будни сокджина и чонгук-и.

он понимает, что он провинился. наверное. по крайней мере, если мыслить логически, он нарушил правило. чонгук лёг позднее 11 вечера, что являлось непослушанием. но у него ведь была причина.

***

хосок, его друг, очень.. впечатлительный. и когда чон получил ссылку на какое-то видео, он хотел было сразу же посмотреть, но его остановило одно сообщение. "чонгук-а, я не знаю, что это, мне сказали, что это что-то страшное, но я хочу это глянуть. как думаешь, смотреть, или нет? " парень, у которого подростковый адреналин всё ещё кипит в одном месте, успокаивает друга тем, что сначала посмотрит сам, а потом скажет, стоит ли это смотреть хосоку. вот он нажимает на ссылку и он видит человека, который буквально через пару секунд разрывается на куски. это где-то в лесу, да и качество видео не очень, но все равно видно, куда отлетели части человека. после чего оператор наводит камеру на другого человека, который стоит на коленях. мужчина, видимо, снимавший это что-то говорит на непонятном языке, а после в кадре появляется ещё один человек с мачетой. и в следующую секунду он начинает в буквальном смысле рубить паренька на коленях. тот даже не кричит, лишь что-то громко говорит на том же непонятном языке. гук смотрит на это и не может оторвать взгляд. это его не завораживает, ни в коем случае. ему страшно. страшно оборачиваться, смотреть в окно, да и в принципе осматриваться. его трясет, он видит изрезанное тело того парня, у которого уже нет руки. а после ему отрубают голову. чонгук отбрасывает телефон на кровать, на которой сидел, и бежит в ванную, избавляться от недавнего ужина. его выворачивает несколько раз, уже выходит одна желчь, а перед глазами то видео. когда он немного успокоился, он сливает воду в унитазе, умывает лицо, полощет рот и чистит зубы. в голове то же видео. он весь бледный выходит из ванной и вспоминает, что должен ответить хосоку. плюхается на кровать, и дрожащими пальцами берёт телефон и записывает голосовое, где буквально умоляет друга не смотреть это видео. чон-старший слышит по голосу, что там что-то.. что-то страшное, и спрашивает, всё ли у чонгука в порядке. а тот не может ответить. он просто откидывается на кровати и закрывает глаза, пытаясь вспомнить что-то хорошее. он вспоминает руки сокджина, которые всегда нежно обнимают и гладят по макушке, когда тот хорошо себя ведёт. руки сокджина.. он видит руки сокджина. в крови. он видит, как джину отрезают руку той самой мачетой. блять блять блять блять. нужно что-то другое, что-то другое. чонгук вспоминает, что у него на телефоне есть игры. они должны его отвлечь от этого кошмара. гук включает телефон и быстро отвечает хосоку, что все в норме, а после включает какую-то простую игру, и с лёгкостью погружается в неё.

***

на часах пол 2 ночи. сокджин только подъехал к дому и смотрит в окно их с чонгуком спальни: свет выключен, значит, тот должен спать. сам ким был у джуна, его друга и коллеги. они оба разбирали отчёты по работе, ибо возникла какая-то путаница. в итоге, он задержался до ночи. на удивление, он не получил ни одного сообщения от Гука, что немного пугает, но, может быть, тот просто отрубился с телефоном руках. джин заходит в прихожую и видит небольшое свечение в спальне. неужели чонгук не спит? он разувается, оставляет сумку с документами в прихожей и заходит в комнату. и видит такую картину: чон лежит в наушниках и играет в какую-то игру на телефоне. в темноте. старший со злостью вздыхает и включает свет. чонгук сначала ничего не понимает, а после смотрит на кима, и оставив телефон с наушниками на кровати, хочет его обнять, но его отстраняют от себя. — скажи мне, пожалуйста, сколько сейчас времени? — но, джин... — я спрашиваю, сколько сейчас времени? — половина второго. чон кусает нижнюю губу от обиды и не поднимает на сокджина взгляд. — во сколько ты должен ложиться спать? — в 11 вечера. сокджин, я.. — так какого чёрта сейчас, ночью, ты лежишь и играешь в игры? тебе очень повезло, что я сейчас устал, иначе я бы тебя выпорол до красноты. марш в угол. гук понимает, что сейчас нет смысла спорить, и молча плетётся в угол комнаты. а в груди что-то неприятно сжимается. воздуха становится меньше. — стоишь там, пока я не приму душ и не переоденусь. понял меня? чонгук лишь тихо угукает и тихо всхлипывает. да, их отношения подразумевали наказания, но чон благодаря им чувствовал заботу, даже когда его шлепали. но сейчас.. сейчас он разочаровал сокджина. он настолько глупый, что не смог спокойно посмотреть видео и забыть о нём. насколько тупой, что не уследил за временем. настолько труслив, что боялся уснуть. в голове вновь появляются картинки из того видео. гук начинает задыхаться и реветь, воздуха не хватает, все в крови, он слышит выкрики того парнишки, слышит этот звук мачеты, которая режет тело парня. он садится на пол и закрывает лицо ладонями, трет глаза, пытаясь убрать эти картинки, но ничего не получается, он один, здесь, в углу, один на один с этим парнишкой. — красный!* красный красный красный красный.. чонгук лежит на полу, свернувшись в клубочек, и повторяет "красный" сокджин, услышав стоп-слово, выбегает из ванной в одних пижамных штанах, и подбегает к чону, сразу же беря его на руки. — тише-тише, маленький, папочка здесь. давай, гук-и, дыши со мной. он садится с ним на кровать, усаживая на свои коленки боком, и прижимает к своей груди. — давай, малыш. вдох, выдох. чонгук, не открывая глаз, прислушивается к любимому голосу и начинает дышать по спокойнее. — умничка, солнышко, я так тобой горжусь. мой малыш. джин осторожно стирает слезы с щёк гука и целует его в лоб. они сидят в тишине, наверное, минут пятнадцать. сокджин покачивает чонгука в своих руках, как ребёнка, пока тот не засыпает. после он укладывает его на кровать и хорошенько укрывает одеялом. выключает свет и ложится рядом, прижимая родное тело к себе, зарываясь пальцами в волосы. обо всём они поговорят завтра.