Tears of Summer

Через полчаса Питер, спотыкаясь, вышел из здания, чувствуя себя разбитым. То, что сейчас произошло, казалось ему таким сюрреалистичным, но он все еще чувствовал, как пальцы Бека тянут его за волосы… все еще слышал отвратительные стоны Бека, все еще ощущал привкус его… Чувствуя внезапное, непреодолимое желание блевать, Питер бросился к мусорному баку в нескольких футах справа от него, выворачивая свои внутренности наружу… и все, что Бек заставил его проглотить… Проходивший мимо человек пробормотал что-то вроде: «Гребаные наркоманы», но Питер был не в силах обращать на это внимание. Вместо этого он продолжал стоять там еще несколько минут, хватаясь за мусорный бак, не в силах сдерживать рыдания, когда ужасающая правда поразила его, словно товарный поезд. Бек заставил его сосать член. Питер сосал член Бека. Только когда молодая девушка спросила, все ли с Питером в порядке, он пришел в себя и быстро пробормотал: «Д-да, спасибо», прежде чем потащиться прочь к станции метро. В поезде Питеру казалось, что все смотрят на него. Была ли рвота (или что-то еще…) на его губах или рубашке? Они знали, что он только что сделал? Могли ли они видеть это в его глазах? Отчаянно пытаясь сморгнуть слезы, Питер старался держаться как можно дальше от других пассажиров, чувствуя себя запятнанным и… недостойным. Придя домой, он сразу же рванул в ванную, лишь быстро пробормотав: «Привет» тете Мэй по дороге. Он провел почти пятнадцать минут, пытаясь очистить рот от неприятного вкуса Бека с помощью воды и зубной щетки, а затем мыл руки, пока они не начали болеть. В итоге, Питер долго принимал душ, но это почти не помогло. Он все еще чувствовал себя грязным. Когда он, наконец, вышел из ванной, Мэй уже ждала его, тревожно нахмурив брови. — Все в порядке, милый? Ты выглядишь немного… болезненно. Радуясь, что есть оправдание, Питер кивнул: — Д-да, я… не очень хорошо себя чувствую. Думаю, я лягу спать пораньше, — пробормотал он, глядя в пол, потому что не мог смотреть ей в глаза. Не после того, что он позволил Беку сделать… — Не хочешь поесть? Я приготовила пасту, — спросила она, но Питер быстро покачал головой. Еда была сейчас последним, чего он хотел. — Нет, спасибо, правда, но я не голоден. — Хм. Ты так давно не болел, я начала надеяться, что укус паука сделал тебя устойчивым к подобным вещам, — Мэй вздохнула, потянувшись к щеке Питера. Он отклонился, коротко взглянув на нее виноватыми глазами: — Я-я уверен ничего серьезного. Я просто немного устал. — У тебя еще и голос немного охрип, — сказала она, заставив желудок Питера скрутиться. О боже. Его горло и правда болело от того, что сделал Бек… — Я очень надеюсь, что ты не подхватил простуду. Приляг, милый, я принесу тебе чашку чая. Позже, когда Питер лежал в постели, все произошедшее прокручивалось в его голове снова и снова, не давая возможности уснуть. Почему он позволил Беку сотворить с ним такое? Он же не был просто маленьким школьником, у которого не было шансов противостоять нападавшему. Он был Человеком-Пауком, черт возьми. Он должен был дать отпор. Но все же он позволил этому случиться. Хотя Питер знал, что Бек держал его в узде с помощью фотографий, он не мог избавиться от ощущения, что он мог хоть что-то сделать, чтобы предотвратить это. По крайней мере, он должен был попытаться уговорить Бека… Но он ничего не сделал, потому что был напуган. Может, Бек был прав. Может, Питер был не более чем ребенком. Незрелым… … И ничтожным.

_________________________

На следующее утро Питер все еще чувствовал тошноту. Практически не спав, он с трудом встал с кровати, выглядя при этом как сама смерть. Он был почти рад, когда Мэй настояла, чтобы он остался сегодня дома, пообещав позвонить в Stark Industries и сказать им, что он слишком болен, чтобы идти на работу. Однако, когда она решила сама остаться дома и вызвать врача, Питер запротестовал, сказав, что не хочет рисковать, если доктор каким-то образом узнает о его необычных способностях. — Со мной все будет в порядке, Мэй. Спасибо, — сказал он, хватая чашку свежезаваренного чая и банан, которые Мэй для него приготовила. Неважно, насколько плохо он себя чувствовал, Питер знал, что должен попытаться съесть хоть что-нибудь. — Хорошо, но обязательно позвони мне, если тебе станет хуже или что-нибудь понадобится, ладно? Кивнув, Питер быстро удалился в свою комнату, прежде чем она могла попытаться обнять его или поцеловать, как она до сих пор иногда делала. Через час у Питера заурчало в животе, поэтому он очистил банан и поднес его к губам, открыв рот, чтобы… «Блять, да… открой шире и соси его, шлюха.» Со сдавленным всхлипом Питер выронил банан, пытаясь заглушить рычащий голос Бека. «Твой ротик действительно похож на рай… Скажи мне, ебаная шлюха, сколько членов ты уже отсосал?» «Ты представляешь Старка прямо сейчас? Уверен, ты бы с удовольствием давился его членом.» Не в силах проглотить ком желчи в горле, Питер бросился в ванную. Он едва успел добежать до туалета, как его снова вырвало. Отлично. Просто отлично. Хоть он и понимал, насколько это нелепо, Питер выбросил банан, испытывая полное отвращение к себе сразу по всем статьям. Однако, выбрасывая вполне хорошую еду, он был еще не пробил нижнюю планку… В 11:00 Питеру поступил звонок с неизвестного номера. Боясь, что это может быть Бек, Питер не взял трубку. Он пожалел об этом, как только получил текстовое сообщение сразу после того, как звонящий сдался. Ему пришлось сделать несколько спокойных вдохов, прежде чем он набрался смелости открыть его, и заскулил, когда прочитал: «Никто не любит лжецов или трусов, Питер.» Прежде чем Питер и подумать не успел об ответе, телефон снова зазвонил. Зная, что лучше не станет, если он и дальше будет игнорировать, Питер в конце концов взял трубку, его сердце билось так быстро, что кровь стучала в висках. — Д-да? — Болен, да? — это действительно был Бек, угрожающе рыча. — Насколько я глуп по-твоему? — Я не… М-мэй настояла на том, чтобы я остался дома, потому что я… потому что меня вырвало. Спросите ее, если хотите. — Тебя вырвало? Трудно поверить, учитывая, насколько жадным ты был вчера, — Бек издал злорадный, циничный смешок, но его голос быстро стал снова серьезным. — Убедись, что завтра ты будешь здесь, или ты знаешь, что произойдет. И никому ни слова. Не забывай, что мои друзья ожидают моего сообщения каждые тридцать минут. Еще до того, как Питер попытался бы уговорить Бека, мужчина закончил звонок, оставив его трястись в отчаянии. Он не мог позволить Беку снова шантажировать и… насиловать его, но что он должен был сделать? Если бы Питер обратился в полицию, они, вероятно, арестовали бы его на месте. Не потому, что они не любили Человека-Паука — а они его любили — но у Питера возникало ощущение, что в словах Бека была какая-то истина. Если бы они знали, что Человек-Паук на самом деле был Мальчиком-Пауком, они, скорее всего, попытались бы положить этому конец. Не говоря уже о том, что они не смогли бы защитить тетю Мэй от всех преследующих ее плохих парней, если бы они знали, кто он такой. Единственным человеком, который мог помочь Питеру, был Тони, но ему было слишком стыдно за то, что уже произошло, чтобы рассказывать об этом. Более того, все это (также) происходило потому, что Бек совершенно ясно показал Питеру то, чего он никогда не принимал во внимание — что Тони будет привлечен к ответственности за нарушение Питером Заковианского Договора. Нет, Питер должен был решить эту проблему самостоятельно… каким-то образом… и пока он этого не сделал, ему придется играть в игру Бека и надеяться, что ему в конце концов надоест и… он прекратит. Поэтому Питер изо всех сил пытался выглядеть здоровым и жизнерадостным, когда Мэй вернулась домой, уверяя ее, что он уже чувствует себя намного лучше. Недоверчиво нахмурив брови, она сказала, что утром решит, достаточно ли Питер здоров, чтобы вернуться на работу. Стараясь держаться бодро, Питер заставил себя поужинать, несмотря на то, что страх перед завтрашним днем пожирал его изнутри, из-за чего ему было трудно сдерживать тошноту. После очередной бессонной ночи Питер отчаянно старался убедить Мэй, что он чувствует себя совершенно здоровым: — Я просто пол ночи не спал, играя с Недом в видеоигры, — соврал он, настаивая на том, чтобы она отпустила его на работу. — Я в порядке, клянусь. Обещаю, что вернусь домой, если мне снова станет хуже. Пожалуйста, Мэй, сегодня мы собираемся сделать что-то действительно крутое. Он чувствовал себя ужасно, солгав ей, но он был уверен, что у него нет выбора. Час спустя Питер нехотя притащил себя в офис, так тяжело дыша, что у него вот-вот начнется приступ удушья. Команда уже была там, с улыбкой приветствуя его. — Питер! — Бек заговорил первым, устремившись к нему с фальшивым, заботливым взглядом. — Как ты себя чувствуешь? Я не ожидал, что ты вернешься к работе на этой неделе. Питер опустил взгляд, не в силах смотреть в глаза этому мужчине. — Мне… лучше, спасибо. — Хм… Ты уверен? Ты все еще выглядишь немного бледным. Питеру пришлось прикусить язык, чтобы не покрыть Бека трехэтажным матом. Какой же он мудила. Смотря в пол со слезами на глазах, Питер сказал: — Да, я в порядке. Просто… устал немного. — Рад это слышать, — сказал Бек, положив руку на правое плечо Питера. Мальчик невольно отпрянул, не желая, чтобы этот монстр прикасался к нему. Услышав очень отчетливый рык, Питер с тревогой взглянул на Бека, увидев опасный блеск в его глазах. Понимая, что он только что облажался, Питер быстро натянул фальшивую улыбку: — В-в любом случае, я очень рад вернуться к работе. — Прекрасно. А вообще, почему бы тебе не заскочить по-быстрому в мой кабинет? Есть кое-что, с чем ты можешь мне помочь, — сказал Бек, от чего у Питера скрутило живот. Пожалуйста, не надо… Чувствуя себя так, словно его сейчас собираются казнить, Питер с трясущимися коленями последовал за Беком в кабинет. Бек закрыл дверь после того, как Питер вошел, заманив его в ловушку. — Нужно ли мне беспокоиться, Питер? — прорычал он, угрожающе наклоняясь вперед. — Н-нет, не нужно, — сказал Питер. Он все еще немного вздрогнул, когда Бек схватил его за подбородок, запрокинув голову так, что он был вынужден смотреть в глаза мужчины. — Хорошо. Знаешь, мне очень понравился твой ротик. Было бы очень жаль, если бы его заперли, — затем он наклонился, будто намереваясь поцеловать Питера. В панике мальчик выдавил из себя: — М-мэй больше не позволит мне работать сверхурочно, — он почти вздохнул с облегчением, когда Бек остановился, его губы были всего в нескольких дюймах от губ Питера. — Что? — гневно сузив глаза, Бек зарычал. — Ты держишь меня за идиота? — Н-нет, вовсе нет. Она считает, что я заболел, потому что во вторник так долго работал. Клянусь, Квентин, я ничего ей не говорил. Я решил, что вы… н-не обрадуетесь этому, так что я попытался изменить ее мнение, но она не передумала. — Ну, ей же не нужно знать, не так ли? — прошипел Бек, крепче сжимая подбородок Питера, пока ему не стало больно. — Скажи ей, что собираешься встретиться с другом после работы или что-то в вроде того. Учитывая, что ты обычно летаешь по городу на паутине во второй половине дня, я уверен, тебе не составит труда придумать отмазку, верно? Мысленно ругаясь про себя, Питер пытался думать. Бек не в курсе, что Мэй знала, что он Человек-Паук. Пусть он и дальше остается в неведении. — Д-да, обычно она думает, что я со своим лучшим другом, но он сейчас на Гавайях до конца следующей недели. А у меня… больше нет друзей. — Тогда скажи ей, что у тебя появилась гребаная девушка, — с угрожающим выражением лица Бек приблизился к Питеру. — Меня не ебет, что ты скажешь ей, но ты будешь оставаться на работе столько, сколько я захочу. Ты теперь мой, ты понимаешь это? Когда Питер не дал ответа, Бек повторил свой вопрос, шипя так яростно, что Питер почувствовал мелкие капли слюны на своем лице. На его глазах навернулись слезы. — Д-да. Я понимаю. Наконец Бек сократил расстояние между ними, заглушив всхлипы Питера в собственническом и ненасытном поцелуе.

_________________________

Остаток недели прошел словно в тумане. Не в силах сосредоточиться, Питер совершал ошибку за ошибкой в поставленных перед ним задачах, бормоча дурацкие извинения всякий раз, когда кто-то из коллег интересовался по этому поводу. Все, о чем он мог думать, это ощущение губ Бека на своих, язык и член Бека у него во рту, и пальцы Бека, пробирающиеся под край боксеров Питера, касаясь его в местах, которых никто не касался. Дома он избегал Мэй, насколько это было возможно, но она, казалось, все же замечала, что что-то не так. — Поговори со мной, милый, пожалуйста, — сказала она с беспокойством во взгляде во время завтрака в пятницу. — Что с тобой происходит? — Ничего, — пробормотал Питер уже где-то в сотый раз. — У меня просто проблемы со сном, вот и все. Он осознал, что у него проблемы, когда Мэй действительно запретила ему работать сверхурочно, приказав с этого момента идти сразу домой. — Я знаю, что по пятницам ты обычно ходишь в Башню Мстителей, но я уверена, что мистер Старк поймет, если ты один раз не придешь. И никаких паучьих дел, пока ты нормально не поспишь хотя бы несколько ночей, ладно? — мягко добавила Мэй. — Я даже представлять не хочу, что может случиться, если ты будешь гнаться за каким-то бандитом, совсем уставший. Ты не пуленепробиваемый, Питер. Питер угрюмо кивнул. Он все равно не мог представить себя лицом к лицу с Тони. Или спасая людей, когда он даже себя спасти не мог… Как и ожидалось, Бек был недоволен: — Ты наказан? — Да, — сказал Питер, пытаясь придумать правдоподобную ложь. — Мэй, эм… хотела, чтобы я вчера сразу пошел домой, но я задержался, так что теперь она… очень злится на меня. У Питера появилась идея, и он добавил: — Еще она пригрозила, что позвонит мистеру Старку и скажет, что я больше не смогу приходить на работу, если я не пойду на поправку. Ругаясь, Бек стал наворачивать круги по комнате. В конце концов, он остановился и прошипел: — Хорошо. Больше никаких сверхурочных. А теперь проваливай и займись чем-нибудь полезным, мне надо подумать. Едва сумев скрыть облегчение, Питер поспешил на свое рабочее место. Может, теперь все закончится? Питер знал, что Бек не станет его трогать в то время, когда остальные члены команды были здесь; слишком велик риск, что их застукают. К сожалению, надежда Питера на свободу испарилась через 30 минут, когда он получил сообщение от Бека: «Встретимся на восемнадцатом этаже в 11:30. Если кто-нибудь спросит, куда ты идешь, скажи, что я попросил тебя выполнить одно поручение.» Зная, что у него нет другого выбора, Питер выполнил то, о чем просил его Бек. Когда он вышел из лифта в 11:30, Бек уже ждал его. — Этот этаж освободили две недели назад, потому что его будут ремонтировать ближайшие несколько недель, — сказал он с самодовольной ухмылкой, указывая на снесенные внутренние стены. — Тем не менее, рабочие не начнут до середины августа, а это значит, что мы имеем все это пространство и, даже лучше, уборные в нашем распоряжении. Разве это не потрясающе? Питер сглотнул. — Д-да. Потрясающе.

_________________________

Неделю спустя, колени Питера были все ободраны от стояния на холодных плитках в туалетных кабинках по крайней мере один раз — иногда дважды — в день. Никто из команды не спрашивал, почему Питер внезапно стал приходить в офис позже, чем обычно, и никто не спрашивал, почему они с Беком иногда исчезали почти на пол часа. Они, наверное, даже не замечали. Чем бы Питер не занимался, ничего больше не приносило радости. Чувствуя пустоту внутри, он пытался избегать не только тети Мэй, но и Неда, проводя бесчисленные часы в своей комнате, рыдая и смотря в потолок. Но Мэй так и не переставала волноваться, и Питер ухватился за идею Бека, что он влюбился на работе в стажерку, которая ему отказала. То же самое он сказал Тони, когда тот позвонил ему в четверг вечером, спрашивая Питера, почему он ничего не слышал от него почти две недели. — Вот черт, звучит хреново. Мне жаль, карапуз, — сказал Тони с нехарактерным для него сочувствием. — Как насчет того, чтобы ты рассказал мне все завтра? Мне очень тебя не хватало на прошлой неделе. «Я ни секунды не сомневаюсь, что он любит дрочить, представляя эти нежные розовые губы, жадно обхватывающие его член.» — Питер? — спросил Тони, когда Питер продолжил молчать. Дрожа, мальчик пытался взять себя в руки. — Я бы… с удовольствием, мистер Старк, но я… — Никаких отговорок. Завтра в 15:00, как всегда. Если твоя тетя не разрешит, скажи мне, чтобы я мог вразумить ее. Тебе нужно выбраться и немного повеселиться. Не прошло и суток, как Питер оказался перед Башней Мстителей, тяжело сглатывая и стоя как вкопанный перед входной дверью. В глубине души он знал, что Бек несет чушь. Тони никогда бы не причинил ему вреда. Тем не менее, это не означало, что внутри Питера не было той запутанной и испуганной части, которая не могла не задаваться вопросом, не фантазировал ли Тони хотя бы о том, чтобы сделать с ним то мерзкое дерьмо, что делал Бек. Сделав глубокий вдох, Питер в конце концов начал двигаться вперед, вздрогнув, когда автоматические двери открылись. Охранники знали, кто он, так что они пропустили его вниз без каких-либо вопросов. Тони уже был там, сияя улыбкой, когда Питер вошел в лабораторию. — О, это мой любимый юноша! Рад, что ты вернулся, не могу дождаться, чтобы показать тебе… — Тони остановился, глядя на Питера широко открытыми глазами. — С тобой точно все в порядке? Ты выглядишь… — … Дерьмово? — предположил Питер, пытаясь выдавить из себя улыбку. — Как я сказал, у меня была пара тяжелых дней. Эм. Недель, вообще-то. Все нормально. Просто хреново, что моя ускоренная регенерация не распространятся на душевную боль. Тони настороженно смотрел на него несколько секунд, прежде чем фыркнул, качая головой: — Блин, малой… Приятно видеть, что ты, по крайней мере, все еще отпускаешь шутки. Слушай, я знаю, что тебе сейчас плохо, но я даю слово, однажды ты найдешь того, кто тебе подходит. Знаешь, как говорят: Не важно сколько раз ты упал, важно сколько раз ты поднялся. Тони улыбался ему так заботливо и так искренне, что Питер почувствовал, как на глаза навернулись слезы. — Спасибо, мистер Старк, — сказал он, быстро опустив взгляд, чтобы Тони не видел, насколько он был подавлен. — Так, над чем вы работали? Тони с энтузиазмом показал Питеру новую модификацию его костюма. Питер старался держать дистанцию, находясь рядом с Тони, который был слишком занят своим гаджетом, чтобы это заметить. Когда он закончил все объяснять, мужчина попросил помочь ему. — Как дела на работе? — спросил Тони после нескольких минут возни в непривычной тишине. — Над чем вы, ребята, трудитесь? — Все… замечательно. Сейчас мы в основном работаем над очками дополненной реальности. Краем глаза Питер заметил, что Тони смотрит на него. — Не похоже, что ты все еще в восторге от стажировки. — Нет, мне все нравится. Просто… я не знаю. В последнее время не было ничего особенного. Трудно сосредоточиться, когда в голове только… она. — Хочешь поговорить об этом? — предложил Тони, но Питер покачал головой. — Нет, но спасибо, мистер Старк. Я очень ценю это. — Ладно. Но если ты передумаешь, я всегда готов тебя выслушать. Питер поднял голову, съежившись под проницательным взглядом Тони. Подозревает ли он, что Питер что-то скрывает? Или он просто ждет возможности нанести удар, как сказал Бек? Питер вздрогнул, когда Тони осторожно положил руку ему на плечо. — Что бы ни случилось, ты можешь поговорить со мной. В любое время. Обещай, что скажешь мне, если тебя что-то побеспокоит, хорошо? Отстранившись от руки Тони, Питер сказал дрожащим голосом: — Х-хорошо. Обещаю.