!» — усмехнулся Поттер, оскалившись в темноту, — «Однако… Кто же его обладатель?» Парень изо всех сил напрягал слух, оглядываясь по сторонам и, напряженно прислушиваясь, вышел в тускло освещенный коридор. Пусто. Никого не было видно. Даже самого захудалого призрака! — …так голоден… так долго… Голос начал слабеть. Парень был уверен, что его обладатель удаляется, движется вверх. Гарри поднял глаза и уставился в темный потолок. — …убивать… время убивать… — Убийства — и без меня?! Не позволю! — прошептал Гарри и побежал по ступенькам, ведущим в холл. Но здесь ничего не было, лишь из Большого зала долетали безмятежные голоса Толстого монаха, общающегося с кем-то из портретов. Гарри кинулся к мраморной лестнице и помчался на второй этаж, пытаясь выяснить, что за существо обитает здесь. «А что, если Добби не меня тогда имел в виду?» — внезапная вспышка озарила сознание, от чего Поттер притормозил и непроизвольно зарычал. Только конкурентов ему здесь не хватало! Сверху, скорее всего с третьего этажа, до него донесся затихающий голос: «Я ЧУЮ KPOBb. Я чую кровь». Если бы сердце вампильета могло биться, оно бы сейчас отчаянно стучало о грудную клетку в предвкушении. Он чувствовал азарт погони, выслеживал свою добычу, чувствуя её сердцебиение… Глухое, раздававшееся будто за стеной. На третьем этаже Гарри опять помчался по коридору, сворачивая то налево, то направо, пока, наконец, не увидел Её! Огромную змею, заполнившую собой практически весь коридор. Рядом со змеёй лежало парализованное тело какого-то хаффлпаффца на пару лет старше — Гарри не знал, кто это был, но ощущал, что тот был ещё жив, так как сердце у него билось, однако, парень не шевелился. Огромный змей, высунув язык, исследовал окружающее пространство и свою добычу. Поттер застыл, наблюдая со-стороны. Рептилия слегка занервничала, ощущая присутствие кого-то ещё, но, спустя несколько минут, не опознав в присутствующем живого, вернулась к своей трапезе. Со стороны это выглядело так, что змея, как огромный чулок, натягивается на свою добычу. Тем временем её нижняя челюсть выдвинулась вперед и… разделилась надвое. Загнутые назад зубы крепко зафиксировали добычу, а мощная мускулатура отправила парализованную жертву в увлекательный вояж по пищевому тракту. Казалось, время замерло. Гарри внимательно следил за действиями змеи — отчасти понимая, что сытая змея перестанет быть для него угрозой, отчасти просто любуясь грациозными движениями искусного хищника, даже не думая прервать сей поздний ужин. Ему бы тоже не понравилось, если бы ему кто-то вздумал мешать на охоте. «Гигантские собаки, огромные змеи, пауки — потомки Унголианты… Интересно, а Хогвартс не в Чернобыле, случайно, расположен?» — возникла спонтанная шутка в его голове. Слегка мысленно посмеявшись, вампильет продолжал наблюдать. Спустя полчаса тушка хаффлпаффца полностью исчезла внутри змеиного тела, после чего змеюка стала уползать, очевидно, чтобы поспать после вкусного ужина. Поттер знал, что ближайшие несколько недель ей не придётся охотиться. Вампильет проследил, как она заползает в закрытый женский туалет, в котором обитала Миртл. — Откройс-с-ся, — прошипела змея, заползая в проход под умывальником, когда тот подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск в змеиное логово. Решив, что, прежде чем начинать спуск в неизвестность, нужно подготовиться, Гарри отправился в свою комнату, по дороге чуть не наткнувшись на Филча. Привычно внушив гипнозом ему мысль, что здесь никого нет, он без труда достиг своей спальни. — Что ж, теперь понятно, о каких событиях верещал тот домовик… Ладно, змеюка, жди гостей в ближайшее время! — подумал Гарри, проваливаясь в сон. Парень ещё не решил, что делать с этой огромной змеёй, ползающей по школе и поедающей учеников. Как говорится, «подумаю об этом завтра».