Некий магический профессор Рун Хогвартса.

Феликс казался озадаченным и спросил: — «Я не понимаю, о чём вы директор?» 　　Дамблдор сложил руки перед собой, смотря на Феликса, внимательным взглядом: — «Я имею в виду то, что у тебя большие перспективы вне школы, но ты сильно одержим возвращением в Хогвартс! Интересно, почему?». 　　Намек директора был очевиден: — «вы уже сделали себе имя в магическом мире и, — за три года, после выпуска, — написали три книги, каждая из которых великолепна. Две книги, по магловедению, продавались не очень хорошо, — по крайней мере, по сравнению с другим профессорами, которых он приглашал на собеседование, — которые также являлись писателями. 　　Но, в то же время, нельзя отрицать, что влияние этих двух книг чрезвычайно велико. Одна, «История эволюции маглов: миллион лет назад», и другая, «Как думают маглы», стали пособиями для большинства волшебных департаментов мира, занимающихся работой с маглами и в их мире. 　　По крайней мере, Дамблдор обсуждал содержание книг, с двумя своими друзьями: один из которых, работает главой отдела по запрещению жестокого обращения с маглами, а другой является членом Визенгамота. И оба его друга, с одинаковым восторгом, восприняли обе книги. 　　Феликс задумался на мгновение и сказал: «Директор Дамблдор, я очень привязан к Хогвартсу, он для меня, как родной дом, и это заставляет меня чувствовать близость к нему! …» 　　Дамблдор прервал его речь, его взгляд стал более острым. — «Мы оба знаем, что это неправда, и я хочу знать, какова настоящая причина, — это важно. От вашего ответа зависит: будите ли вы приняты на должность преподавателя, или нет». 　　Феликс немного смутился. Он автоматически начал использовал окклюменцию, но прервал себя и решил её не использовать. 　　Это не очень мудрое решение. Окклюменция далеко не панацея. Особенно если вы находитесь на более низком уровне, чем ваш собеседник. Не говоря уже о том, что, в данном случае, его собеседником был: один из величайших волшебников столетия. 　　К счастью, перед приходом у него был небольшой план, на такой случай… 　　Например, несколько капель Феликс-Фелицис, — зелья удачи. 　　Подумав пару секунд, он решил последовать интуиции и собрался, «сказать правду». 　　Наконец, Феликс заговорил искренне: — «Для того, чтобы глубже изучить тайны магии». 　　Дамблдор кивнул, словно приглашая собеседника продолжать. 　　— «Профессор, вы были директором, с момента моего поступления, и до выпуска из школы, поэтому вы должны иметь определенное представление, о моем опыте. До пятого класса, чтобы справиться с некоторыми неприятностями, я много времени уделял практическим навыкам, игнорируя при этом, теорию. Которая, в свою очередь, необходима, для дальнейшего улучшения и понимания магии». 　　— «В то время я искал силу, — силу одного заклинания, но я ошибался, и только, в последние два года школы, когда у меня наконец появилось время изучить тайны магии, я понял, чего мне не хватало.» Верно и то, что, хотя его золотой палец помог ему быстро стать сильнее, но, он также повёл его в неправильном направлении, — ограниченное стремление к силе магии, игнорируя важность теории. 　　Дамблдор слегка кивнул, его тон снова стал мягким, и в то же время, с некоторым оттенком любопытства: «Итак, ваше нынешнее направление исследований, — это древние руны?» 　　Об этом было нетрудно догадаться. Ведь, помимо, его двух книг по магловедению, которые, в свою очередь, — не касались изучения, каких либо, магических дисциплин. Третья его книга была посвящена, «Исследованию Древних Магических Рун». 　　— «Верно! Чем больше изучаешь магию, тем больше понимаешь, что без древних рун не обойтись, особенно когда нужно вернуться к истокам, и начать изучение древней магии. Когда я заканчивал пятый курс, то за СОВ, по древним рунам, получил только оценку уровня «А». И из-за недостаточной оценки, не смог продолжать изучение древних рун, на шестом и седьмом курсе. Единственное, что мне оставалось, это продолжить изучение рун самостоятельно.» Это была одна из весомых ошибок, допущенная Феликсом, в его юношеские годы. 　　Феликс продолжал говорить. Под действием зелья удачи, его интуиция обострилась, а речь становилась, всё более увереннее: — «У меня действительно есть личные мотивы: ведь, в Хогвартсе, самая большая библиотека в мире, и в ней много книг по древним магическим рунам. Которые я хотел бы прочесть. " 　　— Но магазин… — Хотел было сказать Дамблдор, но Феликс его перебил. 　　— «Я прочитал все доступные, в магазине, книги. К сожалению, в них слишком много теории, а практики слишком мало, — кажется, что они рассматривают древние руны как простой язык. Используя его лишь для того, чтобы переводить рукописи предшественников! Я же, во время изучения маглов и их науки, получил сильное вдохновение и решил объединить эти два похода. Вы же знаете, что древние руны, так же являются неотъемлемой частью алхимии». 　　Дамблдор очень заинтересовался: — «Ты имеешь в виду, если я правильно понял, что ты хочешь совместить магическую алхимию с магловской наукой?» 　　Феликс казался немного взволнованным и красноречиво сказал: — «Да, но это только начальный этап, который заключается в преобразовании маггловских предметов и их превращении в магические предметы. Например, кондиционер, — это охлаждающее устройство, которое можно держать в помещении. Температура постоянна в пределах комфортного, для маглов, диапазона. Устройство работает на электричестве, которое, в свою очередь, является источником энергии, позволяющим прибору работать. Такой простой прибор, довольно легко преобразовать, из магловского в магический. Ядро — это замораживающее заклинание, плюс заклинание для регулировки». 　　— «Конечно, необходимо учитывать вопросы стабильности, а для этого, как раз, и требуется использование древних рун». 　　— «Это то направление, которое я изучаю на данный момент, — шаг вперед, сочетающий, в себе, мудрость магглов с магией волшебников. Знаете, у магглов всегда много новых идей, некоторые их идеи очень трудно воплотить в реальности. Но если в дело вступает магия, то это легко!» 　　Дамблдор кивнул и процитировал, один из фрагментов книги Феликса: — «Первый шаг — преобразовать идею, второй шаг — воплотить идею в жизнь». 　　Они ещё долго обсуждали этот вопрос, и через целых три часа Дамблдор внезапно очнулся. Только что, он неосознанно погрузился в долгую дискуссию с Феликсом. Можно сказать, что Феликс является, — один из самых выдающихся учеников, с которыми он общался, за последние десятилетия. 　　Жаль, что он Слизеринец! 　　Дамблдор молчал, он колебался, и время, казалось, вернулось на пятьдесят лет назад. 　　Так похожи, как же они похожи! 　　Тот же маггловский приют, тот же Слизерин, то же превосходство и вежливость, то же стремление к силе, — что ему выбрать? 　　Время показало, что его выбор, сделанный десятков лет назад, мог быть ошибочным. Если бы, он не использовал волшебное пламя, чтобы заставить молодого человека признать свою ошибку, если бы он уделял ему больше времени, если бы он смог обнаружить его злые амбиции раньше. Возможно, не появился бы, в мире, ещё один Ужасный Темный Лорд. 　　А сейчас? 　　Кажется, перед ним снова тот же выбор, как ему поступить на этот раз? 　　Старик выглядел немного ошеломленным, он посмотрел на молодого и красивого, выдающегося студента напротив, и как будто, увидел тень другого человека. 　　Волдеморт! 　　По другую сторону стола Феликс выглядел озадаченным. Я говорил правду, хоть и далеко не всю. Мы, только что, так хорошо общались, тогда почему же Дамблдор выглядит настолько мрачным? 　　Он, что-то не так сказал? 　　Задел за живое? 　　Что вообще происходит? 　　От непонимания ситуации, у Феликса разболелась голова!