Sinferno

      Пушистые облака, что плыли в иллюминаторе самолёта, разрезали верхушки киркволлских небоскрёбов. При снижении немного затрясло от турбулентности, но Фенрис, не отрывая взгляда, смотрел, как открывается вид над серый, застроенный душными и пыльными многоэтажками город. Живописных мест, как в санатории, здесь не предвиделось. Даже берег Недремлющего моря казался грязным с высоты птичьего полёта. Вскоре показался пустырь аэродрома, и самолёт выпустил шасси. Ещё раз тряхнуло, и Фенрис устремил взор на стюардессу, что отстегнула ремни и взялась за микрофон.       — Уважаемые пассажиры, наш самолёт совершил посадку в аэропорту города Киркволл. Температура за бортом +11 градусов по Агориану, время 13:45. Экипаж прощается с вами. Надеемся ещё не раз встретиться с вами на борту нашего самолёта. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки.       Бывший коммандос застегнул чёрную куртку до самого горла и надел шапку, спрятав под её край седые пряди. Его сумка лежала рядом, подготовленная.       Самолёт был наполовину пуст. Видимо, ночные рейсы в Вольную Марку не пользовались особой популярностью в это время года. Или не пользовались вообще? Сказать по правде, Фенрис не знал. Ему ещё не приходилось летать в Вольную Марку.       Вместе со всеми пассажирами добравшись до здания аэропорта, Фенрис, закинув спортивную сумку за спину, двинулся вслед за толпой по длинному коридору, ведущему в главный холл аэропорта. Просто идти туда же, куда и все, было самым простым решением в случае, когда совершенно ничего не знаешь о месте, в которое попал. Не приходится раздумывать о том, куда идти, а можно повнимательнее оглядываться по сторонам и запоминать побольше деталей.       Из холла доносился механический голос диспетчера, информирующий путешественников о взлётах и посадках. На улице, конечно, толпились таксисты, которые едва ли не бросались под ноги выходящим из здания аэропорта людям, выкрикивая цены по ниспадающей. Но у Фенриса не было возможности взять такси. Решительным жестом он молча пресёк все попытки предприимчивых водителей рассказать ему, куда они доставят его за сущие гроши, и целенаправленно двинулся к автобусной остановке, где как раз уже стоял нужный автобус. Он заблаговременно ознакомился с маршрутами с помощью путеводителя и карты, поэтому теперь мог чувствовать себя более или менее уверенно.       Солнечный день, казалось, должен был быть тёплым, но порывы холодного морского ветра развеивали эту наивную иллюзию и заставляли людей натягивать куртки и тёплые кофты. Фенрис снова устроился у окна, теперь уже в автобусе, вставил в уши горошины наушников и прислонился лбом к стеклу. Мимо сначала проплывал загородный пейзаж и прямая шуршащая дорога из аэропорта в город, а затем лениво поползли здания, магазины, десятки неоновых вывесок. Люди превращались в декорации, двигаясь в такт играющей в наушниках музыке. Фенрис щёлкнул кнопкой блокировки старенького смартфона и, смахнув плеер, нажал на круглый значок браузера. На экране тут же появилась последняя просмотренная вкладка — сайт той самой работы. Точнее, работодателя.       Аукционный дом Hawke's Family располагался в центре города. Оно довольно сильно отличалось от заполнивших весь город блочных высоток: выглядело ужасно старинным, но отлично отреставрированным. Чтобы добраться до этого места, ему пришлось ещё дважды пересаживаться на другой автобус.       — Демоны, — иронично изогнув бровь, подумал Лито, — я иду устраиваться охранником в аукционный дом. Прекрасно.       Он стоял, замерев перед этим даже на его непрофессиональный взгляд старинным зданием и разглядывал убегающую вверх лепнину, когда изящные двустворчатые двери распахнулись. Навстречу Фенрису, или, точнее сказать, совершенно точно направляясь по своим делам, из них вышли двое мужчин. Один был высокого роста, с чёрными как смоль волосами, одетый в идеальную тройку. Он поёжился от холода и резко поправил воротник пиджака. На солнце тускло блеснула матовая запонка. Лицо его искривляла гримаса недовольства. Его спутник же выглядел в этой обстановке, будто приблудыш: кожаная куртка с забранными рукавами обнажала татуированные запястья, потёртые чёрные джинсы с болтающейся серебряной цепочкой были довольно грубо разорваны на коленях. Хмурый брюнет молчал, а его маргинальный спутник непрерывно пытался что-то ему втолковать, активно жестикулируя. Он безрассудно шёл спиной вперёд, чтобы говорить с собеседником лицом к лицу, и поэтому через пару шагов натолкнулся на Фенриса, неловко задев его висящим за спиной футляром с гитарой. Струны внутри тихо обиженно загудели.       — Воу, парень, извиняй, не заметил, — он обернулся и нахмурился, поправив сползшую на лоб шляпу, и пара белокурых прядей тут же упали ему на лицо.       Тут же потеряв к Фенрису всякий интерес, «Шляпник» обошёл его, на ходу стащил со спины футляр с гитарой и принялся пристально его осматривать, что-то бормоча себе под нос.       Второй же и вовсе не обратил на Фенриса никакого внимания. Мужчины продолжили разговор, удаляясь в сторону парковки. Фенрис тяжело вздохнул и толкнул входную дверь.       То, что ждало его внутри, заставило его брови непроизвольно взлететь вверх. Всё здесь выглядело роскошно. Нет, даже чересчур роскошно. Тот, кто занимался внутренним убранством аукционного дома, определённо, обладал, хорошим вкусом. Или же был невероятным везунчиком. Чёрное дерево, чёрный матовый пол, покрытый материалом, который Фенрису не удалось распознать. Невероятных размеров золотая люстра, что висела высоко, под самым потолком, и имитировала глубокое ретро. Тяжёлые портьеры из такого же матового, но в то же время едва заметно поблёскивающего в золотом освещении материала. Старинные панели на стенах, узор на которых напоминал о чём-то королевском. Тот, кто создавал здесь всё, умело балансировал на грани между бездной безвкусной вычурности и очарованием тонкой изысканности. Это было... странно и завораживающе.       Пока Фенрис разглядывал позолоченные перила широкой лестницы, ведущей на второй этаж, из незаметной до того двери за лестницей вышел ещё один мужчина: невысокого роста, пузатый, даже немного пухлый, с лихо, волосок к волоску, расчёсанными усами и короткой бородкой. Тоже, конечно, в костюме. Тяжёлый стук каблуков его лакированных туфель отдавался эхом и терялся где-то под сводами.       — Могу я чем-то вам помочь, сэр? — дружелюбно поинтересовался усач, слегка подавшись вперед и сложив руки за спиной в ожидании ответа.       — Я по поводу работы, — кратко ответил Фенрис. Мужчина хоть и выглядел весьма презентабельно, но совершенно точно не тянул на хозяина этого места. Поэтому его было нетрудно принять за кого-то из персонала. Голос его, приветливый, но сдержанный, таил в себе отголоски непривычного Фенрису говора: немного острого, будто резковатого по сравнению со всеобщим.       Мужчина окинул Фенриса цепким взглядом, несколько раз задумчиво кивнул и наконец сделал некий жест рукой, который предполагал, вероятно, приглашение.       — Пройдёмте за мной. Я оповещу мистера Хоука о вашем прибытии. Меня зовут мистер Феддик. Ваше имя, сэр?       — Фенрис Лито.       — Чудесно, чудесно.       Фенрис без лишних слова последовал за новым провожатым, ощущая, как по позвоночнику туда-сюда бегают интерес и лёгкое, едва заметное волнение. На вид мужчине было около шестидесяти, но двигался он очень живо, и Лито был рад, что мягкая поступь его кроссовок не создаёт столько же шума, сколько туфли мистера Феддика.       Они приблизились к пустой деревянной стойке у левой стены, за которой притаилась слегка приоткрытая дверь в тёмное нутро здания.       — Сэндал, мальчик мой, — окликнул мистер Феддик, постукивая пальцами по гладкому чёрному дереву. Из дверного проема сначала показалась вихрастая голова, а пару секунд спустя к ним вышел юноша, одетый в обычные джинсы и футболку. Что тоже совершенно не вязалось с окружающей обстановкой. Он скорее смотрелся бы органично рядом с тем гитаристом.       Сэндал приблизился и молча замер за стойкой, глядя куда-то поверх плеча мистера Феддика. Он не поприветствовал гостя и никак не отреагировал на обращение, однако это, казалось, совершенно не смутило мужчину в костюме.       — Будь добр, набери на телефоне номер господина, — попросил его мистер Феддик, спокойно глядя парню в лицо.       Сэндал опустил руки за стойку, и оттуда послышалось странное жужжание и треск. Парень приложил к уху огромную старинную трубку, от которой к аппарату тянулась пружинка провода. Послушал гудки и протянул трубку мистеру Феддику, вслед за ней доставая из-за стойки совершенно допотопный дисковый телефон. Конечно же, чёрный, с золотыми каёмками на всех видимых краях.       Чудо, что эта раритетная рухлядь ещё работает.       Гудки было слышно прекрасно, но ещё громче неожиданно прозвучал голос на том конце провода.        — Да.        — Мистер Хоук, к вам пришли по объявлению. Мистер Фенрис Лито.        — Замечательно. Проводи ко мне, Бодан.       Мистер Феддик кивнул сам себе и, не прощаясь, со звоном положил тяжёлую трубку на рычаги, мимоходом ласково взъерошив волосы своего помощника. Парень жутковато улыбнулся ему в ответ и склонил голову набок. Фенрис ещё успел заметить, как он опирается локтями о стойку, высыпая из ладони горсть каких-то разноцветных камушков, и принимается двигать их пальцем. В следующую секунду мистер Феддик закрыл ему обзор, и Лито смутился, осознав, что пялиться на парня было бы не слишком вежливо. Он прокашлялся, выжидательно глядя на провожатого.       — Прошу, сэр, нам наверх, — проговорил усач и тут же, не дожидаясь, двинулся вперёд. Было очевидно, что Фенрис пойдёт следом.       Они поднялись по мраморной лестнице, миновали несколько поворотов, и мистер Феддик наконец остановился перед двустворчатой дверью красного дерева. В отличие от первого этажа, здесь всё было оформлено в красно-золотых тонах, а на стенах висели какие-то картины, на которые Фенрис даже не стал смотреть. В искусстве он не разбирался совершенно, и не то, чтобы очень хотел начинать. Бодан нажал на изящную ручку и толкнул дверь, пропуская Фенриса вперёд. Видимо, это был кабинет господина Хоука.       Гаррет Хоук... достаточно неоднозначная личность. Судя по всему, он являлся одним из знаменитейших и популярнейших людей Киркволла. Миллиардер, филантроп, меценат и коллекционер. Перед тем как отправить своё резюме, Фенрис достаточно полазил в интернете и нашёл много интересного об этом человеке. Можно сказать, что Киркволл практически жил на его баснословные деньжищи. Он вкладывал в акции, поддерживал малый бизнес, являлся завсегдатаем благотворительных фондов, спонсировал всяческих молодых и талантливых. Конечно, он был молод и красив, и можно было найти немало сайтов или групп, созданных его поклонни...цами. Однако всё это было совершено безразлично Фенрису. Будь он хоть сам Создатель, единственное, что бывшему коммандосу нужно было от Хоука — это работа и зарплата. И вторая обещала быть очень даже приличной. Или очень неприличной.       Дверь за спиной аккуратно закрылась, и Фенрис остановился, встречаясь взглядом с хозяином кабинета. За огромным столом, развалившись в кресле и держа в зубах сигару, сидел Гаррет Хоук собственной персоной. Песочного цвета пиджак, застёгнутый на одну единственную пуговицу, чёрная рубашка, золотые часы — весь его вид буквально кричал о том, что этот человек — само воплощение слова «состоятельность». И он явно с удовольствием демонстрировал это всему миру.       Однако в кабинете мистер Хоук был не один.       Прямо на столе, закинув ногу на ногу, сидела женщина. Её смуглую кожу подчеркивали массивные золотые украшения, а точёную фигуру обтягивало тёмно-синее платье. Она медленно повернула голову в сторону Фенриса, и её янтарные глаза блеснули какой-то первобытной искрой. Женщина прикусила губу и медленно сползла со стола, так, что подол и без того узкого и короткого платья задрался повыше и обнажил краешек ягодицы. Бедро её украшала татуировка заострённого клином кинжала. Женщина молча обошла стол, поправив платье, и двинулась к Фенрису, не спуская с него прищуренного взгляда. Гаррет Хоук зажёг сигару.       — Да ты проходи, не стесняйся, — проговорил он, затянулся и выпустил к потолку облако дыма. Женщина на мгновение остановилась рядом с Фенрисом, когда тот сделал шаг вперёд. Она цокнула языком, и пирсинг под её губой вздрогнул.       — Сладкий, — прошептала она, проходя мимо, и удалилась из кабинета, покачивая крутыми бёдрами под синей тканью.       Это было странно, но Фенрис смолчал, проводив её лишь мимолётным взглядом. Он наконец приблизился к столу. Хоук жестом указал на кресло напротив, выпуская вверх ещё одно облако дыма. Фенрис бросил сумку себе под ноги и сел. Кожаное сиденье заскрипело под его брюками.       — Меня впечатлило твоё резюме, — начал Хоук, положив сигару на пепельницу. Он улыбнулся, и его небрежно подстриженная угловатая борода зашевелилась вслед за улыбкой. — Как раз такой телохранитель мне и нужен.       — В чём конкретно заключается работа? — проговорил Фенрис, пристально глядя на потенциального работодателя.       — Сразу к делу, да? Уважаю, — Хоук оттолкнулся от спинки кресла и сложил руки на столе. — Ничего сложного. Стой за моей спиной и смотри на всех самым мрачным взглядом. Вот, прямо таким, как сейчас. Но сначала… Так сказать, испытательный срок. Какое-то время ты будешь охранять одного члена моей семьи. Подробности позже.       — Просто проверка? — серьёзно спросил Фенрис, сложив руки на груди. Хоук усмехнулся.       — В Киркволле ничего не бывает просто, дружище.       Ещё некоторое время Хоук говорил о том, что ему предоставят полный пансион, чтобы ничего не отвлекало его от выполнения непосредственных обязанностей. Жильё, машину, оружие. Безусловно, оплату — наличными или на банковскую карту, как он захочет.       Предложение было заманчивым, но Фенрис чувствовал подвох. Демоны подери, это Киркволл! Если судить по сводкам новостей и вообще по тому, какая репутация сложилась у этого города, здесь никогда не бывает спокойно. Этот город считается криминальным сердцем Вольной Марки. И покупая билет на самолёт, Фенрис прекрасно об этом знал. Не раз вспоминал слова доктора Сураны: «Главное — не возвращайтесь к прежней работе». Но всё равно прилетел. Работа на Хоука — это не спецзадание в горячей точке на Сегероне, но Фенрис догадывался, что его ожидает. Ведь, как упомянул мистер Хоук — в Киркволле ничего не бывает просто. Придётся познакомиться с этой истиной на собственной шкуре.       — Я согласен, — произнёс Фенрис после недолгого размышления.       Гаррет Хоук довольно ухмыльнулся и поднялся, протянув сверкающую перстнями руку через стол. Фенрис встал следом и пожал протянутую ладонь, подтверждая своё согласие.       — Замечательно, дружище, — продолжая улыбаться, произнёс Гаррет и указательным пальцем коснулся аппаратуры громкой связи.       — Да, сэр, — раздался слегка искажённый электроникой голос усатого живчика, мистера Феддика.       Только теперь Фенрис понял, что он, скорее всего, из Орзаммара. Уж очень сильно проскакивал режущий слух акцент.       — Бодан, отвези мистера Лито в его новые апартаменты и предоставь всё, что ему понадобится, чтобы начать работать уже завтра, — проговорил Хоук, не разрывая зрительный контакт с Фенрисом.       — Будет сделано, сэр, — ответил орзаммарец. Аппаратура пискнула, и Хоук, обойдя стол, остановился, поправляя запонки на рукавах рубашки.       — Завтра жду тебя в десять утра. Получишь всякие инструкции, подпишешь бумажки. Ну и узнаешь все подробности. Лады? — скучающим тоном протянул Гаррет.       Бумажки и инструкции он подпишет только завтра, а всё для работы ему предоставят уже сегодня? Интересно.       — Кто-то в опасности? — предположил Фенрис, надеясь выудить хоть какую-то ещё информацию. Хоук улыбнулся краешком губ и расправил воротник рубашки, верхние пуговицы которой всё это время были расстегнуты и демонстрировали странный амулет в виде резких линий, которые очень отдалённо напоминали стилизованные крылья.       — Может быть, — многообещающе протянул Хоук. — Все подробности завтра.       — Вы вот так просто... готовы меня нанять?       Хоук усмехнулся.       — Тебя я и ждал, дружище. Не волнуйся, справки я навёл ещё до того, как ты сел в самолёт. Сразу, как только получил твоё резюме.       Фенрис ещё только показался на лестнице на первый этаж, как к нему уже спешил мистер Феддик. В руках он держал ключи от машины.       Серебристая FreeMark A84 ожидала их на парковке. Несколько кварталов центрального района пролетели мимо, и Бодан остановился возле одной из десятка одинаковых высоток. Двадцатиэтажка красовалась тёмно-синими стёклами окон, в которых отражалось тусклое киркволлское солнце. Мистер Феддик вышел из машины и первым направился к подъезду.       — Десятый этаж. В этой квартире потрясающий вид на город, — довольно сообщил орзаммарец, когда они вошли в лифт. Двери закрылись с тихим жужжанием. На панели бесшумно принялись сменяться цифры.       1… 2… 3… 4…       Фенрис прислонился к холодной стене лифта и снял шапку, по привычке откинув волосы назад. На удивление, Бодан больше ничего не говорил. Он молча разглядывал их бледное, поплывшее отражение, искажённое в металлической поверхностью дверей.       8… 9… 10.       Раздался звук, будто кто-то невидимый ударил в маленький колокольчик, и двери плавно открылись. Мужчины вышли в длинный коридор, белые стены которого украшали абстрактные картины и растения в горшках.       Фенрис мысленно улыбнулся, вспомнив, где ещё ему приходилось видеть много зелени. Конечно же, гораздо больше, чем здесь. Как-то, бесцельно бродя по парку санатория, он заметил доктора Сурану за садоводством. Женщина сидела, поджав ноги, на зелёной ровно остриженной траве. Босиком. Её туфельки на небольшом каблучке аккуратно стояли возле бордюра. Волосы Нерии держала заколка, но справлялась она плохо, и некоторые локоны непослушно спадали на лицо, а доктор постоянно пыталась убрать их за ушко. Она усердно прикапывала маленькой лопаткой свалившийся набок небольшой куст гортензии. Фенрис ни разу не видел, чтобы доктор занималась делами персонала по уходу за парком. Однако Нерия, очевидно, не могла пройти мимо бедного растения. Фенрис подошёл к ней сбоку, чтобы не напугать, и присел на корточки рядом, просто наблюдая за ней. Рукава белой блузки уже в кое-где испачкались в земле, но это, кажется совсем не волновало Нерию. Несмотря на то, что Фенрис не скрывался, она даже не заметила его появления. Кустик слабо шатался из стороны в сторону, как детская игрушка, и одной рукой его сложно было удержать.       — Могу я помочь? — негромко поинтересовался Фенрис, и от его голоса Нерия слегка вздрогнула.       — О! Фенрис, то есть… — доктор сразу поднялась, поправив юбку, на которой остались следы травы. — Мистер Лито, я…       — Спасаете цветы, — закончил он. Глаза невольно опустились на блузу, которая точно уже не претендовала на самую белую среди таких же блуз. Доктор Сурана смущённо отвела взгляд, принимаясь рассматривать гортензию, цвет лепестков которой так удивительно был похож на цвет её глаз.       — Не смогла пройти мимо бедного растения, — будто извиняясь, проговорила Нерия.       — Я заметил. Вы так увлечено занимались им, — чтобы не стоять без дела, раз уж предложил помощь, Фенрис разулся, оставив обувь возле её туфель. Трава щекотала босые ноги, но это было приятное ощущение. Фенрис подошёл к растению и аккуратно приподнял его, удерживая в ровном положении. Нерия улыбнулась и, украдкой вздохнув, опустилась обратно на траву и принялась за дело.       — Вот так, — негромко проговорила доктор через некоторое время, прижимая почву, а затем нежно очищая крупные зелёные листья от остатков земли. Фенрис подал ей маленькое ведёрко с водой и тряпку, которые она, видимо, захватила с собой, зная, чем собирается заниматься. Доктор принялась протирать листья от грязи и пыли. Растение теперь стояло ровно, освещаемое редкими лучами солнца, что пробивались сквозь густые ветки хвойных деревьев.       — Спасибо за помощь, — обувшись, Нерия остановилась уже на выложенной плиткой дорожке и попыталась тыльной стороной ладони смахнуть что-то щекочущее с щеки, но лишь оставила на коже серый пыльный след. Так необычно и мило выглядела эта неуклюжесть в Нерии, что Фенрис, стараясь вести себя уважительно, со всей силы старался не рассмеяться.       — У вас… — он показал на свою щёку, пытаясь помочь, но Нерия, чуть нахмурив брови, лишь сильнее измазалась. Не удержавшись, Фенрис потянул за рукав свою кофту, наклонился, намочил ткань холодной водой из ведёрка и прикоснулся к её лицу, медленно стирая грязь. Взгляды их остановились друг на друге. Его рука застыла возле её щеки.       — Ваши апартаменты, сэр, — раздался голос Бодана, прорывая пелену приятного воспоминания, и Фенрис тряхнул головой, возвращаясь в реальность. Орзаммарец открыл дверь в квартиру, но в мыслях у Фенриса всё ещё стоял образ Нерии, а её лавандовые глаза с тонкими прожилками смотрели на него с каким-то беспокойством.       Бодан пропустил бывшего военного вперёд и пустился в подробный рассказ о прекрасном расположении квартиры, перечисляя все достоинства, в которые входили близко расположенные магазины, личное место на парковке и прочее. Фенрис пропускал всё это мимо ушей. Он прошёл в гостиную, обставленную в самом современном стиле, по нынешней моде, и остановился напротив окон, что открывали вид на городские джунгли. Здесь была отличная звукоизоляция, так как он уже представил, какой шум стоит на улице от вечно движущегося транспорта, суетящихся жителей и болтливой рекламы. Он усмехнулся сам себе, понимая, что рад был бы увидеть за окном санаторный парк.       За спиной раздался звук оповещения. Фенрис обернулся и увидел, как Бодан достаёт из кармана смартфон.       — Сегодня вечером вам доставят всё необходимое для завтрашнего дня, — пояснил мистер Феддик, спрятав гаджет. Он резко выдохнул и пожал плечами. — Прошу, располагайтесь, и приятного отдыха, мистер Лито. Если у вас появятся пожелания или вопросы, вы всегда можете мне позвонить. Приятного вечера! — мужчина вежливо улыбнулся и направился прочь из квартиры, намекая, что на этом его миссия закончена.       — Благодарю, — только успел сказать Фенрис, но дверь уже захлопнулась.       Он остался один в огромной пустой квартире. Неожиданно он вспомнил, что у него нет номера Бодана, и стремительно рванул к входной двери, но в коридоре уже никого не было. Фенрис закрыл дверь, на ходу машинально расстегнул куртку и, сняв её, бросил на диван, плюхнувшись рядом. Усталость рассеклась по телу тягучим давящим потоком и достигла висков, что запульсировали от давления крови. Фенрис откинул голову, уставившись в потолок, а после закрыл глаза.       Разбудил его резкий звонок в дверь. Бывший коммандос подскочил, скидывая остатки дремоты. Гость его оказался нетерпеливым, и пока он пытался прийти в себя, раздался второй звонок.       Со сна ещё туго соображала голова, но Фенрис, слегка шаркая по полу, дополз до двери и толкнул её. На пороге стоял молодой парень. Его кепка была повёрнута козырьком назад, и он непрерывно жевал жвачку. В руках он держал довольно большую коробку.       — Мистер Лито? — уточнил парень и надул огромный белый пузырь, который с хлопком лопнул, охватив его подвижные губы.       — Верно, — кивнул Фенрис. Голос его слегка хрипел, в горле пересохло. Парень поставил посылку в ноги, из наплечной сумки достал планшет с документом и протянул получателю.       — Оставьте подпись здесь и здесь.       Фенрис ненадолго задумался, глянув на лежащую на диване куртку, но потом всё-таки открыл дверь шире и принял планшет. Курьер бросил взгляд на руки бывшего военного, но быстро отвел глаза, уставившись на растение, похожее на пальму, что стояло неподалеку. Фенрис быстро поставил две подписи и вернул планшет. Расписываться пальцем по сенсору было довольно неудобно, и подписи его вышли больше похожими на невнятные закорючки. Парень поднял коробку и протянул получателю.       — Приятного вечера, — небрежно бросил курьер и дотронулся до беспроводного наушника, из которого тут же раздались тяжёлые басы. Кивая головой в такт музыке, он направился к лифту. Фенрис смотрел на свои руки, покрытые шрамами, бегущими прямо по линиям вен.       Поставив коробку на кофейный столик, Фенрис принялся рассматривать её со всех сторон. Он взял кухонный нож и разрезал скотч, что мешал открыть коробку. Створки разошлись в разные стороны, открывая взору внутренности посылки. Первым, что заметил Фенрис, была наплечная портупея для двух пистолетов. Она лежала поверх аккуратно сложенного чёрного костюма и запакованной новой белоснежной рубашки, возле которой стыдливо пряталась коробочка с новеньким смартфоном. Достав всё это, Фенрис заглянул на дно коробки. Там лежал футляр. Конечно, он сразу понял, что скрывал этот аккуратный серый кейс с ручкой. Фенрис достал его, сбросив пустую и уже ненужную картонку на пол, поставил футляр на столик и присел перед ним на корточки. Ладони его легли на замочки. Одно движение большими пальцами... щелчок! И вот он медленно приподнимает крышку футляра. На бархатных углублениях перед ним лежали два самозарядных пистолета T93 производства Pavus's Manufacturing Company.       Рядом нашлись четыре магазина, заполненные патронами 12-миллиметрового калибра. Такое оружие находилось на вооружении лиц офицерского и сержантского состава. У Фенриса был один такой, когда он служил, но более старого производства. Эти два пистолета сильно отличались от тех, что ему уже приходилось видеть. Фенрис нетерпеливо повёл похолодевшими пальцами и потянулся к одному из пистолетов. Ладонь коснулась прохладной рукояти. Она была залихватски отделана деревянной вставкой, на которой красовался выгравированная драконья лапа. Оружие идеально легло в руку, повторяя изгибы ладони. Фенрис достал магазин и сразу же вставил его. Ещё один щелчок. Лито покрутил пистолет в руке, отмечая многочисленные изменения в модели: утолщён и усилен затвор, магазин теперь двухрядный, изменён ударно-спусковой механизм, добавлен дульный компенсатор, уменьшающий отдачу. Фенрис передёрнул затвор и, держа двумя руками, направил дуло вперёд, определяя удобность целика. Идеально.       Опустив пистолет, он вздохнул. Это нужно для безопасности и только.       Он положил оружие в футляр и отправился в душ. Ему нужно было хорошенько выспаться, чтобы не оплошать в первый же день.

***

      С самого утра небо затянуло тучами, и на пыльный город падали редкие капли никак не способного нормально пролиться дождя. Позавтракать было нечем, а Фенрис так ничего и не заказал вчера вечером, свалившись без ног сразу же после душа. Что ж, может быть, удастся перекусить по пути к аукционному дому.       Костюм лежал на диване. Фенрис расправил его, чтобы не помять. Вроде бы выглядел он солидно. И, как оказалось, сел точно по размеру, будто сшит был специально для него. Поверх рубашки Фенрис надел портупею и сразу снарядил её пистолетами. Дополнительные магазины он решил оставить. Меньше лишнего веса.       Фенрис накинул пиджак, проверив рукава, и не выпирают ли пистолеты. Всё выглядело гармонично, удобно и дорого. Поправив галстук, Фенрис глянул на себя в зеркало на дверце шкафа.       Он одобрительно цыкнул уголком губ, кивая отражению. Смартфон, что шёл в наборе, положил в карман. Зря он переживал, что не удосужился спросить номер Бодана: там оказался список всех нужных номеров.       На парковке возле высотки Фенриса ждал вчерашний серебристый FreeMark, ключи от которого мистер Феддик оставил на тумбочке в прихожей. Не смотря на то, что давно уже имел водительские права, садился за руль он последний раз год, а то и два назад. Руки легли на кожаную ребристую обивку руля. Как верно говорится: если ты считаешь, что забыл что-то — руки помнят всё.       Военная дисциплина научила Фенриса быть пунктуальным, поэтому в 10 утра он уже был в кабинете мистера Хоука. Сегодня Гаррет был в чёрном костюме. Он непринуждённо говорил по телефону, напоминая кому-то о том, что вечером состоится очередной аукцион. Фенрис заметил, как резко поменялась обстановка в холле здания, да и внешний вид его тоже преобразился к мероприятию: над тротуаром, бегущим к зданию, замигали яркие билборды. На аукционе выставлялись работы местного киркволлского скульптура совместно с картинами из коллекции самого Хоука. Некоторые из непродаваемых экземпляров украшали холл. В основном это была городская тематика и несколько картин с морскими видами.       Обо всём этом любезно поведал Фенрису мистер Феддик, пока снова вёл того в кабинет хозяина. Не то, чтобы Фенрис не запомнил дорогу, но у него сложилось впечатление, будто Бодану просто жизненно необходимо рассказать кому-то об этих картинах. Какой... общительный человек.       Второй этаж сегодня тоже украшали другие экспонаты, но о них мистер Феддик ничего говорить не стал. Возможно, они принадлежали семье Хоук, а, может, другим выдающимся людям города, а здесь были просто временно выставлены на обозрение. Фенриса неожиданно зацепила одна из картин: на ней был изображён росток, пробивающийся сквозь землю из маленького семени. На едва распустившихся листьях дрожали капельки росы. А по краям полотна ярко горели языки пламени, и зелень вокруг почернела и свернулась от жара. Это была... печальная картина.       Фенрис стоял, сложив руки в замок, ожидая когда Гаррет окончит разговор по телефону. Кабинет не сильно отличался от всего стиля аукционного дома. Даже цветовая гамма была такой же, как в коридоре второго этажа. Видимо, мистер Хоук без ума от красного дерева и чёрного мрамора. И, естественно, от всякого рода диковинок. На стенах висели древние долийские ритуальные маски, тевинтерские сабли и ятаганы, орлейские украшения, даже парочка молотов из Орзаммара. Проще сказать, чего тут не было. Кабинет являлся по истине сокровищницей. Пока Фенрис рассматривал явно раритетное волленское охотничье ружьё с гравировкой медведя, в кабинет вошёл молодой человек. Строгий костюм с галстуком, аккуратно убранные смоляные волосы и пронзительный взгляд голубых глаз. Фенрис узнал этого мужчину. Именно его он видел вчера с болтливым гитаристом.       — Карвер Хоук, — с ходу представился он, подойдя к новому телохранителю, и протянул ему руку, которую Фенрис сразу же пожал. — Исполнительный директор этого аукционного дома, — добавил он и мельком глянул на Гаррета. Тот подмигнул ему.       Одинаковые фамилии. Очевидно, родственники.       — Фенрис Лито.       — Раз знакомству, — коротко ответил Карвер, поставив на кресло для посетителей тонкий кожаный кейс для документов, из которого достал несколько бумаг в прозрачных файлах. — Прошу ознакомиться с договором, оплатой и списком должностных обязанностей. И если вас всё устраивает и не вызывает вопросов, поставить подписи внизу каждого документа. — Фенрис принял несколько скрепленных между собой листов и погрузился в чтение. Карвер между тем продолжал: — Мистер Гаррет Хоук уже говорил вам, кому вы обязаны будете предоставлять защиту?       Фенрис, не отрывая взгляда от строк, отрицательно качнул головой, и ему послышалось, что Карвер пробурчал что-то вроде «Ну конечно».       — Тогда я просвещу вас, пока мистер Хоук занят, — последние слова Карвер практически процедил сквозь зубы, и Фенрис увидел, как он пытается просверлить в Гаррете дырку взглядом, но посчитал это не своим делом. Без спросу взяв ручку со стола мистера Хоука... кхм... первого?, он приступил к проставлению «автографов». Карвер Хоук не стал больше тратить время и продолжил инструктаж. Как оказалось, подопечной Фенриса должна стать некая миссис Лиандра Хоук. Гаррет упоминал, что ему нужно будет охранять члена его семьи. Значит, эти мужчины всё-таки родственники. Братья?       — Это и будет вашим основным спектром деятельности. К ней вы сможете приступить уже завтра. Адрес вашей подопечной указан в договоре. Копию договора я пришлю вам на электронную почту и передам экземпляр лично в руки чуть позже. Сегодня же мистер Хоук хотел бы, чтобы вы присутствовали на вечернем аукционе и были подле него.        — Будет исполнено, — по старой привычке отчеканил Фенрис, протянув подписанные документы.        — Братишка! — неожиданно воскликнул Гаррет, бросив на стол смартфон. Он поднялся из-за стола и подошёл к Карверу. — Ты уже успел за пару минут по самую маковку загрузить моего телохранителя!       — Это моя работа, — безэмоционально произнёс Карвер, спрятав документы в свой кейс. Когда Гаррет подошёл к брату, Фенрис попытался найти хоть что-то схожее между ними, но кроме цвета волос, роста и идентичного телосложения — больше ничего общего в них не было. Напротив, что-то неуловимое в выражениях лиц, в горящих в глазах огнях делало их необычайно непохожими.       В течении дня Гаррет знакомил нового телохранителя с персоналом аукционного дома и несколькими постоянными посетителями. Как сам сказал Хоук, они — часть его ближнего круга. В ближний круг Гаррет записал и того самого гитариста. Как оказалось, его звали Варрик Тетрас, и он владел ночным клубом «Висельник». У Гаррета он бывал довольно часто, и, конечно, никогда не пропускал мероприятия своего лучшего друга. Варрик присоединился к Гаррету во время обеда, когда тот вместе решил перекусить в здешнем дорогущем ресторане и притащил с собой и Фенриса.       — Хоук! Смотрю, ты решил сменить рацион. Перешёл от мяса к рыбе? — с усмешкой произнёс он, присаживаясь за столик рядом с ними. Гитара снова была с ним, и он аккуратно поставил её на диванчик рядом с собой.       — Это новое блюдо от шефа. «Золотистая муллида» называется. Рыбка — пальчики оближешь, — Хоук с удовольствием положил кусочек жаренной рыбки в рот и сделал глоток белого сухого вина. — Варрик, знакомься, это Фенрис. Наш семейный телохранитель.       Сощуренные глаза гитариста тут же скользнули по Фенрису, ни на чём толком не задерживаясь.       — О, господин семейный телохранитель, рад знакомству, — он протянул руку, и Фенрис, кивнув, пожал её. — Если захочешь развлечься и отдохнуть от работы, заходи ко мне в «Висельник». Угощу тебя выпивкой, — будто невзначай бросил он, и яркий взгляд карих глаз тут же вернулся к Хоуку. Но на какое-то мгновение на его лице мелькнуло странное выражение. Сожаление? — Слушай, Хоук, ты… — Варрик заёрзал на месте, глянул на Фенриса, поправил свою шляпу, которую не снял даже в ресторане, — ты всё ещё хочешь посетить те руины?       — Конечно, Варрик, — без сомнений ответил Хоук, прикасаясь салфеткой к уголкам губ. Фенрис сделал глоток горячего чая с лимоном, практически не слушая разговора.       — Тогда тебе будет интересно узнать, что с этим образовалась проблемка, — Варрик многозначительно приподнял брови, специально не глядя в сторону Фенриса, но Хоук спокойно кивнул в ответ. Значит, Фенриса будут посвящать и в более серьёзные дела... Что ж, возможно, это и хорошо, но что-то ему не особо хотелось оказаться втянутым во что-то, что превышало бы указанные в контракте условия. Однако делать было нечего. — Как скажешь. Дело тут такое. Птички мне напели, что кое-кто тоже хочет посетить эти руины. Может быть, ты помнишь своих любимых конкурентов? «Зимы»?       — «Зимы»? Ну конечно, кто как не они могли позариться на такое вкусное местечко, — Хоук откинулся на спинку стула, откладывая приборы на пустую уже тарелку, и небрежно взмахнул рукой, давая знак официанту.       — Думар выделил им приличную сумму, — на лице Варрика появилась ехидная ухмылка.       — Какого хрена?       — Потому что он тоже позарился на эти вкусные руины, — улыбка Варрика становилась всё шире, он наслаждался тем, что давал информацию дозированно, и тем, как Хоук постепенно проходил разные стадии удивления. — Правда, только номинально, так как эта просьба пришла из самой Церкви.       Густые брови Гаррета подскочили ещё выше, он отвёл голову чуть в сторону и издал смешок.       — Мне уже нравится такой расклад, — казалось, озвученные проблемы его нисколько не расстроили, а даже развеселили. — Это подтверждает, что моё чутьё меня не подводит.       — Расклад хорош, но получается, что Зимы там официально будут охранять учёных Песни Света, а мы как бы вторгаемся на чужую территорию, — Варрик говорил об этом так легко и непринуждённо, будто речь шла о совершенно ничего не значащих пустяках.       Фенрис нахмурился. Весь этот разговор походил на обсуждение разных не слишком законных вещей. Например, вторжения на частную собственность. Но Фенрис не успел слишком глубоко задуматься об этом. Официант принёс счёт, и Хоук прислонил к терминалу оплаты наручные смарт-часы, на которые поменял золотые, украшавшие его запястье в аукционном доме. Терминал пискнул, принимая оплату, и официант, аккуратно положив перед Гарретом чек, отправился восвояси.       — Дорогой мой Варрик, — начал Хоук, поднимаясь из-за стола, копируя ехидную ухмылку друга-гитариста, — я когда-нибудь упускал шанс получить то, что хочу?       — Никогда, — довольно произнёс Варрик, тоже вставая и закидывая гитару за спину.