I'm foive

Вечер проходит спокойно — Кристофер действительно больше не доставлял проблем своими внезапными исчезновениями и способностью влипать в различные ситуации. Ну разве что подбивал среди ночи сходить к домовикам на кухню, чтобы попросить шоколадного печенья, и Ликсу, чтобы отговорить от ночной вылазки пришлось пообещать, что он сам ему его испечёт. Вот прям как их из больничного крыла выпустят, так и испечёт. Потому что вариант с «давай спросим утром» не работал. А вот на личное приготовление гриффиндорец был согласен, а младший смог спокойно выдохнуть до конца ночи. А вот с самого утра Феликса начало преследовать чувство, что что-то произойдёт. Вот непременно, совершенно точно произойдёт. И он бы должен был больше прислушаться к своим ощущениям, но по прорицанию у него была оценка «выше ожидаемого» и он отмахивался от внутреннего голоса, как от надоедливого шума. А зря. Когда в больничное крыло зашел Чанбин и, состроив виноватое лицо, сообщил, что не сможет сегодня научить Кристофера полётам, потому что занят подготовкой к экзаменам, младший вздохнул, но не очень расстроился, в отличии от того же Чана, что выглядел слишком поникшим. Феликс хотел предложить гриффиндорцу очередную прогулку, чтобы поднять настроение, однако Бин влез быстрее, сказав, что пуффендуец сам сможет научить Криса, ведь здесь нет ничего сложного. У Феликса проблемы с полётами, и он должен был сказать «нет». Но глядя на грустного Чана, Ли сдался и теперь они бредут в сторону поля для квидичча, прихватив мётлы. Ли волнуется, понимая, что вряд ли сможет действительно научить чему-то того, кто вообще-то уже являлся капитаном команды, просто сейчас этого не помнит. Но может это будет на руку? По крайней мере возможно Крис, не поняв его объяснений не сможет взлететь и ничего плохого не случится? Правда же? Всю дорогу до поля Ликс трагически вздыхает и сетует, что попавшийся по дороге Джисон у которого больше опыта в этом деле, плёлся на отработку к Мадам Стебель и никак не мог ему помочь. А когда Ликс порывался попросить о помощи уже встретившегося по дороге Минхо, то Крис демонстративно задрав нос, заявил, что одного учителя ему точно хватит. А затем и вовсе взял за руку пуффендуйца, и поволок в сторону поля, провожаемый хитрым прищуром слизеринца. С каждым шагом, что приближает их к пункту назначения, Ликс чувствует себя всё неуютнее, и пытается выдумать отмазки лишь бы вернуться назад в больничное крыло. Однако, на погоду не сошлёшься — ясное небо и ласковое солнце, а от экзаменов их освободили, да и мадам Помфри явно не хочет слышать очередного перешептывания. Чан идёт чуть спереди, продолжая сжимать руку пуффендуйца и младший смиряется с тем, что сейчас опозорится. А еще очень надеется, что гриффиндорец забудет всё, как только с него снимут чары. Чужая рука приятно греет собственную ладошку, правда, Крису приходится её отпустить, под тихий разочарованный вздох младшего, когда они доходят до нужного места. Он разворачивается к пуффендуйцу — умилительно серьёзный — и кивает: — Я готов. Ликс нервно хихикает. — Не думаю, что смогу показать это правильно, — и опять предпринимает попытку соскочить, — может всё же подождём Чанбина? Договоримся на завтра? — Нет, — отрицательно мотает головой Крис. — Я слышал, что на завтра обещали плохую погоду. Нам не разрешат выйти. Ликси-хён, я же вёл себя хорошо, — гриффиндорец делает жалобную мордашку, а Феликс чуть ли не давится воздухом, от такого подлого приёма. Где только научился? — Ты взрослый и ты умеешь, а я буду тебя очень внимательно слушать. Младшему очень хочется сбежать с поля, но жалобная мордашка делает своё дело и Ли вздыхает. Вспоминает все что объясняла ему мадам Трюк и встает сбоку от метлы. — Встань так же, — Чан послушно занимает позицию и смотрит с нетерпением. В глазах чистая радость, и Ликс молится Мерлину, чтобы осечек не было. — Теперь подними руку и уверенно скажи: «Вверх!» К удивлению, пуффендуйца метла весьма активно подпрыгивает в его ладонь, так что он даже теряется, едва не роняя её обратно. Мысленно хвалит себя и смотрит на гриффиндорца. Крис повторяет всё, что ему сказали и теперь тоже сжимает древко. Ликс нервно жуёт губы, но если метла так быстро оказалась в его руке может и с полётом получится? Ли перебрасывает ногу и прилагает мысленные усилия поднимаясь в воздух на полметра. Чан восторженно выдыхает: — Вау, — и не успевает Феликс оставить хоть какие-либо комментарии, как гриффиндорец тут же повторяет все действия, но отрывается от земли намного выше младшего, так что приходится задрать голову. Пуффендуец старается не растерять концентрацию и вцепляется в древко метлы до побелевших пальцев. — Это так здорово! — Осторожнее! — дрожащим голосом просит Ликс, когда метлу начинает потряхивать. Упасть даже с такой небольшой высоты совершенно не хочется. — Хорошо! — радостно отвечает Чан, а потом быстро бросает. — Я сделаю кружочек и вернусь, Ликси-хён! И пока пуффендуец не осадил его, Крис стремительно разгоняет свою метлу на большой круг по полю. Ликсу остается только выругаться сквозь зубы и вновь воззвать к Мерлину, чтобы он уберёг гриффиндорца. Не хватало еще тому сверзиться с метлы. Когда в голове проскакивает последняя мысль у Феликса всё холодеет. Конечно, Чан капитан команды и сейчас об этом не помнит, а справлялся с «обучением» так, словно был для этого рождён, но Феликс упустил одну существенную деталь в их уроке. Он не рассказал Чану, как приземляться. Не то чтобы это было особой техникой или каким-то сложным заклинанием, но Крису всё еще пять по развитию, и не факт, что он сможет сообразить такую элементарную вещь. Ответственность за жизнь гриффиндорца сейчас лежит целиком на Ли, и он сам себя ни за что не простит, если со старшим что-то приключится. Феликс пытается себя успокоить, придумать логичные доводы, что Чан и сам справится, но приходит в себя уже от свиста ветра в ушах и несущимся на большой скорости гриффиндорцу вслед. Когда впереди начинает маячить чужая спина, Ликс пытается докричаться до старшего, однако всё оказывается бесполезно. Младший злится, и разгоняется еще больше. А вот когда сам Феликс проносится мимо Чана продолжая набирать скорость, пуффендуйцу становится страшно. Он забывает и про концентрацию, и про то что собирался говорить гриффиндорцу, продолжая цепляться за метлу и с ужасом осознавая, что несется прямо в Запретный лес. Паника накатывает внезапно, а в голове даже мыслей не возникает чтобы снизиться или свернуть. Хочется кричать, но встречные потоки воздуха не дают раскрыть рта и выжимают из глаз слёзы, так что Ликс зажмуривается и уже почти прощается с жизнью, потому что совершенно точно расшибётся о ближайшее дерево, да так, что ни один лекарь не соберёт. Феликс уже готовится к удару, как внезапно его метла виляет в сторону, а потом кто-то сшибает его, и они вместе катятся по земле. Ликсу страшно открывать глаза, когда круговорот в голове заканчивается и он замирает наконец-то, распластавшись на своём таинственном спасателе. — Ликси, ты цел? — раздается над прижимаемой к груди головой младшего голосом Кристофера. Феликс распахивает глаза, не зная, чему больше удивлён — тому что Крис его спас, или то, что он пропустил уважительное «хён». Могла ли память вернуться без зелья? Он рассматривает Чана, пока тот обеспокоенно смотрит в ответ. — Ничего не болит? Младший прислушивается к своим ощущениям, внезапно понимая, что обе руки гриффиндорца лежат на его талии, ойкает и заливается краской, смущенно выпутываясь из объятий. — Всё в порядке. — Ты меня очень напугал, хён, — вздыхает Чан и поднимается с земли, протягивая руку пуффендуйцу. Тот мешкается, а потом вкладывает свою ладонь, позволяя себя поднять. Крис аккуратно смахивает сор с чужой мантии и отходит подбирать мётлы, что к счастью валялись недалеко от места их приземления. — Я боялся, что ты расшибёшься. — У меня «сложные отношения» с полётами, — смущенно бурчит младший. — Поэтому предлагал дождаться Бинни-хёна. — Ерунда, — отмахивается гриффиндорец. — Ты же смог объяснить мне, как взлететь. — Но не как летать. — Не переживай, хён. Я научусь и покажу тебе. Ты точно разберёшься. Крис улыбается так заразительно, что губы Ликса сами растягиваются в зеркальной улыбке. — Хорошо, Чанни.

***

Когда на следующий день парни возвращаются с обеда в Большом зале, Чан цепляется взглядом за красивую афишу, что висит на доске объявлений. Вглядывается в неё, а потом дергает Феликса за рукав, спрашивая: — А что значит "бал"? Ликс немного удивлён вопросом, но думает, как это объяснить пятилетнему. В голове всплывает их разговор перед взрывом котла. Конечно, память Крису вернут до праздничного мероприятия, но захочет ли он пойти с пуффендуйцем? Вспомнит ли он вообще об этом? — Ну… — Ли трёт мочку уха, подбирая слова. — Это такое место, где много танцуют. Все наряженные и красивые. Звучит приятная музыка, есть столы с угощениями. Все отдыхают и веселятся. — А я туда попаду? — Попадёшь, — нервно хихикает младший. — Он же совсем скоро. Тебя к тому времени уже выпустят из лазарета. Крис хмурится. — А я тоже буду красивым? Вопрос звучит так прямо, что младший едва не давится воздухом. Не знай он, что гриффиндорец потерял память, то подумал бы, что тот напрашивается на комплименты. Но быстренько собирается, слегка краснеет и отвечает старшему. — Ты будешь самым красивым, Чанни. Похвала явно нравится гриффиндорцу, и он тут же расплывается в своей фирменной улыбке до ямочек на щеках. И так же внезапно становится серьёзным, хмурясь: — А танцуют же в парах, да? Я не умею танцевать. Ты меня научишь, Ликси-хён? Воздухом Феликс всё же давится.

***

Попытка спихнуть обучение Чана вальсу на Чанбина провалилась с треском. Со, едва услышал о робкой просьбе пуффендуйца, так вытаращил глаза, что Феликс испугался, как бы они совсем не выскочили из глазниц. А потом его просто снесло словесным потоком таких нелепых отмазок, что стало ясно — помощи тут не дождаться. Как, собственно, не стоило ожидать помощи и от Джисона, который явно слышал их разговор с Бином, а потому поспешил ретироваться из зала. От появившегося на горизонте Минхо Феликса вновь уволок Чан, не дав даже рта раскрыть обоим Ли, только зыркнул недобро, и потащил в противоположную сторону. И пока Ликс пытался сообразить, почему же гриффиндорец так реагирует на Хо, с которым вроде ни в каких ссорах замечен не был, Чан практически добуксировал его до танцевального класса. И как только отыскал? Кристофер с самого начала подозрительного побега, так и не проронил ни слова, хотя обычно болтал без умолку, и это даже как-то напрягало. Что в голове у старшего? А что в голове у пуффендуйца? Ликс понимает, что опасного в танцах абсолютное ничего, в отличии от тех же полётов, но отчего то трусит заходить внутрь, дёргая руку Чана, в попытках привлечь внимание. Крис оборачивается и смотрит непонимающе, а младший идёт пятнами от смущения. — Чанни, я думаю, что ты сможешь разобраться по факту. В вальсе нет ничего сложного… — Ты не хочешь со мной танцевать? Гриффиндорец задаёт вопрос в лоб, и у Ли аж челюсть падает от удивления. Детская непосредственность Чана скоро доведёт его до сердечного приступа. — Хочу конечно же, но… — Тогда не вижу проблем, — жмёт плечами старший и все-таки затаскивает пуффендуйца в кабинет. Крис отпускает чужую ладошку и кивает в сторону граммофона, краснея щеками. — Только я не умею запускать эту штуку… Ликс сдерживает умилительный писк, удивляясь, как быстро Чан переключается между своими состояниями. И приняв то, что от частного урока танцев всё же не отвертеться, легко взмахивает палочкой и комнату заполняет музыка. Мелодия чарует, а Феликс замирает напротив старшего. Вглядывается в красивое лицо, подмечая, что Чан нервничает не меньше его, и мягко улыбается. Осторожно берёт ладони гриффиндорца в свои и начинает объяснять шаги. — Как я говорил тебе раньше — в вальсе нет ничего сложного. Когда я шагаю назад, ты зеркально шагаешь вперёд, — Чан смотрит на ноги Феликса и кивает повторяя. — Всё делается на счёт: раз-два-три, раз-два-три… Они двигаются осторожно, Кристофер схватывает движения на лету, и младший чувствует себя немного обманутым, ведь гриффиндорец всё выполняет с предельной точностью. — И это всё? — удивляется Чан. — Нет, — Феликс поднимает одну из сцепленных рук и делает оборот вокруг себя. — Еще можно кружить партнёра. Можно кружиться вдвоём. — А ты уверен, что мне правильно объясняешь, хён? На плакате танцоры стояли немного по-другому, — и пока младший пытается понять, что имеет ввиду Крис, тот укладывает руку Феликса себе на плечо, устраивая свою ладонь на чужой талии. Другую пару сцепленных рук отводит в сторону. — Кажется там было так? — Да, так тоже можно, — Феликс чувствует, что его сердечко сейчас выпорхнет из груди, а ладонь, которую сжимает Чан, начинает предательски потеть. — Движения такие же? — Да, — кивает Ли, и гриффиндорец делает шаг, а младший всё еще пристально смотрит за их ногами, хотя Крис уже двигается достаточно уверенно. — Разве ты не должен смотреть на того, с кем танцуешь, Ликси-хён? — голос старшего внезапно звучит низко и очень интимно, вынуждая Феликса прикусить губу. Ну не скажет же он сейчас пятилетнему Чану, что если оторвёт свой взгляд от пола, то может слишком сильно захотеть его поцеловать? А для того, чтобы объяснить причину своего порыва уйдёт слишком много времени. Крис внезапно приподнимает руку и прокручивает Феликса, ловя в свои руки обратно. Пуффендуец, не ожидавший такого, запинается в ногах и прижимается к груди Чана, всё же отрывая взгляд от пола и встречаясь с тёплыми глазами гриффиндорца. Тот улыбается мягко и кажется, что смотрит — слишком серьёзно. А может Феликс слишком себя накручивает? Чары ведь еще не развеяли. — Вот видишь. Я всегда тебя поймаю, Ликси-хён. Или не слишком?..