Колыбель королей

Питер отупело смотрел на всё кругом и пребывал в подобном состоянии уже почти весь день. Это невольно развеселило ЭмДжей. Девушка пощёлкала пальцами перед чужим лицом, и наконец юноша моргнул. — Ваше сиятельство, у вас такой вид, будто размышляете о мироздании или влюбились в кого-то по самые уши. — Что? Нет. Вовсе нет, — забормотал тот, вновь уткнувшись в книгу взглядом. — У тебя щёки краснеют. — Тут жарко. — Неужто красотка Гвен захватила все твои мысли? — Нет, — отозвался он перелистнув страницу. Завтрак сопровождался гомоном голосов, обилием запахов и тёплым светом. Несмотря на всё изобилие еды, стоявшей на столе, Питер отчаянно делал вид, что очень увлечён книгой, но вот ЭмДжей накренилась ближе, и его взгляд стал нервным. — Ты влюбился, — отозвалась она с улыбкой. — Это неуместные догадки. — Влюбился, влюбился. Ну, и кто она или, быть может, он? Я помню того симпатичного пекаря, ты пускал на него слюни почти полгода. — Джей, прекрати. — Он был старше тебя. Может, и в этот раз это кто-то не слишком юный? — Оставь эти идеи. Того красавчика пекаря её названный брат посещал по нескольку раз в неделю, чтобы под тем или иным соусом поговорить. Жаль, что он оказался женат, но здесь, в этом замке ведь все были свободны. Итак, кто же это мог быть? Девушка с интересом огляделась по сторонам, даже немного прищурилась. Может, старшекурсник? Что ж, если этот человек был сейчас здесь, то он должен был поглядывать в их сторону. Пусть даже украдкой, но всё-таки. Короткая вспышка догадки посетила её и та посмотрела в сторону стола в самом конце столовой, где завтракал состав магов. Тони был единственным кто не ел и, будто хищник, наблюдал за ними. ЭмДжей приоткрыла рот и быстро толкнула Питера в лицо, шепнув: — Да ладно! Да быть такого не может! — О чём ты толкуешь? — Ректор? Ты втрескался в ректора? — запищала она совсем тихо. Питер удивлённо уставился на неё в ответ и когда она издала новый писк, быстро захлопнул пальцами чужой рот. — Прекрати, ты ведёшь себя неприлично! Парень коротко рявкнул от её укуса. Подруга противно обслюнявила ладонь. Юноша цыкнул: — Ты из ума выжила? — Ох, ничего себе ты выбрал себе возлюбленного, да ему же три сотни лет! — Замолчи. — У вас что-то было? М-м-м? — Я не влюблён в ректора, ЭмДжей! Я просто витал в облаках, ясно? Он мой наставник, а я его ученик. — Вы хорошо с ним спелись с тех пор, как он забрал тебя из дома. Ты даже на стрелу бросился ради него. И, между прочим, ты ему тоже очень нравишься. Вон, смотрит на нас, прям так и жрёт тебя глазами. — Мне надоел этот разговор. Я сегодня чувствовал запах костров, так что вечером пойду на шабаш. Не ждите меня. Взяв пару книг в руки, он двинулся в сторону двери, а ЭмДжей вновь перевела взгляд на Тони и весело осклабилась. Старк слегка приподнял бровь в ответ. Не то чтобы он понимал такой неприкрытый интерес к своей персоне, но всё-таки догадывался, чего это девушка так мило скалилась. Устроившись на заднем дворе, в надежде, что вот уж тут его точно никто не тронет, Питер продолжил чтение. Здесь же он мог тихо обучаться без лишних глаз. Питер посмотрел в книгу, запоминая комбинацию мудр, и попытался использовать простенькое заклинание. Зеленая вспышка обожгла руки и врезалась в траву. Парень тут же бросился её тушить от болотного огня. У него совсем не получилось учиться так же, как это делали остальные. Даже такие простые заклятия, для которых почти не требовалось сноровки, шли кувырком. Он зарылся пальцами в каштановые кудри и обречённо вздохнул, а затем повернулся. Гвен заскользила по открытым коридорам. Заметив его, девушка гордо вздёрнула подбородок и двинулась вперёд. Питер бросился следом, прихватив с собой талмуд. — Гвен, стой! — После того, что произошло, я не хочу с тобой разговаривать. — Я хотел извиниться. Я был не прав. — Потому что дважды предпочел мне какую-то птицу? — Слушай, я понимаю, что ты чувствуешь. — В самом деле? Ну и что же я чувствую? — отозвалась она, резко развернувшись. — Ты раздосадована и злишься. Ты думаешь, что я тот ещё кретин, ведь вместо того, чтобы провести время с тобой, я выбрал, как ты полагаешь, воображаемого друга. Ты промокла, замёрзла и обижена. Я нравлюсь тебе, и нравлюсь, очевидно очень сильно, но тебе кажется, что ты совсем не нравишься мне. Ты полагаешь, что ты совершила ошибку, решив отдать мне свою симпатию. Гвен слегка приподняла брови в явном удивлении и наконец немного смягчилась. Парень продолжил со вздохом: — Возможно, ты права, я человек с причудами. Мне куда ближе лес и его жители, чем большинство людей. Это очень важная составляющая меня и это всегда будет так, но это вовсе не значит, что между мной и тобой не может быть нежных отношений. Давай не будем спешить и постараемся узнать друг друга поближе. Я привыкну к твоим странностям, а ты к моим, и если мы поймём, что подходим друг другу на самом деле, то пойдём на сближение. Если же нет, то мы будем прекрасными друзьями. Я не хочу терять тебя, понимаешь? Она слегка потупилась в ответ, украдкой пожевала губы и наконец кивнула. Во взгляде девушки появилась нотка тепла. — Хорошо, пусть будет так, ведь твоих странностей хватило бы на учебник. Питер нежно рассмеялся в ответ и слегка приоткрыл руки, проговорив: — Обнимемся? Гвен подошла чуть ближе и мягко обняла его в ответ, сжав руки на чужой спине. Такое трогательное, почти семейное объятие. Оно длилось всего пару мгновений, но когда девушка высвободилась из его рук, на её лице больше не было обиды. — Сядешь со мной в паре на трансфигурации? — А если я опять что-нибудь превращу в кикимору? — Ты же сам сказал, что мы должны привыкнуть к странностям друг друга. — Верно. — Тогда идём, лекция начнётся через десять минут. Девушка перехватила его за руку и потянула за собой следом в сторону дальнего кабинета. Не укрылось это и от Тони. Мужчина проследил долгим взглядом за ними и слегка прищурился, правда, сам он пошёл в другую сторону. Открыл дверь и, плюхнувшись за широкий стол, стал перебирать почту. Поверх всех пришедших писем лежал чёрный конверт прямиком из столицы. Маг тихо сглотнул в ответ и, сделав пару глубоких вздохов, подцепил его пальцами. Ванда никогда не приносила ему хорошие известия, вот и это письмо было таким же дурным. От неё не укрылся тот факт, что на последних отборочных уцелело подозрительно много учеников. Чародейка жаждала узнать, так ли они на самом деле хороши или же это только случайность. Проверить это можно было, разумеется, лишь одним способом. Тони потер пальцами веки и откинул письмо подальше. Он так устал подчиняться ей, устал от собственной беспомощности, устал от того, что она практически держала его в кандалах и контролировала каждый шаг. Мужчина прижал вторую руку к груди, где когда-то был камень, подаренный ему Либаненом.

***

Светлый корешок потемнел в небольшом котелке и в воздух поднялся клуб вонючего дыма. Парень закашлялся от этого зловонья, пока его напарница долго вглядываясь в книгу, перебирала варианты решений. — Возможно, мы добавили слишком много белладонны. — Полагаю, что так оно и было, — раздалось за спиной. Питер быстро повернул голову и виновато улыбнулся. У него как всегда, всё шло наперекосяк. Почувствовав странный жгучий стыд за свои неудачи, он потупился, особенно стыдно было именно перед наставником. Старк обвёл ленивым взглядом тёмное варево и проговорил на удивление спокойно: — Попробуйте добавить чуть больше воды и пух грифона. — Этого нет в рецепте, — Гвен заскользила пальцем по строчкам, будто в надежде убедиться. — Да. Этого нет в рецепте, ректор. — Пух грифона может компенсировать почти любые ошибки. Это на будущее. Ребята интенсивно закивали в ответ, как два маленьких сыча. Забавное зрелище, его это почти невольно повеселило. — Я схожу за ним, — отозвался парень. — Я помогу. Они коротко переглянулись между собой и быстрым шагом двинулись в сторону кладовой. Комната была узкой, длинной и тёмной. Здесь пахло таким количеством трав, что чувствительный нос Питера не мог переварить этого изобилия, а сам парень отчаянно поморщился пропихиваясь между рядов. — Брейнех. Искра в его руке фыркнула и тут же погасла. Очередная его неприятная осечка. Сзади раздался мелодичный смешок и вот Гвен, точно его надежный талисман от всех внешних бед, проговорила: — Брейнех. Иди за мной. В её ладони вскинулся веселый огонек, он озарил своим светом полки с банками. В одних были травы, в других коренья, а в третьих и вовсе засушенные и замаринованные части тел адамовых детей. Питер поморщился ещё сильнее, когда зацепился взглядом за банку с сушёными пальцами кикимор. Знать, на кой чёрт они нужны и для чего — он не хотел и желания не возникало. Тёмный коридор же казался каким-то бесконечным, а их поиски напоминали игру в прятки. Гвен вела его все дальше по закоулкам, пока наконец не остановилась возле стеллажа с буквицей «Г». Порыскав по полкам, девушка отыскала прозрачную банку, наполненную светлым, почти таким же прозрачным, как само стекло пухом. На губах Гвен появилась улыбка. — Вот и нашли. — Можем идти на выход. — Можем, но я бы подождала ещё пару мгновений, — проговорила она едва ли не шёпотом. Тёмная кладовка, они вдвоём, банка с пухом грифона. Что ещё нужно для первого поцелуя? Романтика явно не их стезя, так почему бы не поддаться искушению сейчас, когда никого не было рядом? Девушка сделала пару шагов к нему на встречу и прикрыла глаза, явно ожидая, что и он шагнет к ней. Ладони противно вспотели, сердце начало биться под самой глоткой. Он неуклюже потянулся в ответ среди всего этого изобилия колб и маринованных тварей. В комнате стало слышно тяжелое дыхание, больше напоминающее сопение. Питер ведь никогда не целовался. Что нужно было делать и, главное, как? Руки скользнули под её тонкую спину, неожиданно уверенно притянув ближе. Почему казалось, что нечто похожее уже происходило раньше? Юноша мог рассмотреть каждую мелкую веснушку на чужом лице, дрожащие в тусклом свете огонька ресницы, и ощущал мягкий запах волос. Питер наклонился чуть ближе к лицу девушки. «Выбери меня и ты не пожалеешь. Прошу, выбери меня» Чьи-то тёплые губы касались его губ, а в голове образовался в мгновение ока бренный сладкий туман. Это было просто невероятно, ничего даже отдаленно похожего он никогда не испытывал. Мир утонул, звуки вдруг стали тише и осталось только ощущение чужих губ и тела. Питер чувствовал его дыхание, его прикосновения и напряженное, как стальная струна, тело. — Питер? — вдруг тихо позвала Гвен. — А? — он моргнул когда наконец оцепление покинуло тело. — Ты будешь меня целовать или нет? — Я…буду…разумеется. — Что это вы двое тут делаете, м-м? — раздался до боли знакомый голос. Девушка едва ли не выпрыгнула из чужих объятий, точно перепуганная птица, а Питер смущенно улыбнулся и быстро забормотал: — Мы ничего такого не делали, только искали нужную банку. — Банку, значит, — усмехнулся Старк. — Ну что, нашли? — Да, да, вот она. Древний маг мягко показал в сторону выхода рукой и проводил Питера хитрым взглядом. Парень не краснел и не бледнел, как пару дней назад, а значит говорил в самом деле правду. Этот факт приятно коснулся нутра. Пусть он не мог вспомнить ни чужого лица, ни правильного голоса, но ощущения всё равно остались. Значит Питеру понравилось. А вот это знание уже грело противную змею по кличке «ревность». Мужчина не торопясь двинулся вслед за графом, жертва его надсмотра тихо скукожилась в плечах и быстро ретировалась к столу, где стоял испорченный отвар. — Что это вы там так долго делали? — захихикал Томпсон. — Неужто целовались? — Что? Нет! Нет! — фыркнула в ответ девушка. — Да у нас даже в мыслях не было, — поддакивал Питер. — Верно. Даже в мыслях не было. Она смущённо заправила прядь волос за ухо и бросила пару коротких взглядов в сторону паренька, а тот бросил такой же короткий взгляд в сторону Тони и вновь взялся шаманить над небольшим котелком и тёмной жижей. — Смотрю на варево и думаю о супе с курочкой. — Ты голодна? — Да, — вздохнула девушка, бросив немного пуха в котел. — Знаешь, а ведь у меня есть идея. — Какая? — Я испортил нам тот поход в лес и должен загладить вину. — Каким образом? — она слегка прищурилась. — Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь? На нежном девичьем лице появилась тихая улыбка. Похоже, эта идея пришлась ей по душе, Питер ответил такой же нежной улыбкой. Когда-то Мэй говорила в шутку, что девушке нужно хорошо поесть и на ручки — тогда она будет счастливой и довольной, ведь сытая девушка — довольная девушка. По счастью он готовил рядом с тётей долгие годы и знал, как варить супы, готовить пироги и мясо, так что накормить сытно и вкусно даже самую прихотливую мадам мог с успехом.

***

Он вернулся с парочкой пойманных перепелов, будто древний добытчик. Небольшие рябые птицы безвольно болтались связкой в седле. Питер спешился с коня, убрал подальше пистолет и наконец продемонстрировал свой улов друзьям. — Супчик, супчик, су-у-у-у-у-пчик, — довольно протянул Нед. — Я собирался готовить суп только для Гвен, между прочим. — Она сама совершила ошибку, когда сказала нам о том, что ты поехал охотиться и будешь готовить. Я не упущу шанса угоститься твоей стряпнёй. Питер не перечил, не закатывал глаз и даже не бурчал. Только кивнул в ответ. Конечно, это мало напоминало новое свидание, но, может, так даже лучше? В большой компании они могли поговорить, посидеть у костра и даже поделиться страшилками. Этакий пикник при свете луны. Немного отойдя от замка, они развели костер в поле и, сложив ровным рядком украденную с кухни картошку, лук и масло, стали ждать. Гвен с нескрываемым интересом наблюдала за молодым графом. Тот легко, почти незатейливо общипал тушку, отрубил тонкую голову и лапы, избавил небольшое тельце от внутренностей и добавил жир в кастрюльку, а затем взялся за второго перепела. Наблюдать за ним, пусть даже перепачканном в крови и перьях было неожиданно приятно. Гвен сразу поняла, что Питер частенько имел дело с дичью и мёртвыми тушками, не менее часто готовил. Все его движения были выверенными и отточенными временем и трудом. Он на глаз добавлял воды, соль и заполнял кастрюльку овощами. Запах от перепела через полтора часа варки стал поистине волшебным, а сладкий дым до противного наполнял рот слюной. В желудках уже начало бурчать, а над горизонтом появился почти полный диск луны. Ещё чуть погодя он наконец разлил суп по мискам и начал потихоньку раздавать по кругу. Гвен наклонилась к миске поближе и втянула приятный аромат. — Пахнет замечательно. — А на вкус ещё лучше! Просто поверь мне. Это волшебство чистой воды. — Ты захвалила меня, — улыбнулся парень, взяв пятую миску, и наполнил её бульоном, кусочками птицы и овощей. — Вовсе нет, я говорю истинную правду. У тебя такой же вкусный суп, как и у Мэй. — Спасибо. Он неожиданно приподнялся на ноги вместе с посудой и двинулся вперёд под удивлённые взгляды своих товарищей. — Куда ты собрался? — Хочу отнести немного супа в храм. — В храм? — фыркнула Гвен. — Опять? — Это очень важно для него. Оставь его в покое. — неожиданно огрызнулся Нед. — Давай, брат, иди. Мы будем ждать тебя здесь, не обожгись. — Я постараюсь. Девушка проводила его недовольным взглядом. Ей были непонятны эти причудливые игры и его почти детская вера в шестерку учеников Либанена. Ведь не ребёнок уже, а благоговеет перед выдуманными мертвецами. Для Питера это глупостью не было, он знал наверняка, что видел, а ещё помнил облегчение, которое испытывал всякий раз от своих визитов. Было глупо обделять вниманием его покровителя, тем более, что какая-то часть самого Питера жаждала приготовить этот треклятый суп именно для Ястреба, что приносил его разуму покой, а душе облегчение. Парень тем временем уже поднялся вверх по ступеням, скользнул в тёмный коридор храма и, найдя взглядом нужную статую, украдкой улыбнулся. Взгляд мужчины, выточенный в камне, был, как и обычно, насмешливо спокойным, а каменная птица глядела куда-то в бок. Питер плавно опустился на пол перед древним героем. Сладковатый дымок поднялся вверх, коснулся каменных ног. Питер посмотрел на Ястреба с надеждой. — Вы так много сделали для меня в последнее время. Я не мог не отблагодарить вас за это. Спасибо за покой, который я получаю, за облегчение, которое вы дарите. Спасибо за тепло и поддержку, за свои частые появления и за тёплый ветер. Надеюсь, вам понравится мое подношение и вы, как прежде, будете ко мне благосклонны. Он слегка склонил голову, а затем приподнялся с пола. Ещё парой мгновений спустя в храме стало совсем тихо. Тони выскользнул из уютного мрака за крупным постаментом и посмотрел на глубокую миску с кусочками птицы в ней. Мальчишка забавным образом решил, что раз ястребы любят есть перепелов, то и эта птичка будет не прочь его отведать. Нет, Тони любил перепелов и супы любил, но всё равно нашёл забавным логику юноши. Ему никогда не приносили в храм приготовленную пищу. Фрукты, булочки, цветы — да, но что созданное своими руками? Едва ли. Чародей тихо сглотнул. Он был важен для мальчика, не просто как идол для поклонения, а как кто-то очень близкий и дорогой, будто член его семейства. Люди часто просили утешения, облегчения, забытья, но никто не просил благосклонности. Плюхнувшись на пол, он взял в руки своё подношение и принюхался. Сладкий запах приятно коснулся ноздрей и тот осторожно зачерпнул суп ложкой, попробовал и довольно замычал. Суп и правда был чертовски вкусным, тут не только благосклонность можно получить, но и руку с сердцем. Мужчина устроился поудобнее у постамента и сделал ещё пару глотков, подъел сладкое мясо. Как приятно было получать вот такую заботу и глубокое, совсем лишённое требований уважение. Под сердцем сладко защемило от удовольствия. — Мой малыш, — отозвался Старк, улыбнувшись сам себе.