Ревность
17 августа 2023 г., 04:26
Страсть целовался упоительно. Коринфянин даже на какое-то время забыл, где он находится. Бесконечный, казалось, его загипнотизировал - тело практически не подчинялось, сознание помутилось, а все эмоции превратились в жажду. Остатками разума Коринфянин понимал, что это ловушка и что нужно немедленно что-то сделать, но воли противостоять Бесконечному не хватало.
Страсть чуть отстранился, разрывая поцелуй и хитро посмотрел на кошмар.
- Хочешь еще? - спросил он, видя, как тот машинально потянулся вслед за ним.
Коринфянин выдохнул и облизался. В голове кружилось и он не мог ни о чем другом думать, только о ярких губах Бесконечного.
- Какой глупый и страстный кошмарик, - смеялся тот, - я могу сделать так, что ты послушно поползешь за мной, куда я скажу…
Он положил руку на плечо кошмару и надавил вниз. Коринфянин подчинился, опускаясь на колени. Он плохо соображал, что происходит, не в силах оторвать взгляда от губ Страсти.
- Видишь, ты уже пресмыкаешься передо мной, - самодовольно хвалился Бесконечный, погладив кошмар по лицу, - а это я только начал…
Тонкие пальцы Страсти лягли на губы Коринфянина и тот принялся жадно их ласкать, целуя и облизывая. Совершенно не понимая, где он находится и не замечая, как Монстера позади поглотила одного из смертных, быстро перемолов его в бутоне.
Брызнула кровь, испачкав лица и одежду обеих хтонических существ.
Страсть недовольно сморщил нос.
- Не отвлекайся, милый, - сказал он мягко, но безапелляционно, когда голова кошмара дернулась в сторону Монстеры, чтобы посмотреть, что же произошло. Коринфянин снова подчинился, позволяя чужим пальцам скользнуть ему в рот. В его сознании творилось непонятное - все мысли залипали в сахарной жиже тягучего желания. Только он пытался подумать о чем-то ином, кроме Страсти, тут же это где-то тонуло и терялось, а оставшийся рассудок Кошмара с ужасом понимал, что противится Бесконечному он не может.
- Уверен, твой унылый Сон такого тебе не позволял, - мурлыкнул Страсть, склоняясь ниже, - он же скучный, как серая ночь.
Снова из обдало фонтаном крови - Монстера поглотила очередного смертного. Бесконечный отвлекся, убрав руку и вытерев свое лицо. Коринфянин смотрел на него снизу вверх и глупо улыбался.
- Так, кажется, ты готов, - хмыкнул Страсть, похлопав его по щеке, будто любимую собачку, - еще немного доработать и я с твоей помощью смогу одолеть Морфея
Брови Коринфянина поднялись вверх. В наглухо забитом сладкой патокой разуме вдруг прорвалась мысль. “Нет, нет, предавать Господина нельзя!” Она заколотила набатом, расплескивая тягучую жижу: “Нельзя, нельзя, нельзя! Сдохнуть, но не предавать!”.
Кошмар медленно поднял с земли свой стилет, сжал его. Не рукоятью, нет - лезвие больно впилось в руку, там где недавно был знак Морфея. “Предать сейчас - потерять все… ты не такой тупой, думай! Думай!” - мысленно орал сам на себя Коринфянин. А потом он зажмурился и метнул стилет.
Клинок засвистел в воздухе, с хрустом впился в сочный стебель растения и отсек его на корню. Монстера дернула всеми листиками и упала, расплескивая чужую кровь из лепестков бутона.
Страсть от неожиданности вздрогнул, широко распахнув красивые глаза.
- Что ты натворил?!! - гневно воскликнул он, - как ты посмел отвергнуть меня? - он замахнулся и щелкнул пальцами.
Кошмар почувствовал сильный удар магии, который его тут же выбросил обратно - на берег моря в Стране Снов.
Отплевываясь от песка, он поднялся и принялся приводить себя в порядок.
Только сейчас Коринфянин осознал, как это хорошо, когда телу возвращается полный контроль. До этого так его парализовать мог только Господин, но там был бесконечный ужас ледяного Небытия, а не тягучая сахарная жвачка в голове. Кошмар проверил свои клинки и хмыкнул - как Страсть пытался победить Повелителя Снов, если даже не смог полностью подчинить его создание? Какой самонадеянный тупица! А еще считал его, Коринфянина, глупым.
Отряхнувшись, Кошмар последовал в замок - надо бы поговорить с Люсьеной.
***
- Нет, его нет, он занят! - помотала головой Люсьена, - так что или возвращайся или сиди жди… Мэтью возмущенно каркал. - Я не могу сидеть здесь, - говорил он, - я покинул Кошмар без присмотра. Неизвестно, что он начудит. - Тогда отправляйся назад! - нахмурилась Люсьена, - у тебя был, кажется, очень четкий приказ Господина - не сводить глаз с Коринфянина. А ты его оставил в Яви одного! Теперь все, что он там натворит, будет и на твоей совести тоже. Ворон помотал головой. - Ты не понимаешь! - возмутился он, - информация очень важная, ситуация нестандартная! Там вмешался Бесконечный! Мне надо увидеть Повелителя Снов! Люсьена нахмурилась еще больше. - То есть, - строго сказала она, - ты хочешь сказать, что ты оставил Кошмар наедине с Бесконечным? Без присмотра? Она склонила голову вбок. Ворон попятился и затрепыхал крыльями. - А что мне было делать - меня просто отшвырнули! - возмутился он, - не мог же я противостоять целому Страсти? - Ах, так это был еще и Страсть! - всплеснула руками библиотекарша, - ты хоть понимаешь, чем это может грозить нашему Повелителю? - Да, - каркнул ворон, - потому я и прилетел предупредить Господина! Люсьена выдохнула и сложила руки на груди. - Он сейчас отсутствует и просил не беспокоить, - сказала она, - даже я не могу с ним связаться. Он на встрече. - На той самой? - раскрыл клюв Мэтью. - Ты о чем? - нахмурилась Люсьена, поняв, что сболтнула лишнего, - даже не вздумай там появляться! - Но… - начал было ворон, но библиотекарша его резко оборвала жестом. - Лети, ищи Кошмар лучше! - сказала она, - за его очередной побег получим по шапке все мы! Мэтью возмущенно закричал по вороньи и вылетел в окно.
***
- Люсьена, ты не видела эту надоедливую птицу? - Коринфянин заговорил прямо с порога, только войдя в библиотеку. Люсьена вздрогнула от неожиданности и обернулась к нему, изумленно поправив очки. - Ты? - выдала она, не скрывая изумления. - Да, я, - пожал плечами Кошмар, окидывая взглядом помещение, - возникли некоторые трудности и меня развоплотили… - Развоплотили? - повторила библиотекарша, чуть отступая назад, - кто? - А, не важно, - небрежно отмахнулся Коринфянин, считая, что Люсьену детали абсолютно не касаются, - так где Мэтью? Мне, кажется, надо с ним кое-что обсудить… Он требовательно уставился на библиотекаршу. Та взволновано сглотнула. - Он полетел к Повелителю, - сказала Люсьена, - говорил, у него есть важный разговор, - она надавила на слове “важный”. Коринфянин выругался и сел на стул. - Нет, нет, ну так не честно! - с досадой выпалил он, швыряя очки на стол, - этот говнюк сейчас все испортит! Кошмар взволнованно схватился за голову руками, сминая прилизанные волосы на висках. Надежда, так недавно зародившаяся в нем, казалось, начала высыпаться, как песок в песочных часах - тоненькой струйкой убегать в никуда. Он закрыл лицо ладонями, выдавая невнятные звуки и, казалось, совершенно забыв о Люсьене. Та, в свою очередь, почувствовав некоторое смятение, решила продолжить свое занятие - взяла стопку книг и подошла к полке, принявшись их раскладывать. Толстенные фолианты и тоненькие брошюры - каждый находил свое место на бесконечных стеллажах. На очередной книге Люсьена заметила, что ее руки дрожат. Она удивленно посмотрела на свою кисть, будто видела впервые. Проблема была где-то глубже. Где-то внутри… Может, она исходила от всхлипов отчаявшегося Коринфянина? Они определенно причиняли библиотекарше дискомфорт. Разболтала ли она тайну встречи Короля Снов Мэтью? Или не разболтала? Полетел ли ворон искать Кошмар или отправился доносить? Мэтью ведь только и ждет шанса, чтоб избавиться от Коринфянина. Кажется, библиотекарша позволила мыслям захватить себя - одна из книг выскользнула из ее рук и упала на пол с громким звуком. Сидевший на стуле Кошмар вздрогнул, открыл лицо и посмотрел на нее своими зубастыми глазами. Их взгляды встретились. Неизвестно, что было написано на лице у Люсьены, но Коринфянин тут же подскочил со стула и решительно двинулся на нее, вплотную прижимая ее к стеллажу. - Где Господин, Люсьена? - спросил он, не скрывая нарастающей злости, - ты ведь знаешь! Это видно! Библиотекарша попыталась попятиться, но поняла, что зажата между кошмаром и книгами. С трудом сохраняя невозмутимый вид, она ответила: - Я не могу сказать, где он, - покачала она головой, - это конфиденциальная информация. - Но ворону ты сказала! - услышала она рычащий тон Коринфянина, - значит и мне скажешь! - Повелитель велел его не тревожить, - не сдавалась Люсьена, поправив очки. - А я Его и не буду тревожить, я не идиот, - покачал головой Коринфянин, - я перехвачу гадкую птицу до того, как он к Нему долетит… Так что говори! - Это секретная встреча… - уперлась библиотекарша, но тут же оскелась и притихла. В ее очках сверкнуло отражение клинка. Тонкое, острое лезвие стилета коснулось стекла и начертило на нем царапину. - У тебя красивые глаза, Люсьена, - тихо проговорил Коринфянин, - интересно, кому из нас они нравятся больше? - Ты рехнулся? - она снова попробовала попятиться, но безрезультатно. Библиотекарша почувствовала, как внутри начинает подниматься волна страха. Она редко чего боялась, но Коринфянин, черт возьми, был лучшим кошмаром Повелителя и со своими пугающими функциями справлялся великолепно. Страх сейчас исходил от него тонкой аурой песка, который Люсьена почувствовала на зубах. А в его голосе заметна была дрожь от сдерживаемой ярости. - Если долбанный Мэтью успеет добраться к Господину первым, - проговорил он тихо, почти на ухо библиотекарши, - мне уже нечего будет терять, Люсьена… Ты это понимаешь? Ворон сделает все, чтоб меня казнили, но пока Господин вернется… мы будем с тобой наедине… Он жадно облизнулся, а Люсьена нервно сглотнула. Все ее внимание было приковано к острию клинка, упирающегося в стекло ее очков. Какое-то мгновенье она колебалась, но потом, очевидно решив, что кошмар имеет право требовать справедливости, выдохнула: - Хорошо, я скажу тебе где он… Коринфянин хмыкнул и отвел стилет подальше, позволив Люсьене достать перо и записать что-то на последней странице книги. Потом она вырвала ее и протянула кошмару. - Вот адрес, - сказала она, - у Повелителя здесь свидание. - Свидание? - удивленно поднял бровь кошмар, - Господин ходит на свидания? - Да, - сказала Люсьена, помотав головой - раз разболтала, так что уже терять, - с одним смертным… вернее, не совсем смертным… короче, лучше вам с вороном не портить им встречу своим присутствием, а разбираться где-то в другом месте… - Разумеется, - хмыкнул Коринфянин, читая адрес, - спасибо, Люсьена. Он поднял на нее взгляд и широко улыбнулся, будто и не собирался ее только что лишить глаз. А потом исчез, закружившись песчаной дымкой. Библиотекарша сняла очки и посмотрела на царапину на солнце. - Гребанный маньяк, - сказала она, скривившись.
***
Кошмар воплотился у самого входа в таверну, чтоб не пропустить пронырливого ворона. Повелитель уже был внутри - Коринфянин чувствовал его присутствие. Но зайти не решался и справедливо полагал, что Мэтью тоже не станет тревожить Господина во время свидания. Подождав какое-то время на скамейке у входа, кошмар, наконец, заметил птицу и вскочил. - Ну здравствуй, Мэтью, - сказал он, преграждая ему путь к открытому окну таверны. Ворон явно не ожидал встретить тут кошмар и чуть не влетел в него. Сменив траекторию, он сел на оградку и нахохлился. - Ты прилетел что-то сказать? - наклонился к нему Коринфянин. - Да, - выпалил ворон, - рассказать об одном предателе! Кошмар поправил темные очки и покачал головой. - Это ты о себе, Мэтью? - спросил он, - когда оставил меня в саду одного? Ворон раскрыл от удивление клюв и каркунул. - Ты даже не вернулся мне помочь, - продолжил кошмар, - а полетел сразу в Страну Снов выслуживаться! - Я должен был присматривать, а не помогать, - возмутился Мэтью. - Ага, - кивнул кошмар, - и потому ты бросил меня наедине с могущественной хтонью, которая что-то замышляет против нашего Господина? - Замышляет? - удивился ворон. - Да, - пожал плечами кошмар, - он говорил об этом… только я под дурманом был, у меня мозги не работали и я не могу вспомнить, что конкретно… А вот если бы ты не слился, как последний трус… - Я не трус! - каркнул Мэтью, понимая, что ситуация оборачивается явно не в его пользу. - И тем не менее, если бы ты был там, ты бы мог услышать слова Страсти и передать их Господину, - закончил Коринфянин с таким видом, словно выкладывал на стол флеш-рояль. - Ладно, я все понял, - согнул голову Мэтью, - я тоже облажался. - Почему “тоже”? - самодовольно хмыкнул Коринфянин, - Монстера уничтожена, я свою задачу выполнил! В отличии от некоторых. Мэтью закашлялся, но ничего не ответил. Кошмар был хорош в своем деле и пока ни разу не накосячил, к великому сожалению ворона. - Ты собрал его песок? - наконец вспомнил он. - Не, - покачал головой Коринфянин, - меня этот гад сразу же развоплотил и я вернулся в Страну Снов. - Тогда надо собрать! - деловито зашагал ворон, готовясь взлетать. Коринфянин помедлил. Он со странным видом оглянулся на таверну и задумался. А потом, видя, что Мэтью его ждет, выдал: - Знаешь, я в тот парк возвращаться не буду, - его голос звучал лениво, - что-то мне не хочется снова пересектись там с кем-то из Бесконечных… Давай, ты лети и собери сам. Так мы будем квиты. А я пока почитаю, кто у нас на очереди… На этих словах он достал из кармана список и деловито принялся его разворачивать. - Хорошо, ладно, - взмахнул крыльями ворон и поднялся в небо - вернусь за полчаса - туда далеко лететь… Кошмар какое-то время наблюдал за ним, делая вид, что изучает список Люсены, а потом, когда ворон скрылся из виду, сунул сверток в карман и пошел в таверну. Любопытство съедало его изнутри. Он очень хотел посмотреть на свидание Господина. Двигаться приходилось осторожно - Коринфянин понимал, что у него слишком броская внешность и костюм, которые выделяли его среди остальных посетителей. Потому он, прячась за спинами только что вошедшей в заведение парой, юркнул в самый дальний угол, к неприметному столику, скрывавшемуся среди декоративных растений. Усевшись, он тут же схватил меню, постаравшись спрятаться за ним. Выискивая взглядом Создателя, кошмар параллельно подумал, что он явно творит сейчас дичайшую глупость, которая может обернуться для него катастрофой, но уже было слишком поздно отступать. Повелителя Снов найти не составило труда - Коринфянин чувствовал его присутствие. И ему очень сильно повезло, что Морфеуй был настолько увлечен беседой, что не заметил присутствие кошмара. Он был непривычно светел и расслаблен. Бледное, всегда грустное лицо Короля Сновидений сейчас сияло и на нем даже появлялась улыбка. Коринфянин никогда не видел Создателя таким. Он от удивления даже приспустил темные очки, рискуя раскрыть себя. Вдруг случилось то, что обычно случается в подобных ситуациях, когда нужно оставаться незамеченным - мимо проходившая официантка оступилась, перевернув на кошмара какой-то напиток. - Извините пожалуйста, я сейчас все исправлю, - бормотала она, принявшись оттирать пятно с его горчичного костюма. - Все в порядке, не нужно! - стараясь быть достаточно вежливым, проговорил Коринфянин, ощущая, как по спине пробежался холодок страха - один поворот головы Создателя в сторону шума и… Он схватил официантку за запястье и настойчиво отвел его от своего пиджака. Он был так взволнован, что не ощутил, как его пальцы на миг превратились в песчаные, быстро вернув прежний облик. - Вас ждут за тем столиком, - процедил он сквозь зубы, кивнув куда-то в сторону. Официантка смутилась и отступила. К указанному столику, впрочем, не пошла, предпочитая удалиться в подсобку. Кошмар тревожно выдохнул и снова повернул голову в сторону столика, где Повелитель Снов мило, да именно мило, как бы дико это не звучало для Могущественного Божества, беседовал с темноволосым типом. Вокруг него стал отчетливо виден золотистый ореол из блестящих песчинок, не видимый смертным. Зато прекрасно различаемый хтоническими существами, такими как кошмар. Удивляясь все больше такой перемене Господина, Коринфянин принялся рассматривать его собеседника. Неужели этот смертный, или, как сказала Люсьена, “не совсем смертный”, способен так влиять на Божество? Тип этот был весьма приятной внешности с красивой открытой улыбкой. От него струилась какая-то странная теплота, вызывающая желание улыбнуться в ответ. Коринфянин не в силах оторвать взгляд от их столика - его безумно влечет подвинуться поближе и подслушать разговор. И когда он делает это, обзывая себя последним тупицей, то становятся различимы слова. “Не совсем смертный” говорит какую-то шутку, от которой Повелитель Снов смущается, смешно прячет взгляд. На его щеках даже можно различить румянец. - Я тут познакомился с одним писателем… - говорит спутник Морфея, - представляешь, он мой сосед… - Любопытно, - мило поджимая губы отвечает Владыка Снов, - и что же он пишет? - Еще не знаю, он подарил мне книгу, - отвечает“не совсем смертный”, - вот и почитаю… Говорят, он популярный сейчас. Могу тебе одолжить… Он кивает на книгу, лежавшую на их столике. - Нет, спасибо, у меня этих книг… - весело отмахивается Морфей,- целая библиотека. - Еще бы, ты же любишь всяких писателей, - улыбается его собеседник, - помнишь того парня из таверны? - Шекспира? - Ага… Худая рука Морфея лежит на столешне, он неловко ерзает ею. Но в следующий миг его спутник уверенно накрывает ее своей рукой и продолжает что-то рассказывать о книге. Наблюдающий за разговором Коринфянин забыл как дышать. Для него происходящее казалось каким-то сном, галлюцинацией, наваждением. Невозможно, чтоб могущественный Бесконечный вел себя так робко и… тепло. Ведь тепло - это не то ощущение, которое испытываешь вблизи Повелителя Снов. Но сейчас оно было реальным - кошмар чувствовал его. Казалось, если дотронуться до руки Морфея, она будет теплой и даже горячей. Коринфянину тут же пришлось подавить самоубийственное желание это проверить и он напряженно сглотнул. Тяжело удержаться, когда божество, перед которым ты испытываешь хтонический ужас, внезапно выглядит так счастливо, притягивающе и маняще. Будто солнечный луч на лице. Кошмар стиснул зубы и неосознанно смял руками борты своего пиджака. Откуда это совершенно дурацкое желание коснуться и умереть? Он не испытывал такого раньше… он вообще не смел притрагиваться к Господину. А сейчас чувствовал дрожь по всему телу, как только смотрел на их сомкнутые руки. Коринфянин понял, что долго так не выдержит и рано или поздно наступит миг, когда ему захочется подойти и потрогать тонкую кисть Господина. Он буквально заставил себя закрыть глаза и начал мысленно считать. Сколько же мгновений ему осталось до смерти? Потому что безжалостный Владыка Снов такой выходки не простит… Наверное, удача была в этот день милосердна к неразумной хтони - Морфей вскоре встал, собираясь уходить. Он обнял своего собеседника и тот поцеловал его в щеку. Вспыхнув едва заметным румянцем, Владыка Снов улыбнулся в ответ и неспешной походкой направился к дверям. Кошмар облегченно выдохнул. Непреодолимое эфирное притяжение, которым его влекло к Господину, заметно ослабло. Он достал салфетку из салфетницы и вытер лицо - он и не заметил, как весь покрылся потом. А потом снова посмотрел на “тот” столик. Собеседник Создателя никуда не спешил. Он допил стоявший в чашке чай и взял в руки книгу, о которой рассказывал. Открыл ее, полистал… Коринфянин прищурился, вычитывая название на обложке. О, нет, это же тот самый автор Люсьены! Не может быть! Именно за его чудовищными созданиями уже целый день гонялся кошмар! - Не часто встретишь книгу Кевина с личным автографом, - Коринфянин бесцеремонно уселся на стул, на котором так недавно сидел Повелитель Снов. Он сразу же почувствовал его ауру и невольно вздрогнул. Хобб Годлинг, а собеседником Морфея был именно он, отвлекся от чтения и поднял взгляд на кошмара. Теплый, открытый, дружелюбный взгляд. - Вы его фанат? - спросил он, захлопывая книгу. Коринфянин широко улыбнулся. - Я очень близко знаком с его творчеством, - не соврал он, - давно слежу за каждым его новым твореньем, если честно. - Надо же, - приветливо улыбнулся “не совсем смертный”, - а знаете, он мой сосед. Коринфянин попытался изобразить удивление. У него это вышло убедительно. - Писатель, который скрывается от публики - ваш сосед? - вздернул он брови, - вы даже не представляете, как вам повезло… При последних словах он почему-то взглянул на дверь, через которую несколько минут назад вышел Повелитель Снов. Хобб в это время налил себе чай из заварника и выпил его. Похоже, новые знакомства его только забавляли. - Слушайте, если вы такой фанат, то я могу вам организовать встречу, - проговорил он, - Кевин живет в доме напротив и часто приходит ко мне, чтоб обсудить свои идеи. Кошмар воодушевился и заерзал на стуле. - Это бы было очень кстати, - сказал он, поправив очки, - я бы был вам благодарен. Улыбка Хобба излучала тепло южного солнца, совсем как заварник на столе, что распространял терпкий запах горячего чая. Он отставил пустую чашку, взял книгу и поднялся из-за стола. - Я живу неподалеку, - сказал он, жестом приглашая следовать за ним. Коринфянин неосознанно расстегнул пуговицу на воротнике - ему почему-то становилось жарко. В голове он отчетливо слышал свой же собственный голос, во всю кричащий - “Нет, не смей, нельзя!”. Но он зачем-то встал и пошел вслед за “не совсем смертным”. - Как хорошо, что уже сумерки, - сказал Хобб, выходя на улицу, - мне так надоел этот зной. Он закурил и предложил сигарету кошмару. Тот молча отказался. - Кевин будет рад встретить фаната, - голос Хобба был мягкий и бархатистый, - он в последнее время переживает творческий кризис. Так что надеюсь, вы его сможете его обрадовать! - О, да! - коротко ответил Коринфянин, сверля взглядом спутника сквозь темные стекла очков. - Отлично, - Хобб расслабленно выдохнул струйку дыма, - тогда пошли, почти девять, он скоро придет с горелым пирогом. Как можно быть таким талантливым писателем и таким бездарным кулинаром, я не понимаю. Он рассмеялся, словно укутывая своим смехом в теплый плед. Кошмар улыбнулся в ответ, игнорируя свой же внутренний вопль “Уходи, оставь его!!” Хобб двинулся в сторону дома, уверенно шагая вдоль каменного ограждения. Коринфянин последовал за ним, поравнявшись. На небе уже проступали первые звезды и мерцал в тучах диск луны. Стараясь не слушать бесперебойно звенящий в голове собственный крик, кошмар решил перевести тему разговора в интересующее его русло. - Скажите, тот человек, с которым вы общались в таверне, - спросил он осторожно, - вы давно знаете его? Хобб мечтательно улыбнулся и звезды отразились в его зрачках. - Вы поверите, если скажу, что несколько столетий? - искренне признался он, смеясь. - Не удивлюсь, - честно ответил кошмар, заложив руки в карманы, чтоб не трогать через пиджак рукояти стилетов, - для демиургов время идет иначе… На слове “демиург” Хобб присвистнул. Очевидно, он считал его совершенно по-своему. - Погодите, вы думаете - это был автор книг? Кевин? - переспросил он, поворачиваясь к спутнику, - нет, это не он, должен вас разочаровать. Он для этого слишком просветлен и возвышен. Такая личность не способна создавать столь инфернальных тварей, как в книгах… Коринфянин лукаво ухмыльнулся. Потом наклонился через к Хоббу почти вплотную и тихо, зловещим шепотом сказал: - О, поверьте - Он может создать настолько инфернальных тварей, что у вас мурашки по коже пойдут… Хобб вдруг почувствовал, как его обдало холодом и он сглотнул. Но потом, вероятно, решил, что ему показалось и небрежным жестом поправил вздыбившиеся волосы на затылке. - Мы почти пришли, - сказал он, махнув рукой в сторону небольшого дома на углу, - здесь, рядом с кладбищем. Вы не боитесь кладбищ? Хобб не боялся их, так как знал, что не может умереть. Его даже забавляло селиться рядом и, просыпаясь каждый день, смотря в окно - вспоминать, что он бессмертный. - Не понимаю, - пожал плечами Коринфянин, - с чего мне их бояться? Хобб остановился и посмотрел на него, весело кивая. - Да, истинного фаната творчества Кевина привидениями и чудовищами не запугаешь… - сказал он дружелюбно. Весь образ Голдинга излучал расслабленность и веселье. Он был рад, что откопал чуть ли не единственного почитателя книг своего несчастного соседа, предвкушая, как тот обрадуется, что у него вообще есть фанаты. Коринфянин же стоял, вытянувшись как струна - напряжение внутри него достигло пика. В голове набатом звенел голос, требующий остановиться и не делать катастрофических ошибок, но ему сложно было пробиться через какой-то невидимый барьер. Кошмар внимательно посмотрел на улыбающегося ему Хобба, перевел взгляд на кладбищенские ворота напротив, оглянулся на пустынную улицу и медленно достал руки из карманов. - Интересный у вас цвет глаз, мистер, - сказал он, неспешно выговаривая каждое слово, - меланж кофейного и шоколадного оттенков… Очень теплый цвет. Сладковатый. Хобб удивленно хмыкнул. Он посчитал это странным подкатом и решил оставить без реакции - в конце концов, он дал ясно понять, кем ему приходится Морфей.***
Официантка зашла в подсобку и тут же закрыла дверь за собой. - Черт возьми, чуть не спалился, - сказала она, постепенно превращаясь в статного мужчину в средневековых одеждах и синего цвета бородой, - надо же было ему меня хватать за руку… Потом он подошел к стоявшему в вазе бутону розы и поднес его к губам. - Страсть, это Ревность, - сказал он в бутон, - все сделано - приворожить удалось. Объект и будущая жертва покинули таверну вместе. - Чудесно, Ревность, - ответил бутон голосом Страсти, активно шевеля лепестками, - проследи, чтоб все прошло гладко, ладно? - Хорошо, - ответил Ревность и закатил глаза. Он не любил эту часть задания, где надо было следить, чтоб все шло по плану. Придется теперь красться за ними вслед.
