День 4
6 октября 2022 г., 19:53
***
Ранее утро. На улицах города сумерки. Холодный ветер бил по щекам, заставляя плотнее кутаться в накидку, а изо рта выходил белый пар, который мгновенно растворялся, тянувшись к небу. Торговые лавки только-только начинали открываться. Лалиса брела по городским улицам вслед за понурой фигурой подруги. Софи упросила у Мадам Хитч выходной. Та с пониманием отнеслась к ситуации. - Куда мы идём? - Спросила Лалиса, молчаливо крадущуюся по закоулкам подругу. - К доктору. - Но госпиталь в другой стороне. - Лалиса не так хорошо знала город, но была уверена, что в трущобах, куда вела ее Софи, никакой больницы не располагалось. - Мы идём на дом. Этот доктор принимает таких посетителей, как я. Горничных, служанок, кухарок, проституток и прочих, кто не способен пойти в больницу. Они остановились перед ветхим домишком в два этажа. Здание было тёмным и невзрачным, повидавшим время. Софи явно нервничала взбираясь по ступеням, что отзывались треском прогнившего дерева. Девушка нервно озиралась, пытаясь скрыть лицо в капюшоне. Люди снующие то тут, то там, довольно сомнительного вида, оглядывались на таинственных незнакомок, неуверенно топчущихся у дверей. Дверь отворилась. На пороге стоял немолодой мужчина. Он хмуро оглядел гостей, собираясь захлопнуть дверь, Софи бросилась к проему. - Пожалуйста! Мне посоветовала Вас одна знакомая. - Живо шептала она. - Я больше этим не занимаюсь! - Громким шёпотом проговорил мужчина, пытаясь закрыть дверь. - Если Вы не поможете, мне остаётся только умереть! И я не уйду, пока не добьюсь своего. - Голос Софи был твёрд и отчаян. Мужчина окинул их обеих злым взглядом. - Знаю я таких. А после передумаете и пойдете в полицию, обвинив меня. - Я заплачу. Мне это… - Она сделала многозначительную паузу, пронзительно заглядывая ему в глаза. Он кинул взгляд вниз. - Не нужно. Прошу Вас. В помещении темно и холодно. Лалиса поёжилась, когда дверь за спинами закрылась. - У меня столько нет… - Дрожащим голосом произнесла Софи. - Тогда уходите. - Он ухватился за ручку двери. Лалиса засуетилась. Она вытащила свой кошель - мешочек из кожи, затянутый веревкой. Он был достаточно худ. Доктор усмехнулся. - За копейки больше не работаю. Приходят одни и те же, по несколько раз за год. Слухи уже распространились по всему району. Такими темпами за мной выедет карета в один конец. Лалиса развязала мешочек, вытащила кольцо. Софи и доктор вытаращили глаза. - Ждите здесь. - Он удалился, быстро вбежав по лестнице наверх. - Лалиса… - Не веря своим глазам, произнесла Софи. - Это же то самое фамильное кольцо Госпожи… - Медленно с придыханием говорила Софи. - Неужели это ты его украла… Грету ведь выгнали… - Софи схватилась за голову. Ее замутило, ноги подкосились. Лалиса придержала девушку за локоть. - Я думала, чем тебе помочь. Деньги всегда пригодятся. - Софи подняла на неё взгляд полный слез. - А когда ты попросила сопроводить тебя к врачу, взяв с собой сбережения, я решила взять и свои на всякий случай. Как видишь, не зря. - Спасибо. - После некоторых раздумий поблагодарила Софи с трудом хватая ртом воздух. Врач вернулся очень скоро. На голове врачебная шапочка, белый халат, перчатки до локтя. Он провёл их вниз, в подвал. Там попросил Лалису остаться снаружи. - Мне так страшно. - Софи прижалась щекой к груди подруги. Все ее тело сильно трясло. Она цеплялась дрожащими пальцами, ища спасительную опору. Лалиса взяла холодные ладони Софи в свои руки. Крепко их сжала. Страх Софи был почти осязаем. Взгляд блуждал из стороны в сторону, но Лалиса знала, что переубедить подругу не получится. - Заходите. - Голос доктора заставил обеих расцепить объятия. - У вас ведь есть лицензия? - Обратилась Лалиса к мужчине, когда фигура подруги исчезла в дверях комнаты. - С тех пор, как я провожу подобные операции, нет. - Он вновь усмехнулся, будто сказал что-то очевидное. - Стойте! Тогда как же…! - Она схватила его за рукав халата останавливая. - Послушайте. - Строго проговорил он, резко вырывая рукав. - Вашей подруге все прекрасно ясно, коли она по рекомендации, а теперь попрошу Вас не мешать. - Он с грохотом захлопнул дверь перед ее носом. - Будьте аккуратны. - Прошептала девушка в пустоту. Прошёл ни один час, прежде чем дверь отворилась. Лалиса успела сгрызть все ногти. Подумать о самом страшном. Протоптала бы дорогу на этаж ниже, если бы вместо деревянных дощечек под ногами была земля. Она собиралась прорываться внутрь и наконец разобраться в чем дело, спасать подругу. Но тело Софи буквально само упало в ее руки. Руки врача по локоть в крови. Он буднично обтирал их полотенцем. - Забирать будуте? - Нет. Софи была не в себе. Пот стекал со лба. Девушка едва стояла на ногах. Практически висела на шее Лалисы. С трудом они вернулись в поместье. Софи не размыкая глаз, лежала в постели. Тяжелое дыхание, быстро вздымающаяся грудь. Разгоряченное тело металось по постели в дрожи и судорогах. - Не нужно никого звать. Никто не должен узнать об этом, хорошо? Обещай. - Лалиса кивнула. - Я подписала бумагу у доктора, что сама обо всем просила. Не вздумай туда ходить. - Прежде чем упасть в объятия небытия, предупредила девушка. Это последнее, что Софи сказала, перед тем как впасть в агонию. Всю ночь Лалиса провела у ее постели. Лишь по утру отлучившись, для смены воды. Первые рассветные лучи не успели выглянуть изо горизонта. Лалиса несла кадку с водой наверх, когда неожиданный звук вынудил ее остановиться. Она поставила кадку на пол. Пара капель холодной воды выплеснулась на начищенный паркет. Девушка прошла в конец коридора к приоткрытому окну, выглянула наружу. Ким Тэхён с низким стоном вбивался в нежное тело девушки, тесно прижимаясь к ней телом. Ким Дженни царапалась обнаженной спиной о шершавую кладку дома. Пока брат грубо входил в ее тело, скользя своей грудью по обнаженной женской груди, она впивалась ногтями и зубами в руки и плечи парня, оставляя кровавые борозды, которые тут же слизывала. Он брал, а она отдавалась. И все это выглядело так, словно являлось чём-то обыденным для родственников. Громкое звуки наслаждения - тяжёлого дыхания, стонов, шлепков, наполняли весь двор. В порыве животной страсти, брат с сестрой сливались в единое целое и тонули вместе, опускаясь на самое дно. И похоже не боялись быть застигнутыми врасплох. А может в глубине души тайно желали этого, нарочно привлекая внимание. Лалиса отшатнулась. Тошнота подступила к горлу так некстати. Она вернулась в комнату, пытаясь забыть все, что видела. По утру Софи так и не пришла в себя. Лалиса оглядела бледное лицо девушки, протерла свои сонные глаза. Решив умыться, вышла из комнаты. В поместье кипела жизнь. Лалиса склонилась над бочкой на заднем дворе. Морозная свежесть бодрила. На шею опустилась тяжелая рука и надавила. Девушка по пояс оказалась в воде, утопая в бочке. Рука продолжала сжимать шею. Ноги Лалисы оторвались от земли, а руки упирались, что есть сил в неровные ржавые края. Вскоре она выбилась из сил, очевидно уступая своему истязателю. Вода заполнила лёгкие. Тогда ее за шею рванули обратно на поверхность. Лалиса шлепнулась на землю. Она судорожно кашляла и хватала ртом воздух. Вода лилась ото всюду: из носа, рта. Низкий голос у самого уха процедил: - Если хоть кому-нибудь расскажешь, что видела, я тебя уничтожу. - С чего Вы взяли, что… - Он оборвал. - Все работающие люди спят, пока одна девчонка бродит по дому, скорбя по умирающей подруге. Но знаешь… Может она прожила бы чуть дольше, если не раздвигала бы ноги, соблазнившись чужим кошельком. Прямо как ты. Не зря говорят: «подобное притягивает подобное». - Вы не можете так говорить о Софи. - Лалиса всхлипнула. Вода продолжала булькать в глубине легких. - Она ведь носила Вашего… - Чёрные омуты пронзили горничную таким диким взглядом, что голос оборвался и застрял где-то в глотке. Чувство животного страха, когда ты понимаешь, что сейчас наступит конец. Если бы можно было убить взглядом - она бы умерла на этом месте самой мучительной смертью. Есть истины, которые нельзя произносить ни при каких обстоятельствах. И это одна из истин Ким Тэхёна. - Я называю вещи своими именами. Надеюсь, ты меня поняла. - Змеей прошипел парень напоследок. Хочешь жить - умей молчать. Лалиса осталась сидеть у бочки. Одинокая и потерянная. Брат и сестра, ненавидящие друг друга, сгорали от страсти. Запретной и порочной. Дженни так или иначе выдадут замуж. А Тэхен, постепенно сходящий с ума, бросается на все, что видит. Она не испытывала к ним жалости. Лишь злость.***
- Так ваша подруга познала любовь? - Бархатный голос вернул ее в реальность. - В то время Софи сияла так, как никогда прежде. И видимо по-настоящему верила в чудо, но оно оказалось ядом. - В этом не было ее вины, как и Вашей. - Верно. Это место изначально было отравлено. - Лалиса замерла, утопая в собственных мыслях. Доктор Финберг накрыл ее руки своими. Девушка вздрогнула, обратив на него свой взгляд. Обычно сидевший в кресле напротив, теперь мужчина сидел рядом. Их бёдра соприкасались, и в тех местах горели огнём. Его глубокий взгляд пробирал от макушки до пяток, заставляя ее нутро сжиматься, а лицо предательски краснеть. Холодный голубой цвет глаз почему-то казался самым тёплым. Тонкие морщинки у уголков глаз придавали взгляду мягкости. Щетина, словно доктор не брился пару дней, делала образ мужчины домашним и неряшливым. Даже в какой-то степени по-детски дурашливым, хотя он значительно старше неё. Лалисе захотелось прикоснуться к мужскому подбородку, ощутить колкость кончиками пальцев. Зарыться в копну светлых волос. Прильнуть к шее, вдыхая терпкий запах. Ни один мужчина не будоражил ее настолько, насколько способен доктор Финберг. Сейчас он казался ей таким близким и далёким одновременно. Жар чужой близости только распалял. Он протянул ладонь, заправив непослушную прядь волос за ухо. Резко выдохнул, горячим дыханием опаляя кожу уха и нежной щеки. Она едва уловимо вздрогнула, ощутив его пальцы, которые прежде не касались подобным трепетным образом. Мужчина будто ненароком скользнул пальцами по шее девушки, оглаживая помутневшим взглядом бархат ее кожи. Тёплые губы мучительно медленно прижались к шершавым женским пальцам, а ухоженные и мягкие пальцы доктора огладили их самым нежным и трогательным образом, словно хрупкую скульптуру, что может рассыпаться от любого неверного движения. Лалиса почувствовала разливающееся тепло внизу живота и подскочила, ошеломлённая необычными ощущениями. Последний раз она испытывала это… на кухне… с Ким Тэхеном. В голове вспыли воспоминания. Стало мерзко. - Простите. - Взволнованно и вместе с тем растерянно произнёс Доктор, словно он и сам был шокирован своим поведением. - Я не должен был… - Да. Я тоже. - Его реакция смутила Лалису. Она поджала губы и отвернулась, пряча лицо от чужого проницательного взгляда.***
Когда Лалиса вернулась в комнату, вся взмокшая и дрожащая от холода, как осиновый лист, Софи продолжала спать. Ткань ночной сорочки неприятно липла к телу, пошло просвечивая, благо только до пояса. - Софи? - Позвала Лалиса подругу. Девушка присела перед ней на корточки. Легонько коснулась бледного лба. Взгляд пробежался по лицу, которое сейчас было не просто бледным, а белым как лист бумаги. Пальцы обеспокоено скользнули вниз по щеке. Сердце упало в пятки. Лалиса ухватилась за край одеяла. Встала. Резко сдернула его вниз. Софи лежала в луже собственной чёрно-красной крови. Воспоминания нахлынули на Лалису одной сплошной волной. Как в детстве она видела тоже самое. Залитые кровью ноги, нечто в помойном ведре. Она не могла закричать или позвать на помощь. Заплакать тоже не могла. Лишь молча продолжала смотреть, одолеваемая волной чувств, с которой справиться была не в состоянии.***
- Доктор, ещё чаю? - Миссис Вуд зашла в комнату с подносом. На нем звенел небольшой чайничек и кое-что из столовых приборов. - Хватит на сегодня чая. - Многозначительно бросил мужчина, исподлобья кидая острый раздражительный взгляд. Выглядел он помято. Без привычного лоска, что выдавало в нем столичного Господина. Идеальная укладка, подобранный безупречный костюм, а главное свежий вид. Это то, чем более он похвастаться не мог, полностью уйдя в работу. С признаками беспокойного сна на лице. Этот бардак в жизни и голове проявлялся и в одежде. Оттянутый галстук висел петлей на шее. На рубашке пара расстёгнутых верхний пуговиц. Помятый пиджак и такие же брюки. Миссис Вуд считала, что преступница изводит доктора. Она могла только догадываться, что происходит за закрытыми дверями, где обговариваться «конфиденциальная информация личности», но даже представить не могла, насколько была права. Время перевалило за полночь. Доктор пытался сконцентрироваться на работе, омраченный мыслями и реакциями на молодую преступницу. Чем дальше, тем сложнее удерживать внимание на чём-то помимо неё. Он то и дело возвращался к ее ловким вяжущим пальцам, непослушным прядям волос, пухлым губам и взгляду полному глубокого одиночества. Почему она заставляет его тело трепетать и отзываться на каждое движение, он не мог найти ответа. Это было невыносимо. - Вы не устали? - Вошедшая женщина прервала его раздумья. Она приносила чай уже второй раз за час. Ночью, в одной сорочке. Весьма интересно оголяющей верхнюю часть тела, не давая никакого полёта фантазии. Он встал из-за стола, собираясь выпроводить Миссис Вуд из комнаты под случайным предлогом, но ноги подкосились, и он рухнул на пол. Перед глазами поплыло. - Ну, наконец-то! А я уж решила, что не действует. - Женщина опустила поднос на стол, не заботясь о документах на нем. Не теряя времени села сверху на бедра мужчины, тем самым прижимая тело к полу. - Ч-что Вы-ы делаете? - Не внятно промямлил доктор, пытаясь подняться, но тело ему не подчинялось. Он чувствовал себя, как после бурной пьянки. - Я кое-что добавила в Ваш чай. - Тяжело дыша начала женщина, расстегивая ремень и ширинку мужских брюк. - Не бойтесь, здесь все точно нормально. Хотите Вы или нет, но организм сработает, как нужно. Я советовалась с «людьми». - Миссис Вуд надавила в области паха, и к своему удивлению доктор убедился в правдивости ее слов. - Я так долго этого хотела. Вы не пожалеете. Вмиг перестанете думать о всяких глупостях вроде той преступницы. - Она приподняла бёдра и резко опустилась, звонко простонав от горячего органа, распиравшего ее естество изнутри. Он удивился снова, ощутив влажность, окутавшую его. - Я как Вас увидела сразу поняла, что Вы моя судьба, а я Ваша. С мужем мне совсем не повезло. Я молода, и Вы свободны. Все в городе только и говорят о Вас доктор. Но они не знают, что Вы уже мой. - Она резко двигалась на нем. Лямки ночной сорочки поползли вниз, поэтому женщина недолго думая скинула их. Схватила мужскую кисть и прижала к своей полной груди. Тяжелая прыгающая грудь с крупными розовыми ореолами, сильные шлепки кожи о кожу. Миссис Вуд таяла и сгорала от мучившего ее желания. Доктор Финберг ощутил контроль над своим телом, когда Миссис Вуд замерла и вздрогнула, расплывшись в довольной улыбке. И даже сейчас его не покидала мысль о преступнице. Как юное тело содрогалось бы от наслаждения. Она намного тоньше. Та, которую боишься сломать, а потому держишь с особым трепетом. Ее тело более гибкое и нежное. Он вспоминал ее румяное лицо. Представлял дрожащие пальчики, которые усердно хватались бы за него, ища поддержки и прося о разрядке. Загнанный в ловушку взгляд, просящий лишь об одном. Чувственные губы, которые он заметил ещё при первой встрече. Он впал в ярость, настолько неясную и отчаянную, что сам себя не понимал. Казалось, будто кто-то перекрыл кислород. Мужчина с силой сжал руку, в которой лежала мягкая грудь. Она растеклась сквозь пальцы, отчего Миссис Вуд болезненно вскрикнула. Доктор Финберг поднялся и опрокинул женщину на спину. Не давая времени на раздумья вошёл полностью одним резким сильным движением, выбивая из женщины весь дух. Она обхватила его ногами, пока мужчина сжимал ее грудь и входил в податливое тело, выбивая из него громкие раскатистые стоны удовольствия. Но даже в этот момент он мог видеть только лицо и тело молодой преступницы так прочно засевшей в его голове. С каким бы остервенением он не мял и вдалбливался в тело женщины, как бы громко она не отвечала взаимностью, он видел совсем другую.
