В тридесятом царстве

Ты не бойся ни сна, ни морока - В чистых сумерках вечности гладь. В чистом поле, под звёздным пологом Искр света не сосчитать. Анна Фурман.

В сказке Жизнь Динкина в Тридесятом царстве, действительно была сказочной. Размеренная, спокойная и в своё удовольствие. С Ягой стали не разлей вода, играли в карты, гоняли на ступах наперегонки, гномы ягоды приносили, Водяной рыбкой баловал, подкармливал. Прошел уже месяц и Диана вполне освоилась в новых условиях. Да и наряды нравились, уж больно полюбились ей сарафаны с рубахами. И всё бы хорошо, но изнутри Диану съедала необъяснимая тоска. Ночами снились странные сны, самый яркий был накануне. Снился дом, перед домом лужайка, на которой сидит она, Диана, а маленькая девочка несёт ей мячик и просит поиграть, с радостным визгом из дома выбегает мальчик, приблизительно ровесник девчушки. Они играют в мяч, дурачатся, им весело и хорошо. Дети – Артем и Марта, а из окна выглядывает женщина и зовёт их всех в дом: «Непоседы, обед готов! Быстро мыть руки и за стол!» Лица женщины Диана не видит, как ни старается, не может разглядеть. Вот они на кухне, женщина стоит спиной, из ворота рубашки выглядывает шея, манящая и беззащитная, Диана походит, нежно обнимает за талию, ведёт губами по шее, спускается по плечу, насколько позволяет ворот рубашки. Щекочет дыханием ухо, задевая зубами мочку. Женщина смеётся: «Щекотно, Динечка! И, дети же смотрят!» Динка просыпается в поту, низ живота налит тяжестью, тело напряжено, в голове скачут мысли: «Кто эти люди? На самом деле они были в моей жизни, или это лишь ночные фантазии мозга? Ждёт ли кто в той, другой жизни? Ищет? Или я действительно жила там одна никому не нужная?» Вопросов много, ответов нет. Но это ночь, а днём-то другое дело, время пролетает весело и незаметно. - Ну, что, собралася? И с какого такого перепугу тебе грибов захотелося, голубица? - Не знаю, бабусь, подумала сегодня, а, что я никогда за грибами не ходила? А может и ходила, да только я ж теперь ничего не помню! Пошли! Я вот тут корзинку нашла в чулане, думаю, норм будет! - Тьфу! Слова-то как нерусские ты иногда говоришь! Идут они по лесу, под кусты заглядывают, травку раздвигают, Динка шаг в шаг ступает. - Что ты за мной волочишься, как парень за девкой? Иди вон туды-то, поодаль. Заблукаешь если, аукайся тады! - А какие у вас тут грибы растут? – уточняет Диана, как будто и правда в них разбирается. - Белые, рыжики, подберезовики, подосиновики, вон тама, под соснами маслята попадаются. - Это рыжик? – Динка суёт под нос бабке ярко красный гриб, усыпанный белыми точками. - Нет, это – мухомор! Ядовитый он, брось, и не рви такие больше! - А это рыжик? – в руках у Динки снова красный гриб, но точек на нём видно не было. - Сказала же уже, мухомор! – Яга стала терять терпение, и эта затея с поиском грибов начала её злить. - Ты сказала, что мухомор с красными точками, а на этом их нет! Дуру-то совсем из меня не делай! – Динка развернулась и пошла в другую от Яги сторону, ворча себе под нос, - и без советчиков всяких грибов наберу. - Ты это, Динка, аукайся, тогда, а то рыщи тебя потом по всему лесу. Грибы все попадались какие-то странные и Динке быстро надоела эта затея, она решила, что просто прогуляется по лесу, осмотрит окрестности. Ноги сами привели её на дорожку, вымощенную жёлтым кирпичом, мурлыча себе что-то под нос, Динка вышагивала по дороге, размахивая корзинкой. Вдруг, из-за поворота выскочила мелкая чёрная собачонка и с лаем кинулась на Диану, норовя ухватить ту за ногу. - Э! Э! Ты что? - Динка отмахивалась корзинкой от брехливой собачонки. - Тотошка, Тотошенька! Нельзя, ты чего разлаялся! – из-за поворота показалась странная компания – соломенное чучело, девочка, железный человек со смешной маслёнкой на голове и огромный лев, который трусливо жался к ногам девочки, спрятав хвост у себя под брюхом. - Здравствуйте, вы простите Тотошку, мы здесь совсем недавно и он ещё не обвыкся, - девочка вежливо улыбнулась. - День добрый! Надо бы хоть поводок ему, а то он прямо на людей бросается. Далеко идёте? - В Изумрудный город. Я – Элли, это мои спутники – Страшила, Железный Дровосек, Лев, ну, а Тотошку вы уже знаете. Мы хотим, чтобы волшебник Гудвин исполнил наши самые сокровенные желания, а меня вернул домой к папе и маме. При имени девочки Динка вздрогнула (Элли, Элли), где-то она уже слышала это имя, но нет, не смогла ухватить за ниточку и раскрутить клубок воспоминаний. - А вы? – Динка не сразу сообразила, что девочка обращается к ней. - Я тут в гостях, Диана меня зовут. Погостить вот приехала из…, ну, короче из города. Диана хотела пройтись с этой разношерстной компанией до владений Гудвина, но вспомнив, что он обычный враль, которого занесло в эту страну на воздушном шаре, передумала, но и путникам ничего говорить не стала, не хотелось лишать их последней надежды. Попрощавшись с путниками, Динка увидев прогалок в лесу, направилась туда и вскоре вышла к небольшой речке. Вдоль берега росли камыши, и виднелась огромная коряга. На коряге сидела маленькая иссохшая женщина, хотя явных женских признаков было мало, разве что длинные со слегка синеватым оттенком волосы. Нет, всё же женщиной её можно было назвать с большой натяжкой, волосы спутаны, одежда – настоящие лохмотья, кожа отдавала зеленоватым отливом. Худенькие ручки и ножки цеплялись за корягу, так, что казались продолжением ветвей дерева. И ещё это существо противно хихикало. - Ну, просто пиздец какой-то, чем дальше, тем страшней, прям кикимора болотная! – пробормотала Динка и осмотрела это странное создание с ног до головы. И уже вслух спросила: " Надо мной смеётесь?" - А над кем же ещё? Вдвоём мы тут с тобой, - голос противно шелестел и иногда поскрипывал, как старая несмазанная дверь. - И, что же во мне такого смешного? – Динка оглядела одежду, вроде все нормально. - Что тебе дома не сиделось, зачем сюда попёрлась? Ищешь всё счастья неземного, сама от себя бегаешь, суетишься. Сказки всё хочешь? Было у тебя и счастье, и сказка, и любовь неземная, сама ты всё профукала, тьфу! – зашипела Кикимора (как вы все поняли, это была именно она). - Уважаемая! Вы что-то знаете обо мне? А то, мне как бы память отшибло, не помню ничего. Кто я? Откуда? – Динка подошла ближе к камышам, но Кикимора довольно резво развернулась на коряге и нырнула в воду, только круги пошли да всполошённые лягушки устроили звонкую перекличку. Да, разговора не получилось. Динка вздохнула, огляделась, наугад выбрала сторону света и пошла по тропинке, пытаясь найти дорогу к своей избушке. Время уже перевалило за полдень, солнышко припекало, жара усиливалась, есть хотелось, но ещё больше – пить. Но, ни деревень с колодцами, ни родников по пути не попадалось. Виднелись иногда небольшие ямки с водой, но Динка хорошо помнила сказку про братца Иванушку, и даже если бы совсем умирала от жары, пить бы оттуда не стала. Много ли, мало ли времени прошло, вдалеке показались горы, возле которых вилась, петляла речка. Динка прибавила шагу и скоро уже нежилась на шелковой травке, зачерпывая пригоршней, кисель из которого и были берега у этой реки. Отдохнув, с удовольствием искупалась. Вода была чистая, молочного цвета так и манила окунуться. День уже клонился к вечеру, и Диана сама не заметила, как задремала под ракитовым кустом совершенно разморенная. Среди ночи проснулась от того, что откуда-то слышалось тихое девичье пение, выглянув из-за куста, увидела, как посреди реки девушки водят хоровод, луна ярко освещала их ладные фигурки в полупрозрачных рубашках, головы девушек украшали венки. Чаровницы приковывали взгляд, пение манило к себе, Диана уже была готова подняться и пойти на это сладкое многоголосье, как вдруг услышала над самым ухом таинственный шепот: «Не ходи!» Подпрыгнув на месте как ужаленная, зацепившись ногой за длинный подол сарафана, споткнулась, упала, сильно ударилась коленкой о валявшийся камень. - Блядь! – взвыла Динка, - кто здесь? На землю с ветки спрыгнул крупный рыжий котяра. - Мяу, это я, Фармазон.. - Испугал зараза, подкрался главное так незаметно. Что ты там говорил? Почему не ходить? - Так русалки же это. Защекочут, на дно утащат за собой. Заманивают своим пением путников одиноких, - и кот принялся важно вылизывать свои лапки. - А ты чей-то домашний? Я вроде жилья поблизости не видела. - Был домашний, теперь вольный. Ушел я от своей хозяйки, надоело, чуть, что веником по спине. Вот теперь сам себе хозяин. – Кот улегся у Динки на коленях, заурчал, когда она ему почесала за ушком. Так и скоротали они время до утра, уснуть Динка не смогла. Утром кот похлебал молочка из речки, Динка перекусила киселем, и стали решать, кто куда дальше отправится. - На той стороне горы, Баба Яга говорила, Змей Горыныч живет, хочется посмотреть, что за зверь такой, пойдёшь со мной? - Динка вопросительно посмотрела на кота. - Я что, на ненормального похож? Только, так сказать, из лап хозяйки вырвался, а теперь к дракону? Не, ты иди, а я уж лучше здесь на бережку поваляюсь, молока тут вволю, так что задержусь пока. - Ну, как хочешь, - Динка отряхнула сарафан, взяла корзинку и направилась к видневшейся вдалеке переправе. Перейдя по хлипкому мостику, пошла к горе, в которой виднелся огромный вход в пещеру. Притаившись за камнями, разглядывала, сидевшего внутри пещеры сказочного трёхглавого змея. Зрелище было впечатляющим! Горыныч, не то чтобы огромный, а просто очень большой, с тремя головами, в зубах одной была зажата незажжённая сигара, одной лапкой что-то выискивал в рюкзаке, другой держал банку «Балтики» семёрки и вторая голова с жадностью отхлебывала пивко, третья голова мирно дремала. Из-под ног Динки выкатился мелкий камушек и запрыгал вниз. - Кто здесь? А ну выходь! Что хоронишься? Илюша, ты? Или ты, Добрынюшка? Не злите меня пад… богатыри! Выходите по-хорошему! – взревел Змей сразу тремя пастями. Коленки у Дианы затряслись, но она смело шагнула в пещеру. - Это не богатыри, это я. - Ты откуда малявка? Что тут забыла? – громыхал Горыныч. - Я.. это…От Бабы Яги я! Вот! Проведать тебя просила. О здоровье спросить. Не видела тебя давно, беспокоится, - терять Динке было нечего, поэтому врала напропалую. - Присаживайся, мы добрым гостям завсегда рады. Угощайся вот, - и Змей протянул Динке банку пива, которую достал из рюкзака. – Зажигалку вот потерял, у тебя нет случаем? - Нет, я не курю, бросила, - Динка ответила на автомате, даже не задумываясь над смыслом сказанного. – И зачем тебе зажигалка, когда у тебя три огнедышащих головы? - Твоя правда! – Змей повернул голову, кивнул ею, и третья по счету голова приоткрыла пасть и оттуда изрыгнулся сноп огня. - Максим, блядь, сделай потише! Чуть глаза не спалил. А у Дианы в голове тут же зазвучал чуть хрипловатый девичий голос: «Блядь, Максим, сделай, чтоб она не заводилась!» Она не сразу даже расслышала, что Змей обращается к ней, настолько звуковая картинка из прошлого была яркой и даже какой-то осязаемой, как будто имела цвет, запах и вкус. И этот голос, который продолжал эхом звучать в Динкиной голове не давал покоя. - Прости, не расслышала, что ты сказал, - переспросила Динка, открывая банку и делая глоток. - Я говорю, турист заблудился, это его вещь, - Змей кивнул на рюкзак, славно мы с ним время проводили. Вечером – водка, карты, сигары, жаль, девок не было! - А потом что с ним случилось? – Динка почувствовала неладное и бочком, бочком попятилась к выходу из пещеры. - Да сожрали мы его! В карты мухлевал! А вообще-то мы добрые, да Пафнутий? Средняя голова согласно закивала. - Так у каждой головы имя, что ли есть? – удивилась Диана. - А как же! Крайняя от меня – Максим, средняя – Пафнутий, ну, а я – Армагедон, для друзей – Армагедоша. А тебя как звать-величать? Откель родом будешь? - Я – Диана, племянница Яги, из соседнего царства погостить приехала, - Диана подумала, что незачем Горынычу правда. – Засиделась я тут с вами, пора и честь знать, Ягусенька, поди, заждалась меня, - женщина и сама не заметила, как перешла на местное наречие. - Хорошо так сидели, душевненько, у меня ещё пиво есть, угощайся! В картишки потом можем перекинуться! - Спасибо превеликое! Но мне и правда, пора! – Динка откланялась и, что было мочи, понеслась прочь от пещеры, пока Змей не передумал и не бросился за ней в погоню. Бежала по тропинке до самого леса, где и встретила отдыхающего в теньке Фармазона. - Ну, насмотрелась на страшилище? Домой теперь пошли. - Насмотрелась! А ты со мной, что ль собрался? – Диана удивленно посмотрела на кота. - Да провожу тебя, бестолковую, а то боле любопытна, то - русалки, то – Горыныч. Пригляжу, чтоб не стряслось с тобой ничего. А тем временем в Благовещенке Дремавшую в кресле Свету разбудил телефонный звонок, она даже не сразу поняла, что находится в Динкином доме. - Да, Ларис. Да, я у неё дома. Закар ничего не знает и даже не подозревает, где она может находиться. Поговорив ещё немного с Ларисой и пообещав, что в ближайшие дни обращаться в полицию не будет, чтобы не поднимать шумиху вокруг Динкиного исчезновения, Света поднялась в спальню. Не раздеваясь, рухнула на кровать, подгребла к себе Динкину футболку, зарылась в нее всем лицом, втянула носом родной любимый запах и в бессилии зарыдала.