Жизнь приобретает смысл, когда...

- Джооооордж… - простонал Ричард, закрывая глаза от удовольствия. Мягкие губы брюнета оставляли на его теле тут и там сладкие поцелуи. Ладони Джорджа ласково гладили его плечи, едва сжимая, двигались вниз по рукам, а губы уже целовали в шею… - Джорджи, милый… Иди ко мне… - послышался шепот Ричарда. Не открывая глаз, он почувствовал поцелуй на своих губах. – Джордж… - Брюнет не отвечал, продолжая свои ласки. Пальцы Ричарда утонули в темной шевелюре волос на макушке особенного друга, он боялся его отпустить хоть на секунду. Поцелуи Джорджа переместились с губ Ричарда на его плечи и грудь, постепенно спускаясь к животу. - Джордж, мне щекотно. – Засмеялся Ричард, морща нос и открывая глаза. - Какой Джордж? – Снизу вверх на него смотрел Пол. – Джордж не любит тебя! Никогда не любил! Ты идиот, раз поверил, что такой парень как Джордж может тебя полюбить! – Пол засмеялся, запрокинув голову назад. – Ты просто идиот! Ричард вскочил в своей кровати, распахивая синие глаза. Сердце бешено стучало, то ли от гнева, то ли от разочарования. Сон. Он устало потер глаза, пытаясь прийти в себя. Пойти выпить воды, чтобы успокоиться? Или сразу лечь и попытаться уснуть? Лучше первое. Ричард встал с кровати и вышел в крохотную гостиную своей съемной квартиры. Когда он ушел от Джорджа, он пожил пару дней у Джона, а потом сумел найти себе угол на окраине города, сняв его на остатки денег, что у него были. Данная квартира отличалась от его прежних апартаментов, что были ближе к центру. И уж тем более разительно отличалась от просторного дома Джорджа, где Ричарду так уютно жилось. В новой квартире была маленькая спальня и такая же маленькая гостиная, совмещенная с еще меньшей кухней и коридором. Ремонта здесь не было лет этак …цать. Старые выцветшие обои, на которых уже не был различен рисунок, только цвет – бледно-желтый, скрипучий пол и окна, из щелей которых постоянно дул ветер. Ричард сто раз уже пожалел, что снял эту квартиру, но теперь уже ничего нельзя было поделать – деньги отданы. Из мебели был минимальный набор обстановки. В кухне – старенький гарнитур, с какими-то безвкусными цветами, стол, стулья и холодильник, видавший виды. В спальне, странно заметить, новая кровать, самая простая, но новая. А еще шкаф для одежды, который явно был старше своей соседки по комнате. В гостиной у Ричарда царил небольшой телевизор и диван, на котором вряд ли уместилось бы больше двух человек. Хотя, гостей он и не принимал. Ричард отгородился ото всех. Сделав три шага по гостиной, хозяин квартиры очутился в кухне, где налил себе стакан воды. Подобный сон был не единственным. Очень часто ему снился похожий сюжет, где он с Джорджем приятно проводит время в постели, вот только Джордж оказывался вовсе не Джорджем, а совсем другими людьми. В каждом сне был новый человек, но все они в один голос смеялись над ним, убеждая, что Джордж его не любит. Сегодня, к примеру, был Пол. - Я и без вас знаю, что все было ложью. – Буркнул себе под нос Ричард. Поставив стакан на место, он вернулся в спальню и рухнул на кровать. Прошло два месяца с тех пор, как Ричард покинул дом Джорджа. Первый месяц Ричард беспробудно пил. Нет, он не ввязывался в драки или не пытался причинить себе вред. Зачем? Теперь его бы никто не стал спасать. Он просто пил. Джону надоело нянчиться с ним, теперь он приезжал редко. Перестал пытаться узнать от Ричарда, что произошло между ним и Джорджем, почему он ушел. Ричард жил как отшельник, не желая идти на контакт с людьми. Сказать, что он разочаровался в людях, ничего не сказать. Джордж буквально уничтожил его в то субботнее утро. Так считал Ричард. Джордж тоже пил. Правда, не месяц, а неделю. На большее ни его самого, ни его лучшего друга Пола не хватило. Пол не мог оставить друга одного в его горе, да и горем Пол уход Ричарда не считал. Он пил с Джорджем вместе не чтобы поддержать, а скорее, чтобы отпраздновать. Наконец-то он избавился от этого фотографа! Пол не пытался узнать у друга, что произошло между ним и Ричардом. Джорджу не нужен был такой вопрос, тем более на него не было ответа. После недельного загула Джордж вернулся к обычному распорядку дня, так же рано вставал по утрам, совершал пробежку, завтракал и отправлялся на работу, где проводил все время, возвращаясь только глубокой ночью домой. Казалось бы, все было в порядке. «Работа – лучшее лекарство» - как-то решил Джон, видя, как Джордж рвался в клинику даже в выходные. Но все не было в порядке. Не могло быть. Джордж просто бежал из дома, где все напоминало о дорогом человеке, который так подло с ним поступил. Он любил свою работу и был благодарен ей, что мог забыться, погружаясь в рабочие будни. Но стоило ему ночью переступить порог дома, как все воспоминания наваливались на него, терзая душу. И только один вопрос мелькал в его голове: «Что я сделал не так?» Ричард ушел, не сделав и попытки объяснить свое поведение, а чуть позже разбил ему нос. Нос зажил, а вот разбитое сердце нет. И заживет ли? Теперь Джордж оставил борьбу за любимого человека, оставил его в покое, пытаясь сделать вид, что того и не было в его жизни. В попытках забыть Ричарда, Джордж собрал все вещи, что оставил Ричард у него или которые могли хоть как-то напомнить о нем. Собрал и решил выбросить, вот только Джон не позволил, сказав, что заберет их, может, вдруг что-то понадобится. Джордж только равнодушно пожал плечами на это. Джордж запер на ключ комнату Ричарда, а в своей комнате больше не спал. Теперь он жил в гостевой комнате, где он не проводил время вместе с Ричардом. Последняя ночь была мучительным воспоминанием для Джорджа. Каждое прикосновение Ричарда он помнил, и, казалось, до сих пор ощущал на своей коже. В отличие от друга, Джорджу не снилось ничего. Он забывался тяжелым сном, как только голова оказывалась на подушке. Джордж запрещал себе думать о Ричарде, запрещал друзьям упоминать его, словно тот умер. Но Ричард был жив, и жил он в его сердце. Не смотря ни на что. Все фотографии Джордж бросил в коробку, что отдал Джону с вещами Ричарда. Все, кроме одной – из дельфинария. Изредка, давая слабину, он доставал ее из бумажника и с минуту смотрел на двух счастливых парней, которые улыбались в камеру. Хмурясь и беря себя в руки, Джордж снова засовывал фотографию обратно в бумажник, не находя в себе сил порвать ее, но верил, что однажды он это сделает. Джорджу было нелегко. Он по-прежнему любил Ричарда, но решил смириться с его выбором. Джордж оставил борьбу за Ричарда, понимая, что с самим Ричардом ему не хочется бороться. Теперь Джордж понял, что для него в жизни любимого человека нет места, что он отвергнут. Навсегда. Джордж решил жить дальше. Только пока не знал, как.

****

Раз в неделю Джон навещал Ричарда. Приезжал без звонка, что бесило второго. - Опять ты. – «Поздоровался» Ричард, увидев на пороге Джона. - И тебе не хворать. – Хмыкнул Джон, проходя в квартиру, не дожидаясь приглашения. - Не надоело таскаться через весь Нью-Йорк? - Нет, такое зрелище не могу упустить. – Джон провел рукой в пространстве, обозначая, что приехал посмотреть на быт друга. – Как дела? - Пока не родила. – Коротко ответил Ричард. - Какой плоский сарказм. - Королева сарказма живет в твоей квартире, а ты адресом ошибся. – Парировал фотограф. - Так как дела? - Как у меня могут быть дела?! – Взорвался Ричард. – Хотя, вчера приезжал Джордж, валялся в ногах, умолял вернуться и рыдал так, что я согласился! Джон недоумевающим взглядом посмотрел на друга. - Я об этом и не думаю. – Оправдываясь, заметил Ричард. - Ты первый раз назвал его по имени, кстати. – Ответил Джон. Друзья помолчали. Ричард думал о своей фразе, жалел, что он это произнес, а Джон просто ничего не понимал. - Ты ничего не замечаешь? – Голос Джона вырвал Ричарда из его размышлений. - То есть? - Ну… Месяц запоя, еще месяц просто частой выпивки и изоляции… Тебе не кажется, что кого-то не хватает? - Ты издеваешься? – Лицо Ричарда покраснело от гнева. - Я не о Джордже. Хочется отметить, что ты часто о нем думаешь. Слишком часто для человека, который ненавидит его. - Ты испытываешь мое терпение, Джон. – Ричард стиснул кулаки. - Фу, как некультурно. Я к тебе в гости зашел, ты мне даже чая не предлагаешь, кулаки мне показываешь… - Хочешь чая? – Спросил Ричард. - Хочу. - Пошел нахер. – Ричард показал ему средний палец. - Гостеприимный ты, шопиздес. - Плохие у меня новости для Пола, у него конкурент в сарказме, расстроится ведь… - Я бы сказал, даже два конкурента. – Хохотнул Джон. Ричард рассмеялся в ответ. Это случалось крайне редко. - Так о чем ты говорил? Чьего я отсутствия не замечаю? - Собака твоя где? - Мэри! – Теперь лицо Ричарда побелело. Он схватился за голову. - Ну, тише ты, королева драмы. - Ее давно нет! А я не заметил!!! - Да у меня она, у меня. – Поспешил успокоить друга Джон. – Правда, погрызла ботинки моей королеве… - Моя умница! – Облегченно улыбнулся Ричард. – Как давно она у тебя? Как она? - Да как ты забухал, так я ее и забрал. Кормить ты ее не собирался, выгуливать тоже, только заливал горе. -Я заберу ее. На днях. Хорошо? - Да уж постарайся. По две пары обуви у Пола за неделю грызет. Моя обувь нетронута, а его – ну просто в хлам! Скоро ссориться из-за этого будем. - Спасибо, Джон. – Ричард мягко улыбнулся. Уже второй раз за день. – Спасибо. - Да не за что. Будешь должен. Чая! – Усмехнулся Джон и вышел.

****

Пол был удивлен, когда Джон сообщил ему, что скоро приедет Ричард. - Что? Сам? Зачем? Что ему нужно? – Новость о визите Ричарда его явно не вдохновляла. - За Мэри. - А, ну пора, конечно. – Согласился Пол. – Когда придет? - Минут через двадцать. - О, я тогда в магазин пойду. У нас кончился… - Пол задумался на мгновение, придумывая, что же сказать. - У тебя терпение кончилось. Терпение к Ричарду. - Оно и не начиналось. – Просто ответил Пол. - За что ты его так недолюбливаешь? - А за что мне его долюбливать? За то, что он сделал с моим лучшим другом? - Мы не знаем их историю, Пол! Мы ничего не знаем, что у них случилось… - И хорошо! Это не наше дело. - Знай бы мы, что произошло, мы бы могли попытаться им помочь. - В чем? Все кончено. - Пол? – Джон настороженно посмотрел на него. – Ты как будто рад, что они расстались… Скажи, что я не прав. - Ты не прав. – Помолчав, ответил Пол. – Мне жаль, что все у них закончилось так плачевно. Ну, я пошел. – Пол чмокнул Джона в щеку и ушел из дома. Вскоре пришел Ричард за Мэри. - Чаю хочешь? – Спросил Джон, встречая друга. - Я что, отстал от жизни и не знаю какого-то нового прикола про чай? – Засмеялся Ричард. - Нет никакого прикола! Но ты действительно отстал от жизни! Проходи в гостиную. - Как хорошо у тебя. Просторно… - Ричард огляделся по сторонам. – Мэри! Мэри! Где ты? На голос из комнаты выбежал далматинец. Он залаял так громко и пронзительно, что Джон закрыл уши ладонями. Мэри подбежала, вскочила на задние лапы, уперлась передними в грудь хозяину и стала облизывать его лицо. - Мэри! Я тоже рад тебя видеть! Мэри! – Ричард пытался увернуться от шершавого языка собаки, но попытки были тщетны. – Вот кто меня любит и ждет! Прости, моя дорогая, я так плохо с тобой обошелся… Я плохой хозяин, ты заслуживаешь лучшего… Собака заскулила и опустилась к ногам Ричарда. Тот наклонился к ней и стал гладить. - Пойду, чай приготовлю, иначе разрыдаюсь… - Джон вышел на кухню. Ричард пробыл у друга совсем недолго и скоро засобирался домой. Он уже прощался в прихожей с хозяином квартиры, Мэри тянула его за поводок к дверям, как взгляд упал на коробку в углу. - Что это у тебя? – Ричард нахмурился. - Где? – Джон проследил за взглядом Ричарда и увидел коробку. – Ах, это… - Там написано «Ричард». Это для меня? - Да как сказать… - Джон замялся. - Так и скажи. - В общем, это коробка Джорджа. Он положил туда все вещи, что с тобой связаны. Думаю, нужно тебе ее отдать. Он выбросить хотел. – Как на духу выпалил Джон. - Выбросить… Понятно. Давай сюда, я сам и выброшу. – И в руках у Ричарда оказалась коробка средних размеров, на которой ровным почерком Джорджа было выведено его имя. – Ты ее открывал? - Нет, зачем? Это ваше дело. - У нас с ним нет ничего нашего. – Глухо возразил Ричард. – Спасибо за Мэри, еще раз. Пока. Добравшись до дома и нагулявшись с собакой, Ричард устало вытянулся на диване в гостиной. Мэри пыталась обвыкнуться с новой обстановкой, которую покинула два месяца назад, бегая из угла в угол. - Что, маловато места, да? – Ричард следил за перемещениями собаки по квартире. – Не носись ты так, что-нибудь уронишь! И в подтверждение его слов из угла, что назывался коридором, послышался шум чего-то перевернувшегося. - Говорил же! – Ричард взмахнул руками и поплелся на шум. – Вернулась и сразу хозяйничаешь… Ричард с первого взгляда понял, что перевернулось у него в коридоре. Коробка с воспоминаниями. - Зря ты, Мэри, это тронула… - Пробубнил Ричард, собирая все обратно в коробку. Он вернулся с ней в гостиную, не закрывая крышкой. Глядя вглубь коробки, Ричард словно смотрел в прошлое. Его синяя рубашка лежала сверху остальных вещей. Он забыл ее у Джорджа, когда собирался впопыхах. Она до сих пор пахла стиральным порошком Джорджа. Подобие улыбки появилось на лице Ричарда. Под рубашкой оказался Полароид, его подарок Джорджу, и, конечно, снимки. Как же Джордж радовался этому подарку! Ричард помнил, как улыбался Джордж, разглядывая фотоаппарат, он помнил ямочки на его щеках, помнил, как хотелось ему расцеловать Джорджа в эти самые ямочки… Ричард помнил, как они носились по всему дому, фотографируя друг друга, и теперь эти фотографии были у него в руках. На снимках они оба были счастливы. Джордж обнимал Ричарда, притягивая к себе, Джордж целовал Ричарда в щечку, Джордж держал его за руку. А то фото на фоне роз? Фотографировал Пол. Как ласково и бережно Джордж обнимает его на фотографии… Мурашки пробежали по телу Ричарда. - Даже сложно поверить, глядя на все это, что он лгал… Но он лгал, Мэри. От начала до конца. Нет большего предателя, чем Джордж. – Ричард произнес слова вслух, сам вслушиваясь в свой голос. – Он хотел выбросить все это. Конечно, зачем ему это. Да и мне тоже. Ричард, оставив коробку, стал искать что-то в своих вещах. - Нашел! – Он победно вскинул руку, в которой что-то держал. – Стоит добавить к содержимому коробки. - И в компанию к фотографиям полетели часы, те самые, что Джордж ему дарил на рождество. - Завтра утром все выбросим. – Пообещал Ричард собаке. – Мы же все собрали в коридоре? – С этими словами Ричард вернулся в коридор, чтобы удостовериться, все ли было собрано обратно в коробку. – Нам не нужны приветы из прошлого! – Он огляделся и заметил что-то у самой двери. – А вот и еще что-то. Мэри, напомни мне завтра пореже с тобой разговаривать. Приблизившись к свертку, он увидел небольшой бумажный пакет. Смяв его в руке, не заглядывая, он вернулся в гостиную и бросил в коробку. Но пакет не долетел до коробки, упав на пол. Выругавшись, Ричард поднял сверток. Бумаги уже не было. У него в ладони лежало нечто странное. Небольшой прямоугольник, объятый черным бархатом. Он знал, для чего эта вещица, не мог не знать. Одно движение и этот прямоугольник открыт. У Ричарда на ладони лежало обручальное кольцо. Белое золото и едва видная гравировка внутри «Птенчик, я люблю тебя». Сомнений, чье это кольцо и для кого оно, не возникало.