Die Dämonen der Wut sind bereits hier

Покоя здесь никакого не будет. Такого здесь не существует. По базам ничего подобного не найдено. Ди выходила из университета во второй половине дня. Большое дореволюционное здание, которое, казалось может обвалиться тебе на голову в любой момент. Заходить и выходить из него порой бывало жутковато. На небе сгущались тучи, прохладно. Дождь может пойти в любой момент, так что, скорее в общежитие. Возле здания ВУЗа Вьюгина обнаруживает его. Стоит, опираясь на стену. Она едва слышно усмехается, быстро отводя взгляд, делая вид, что не замечает его. Держаться подальше. А почему усмехается? Да потому что стену эту красили недавно. Ой, молодой человек, а почему у вас спина белая? Не потому, что сегодня внезапно настало первое апреля, а потому, что внимательнее нужно быть к крупной надписи, кричащей «ОСТОРОЖНО, ПОКРАШЕНО». И для кого их только вешают? Он стоит, совсем ничего не подозревая. Курит. На физиономии даже проскакивают проблески удовольствия. Одна рука в бинтах, которые, по-нормальному, уже надо бы менять, ибо на них заметна кровь. Ди надеется прошмыгнуть мимо, но не выходит. Со зрением у детектива всё в порядке. — Стоять. — Он останавливает её здоровой рукой. — Чего надо? Он снова побитый. Каждый день что ли дерётся с кем-то? Немного трясётся, но при взгляде на него не возникает и мысли, что он волнуется. Скорее всего, просто замёрз. Полицейский одет не совсем по погоде сегодня: тонкая рубашка в серую клетку с рукавами, закатанными по локти, под рубашкой чёрная футболка. Ди чувствовала, что ей дискомфортно и прохладно даже в осенней кожаной куртке, хотелось поскорее оказаться не на улице, а у него тем временем ещё и нараспашку всё. — Если ты считаешь, что убийца не ты, то кто тогда? Ты у меня главная подозреваемая. — Мне-то откуда знать? Ты же здесь мент, вот сам себе и ответь. Она собиралась закончить разговор, но Дэнни снова не дал ей уйти. — Нет-нет, теперь ты тоже в это втянута. Обычаи у нас здесь такие. Теперь ты сотрудничаешь со следствием. Она поступила учиться сюда, на юг, чтобы свалить от неадекватного отца, который её никогда не любил и от тяжёлых воспоминаний. Но и здесь, куда она прибежала, похоже, ничего хорошего не было. — И что же мне нужно делать? — Девушка растерялась, но ожидала, наконец, узнать, чем она может помочь опытному детективу. — Я всё расскажу. Только, хотелось бы это сделать при более удобных обстоятельствах. — Он демонстративно поёжился от холода. — Погода сегодня не очень. Но, завтра, вроде бы, обещают солнце. Где парк Беляева знаешь? Туда приходи. Завтра в три подойдёт? — Я вот так не думаю. — Хоть она старалась выглядеть уверенно, рядом с этим человеком было не по себе. Разум так и кричал о том, что это плохая идея. Срочно нужно было придумать, как отмазаться. — Не могу, у меня пары завтра. — Завтра воскресенье. — Холодно констатировал он провал в попытке соврать. Детектив выглядел раздражённым, враньё он не любил. — А, да? Я как-то забыла. — Снова Ди сказала неправду. Две неправды за минуту. Рекорд. — У тебя плохо получается врать. — Резко собственный организм побудил его закончить с этим разговором побыстрее. — Завтра. В три. В парке Беляева. Запомнила? Впрочем, если от этого придурка не отвертеться никак, то почему бы не попробовать сотрудничать? Вдруг из этого получится что-то интересное? Разве цель жизни не в том, чтобы сделать её чуточку интереснее, чем обстоятельства предлагают тебе изначально? Он хотел поскорее уйти, надеясь, что девушка не будет противиться. — Парк большой, как же ты меня найдёшь? — Она задала ещё один вопрос. — Уж поверь, заметить тебя будет легче лёгкого. Просто сядь на лавочку в центре. Там, где мраморная арка огромная рядом и я тебя найду. После этого он поспешно удалился. Не уж-то в его не самом живом состоянии, так ещё в не самую приятную для прогулок погоду, он пришёл сюда только чтобы к Ди поприставать? *** Плохая идея. Не стоило сегодня никуда ходить. После вчерашнего стоило отлежаться хотя бы день, он снова переоценил возможности собственного тела и нервной системы. Дэнн придерживается рукой за дерево, чтобы не упасть от накатившего головокружения. Даже такое базовое умение, как глотать ртом воздух, даётся сейчас непросто. От каждого тяжёлого вздоха рёбра болят. Нет сейчас сил дойти до дома. Он предпочитает рухнуть прямо под деревом, чтобы перевести дух. Это скоро пройдёт и можно будет идти дальше. Но с другой стороны, Будда, наверно, тоже так думал и сколько десятков лет он глупо просидел под деревом? А чего он ожидал? Если бить кого-то или самому быть избитым, а потом ещё по воле собственной тьмы и агрессии чуть не вскрыть себе вены разбитым стеклом, как пубертатный максималист, то велика вероятность запросто даже до тридцати не дожить. «Эй, не проходите мимо! Это же сенсация! Неадекватный, надоевший всем человек помирает. Смотрите, как тяжело он дышит, как скверно выглядит его забинтованная рука. Как ему плохо, ужасно, противно. Прямо живой труп! Вы такого ещё не видели, да? Такого отвратительного, мерзкого, паскудного и жалкого. В городе будет великое празднество в честь его кончины. Улыбаться будет каждый ребёнок, старик и даже та вшивая собачка. Или всем просто наплевать? Ну сдохнет и сдохнет, чё бубнить-то. Может, найдутся кто-нибудь, кто закопает в сырой земле, лишь бы вид не портил собой и запахом разложения.» Такой поток мыслей мог бы длиться ещё долго, пока перед глазами темень не наступит окончательно. К Дэнну подошла маленькая девочка с длинными золотыми волосами. — Дядя, вам плохо? — Она склонила голову и лучезарная улыбка пропала с лица, сменившись непонятной природы беспокойством за совершенно незнакомого человека. — Нет-нет. Я нормально. — Он встал, всё ещё чувствуя сильное головокружение и тошноту. Помутило и перекосило конкретно. Нет, всё-таки завтрак нужно постараться оставить в себе. И так энергии не слишком много, чтобы настолько безрассудно ею разбрасываться. — Точно? Вы выглядите не очень хорошо. Вам бы к доктору сходить. «Устами младенца глаголит истина» или как оно там говорится? Но у Бестужева совсем другие планы и врачи в них не входят. — Не, малая, со мной всё отлично. — Он постарался улыбнуться, чем напугал ребёнка. Или ему показалось? Неужели его улыбка столь жуткая? — Катя! Отойди ты от этого наркомана. — Окрикнула девочку встревоженная мать. Золотоволосая девочка ещё раз встревоженно посмотрела на Дэнни и вернулась к родителям. Он издалека слышал, как женщина ругала ребёнка за акт спонтанного неравнодушия. — Сколько раз я тебе говорила, не надо подходить к незнакомым мужчинам. Они могут быть опасны. — Но мама… — Он тебя не трогал? А ты его? Боже, вдруг он заразный. — Волновалась женщина. — Наверняка ещё один обдолбанный какой-то. И это в центре города. И куда только власти смотрят. — Ругалась женщина уже потише. — Мамочка, а если ему помощь нужна? Может, нужно скорую вызвать? — Ну что за ребёнок такой несносный! Пошли отсюда. — Мать взяла ребёнка за руку и уволокла. Видимо, сделала для себя пометку, что не придёт сюда больше. «В этом городе люди никогда не будут жить хорошо. Ненавижу себя. Какой же неудачник, блять.» Ему хотелось пойти и с моста какого-нибудь сброситься, было мерзко и накатила усталость от постоянной боли и тревожности. Но надо двигаться, а то вдруг ещё кто-нибудь возмутится. *** Мент не соврал и воскресенье действительно оказалось солнечным. Тёплые лучи щекотят старые шрамы на запястьях. Дует лёгкий ветерок, унося вдаль опавшие разноцветные листья. А где же сам виновник торжества? Ди читает, чтобы скоротать время, ожидая его. Страницы начинают листаться сами, поддаваясь силе ветра. «и суетных дней взметенный карнавал растреплет страницы моих книжек…» Склонив голову над страницами, из-под вуали своих синих волос, девушка не сразу замечает Бестужева, который, наконец, пришёл и смог её найти. — Привет. — Он присел рядом с ней, на лавочку. Ди, не глядя на него, посмотрела на свои полуразбитые наручные часы. — Ты опоздал на шестнадцать минут. Разве так должен поступать порядочный человек? Да ладно, он ведь и близко не походил на порядочного. — Не выёбывайся. Я занят был. Ди ухмыльнулась и захлопнула книгу, разглядывая теперь собеседника. Вроде, сегодня он выглядел лучше, чем вчера. Теперь он был хотя бы немного похож на здорового человека. — Что у тебя с рукой? Она не понимала, зачем спросила. Ответ всё равно был очевиден заранее. — Не твоё дело. — Может, поговорим тогда о моём деле? Кого, всё-таки, убили? — Конечно! Имя «Олеся Луговая» тебе о чём-нибудь говорит? От первого нейрона и мгновенно до всей остальной нервной системы, тело прошибло током. О, это имя говорило очень много. Настолько, что ей хотелось проснуться от страшного кошмара из-за одного лишь факта, что она слышит это имя. Сердце теперь колотится, как бешеное, напуганное, не знает, куда деваться. Дэнни видит эту реакцию и на лице мелькает…улыбка? И что же смешного он здесь нашёл? — Можешь не отвечать, если тяжело говорить. По твоему лицу и так всё видно, little girl. Откуда вдруг резко в нём столько милосердия? Он даёт ей некоторое время выйти из ступора, вернуть себе возможность говорить. — Ну так… — Он смотрит на неё, ожидая хоть что-то, — Выкладывай, что вас связывало, если не хочешь за решётку. Ди покраснела. Многое из этого не хотелось говорить ему. Впрочем, эти подробности следствию никак не помогут. Ему совсем необязательно знать. — Мы были подругами. — Подругами, значит? — Он достал небольшой блокнот и что-то себе записал. — И всё? Он явно ожидал сюжетов поинтереснее. Видно, как человеку скучно на своей работе и как он жаждет новых впечатлений. — И всё. Похоже, Дэнни посчитал, что самое время включить свою детективную дедукцию и строить невероятные теории. — Не всё. Между вами было что-то ещё. По твоим дрожащим коленкам вижу. — Мне кажется, это не имеет никакого отношения к делу. — Имеет! Ещё как имеет. — Бестужев гнул свою линию. — Мало ли, вдруг вы врагами были. Или кавалера не поделили. Или из-за чего там обычно бабы ещё ссорятся. — По твоему, по моей реакции похоже, что мы были подругами? Если бы мы были врагами, я бы сейчас даже обрадовалась. Ты видишь хоть след радости на моём лице? Ди повысила голос, приближаясь к нему. Со стороны они вдвоём выглядели как заигрывающая парочка, если не слышать контекст. К тому же, манера его речи с использованием женоненавистнической лексики взбесила девушку. Ему бы поаккуратнее быть, если уж он так сильно убеждён, что общается с потенциальной убийцей. К тому же, лучше ему не знать о том, как она мстит своим обидчикам. — Хорошо, только слезь с меня. Давай говорить, как нормальные, взрослые люди. — Ты не похож на нормального взрослого человека. В попытках освободиться он завалил её теперь уже во второй раз. Ди больно ударилась затылком о деревяную лавочку. — Да прекрати ты! Второй раз уже. Она высвободилась из захвата, ногой толкнув его в пах. Не особо сильно, но он почувствует. — А вот бить было необязательно. — Парень вздрогнул, небольшая волна боли прокатилась по телу. Что ж, может быть, хоть теперь он будет немного разумнее. — Напрыгивать на меня тоже было необязательно. — Но ты первая начала! — Вот и нет, это начал ты. В самом деле, это могло бы превратиться в типичную, дурацкую детскую перепалку, но Дэнни резко изволил вспомнить, что он, всё-таки, полицейский при исполнении. — Ладно, вернёмся к делу. — Почему нельзя просто посмотреть записи с камер? Это сразу даст ответ на вопрос. — Оскорбляешь меня опять. Ты думаешь, что я совсем дебил и без тебя не догадался до этого? — Нет.нет, я не хотела оскорблять. Не подумала, прости. — Она уставилась в пол, усеянный листьями. Накатила даже какая-то жалость к этому молодому человеку. Всё в штыки воспринимает. Очевидный признак низкой самооценки. — Забей. — Он почувствовал, как стало веять жалостью и это чувство только удручало. — Дело осложняет то, что убийца не оставила отпечатков, додумалась перчатки надеть. Значит, убийство было спланированным. — Оставила, додумалась. Почему ты говоришь об убийце в женском роде? Почему ты так уверен, что это была именно девушка? По-моему, нужно рассмотреть все возможные варианты, а не зацикливаться на одном. — Не, это была девушка. Точно тебе говорю. Это выглядело, как типичная женская драка с исцарапанной рожей и выдранными волосами. Мужики убивают совсем иначе, у них нет столько ярости и фантазии. Череп пронзило болью. Ди увидела странное наваждение, как всё вокруг стало красным, а она сама оказалась совсем в другом месте. Там, где растёт ива. Она не управляет своими движениями, устремляется вперёд, летит. Словно она не человек больше, а птица или камера на дроне. Мир кто-то закрасил кроваво красным, да и пахнет так же. Она расправляет свои когти, вонзаясь в глаза худой светловолосой девушки. Необычное видение исчезает, когда Ди чувствует, как её трясут за плечо. — Эй! Я с тобой говорю всё ещё, вообще-то. — Да-да. Ты что-то сказал? — Девушка старалась прийти в себя. К счастью, открыв глаза, она увидела, что теперь всё стало выглядеть относительно нормально. Мир в своих обычных красках, она сама на лавочке рядом с Дэнни, в парке имени Беляева. — Что это было сейчас? У тебя мигрень или что-то вроде того? — Просто задумалась. — Отвечала Ди безучастным голосом, всё ещё пытаясь найти какой-то смысл в том, что увидела только что. — И о чём же? — В искрах его зелёных глаз промелькнула заинтересованность. Девушка поймала себя на мысли, что уже несколько минут с ней общается вполне дружелюбно человек, который ещё недавно угрожал ей расстрелом. Как такому нестабильному вообще оружие доверили? — У жертвы были выколоты глаза? — Спросила она, даже не задумываясь, под какие подозрения ставит себя, задавая подобные вопросы. — Да. — Ответил Бестужев и искренне удивился. — Верно, глаз не было. Но я бы не сказал, что они были выколоты. Больше похоже было на то, будто из просто вырвали. Не представляю, каким больным ублюдком нужно быть, чтобы додуматься до такого. Представь себе: просто две огромные дыры вместо глазных яблок. Такого я ещё не видел. Кому могло такое понадобиться? — Задавался он риторическим вопросом. Ей показалось или он вздрогнул, сглатывая ком, подступивший к горлу? — А ещё меня напрягает, откуда ты это знаешь? Это довольно серьёзная подробность, которую ты не могла знать, если не была на месте преступления. Ты была на месте преступления, Ди? — Мистер Детектив снова залился подозрением. — Нет, не была. — Тогда откуда ты знаешь? Получается, что ты меня просто за нос водишь? Это ты убийца! — Он снова становился агрессивным, дрожащей рукой доставая пистолет из кобуры. — Да не убийца я, прекрати! Я никого не убивала, я никогда там не была! Я не знаю, где произошло убийство. Она опять врала. В видении показывалось это место, но ему нельзя этого знать. Обстановка и так вновь накалилась после затишья и излишней разговорчивости. — Тогда как ты объяснишь знание ключевой подробности совершения преступления? Даю тебе на объяснение две минуты, либо ты арестована. А там уже с тобой будут говорить не такие милые, добрые и пушистые люди, как я. — Ты мне не поверишь всё равно. Это конец. Сейчас она будет либо арестована, либо с такой же дыркой в башке, с какой сейчас где-то валяется бывшая подруга. — Ты уж попытайся, чтобы поверил. Уж очень не хочется закрывать дело так. Я ведь только почувствовал, что произошло что-то интересное. — В общем, у меня было видение. — Она дрожала под дулом пистолета, совсем не ожидая позитивного исхода. — В нём кто-то вырывал у неё глаза. Но я не успела досмотреть, ты меня отвлёк. Расстрел или закование в наручники? Но нет, он опустил оружие. — О чёрт. — Полицейскому явно стало не по себе. — Это звучит не очень. Своим телом он опустился обратно на лавочку. Видимо, поверил, хоть видно, что хотел бы не верить. Ди вопросительно смотрела на него, ожидая разъяснений и дальнейших действий. Человек он, всё-таки, очень непредсказуемый характером. Вдруг это отвлекающий манёвр какой-то? — Раз в несколько лет происходят подобные истории, когда кому-то являются видения, а потом происходит что-то жуткое. Будь то убийство или какой-нибудь иной несчастный случай. Это давнее проклятие. Похоже, оно снова пробудилось и жаждет крови. После таких историй у Ди голова тоже пошла кругом. — Погоди, то есть, ты правда веришь, что во всём замешано неясного происхождения проклятие? И кто тогда стоит за убийством моей подруги? Это твоё непонятное «оно»? И что это чудо-юдо хочет? — Я.не знаю. — Дэнн тяжело вздохнул, словно это имело отношение к нему, было и его личной драмой. — К тому же, этому нет никаких официальных подтверждений. Это лишь городская легенда. Её все местные знают. Людям же нужно придумывать какое-то объяснение, когда происходит что-то пугающее. Им это необходимо, создавать что-то, что давало бы ответы на их вопросы. Поэтому, убийство всё равно придётся расследовать по всем правилам и протоколам. Поэтому здесь есть я, чтобы правду искать, а не тешить себя ужастиками. Всё страннее и страннее. Девушка не знала, что на это ответить. Слишком много странной информации, которую нужно переварить. — Лады, думаю, на сегодня хватит. — И половина ожиданий Дэнна не оправдалась, он ожидал гораздо меньшего, а теперь всё меняло ход дела. — Предлагаю продолжить завтра. Мы же завтра увидимся? — Посмотрим на твоё поведение. Ди поспешила покинуть парк, всё меньше понимая, что происходит и чем это может обернуться. К тому же, как будто у неё был какой-то выбор хоть когда-нибудь. Она не сомневалась, что увидит его завтра и ещё не раз. «Держаться подальше» — völlig gescheitert(полностью провалено).