Вадик, замахал

И снова день начался не с кофе. День начался со звонка моей прекрасной и замечательной бывшей супруги. И она обрадовала меня прекрасной возможностью похерить свой выходной. В школе у сына ветряношный карантин, моя восхитительная и, слава яйцам, уже бывшая тёща умотала в санаторий, а Оленьке срочно необходимо появиться на работе, короче, моя не слишком благоверная решила повесить на меня нашего отпрыска. Не стоит надумывать лишнего, я очень люблю Пашу, он просто замечательный ребёнок, но последние годы он слишком увлёкся футболом, а если конкретизировать, то ЦСК. Пообвешивается атрибутикой и начнёт бегать с мячом по любой горизонтальной поверхности и орать фанатские кричалки, а я эту тему совершенно не могу поддержать, ибо человек я творческий и в футболе не в зуб ногой от слова совсем. Ему бы с Вадимом пообщаться, а кстати, почему бы и не да. Осталось только подождать конца второй пары и выползти с сыном под собственные окна, а там уже фанаты ЦСК, как разнополюсные магниты, естественно притянутся. И, слава величине мысли Антона Петровича, так и произошло. Проведя с моим электровеником пару часов в закрытом помещении, я вышел во двор, и мне достаточно было лишь показать только что отгроханную спортивную площадку с футбольным полем, как мой малой с криками «ЦСК чемпион» понёсся в её сторону. И заинтересованная этими криками мордашка Вадима тоже не заставила себя долго ждать, свесившись с балкона четвёртого этажа. — Антон Петрович, ваш? — ну всё, осталось только состроить очень жалобную рожу и клиент мой — Мой, чей же ещё, растим будущих чемпионов — А чего вы с ним не играете — Из меня футболист, как из сантехника балерина. Мне бы ему на сегодня компанию найти, а то обидится ведь, что одному пришлось гонять — А вы не против, если этой компанией стану я — вуаля, какая же ты, Тоша, всё-таки расчётливая сволочь. И рыбку съел, и на.кхм… красивого парня полюбовался — Флаг в руки, барабан на шею, я буду только рад Моя ненаглядная прелесть исчезает с балкона и минутой позже уже стоит на поле. И предлагает Пашке с ним поиграть. Сын естественно соглашается, правда пребывая в некотором ахуе, ну как же такой взрослый дяденька, ещё и папкин студент воспринимает его всерьёз. После пары часов беготни ПалАнтоныч наконец-таки выдохся, и выразил огромное желание пойти оттрубиться, естественно я не мог отказать ему в этой возможности, а себе не мог отказать в возможности продолжить свой хитрый план — Вадим, может зайдёшь на чашечку чаю? — Антон Петрович, спасибо за приглашение, конечно, но как-то неудобно — Неудобно в трубе с дымом сидеть, а я тебе за сегодня должен, тем более Пашка вон уже на скамеечке вырубился, нести придётся, а ты мне хоть дверь подержишь — Ну, я даже не знаю, дверь-то подержать не проблема, а вот от чая, пожалуй, придётся отказаться, мне ещё сочинение Вам писать — Считай, что уже написал, на максимальный балл, и вообще, хватит ломаться, как барышня на выданье, не съем я тебя в конце концов — Ну да, не съедите — господи, какой мнительный, и не изнасилую, по крайней мере сейчас. — Давай вне вуза на ты, а то я чувствую себя стариком, и как-то неправильно говорить о каннибализме с уважением — Ну… ладно, не съешь Беру Пашку на руки, краем глаза замечая, с каким умилением на него смотрит моя прелесть, видно, что детей любит, что ж, на данном этапе мне это даже на руку. В лифте очень случайно и исключительно из-за недостатка места в узкой кабинке притираюсь филием к бедру студента, тот может быть и рад отпрыгнуть, да некуда. Сложив свою 25-килограммовую ношу на диван, уговорив-таки Вадика на посиделки, двинулся Антошка Петрович заваривать чай, но как-то подзабыл, что разновидностей сего прекрасного напитка у меня в арсенале до пизды и больше. — Какой чай ты будешь? — У тебя их много? — Черничный, малиновый, с женьшенем, с травами, зелёный, зелёный с лимоном и мёдом, больная печень, имбирь и мёд, имбирь без мёда, ваниль с миндалём, белый трюфель, черника с ромашкой, ваниль и орехи, на сон грядущий и эрл грэй — На ходу придумал? Или всё по фильму собирал? Давай, эрл грэй — оп, а паренёк-то шарит Так за чаем и разговорами мы неожиданно обнаружили, что вообще-то уже смеркается и Оля давно должна была забрать Пашку, но ни звонка, ни письма, даже голубя я так и не дождался. Коллективным собранием меня и меня было принято решение ребёнка не будить и до жёнушки дозваниваться позже. А вот расставание с другим, уже не очень-то ребёнком, не педофил же я в самом деле, маячило на горизонте красным флагом, чего, между прочим не хотелось никому, это было написано большими буквами на моей физиономии и читалось как в зеркале на лице Вадима. — Спасибо Вам… кхм… тебе за приятный вечер, Антон Петро…. — Просто Антон, или Тоша — игривое подмигивание, слава яйцам уже не воспринимается угрозой, напротив же, встречается с лёгкой снисходительной улыбкой. — Пойдём, хоть до двери тебя провожу, Вадим Юрьевич И тут из дальней комнаты слышится будильник и грохот падающего тела, как по команде оба подрываемся посмотреть, что ж там такое произошло, как тут мой мелкий выбегает, обмотанный шарфом ЦСК, и очень агрессивно пытается нам втирать что-то про матч, спартак, но дальше я его не слушаю, меня опять захватывает ревностью, уже не к барышням — первокурсницам, а к ебучему, чтоб ему, футболу, пытаюсь давить её в зачатке, перевести всё в шутку, но получается с трудом. — Ах ты жук мелкий, я-то думаю, что это он так резко засобирался, может скучно ему стало, может я чего-то в молодёжи не понимаю, а у него блять футбол, ну, конечно, ЦСК же со спартаком играет, как же такое пропустишь, тьфу на тебя — шиплю, аки настоящий Василиск, парень отскакивает от меня чуть ли ни на два метра, явно испугавшись такой резкой сменой настроения — Вадим-Вадим, а Вы что уже уходите, давайте вместе матч посмотрим — ууууууууууууй, а я как-то и забыл, что Пашка ещё тут, сматернулся при сыне в порыве чувств, стареешь, Петрович, стареешь, теряешь хватку — Антон, ну это очень важный матч, ну мне прям очень надо посмотреть — Да чхать я хотел на матч, мог бы сразу сказать, идите вон вместе смотрите, обойдётся твой староста один вечер без тебя — да блять, вместе с немым вопросом на лице Вадима в мою голову приходит смутное осознание того, что, кажется, я снова хожу по лезвию. Но ситуацию в очередной раз спасает сынуля, с громкими воплями убегающий в сторону телевизора -Тош, ты обиделся что ли — Да ничего я не обиделся, задолбали вы все со своим футболом, куда ни плюнь — одни фанаты, с сыном нормально не поговорить, с друзьями тоже, даже в баре, етить твою мать, спокойно не посидишь, обязательно только футбол. Ещё и ты туда же, я, может, художественную гимнастику люблю, мне её посмотреть не с кем. А что ты на меня так смотришь? Красивый спорт, нежный, интересный. Или вот танцы бальные — страсть, музыка, феромоны — уже сам не знаю, что несу, начинаю агрессивно жестикулировать, выказывая высшую степень неудовольствия, и тут, как снег на голову, моя прелесть, до этого тихо охуевающая, перехватывает меня за руки, в попытках успокоить — Э, алёё, Земля вызывает Антона, приём. Хорош разгонять, какая к чёрту художественная гимнастика, какой нежный и интересный спорт. Хочешь страсти и феромонов? Зря я что ли бальником 9 лет отпахал? — на этом моменте моя тихая и зажатая булочка неожиданно становится какой-то разжатой, Вадик подхватывает меня за талию и начинает вести, в любой другой ситуации я бы однозначно повёлся на эту откровенную провокацию, но сын в соседней комнате и мразь-бывшая никак не давали мне такой возможности — Так, так, так, тормози, у меня Пашка в соседней комнате, я очень ценю твои попытки ко мне подмазаться, но прибереги танцы до следующего раза — А он будет? Никак понравилось? — Шуруй футбол свой смотреть, сучок — Не матерись при младших, сладкий — вот засранец мелкий, просёк-таки, что это я, и, кажется, не сильно против этой маленькой пакости — Пиздуй уже Что ж, видимо шалость удалась