Sinferno

      Первая тройка дней на новой работе пролетела незаметно для Фенриса и совершенно спокойно для семьи Хоук. Каждый день Фенрис приезжал к вечеру в дом Лиандры Хоук и оставался у неё до самого утра.       В эти сутки ночь досталась Авелин Хендир. Как оказалось, эта женщина к своему третьему десятку уже успела занять пост комиссара Департамента полиции Киркволла. И нет бы сидеть в своём кабинете, Авелин серьёзно подходила к особым делам. А то, что «особые» дела в основном касались семьи Хоук, или же только одного её представителя, Гаррета Хоука — это уже мелочи...       Рыжеволосую женщину в полицейской форме Лиандра встретила на пороге. Фенрис заметил на ремне её брюк полицейский значок, а на тёмно-синих погонах — четыре звезды под геральдикой Киркволла. Странно, что Гаррет называл её «капитаном», ведь по званию она считалась майором. Она говорила ровно, и в голосе её звучали командирские нотки. Когда его представили, Авелин, не стесняясь, окинула телохранителя оценивающим взглядом.       — Хоук сказал, что ты служил? — поинтересовалась комиссар полиции, на ходу сбрасывая куртку, из-под которой показалась двойная кобура с пистолетами.       — Сегерон, спецотряд разведки, — кратко ответил Фенрис. Такие люди, как он и Авелин, не говорят много слов. Для рапорта обычно достаточно пары максимально конкретных предложений.       Авелин улыбнулась уголком рта, согласившись на горячий кофе от Лиандры.       — Ферелден, сороковая пехотная дивизия Лотеринга, — на равных отчиталась Авелин и без промедлений приступила к делу, когда Лиандра отправилась готовить своим защитникам напитки. — Мы уже почти год пытаемся поймать убийцу Бетани.       — Как это произошло? — поинтересовался Фенрис. Он до сих пор не знал, каким образом погибла сестра Хоуков. Авелин проверила, скрылась ли хозяйка дома на кухне, и только потом ответила, усевшись на подлокотник кресла.       — Он вырезал ей веки, а потом повесил на строительном кране недалеко от аукционного дома. Там как раз строили большое офисное здание, и место было очень... хорошо просматриваемым, — поведала Авелин.       — И никаких следов?       — Сработано по чистоте, ни единой зацепки.       Лиандра вернулась с кофе аккурат тогда, когда она замолчала и повернулась к дверям, будто зная, что вот-вот войдёт хозяйка. Миссис Хоук поставила перед Авелин чашечку, и та кивнула ей в благодарность.       — Сегодня ночью дежурю я и мои люди, так что у тебя есть возможность поспать, — проговорила капитан. — Хоук знает, я ему сообщила.       Фенрис молча кивнул комиссару. Пост сдал — пост принял.       — Я приеду утром, миссис Хоук, доброй ночи, — попрощался он с подопечной, поднимаясь с дивана, и Лиандра пожелала ему хорошенько выспаться.       На самом деле, поспать он действительно хотел. Несколько дней подряд Фенрис старался только дремать минут по двадцать. Любое движение возле дома могло оказаться «тем самым», но ничего не случалось. Мешало и то, что Фенрис не представлял, как будет действовать убийца. Вломится в дом с пистолетом? Подкараулит их во сне? Пустит какой-нибудь усыпляющий газ? Но все эти действия оставляют слишком много следов. Значит, он подготовит что-то поистине подлое. Такое, что никто не заподозрит подставы. Значит, настороже нужно быть не на сто, а на все триста процентов.       Но прошло уже достаточно времени после последнего письма. А психопат до сих пор бездействовал. Ждал подходящего момента?       Утром следующего дня, когда Фенрис, ощутимо посвежевший и отдохнувший, вернулся на свой пост, Авелин оставила ему свой номер телефона — на всякий случай. И вот чего он не ожидал, так это того, что в скором времени действительно наберет её номер.       — Мистер Лито, я хотела бы сегодня съездить на встречу со своими давними подругами, — обратилась к нему Лиандра, появляясь из своей комнаты.       — Я должен сопровождать вас везде, миссис Хоук, — как бы намекая ей на то, что погулять с подружками в одиночестве ей не удастся, напомнил Фенрис.       Женщина стояла уже собранная: переоделась из домашнего платья, уложила седые волосы в причёску.       — Конечно, я нисколько не против, — Лиандра кивнула несколько раз и вытянула ладонь, на которой лежала маленькая связка ключей, — я просто хотела узнать, на какой машине вам было бы удобнее меня отвезти.       Фенрис мысленно хмыкнул. Похоже, она действительно хотя бы отчасти понимает всю степень опасности, в которой оказалась, и не собирается чинить ему препятствия. Это прекрасно. А мистер Хоук ничего не говорил о том, чтобы держать её взаперти. В этом и состоит его работа — сделать её жизнь безопасной без потерь комфорта. К тому же, эта милая добрая женщина вызывала у Фенриса некоторую приязнь.       Вероятнее, ей будет комфортнее на своей.       — Отправимся на вашей, — Фенрис протянул руку за ключами, и Лиандра с радостью вложила связку в его ладонь.       — Спасибо, мистер Лито.       Она повесила сумочку на плечо и с мягкой улыбкой выжидательно уставилась на своего телохранителя, ожидая его дальнейших распоряжений. Фенрис кивнул и направился на выход: заводить и подгонять машину. Безопаснее сразу сесть в салон, чем стоять и ждать его возле порога.       Торгово-развлекательный центр «Hightown» располагался в центре города, но в его торговой части. Покрытые зеркальным стеклом офисные здания, фирменные магазины драгоценностей и бутики брендовой одежды зазывали проходящих мимо открыть пошире кошельки и достать кредитки. Пока Фенрис оплачивал парковку и искал свободное место, Лиандра с воодушевлением рассказывала ему об одной из главных достопримечательностей Киркволла: старинной Крепости наместника. Три башни практически стали символом города, и архитекторы этого торгового центра решили, что подобный дизайн привлечёт в их детище побольше туристов. И не ошиблись: две маленькие и одна большая башня между ними, оформленные в современном пластмассово-зеркальном стиле, привлекали к себе множество народу. Вот и сейчас парковка была практически забита. Фенрис был не слишком рад тому, что им придётся находиться в таком скоплении людей, но делать было нечего.       Лиандру встретили три женщины, милые пожилые матроны, и все вместе они сразу же двинулись в один из ресторанов, что находился на втором этаже. Фенрис старался держаться на расстоянии, но и не отходил слишком далеко, чтобы не потерять Лиандру из вида.       — Дорогая, а этот молодой человек будет ходить с нами? — спросила одна из них, покосившись на Фенриса через плечо. На лице её мелькнула и пропала завистливая улыбка.       — Да, Джинна, какое-то время мистер Лито будет сопровождать меня, — неловко ответила Лиандра, но её подруга склонилась к ней поближе и что-то шепнула на ухо, не отрывая взгляда от Фенриса.       Он отвернулся и закатил глаза. Не хватало ему только горячих взглядов скучающих старушек. Было шумно, и Фенрис слышал только, что Лиандра ответила ей что-то возмущённое.       Женщины расположились за столиком и около часа мило беседовали, больше не обращая на Фенриса внимания. Он занял столик в углу, неподалёку, и заказал себе крепкий чай. Через окно ресторана он смотрел, как люди с покупками проходят мимо. Вот проследовала целая семья. Отец нёс четыре пакета с логотипами каких-то явно детских брендов, рядом шла его жена с ещё двумя пакетами, а впереди вприпрыжку скакали две счастливые девочки. Вот молодая пара, смеясь и угощая друг друга разноцветной сладкой ватой, скрылась за углом. Вот группа подростков, не отрывая взгляды от гаджетов, на ходу обсуждают что-то, указывая друг другу на экраны смартфонов.       Время от времени Фенрис поглядывал на Лиандру и на то, как она пытается общаться, скрывая страх. Он заметил этот страх, когда они вышли из машины. Она боялась находиться в таких местах, где каждый встречный может быть убийцей её дочери. И он должен подмечать каждое подозрительное лицо. Фенрис пробежался взглядом по столикам ресторана. В этот момент миссис Хоук обратила на него свой взор, но он спокойно кивнул ей, подтверждая, что повода для беспокойства нет, а сам постарался присмотреться к дальним столикам.       Из всех присутствующих, а это были в основном представительницы прекрасного пола, Фенрис выделил только двух мужчин, что одиноко сидели каждый за своим столиком. Один из них вскоре обзавелся парой. Другой же сидел, не отрывая глаз от монитора нетбука, и казалось, будто он не замечает никого и ничего вокруг. Даже служебное помещение для персонала, двери которого располагались прямо у него за спиной и постоянно хлопали, его не волновало. На первый взгляд он был совершенно прост. Кардиган серого цвета скрывал клетчатую рубашку с застегнутыми до самого горла пуговицами. Брюки цвета тёмного шоколада, выглаженные по бокам до стрелок. На висках проглядывала седина. Вид дополняли круглые очки, которые он то и дело поправлял. Единственный раз этот человек оторвал взгляд от монитора — чтобы быстро посмотреть на наручные часы и вновь вернуться к своему неподвижному занятию. Он был совершенно обычным и не заинтересованным ничем, кроме своего нетбука, но всё равно показался Фенрису подозрительным. Зачем ему смотреть на наручные часы, если часы есть в любом компьютере?       Вскоре женщины, наговорившись вдоволь, съев по пирожному и выпив по чашечке кофе, оплатили счёт и поднялись из-за стола. Фенрис приблизился к Лиандре сразу же, не соблюдая дистанции. Он помог ей надеть плащ, но сам продолжал следить за мужчиной. Сейчас он видел, как его лицо, застывшее на мониторе, чуть поднялось, а взгляд остановился на женщинах. Фенрис чётко видел его боковым зрением.       — Лиандра, милая, может, пройдёмся по магазинам? Тебе нужно развеяться, — предложила одна из подруг. Фенрис даже не смотрел на них.       — Верно Грейс говорит, — подхватила другая женщина.       Лиандра вскинула взволнованный взгляд на своего телохранителя. Ему нужно было проверить, пойдёт ли этот подозрительный мужчина за ними, или нет.       — Если хотите, миссис Хоук, — проговорил Фенрис, давая Лиандре выбор. Она кивнула.       — Но только если в парочку мест, девочки, — Лиандра дружелюбно улыбнулась своим подругам, а те с готовностью подхватили её под руки.       Фенрис вернулся к столику, чтобы оставить деньги, следя, как женщины покидают кафе.       В этот момент незнакомец подорвался с места, бросив несколько купюр, и тоже устремился на выход, на ходу захлопнув нетбук. Фенрис тут же последовал за ним, чем, вероятно, спугнул, так как мужчина резко остановился, будто глядя в телефон, а потом развернулся и пошёл в другую сторону, крепко прижимая к боку свой компьютер.       Лицо того мужчины Фенрис запомнил хорошо и был более чем уверен, что, увидев его вновь, сразу узнает. Догнав женщин, что уже скрылись в одном из бутиков, Фенрис замер у входа, ожидая, пока консультанты обслужат Лиандру и её подруг. Он тщательно следил как за проходящими мимо людьми, так и за теми, кто уже был в магазине, но больше ничего подозрительного не происходило, а тот мужчина не появился. Был ли это маньяк, либо просто какой-то подозрительный тип, Фенрис не мог знать, но предчувствие говорило, что лучше быть начеку. Он поправил полу пиджака, проверяя, по-прежнему ли легко можно добыть пистолет.       Женщины, щебеча, покинули магазин и двинулись дальше, и Фенрис медленно шёл за ними. Огромное количество народу всё ещё напрягало его. Будто весь Киркволл решил, что сегодня отличный день, чтобы посетить «Hightown». Из следующего магазина Лиандра вышла с небольшим пакетом. Почтенные дамы было предложили ей последовать дальше, но миссис Хоук тактично отказала, сославшись на усталость. Попрощавшись с подругами, она подошла к Фенрису.       — Отвезите меня домой, мистер Лито, — как-то тихо проговорила она и опустила взгляд вниз. Фенрис молча подал ей локоть, за который она слабо уцепилась. — Только сначала я хотела бы посетить дамскую комнату.       — Вы в порядке? — поинтересовался Фенрис, бегло оглядывая её с головы до ног, но миссис Хоук слабо улыбнулась и уверила его, что она просто устала от всей этой толпы. С этим было трудно спорить. Даже у него немного начала болеть голова от многоголосого гула вокруг.       Они завернули в один из сквозных коридоров, ведущих в женскую и мужскую комнаты. Здесь было достаточно тихо. Из дамской комнаты вышли две молодые девушки. Лиандра отдала свою сумочку и пакет телохранителю и скрылась за дверью.       Фенрис слышал, как включился кран с водой. Возможно, ей нужно пару минут, чтобы прийти в себя? Он глянул на часы. Стрелки показывали половину второго.       Прошло две минуты, но Лиандра так и не появилась. Шум воды всё ещё раздавался за дверью. Фенрис напрягся. Он приблизился к двери и прислушался. Было трудно разобрать, доносятся ли оттуда какие-то ещё звуки, кроме льющейся из крана воды. Нужно было сконцентрировать. Закрыв глаза, Фенрис едва-едва приоткрыл дверь. Только тогда он различил, помимо прочего, странное шуршание, а потом тонкий писк. Руки действовали быстрее, чем мозг успевал подумать. Пистолет оказался в ладони, большой палец тут же снял его с предохранителя. Фенрис толкнул коленом дверь и стремительно ворвался внутрь. Осмотревшись, он увидел единственный включенный кран.       — Миссис Хоук? — позвал он, выставив пистолет вперёд и аккуратно передвигаясь, постепенно открывая туалетные кабинки. За углом послышалось шуршание. Фенрис сразу же рванул на звук, и служебные двери захлопнулись практически перед его носом. Послышался щелчок. Дверь закрыли.       — Демоны! — прорычал Фенрис, проклиная проектировщиков торгового центра. Всё ради посетителей и их комфорта, ну конечно! Никому же не хочется видеть персонал, разгуливающий со швабрами и вёдрами по ярким общим коридорам.       Фенрис не стал мешкать. Направив пистолет на замочную скважину, он нажал на курок. Грохот выстрела ударил под своды небольшого помещения, а эхо застучало у Фенриса в висках. Ногой он толкнул дверь и сразу же нырнул внутрь.       Свет в помещении отсутствовал, но Фенрис был готов к этому. Он достал из кармашка пиджака подствольный фонарик и закрепил его на пистолете. Тень мелькнула где-то совсем рядом. Путь преграждал лабиринт из стеллажей со средствами для уборки помещения. Фенрис не останавливался, продвигаясь вперёд, стараясь осмотреть всё, что попадалось на пути. Миг — и круг белого света выцепил край золотисто-кремовой юбки, в которую была одета Лиандра. Фенрис дёрнул фонариком обратно, стараясь нащупать едва мелькнувший образ. Вот она! Миссис Хоук бесцеремонно, словно мешок картошки, тащили на плече вдоль стены к двери в дальнем углу. Похититель двигался так целенаправленно, при этом не касаясь стены, будто прекрасно видел в темноте. Фенрис, не теряя времени, бросился за ним. Но он не успевал совсем немного. Похититель распахнул дверь, впуская в помещение свет, и тут же выскочил наружу, снова захлопнув её за собой. Времени проверять защёлкнут ли замок у Фенриса не было. Ещё на ходу он сначала выстрелил, а, подбежав, дёрнул уже бесполезную дверь на себя. Глаза ослепило резким светом белых флуоресцентных ламп, но он увидел силуэт, что спускался вниз по лестнице.       — Стой! — прорычал Фенрис, впрочем, отчётливо понимая, что это бесполезно.       Однако похититель удивил его. Вероятно, осознав, что ему не убежать от преследователя, особенно с женщиной на плече, он вдруг бросил её, позволяя катиться вниз по лестнице. Фенрис выстрелил, надеясь ранить ублюдка, но тот резко подался в сторону, и пуля прошла мимо, оставив след в белой бетонной стене. Лиандра скатилась в самый низ и осталась лежать, в неудобной позе, будто изломанная кукла. Маньяк рванул новую дверь и со всех ног бросился бежать по узкому служебному коридору.       Выругавшись сквозь зубы, Фенрис подскочил к миссис Хоук и рухнул рядом с ней на колени, положив пальцы на сонную артерию. Пульс есть. Жива. Но с такими... приключениями, да в её возрасте — это ещё ничего не значит. С одной стороны, у него есть возможность догнать убийцу, но с другой — Лиандру нужно срочно доставить в больницу. Она всё ещё без сознания. А вкупе с тем, что ублюдок как-то вырубил или усыпил её перед этим, полёт с лестницы может оказаться для неё весьма плачевным. Фенрис спрятал пистолет и первым делом вызвал скорую, а затем отправил сообщения Гаррету и комиссару полиции. Жизнь Лиандры важнее. Но в следующий раз он сделает всё, чтобы не упустить этого чокнутого придурка.

***

      Тусклый свет лампочек в коридоре медицинской клиники мигал с перебоями. Фенрис, прикрыв глаза и сложив руки на груди, прислонился к стене. Рядом, расположившись на стуле, сидел Гаррет, нервно постукивая по кафелю пола своими лакированными туфлями. Напротив Фенриса, прямо рядом с дверью палаты, куда положили Лиандру, стоял в Карвер. Он был не в костюме, каким привык его видеть Фенрис, а в простой чёрной водолазке и, кроме того, в крупных очках для зрения. Вероятно, новости застали его за какими-то личными делами. Мрачно сверлил взглядом стену, избегая смотреть на брата или на Фенриса. Уже почти час они ожидали вестей от доктора, что, будто заведённая, то выходила из палаты, то заходила обратно. Лишь один раз остановившись, она не слишком дружелюбно потребовала у Карвера:       — Молодой человек, проявите терпение.       Час превратился в тугоплавкий металл. Мимо носились медсёстры, и Фенрис против воли вспоминал санаторий. Видимо, любое медицинское учреждение не может обойтись без белых стен. Из-за угла появилась невысокая фигура, и Фенрису на мгновение показалось, что это приближалась Нерия. Но когда свет потолочных ламп получше осветил белокурые волосы девушки и миловидное личико с голубыми глазами, Фенрис поспешно опустил взгляд. С чего вдруг Нерии тут быть?       В коридор ворвалась Авелин с двумя подопечными и, стремительно приблизившись к Карверу, пожала ему ладонь, затем повернулась к Фенрису, и наконец к Гаррету. И только комиссар полиции раскрыла рот, чтобы что-то сказать, как дверь палаты открылась. Гаррет подскочил, поднявшись со стула, уже в который раз. Доктор остановилась перед компанией, осматривая их усталыми глазами. Её волосы, подёрнутые сединой, были забраны в идеально тугой пучок, отчего казалось, что лицо её от этого будто натягивается невидимыми нитями.       — Я так понимаю, вы родственники? — сунув ручку в карман, проговорила доктор и уставилась в стопку каких-то листков на планшете перед собой.       — Да, — хором ответили братья Хоуки, и на памяти Фенриса это был первый раз, когда они в чём-то не спорили. Фенрис и Авелин остались стоять на своих местах, позволяя сыновьям разузнать всё о состоянии матери.       — Ты видел его? — чуть наклонив голову в сторону Фенриса, тихо спросила комиссар. — Сможешь составить фоторобот?       Фенрис согласно кивнул. Конечно, он постарается выжать из своей памяти всё, что возможно.       — Вы из полиции? — между тем поинтересовалась доктор у Авелин.       — Верно, мэм, — отозвалась Авелин, отлепляясь от стены.       — В крови обнаружена крупная доза наркотического препарата, — сообщила доктор и передала один из листков со своего планшета в руки комиссара.       — Фенрис? — Холодный взгляд Карвера Хоука прожёг телохранителя, будто прут, вымоченный в жидком азоте. Очевидно, он ждал объяснений: каким образом его мать накачали наркотиками?       — Он хорошо ориентировался в торговом центре. Возможно, у него был доступ к кухне, — спокойно предположил Фенрис. — Но ни он, ни кто-либо ещё посторонний не приближались к ней ни разу до того, как она вошла в уборную.       — Ты упустил его, — хмуро прорычал Карвер, делая угрожающий шаг к Фенрису. Глаза его обещали немедленную смерть всякому, кто попадётся сейчас на его пути. Но в то же мгновение Авелин опустила руку ему на плечо, а Гаррет ухватил за локоть.       — Если бы он поймал его, Лиандру бы не спасли, — проговорила она, стараясь переключить внимание Хоука-младшего на себя. — У нас наконец-то есть зацепки. И даже лицо убийцы.       Карвер вырвал локоть из рук брата и поправил воротник водолазки, но промолчал.       Доктор не обратила внимания на небольшую перепалку, добавив лишь, что миссис Хоук придётся провести некоторое время в больнице.

***

      Вот уже несколько дней Фенрис проводил время то на работе, то в полицейском участке. И сегодняшний выходной день не был исключением. После обеда ему пришлось задержаться в полиции до самого вечера. Разговоры с Авелин и составление фоторобота заняли приличное количество времени. Как оказалось, увиденный Фенрисом мужчина походил сразу на нескольких конкретных граждан Киркволла, что заставляло полицейских проверять каждого. Всё снова застопорилось, и Фенриса не покидало странное чувство, в мыслях то и дело всплывали сомнения. Что, если он что-то недоглядел, не увидел что-то важное? Не могло же ему настолько повезти? Случайно увидеть убийцу младшей Хоук, тогда как вся полиция искала его целый год. Что-то было не так. Интуиция прекрасно помогала Фенрису раньше, в горячих точках. Он не помнил подробностей, но помнил ощущение. В такие моменты он будто знал, где его группу могла ждать засада, куда стоит идти, когда стрелять. И сейчас, с каждым днём после происшествия с миссис Хоук, его снова захватывало то же ощущение. Но не обманывает ли это ощущение его теперь? Ему нужно было постоянно, постоянно быть начеку.       Миссис Хоук выписали из больницы через долгие две недели. А убийца, кажется, ошалев от наглости, объявился снова ещё через неделю. Ему хватило глупости сунуться прямо к Лиандре домой. И Фенрис снова помешал ему. Только теперь он понял, что за мысль не давала ему покоя. Почему составление фоторобота казалось ему таким сомнительным занятием, хотя он прекрасно видел его лицо.       В тот вечер Фенрис понял, что этот маньяк — первосортный мастер перевоплощений. Вероятно, профессиональный грим изменил его лицо до неузнаваемости. Или это был уже настоящий облик? Тот увлечённый, скованный седовласый мужчина из ресторана превратился в уверенного, болтливого садовника, который сменил своего ушедшего на пенсию предшественника в этом районе. Темные волосы, аккуратно уложенные, бледно-голубые глаза, едва заметные морщины. Всё в нем выглядело натурально. Естественно. Фенрис чувствовал угрозу, когда садовник осторожно положил свою руку на запястье Лиандры, разговаривая с ней в саду. Миссис Хоук, ни о чём не подозревая, улыбалась мужчине и с удовольствием говорила о растениях в своём саду и о том, что хотела бы изменить.       — Поверьте мне, миссис Хоук, я в этом деле уже почти четырнадцать лет. Аконит — потрясающее растение и отлично подходит под ваш ландшафт. Не понимаю, почему мистер Беккер не предложил вам его раньше? Ничего, я всё исправлю, и он будет радовать вас чудесными бутонам и нежным запахом и днём, и ночью.       — Но я слышала, что эти цветы ядовиты, — с сомнением произнесла Лиандра.       — Только не для таких добрых людей как Вы, миссис Хоук.       Фенрис не спускал глаз с этого садовника и внутри него кричало, что рядом опасность. Но он прошёл контроль. Документы выглядели подлинными. А сомнения Фенриса — нет. Тогда он набросал короткое сообщение Авелин с просьбой проверить, действительно ли старый садовник этого квартала ушёл на пенсию, а его место занял новый. Авелин ответила через несколько минут, что садовник действительно ушёл на пенсию, но о новом пока слышно не было. Фенрис нахмурился. Есть вероятность, что коммунальные службы ещё не успели занести смену сотрудника в свои бумаги. Но откуда тогда документы у этого мужчины?       Так и не уговорив Лиандру на посадку каких-то ядовитых цветов, садовник договорился, что будет приходить ухаживать за садом по средам, и остался, чтобы подвязать кусты бульденежа. Миссис Хоук благополучно вернулась в дом.       Тёмные тучи затянули вечернее небо, в воздухе витал аромат надвигающегося дождя. Полицейские, чья машина по-прежнему стояла неподалеку от дома миссис Хоук, менялись сменой.       Фенрис заметил движение в гостиной, когда Лиандра отправилась в свою комнату на второй этаж. Он видел тень возле камина. Какое-то время фигура стояла, застыв перед галереей семейных фотографий. Фенрис достал пистолет. Но что этот психопат творит? Неужели он решил бросить свою аккуратность и действовать настолько в лоб? Неужели он надеется справиться с Фенрисом вот так, открыто? Или же у него припрятана в рукаве какая-то очередная гадость? Ведь он прекрасно осведомлён о присутствии телохранителя. Нужно было быть очень осторожным.       — Прошу меня простить, миссис Хоук? — послышался неожиданно голос садовника. Фенрис спрятал пистолет обратно в кобуру, но так, чтобы суметь выхватить, если что, в любой момент, и вышел ему на встречу. — Дверь была открыта, и я...       — Миссис Хоук отдыхает, — холодно произнёс Фенрис, остановившись прямо перед мужчиной. Тусклый свет от искусственного камина освещал половину лица садовника. Он глубоко вздохнул, будто хотел насытиться ароматом дома, в котором пахло черничным пирогом и кофе.       — Хорошо, — согласился садовник, разглядывая стоящий рядом шкаф с книгами и детскими грамотами и медалями. — Я всего лишь хотел сообщить, что закончил свою работу.       — Тогда вы свободны, — спокойно произнес Фенрис, следя за каждым его движением. Тот слабо улыбнулся и, развернувшись на одной ноге, последовал на выход. Фенрис шёл за ним след в след, на ходу бросив взгляд в окно, где виднелись две полицейские машины. Полицейские уже сменились, и теперь курили, прислонившись к капоту, и о чём-то неспешно беседовали. Фенрис мысленно выругался. Они расслабились, а у него только одна пара глаз, чтобы следить за действиями садовника. Мужчина дёрнул ручку и вышел на порог.       — Хорошего вечера, — проговорил садовник. Он подошёл к старенькому жёлтому скутеру и уселся на него, поправляя за спиной набитый инструментами рюкзак, и завёл мотор. Фенрис проводил взглядом темнеющий силуэт, что поплыл по дороге мимо милых местных домиков. Возле соседнего дома он не остановился.       — И что ты будешь делать дальше? — пробурчал Фенрис себе под нос, в пустоту. Дождавшись, когда садовник скроется за поворотом, он направился к полицейским.       — Что-то случилось? — спросил лейтенант, опуская стекло машины. Уже докурив, они успели усесться в автомобиль.       — Пробейте номера того скутер — RLC346, — пригнувшись к окошку, проговорил Фенрис, упёршись рукой о крышу машины.       — Подозрительный тип? — парень в фуражке протянул рацию своему соседу, чтобы тот набрал диспетчера. — По документам вроде всё нормально было.       — На всякий случай, — попросил Фенрис, и полицейский без вопросов кивнув в ответ. Шипение рации сменилось приятным женским голосом, и лейтенант продиктовал номера. Несколько минут стояла тишина.       Шипение раздалось снова.       — Номера зарегистрированы на имя Гарри Салливана, — сквозь шумы рации произнесла диспетчер.       — Сообщи комиссару Хендир, пусть проверят его, — чуть повысив голос, попросил Фенрис. Звучало это как приказ, и Фенрис только успел спохватиться, что полицейские — не его солдаты, и вряд ли он имеет право командовать ими в таком тоне. Однако полицейский лишь спокойно кивнул. Не дожидаясь результатов, Фенрис отправился обратно в дом. Поднявшись на второй этаж, он коротко постучал костяшками пальцев о дверной косяк и окликнул женщину.       — Всё в порядке, Фенрис. Я почитаю ещё пару часов и лягу спать, — негромко ответила Лиандра. — Хорошего вам вечера.       — Доброй ночи, миссис Хоук, — откликнулся Фенрис и тяжело опустился на пол возле стены напротив её двери, положив рядом пистолет. Закрыв глаза, он положил руки на лицо, опираясь локтями в колени. Странно, но Фенрис чувствовал какую-то усталость, странное ощущение утомления. Сложив руки перед собой, он коснулся макушкой стены и устремил взор в потолок. Сейчас бы погулять в том парке…       Звонок от Авелин раздался на следующий день. Фенрис сонно потёр глаза, поднимая трубку и прижимая её плечом. Конечно, он не спал всю ночь. Но скоро его должны были сменить полицейские.       — Да, — голос звучал хрипло. Лиандра заботливо налила горячий чай с лимоном и двумя кубиками сахара и поставила на блюдечко перед ним. Рядом на фарфоровой тарелочки лежали свежие плюшки с творогом. Фенрис шёпотом поблагодарил хозяйку, делая осторожный глоток.       — Сейчас за тобой приедут мои ребята, будь готов, — в телефоне слышались посторонние звуки. Возможно, комиссар была где-то на улице. Фенрис услышал гул машин и свист ветра, что настойчиво пытались перебивать миссис Хендир. Но серьёзность комиссара не исчезла даже на ходу.       — Нашли что-то? — поинтересовался Фенрис. Неужели вчерашней звонок сдвинул с мёртвой точки это расследование?       — Да, кое-что интересное, — всё, что произнесла Авелин, тут же окончив разговор, так как сквозь шум ветра и улицы послышался голос кого-то из её подчинённых. Фенрис положил смартфон рядом на стол и снова сделал глоток чая. Он был уже готов, можно было спокойно позавтракать, пока ещё никто не приехал. Миссис Хоук присоединилась к нему сразу, как он окончил разговор. Лиандра выглядела намного свежее его. На самом деле, эта женщина удивляла его своей живостью и стойкостью. Не так давно пережив страшную смерть младшей дочери, сама являясь объектом охоты ненормального психопата, она ни словом, ни делом не показывала, что что-то не так. Разве что в глубине глаз порой мелькали искры страха.       — Фенрис, вы выглядите невыспавшимся. Может быть, попросите у Гаррета выходной? — вдруг произнесла Лиандра с ноткой заботы, помешивая чай в кружке. Фенрис не успел ничего ответить, как в дверь постучали. Миссис Хоук поднялась и, как хозяйка дома, устремилась к дверям, а Фенрис поднялся и коротко выглянул в окно. Лиандра дождалась его разрешающего кивка и распахнула дверь. — Ох, Карвер! — восторженно воскликнула она, тут же цепляя сына под руку и затягивая его в дом.       Карвер Хоук вошёл и, закрыв за собой дверь, скромно обнял матушку. Сегодня он, как обычно, был одет с иголочки, и единственное, что нарушало весь порядок в его облике — прядь чёлки, что спадала ему на лоб. Карвер кивнул, приветствуя Фенриса. Последний раз он выражал куда больше неприязни, но сейчас, при матушке, выглядел совершенно спокойным. Ни тени раздражения на лице.       — Как хорошо, что ты приехал, — мягко пролепетала, Лиандра, как-то чересчур заботливо поглаживая его по плечу. — Будешь кофе? Позавтракаешь с нами?       — Да, мам, я не откажусь от твоего чудесного кофе. Завтракать не буду, — Карвер мягко улыбнулся ей.       Дождавшись, когда она торопливо скроется на кухне, он развернулся к Фенрису.       Так, что теперь, расскажет ему, что он снова упустил преступника? Но Карвер не оправдал его ожиданий.       — Я хотел бы извиниться за то, что вспылил тогда, в больнице, — ровно произнес Хоук-младший и протянул крупную крепкую ладонь телохранителю.       — С кем не бывает, — Фенрис пожал плечами и принял рукопожатие, скрывая удивление его поступком. Он не думал, что такой человек, как Карвер Хоук, мог бы просить прощения. Обычно такие как он всегда считают себя правыми. Во всём. О чём он не уставал сообщать всем вокруг, включая старшего брата. Отношения с которым, кстати говоря, до сих пор выглядели для Фенриса загадкой. За время, что он проработал на Хоуков, стало очевидно, что Карвер не сильно то и рад не то, чтобы сотрудничать, но и вовсе взаимодействовать с Гарретом. Единственное, что, казалось, не доставляло ему раздражения — это забора о матери. Но что тогда держало его рядом с братом? Очевидно, что смерть мисс Хоук отразилась на всех них по-своему.       Однако больше Карвер не проронил ни слова, пока не вернулась Лиандра с чашкой кофе. Он мило побеседовал с ней, справляясь о её здоровье и как-то слишком уж обтекаемо рассказывая о делах аукционного дома. Когда на пороге появились полицейские комиссара Хендир, он только кивком проводил Фенриса, оставаясь в компании своей матери. Но Фенрис чувствовал, что расположение младшего Хоука к нему внезапно изменилось. В лучшую сторону. Но с чего вдруг?       Полицейские привезли Фенриса в Верхний город — центральный район Киркволла, где находилась самая дорогая и престижная недвижимость. Как оказалось, из некоторых домов здесь открывается прекрасный вид на здание аукционного дома.       Его встретила Авелин, а с ней Гаррет и Изабела, которая впервые на памяти Фенриса была одета не в платье, а в джинсы и топ, поверх которого, всё же оставаясь верной себе и обнажив плечо, она набросила лёгкий короткий кардиган.       Полицейских не было видно, но Фенрис догадывался, что они сидят в припаркованных гражданских машинах, чтобы не привлекать внимания.       — Мы пробили адрес этого Салливана, — с ходу начала комиссар Хендир. Фенрис пожал руку Гаррету, кивнул Изабеле, которая мило помахала ему пальчиками. Он влился четвёртым в эту компанию, слушая речь Авелин. — Отправила сюда ребят, они следили всю ночь. Пока он не выходил из дома. По базе данных в преступниках не числится. Так, мелкие штрафы за парковку. Но в качестве нового садовника его действительно не нанимали. Более того, его там никто ни разу не видел. Однако он несколько лет служил садовником у Тренхолдов, — рыжеволосая комиссар сунула Фенрису распечатку с информацией и фото. — Это был он?       Все четверо остановились возле лестницы, ведущей в подъезд дома. Гаррет, всё это время молчавщий, заглянул в чёрно-белый лист, что держал Фенрис.       — Он не похож на того, кого ты описывал в прошлый раз.       — Да, это тот человек, что был вчера у Лиандры. Представился садовником, документы прошли контроль, — Фенрис говорил, рассматривая паспортную фотографию. Это действительно был он. Тот, кто вчера мило улыбался Лиандре Хоук, рассказывая про садовые цветы. В строке карьера стояла профессия садовника. Авелин кивнула.       — Он мог использовать грим при первом нападении, чтобы перестраховаться, — предположила Авелин. — План такой, поднимемся в его квартиру. Попробуем выйти на разговор. Гаррет, Изабела, останетесь здесь.       — Может быть, туда пойдем я и Фенрис? — предложила ривейнка, сложив руки на груди. — Под видом соседей. А то зная тебя, Ави, ты начнёшь кричать «Полиция! Откройте дверь!» и всё такое. Спугнём и он сбежит. Если, конечно, это тот самый урод. Верно, красавчик? — Изабела довольная своим планом, обратилась к Фенрису.       — Увы, но под видом соседей не получится, он меня видел, — качнул головой Фенрис и глянул на окна дома, который возвышался над ними.       — По-твоему, Изабела, я настолько непроходимая идиотка? — криво ухмыльнулась Авелин. — К тому же, я в гражданском. Предоставьте это тем, кто привык совать нос под дуло пистолета. Ждите здесь. Если вдруг ребята рванут на штурм, не вздумайте соваться.       — Ой, ну и пожалуйста, — ривейнка вскинула брови и уперла руки в бока, всем своим видом демонстрируя, что она всё-таки считает Авелин... слишком прямолинейной для каких-то хитрых планов.       Авелин лишь закатила глаза и кивнула Фенрису на дверь, предлагая выдвигаться.       Она первая вошла в подъездную дверь и направилась вверх по лестнице, ища нужную квартиру. Фенрис направился следом, заранее отцепив держатель на кобуре под пиджаком.       — Ты же сможешь узнать его? — негромко поинтересовалась Авелин.       — Да, — просто согласился Лито.       — Отлично, — Авелин кивнула, широкими шагами преодолевая ступень за ступенью.       Третий этаж, ничем не отличающийся от предыдущих, встречал их тусклой, какой-то заплёванной лампочкой.       — Сюда.       Авелин нырнула за Фенрисом в нужный коридор, и наконец-то перед ними предстала квартира номер 148. Они замерли с обеих сторон от двери, не предпринимая попыток постучать или позвонить в звонок, и переглянулись. Дверь была приоткрыта. Щель была тонкой-тонкой, но всё же заметной, чтобы было ясно: не заперто. Фенрис кивнул комиссару и толкнул дверь локтем. Издав тонкий противный скрип, она медленно открылась.       Не скрываясь больше, оба достали пистолеты.       Фенрис первым вошёл в квартиру. Серый пасмурный свет проникал в окна, занавешенные плотными шторами, отчего полумрак будто застилал глаза. Духота квартиры давила на легкие, а запах... Фенрис сделал несколько шагов, осматривая небольшую прихожую. Рядом с ним тут же появилась Авелин. Ключи от квартиры лежали на тумбочке, на вешалке висело несколько почти одинаковых не слишком новых курток. Не сговариваясь, Фенрис и Авелин двинулись вперёд. Она развернулась налево, а он направо, замерев друг к другу спина к спине. Фенрис как можно тише толкнул оказавшуюся за поворотом дверь и медленно сделал шаг внутрь. Под ботинками что-то хрустнуло. Он скользнул взглядом по полу. Старый паркет был усеян бархатными лепестками бледно-розовых камелий. Всё гуще и гуще к центру, они вдруг стали пожухлыми и грязными, будто пропитанными...       Кровью.       Фенрис застыл на месте. Перед ним на стуле сидел труп того самого садовника, что он видел вчера. Голова, откинутая назад, демонстрировала свежую рану от выстрела под подбородком. Пуля прошла насквозь, живописно забросав мозгами стену напротив.       Фенрис моргнул, ощущая, как начинает колотиться сердце в груди. Он опустил пистолет и тряхнул головой. Острая боль пронзила висок, заставляя зажмуриться. Яркими вспышками перед его глазами замелькали картинки, будто кто-то без остановки щёлкал по телевизору в его сознании.       Мёртвые тела. Женщины, мужчины, дети. Тошнотворный запах гниющих тел не давал вдохнуть полной грудью. Маска на лице не помогала, а только делала хуже.       — Командор, живых нет, — раздался голос кого-то знакомого, но Фенрис не помнил, кому он принадлежал. — Они здесь уже давно. Может, с неделю.       — Идём дальше, — а это... его собственный голос?       Картинки менялись. Били по глазам, будто какой-то садист светил ему в лицо ярчайшим фонарём. Суматоха, стрельба, трупы. Живым он помогал выйти на поверхность, а потом… Тьма.       — Фенрис! — внезапно ворвался в воспоминания голос Изабелы. Он почувствовал, как его трясут за плечи. Тени маячили перед глазами, пока голова прояснялась. Шипение рации, голоса, топот. Какое-то время было трудно сориентироваться, но разум прояснялся. Теперь он видел, что в комнате уже собралась куча народу. Авелин стояла напротив стены, спиной к трупу, и внимательно её осматривала. Фенрис тряхнул головой, чтобы окончательно прийти в себя. Как оказалось, его поддерживал Гаррет, пристраивая к чистой стене возле открытого окна. Аромат преддождевой свежести ворвался в комнату.       — О, ты очнулся. Не думал, что ты теряешь сознания при виде мертвецов, — усмехнулся Хоук, он выглядел довольным, даже слишком.       — Я не… — Фенрис зажмурился, глубоко вздохнул, — просто кое-что вспомнил.       — О, так это замечательно, — воскликнул Гаррет, легко похлопав телохранителя по плечу, — но потом расскажешь.       Вокруг трупа толпились судмедэксперты. Они фотографировали место преступления, ковырялись в каких-то чемоданчиках, доставая на свет свои инструменты. Авелин скомандовала отснять каждый кусочек стены, на которую смотрела до этого.       — Этот урод следил за каждым твоим шагом, Гаррет, — Изабела присвистнула, тоже разглядывая забрызганную кровью композицию на стене. Фотографии... сотни фотографий, газетных вырезок, страницы каких-то журналов. Хоук, Хоук, Хоук, со всех фотографий смотрел Хоук. И лишь кое-где, отдельно — члены его семьи.       Гаррет выругался. Фенрис выругался тоже — но про себя.       — Фенрис, ты узнал его? — обратилась к нему Авелин, подойдя к криминалисту, который осматривал непосредственно труп. Фенрис молчал, ведь он всё ещё не видел его лица, откинутого назад. Телосложение совпадало, но он не мог утверждать голословно. Обойдя тело с другой стороны, он внимательно осмотрел лицо. Веки у трупа были распахнуты, и давно помутневшие глаза казались покрытыми пылью.       — Да, это он, — подтвердил Фенрис.       Но это самоубийство не укладывалось в голове. Неужели он сдался? Всё из-за того, что так и не смог подобраться ближе к Лиандре? И поэтому решил покончить собой?       — Значит, Гарри Салливан, — констатировала Авелин, — как закончите, увозите тело.