Ночная Инквизиция

Назад: 1 сентября. 2007. Осеннее солнце разливалось яркими лучами по утренней провинции, покрывая теплым светом дома, в которых суетливо собираются и дети, и взрослые. 1 сентября. День Знаний. День расстеряных малышей, воодушевленных родителей и недовольных подростков. День линеек, телевизионного бубнежа об одном и том же: те же речи а школьных дворах, та же духота в кабинетах и солнцепек на улице. Всё оставалось тем же, и всеми вдоль и поперёк изученным, но совершенно новым и волнительным для первоклассников. Камалия в школьном платьице сидела на табуретке, мотыляя ногами. В их с папой однокомнатной квартире не шумел телевизор, но она всё равно прислушивалась: слышала проезжие машины, шум улицы и щебетание птиц. Девочка прикрыла глаза, окунаясь в это спокойствие. В груди слегка трепетало от мысли, что с сегодняшнего дня она будет учиться в школе. По настоящему учиться. Сядет за парту, будет тянуть руку и получать пятёрки. Больше не будет игр в детском саду, но и Камалия настроена серьёзно. К школе она полностью готова, без сомнения. Готова учиться и сражать на повал папу своими пятерками. Он будет ей гордиться ещё сильнее, гладить по голове, как всегда делал, и радушно посмеиваться с её горящих глаз. Из мечтаний её вырвала резкая тянущая боль в затылке, и она тут же вздрогнула от очередной попытки папы заплести ей красивые косы. — Пап, ай, ну больно! - Камалия жмурит глаза, сжимая ладонями колени. — Дочь, ну, я не умею плести косы. - нежно оправдывался папа, стараясь как можно аккуратнее расчесывать её длинные темные волосы. — Давай тогда без кос. Ладно, па?.. Камалия смотрела в зеркало то на себя, то на заботливое лицо папы, на что тот ответил ей тёплой улыбкой. Он отложил расчёску и взял в руки большие белые банты на заколках. — Тогда без кос. - согласился папа, кивая самому себе. Камалия улыбнулась и расслабилась, но когда за окном вспыхнули первые ноты учебной песни в школьном дворе, недалеко от их дома, её сердце снова подскочило. На этот раз, не только в предвкушении, но и в слабом волнении. Она успокаивала себя тем, что папа будет рядом. И Миша, её лучший друг, тоже. И не просто рядом, а с ней в классе. Так что, она не боялась. Она ждала. Ждала с слегка подрагивающими коленками.

***

— Нарядные ученики и ученицы с пестрыми букетами цветов, учителя и родители заполнили школьный двор. Московская область, и не только, встречает школьников и школьниц в свои всегда открытые двери. - торжественно твердила ведущая новостей, иногда заглядывая в листы на столе. Лёша залипал на то, как она говорит, но его глаза сонно моргали, почти готовые завалиться обратно спать. Он почти не вслушивался в её восторженные слова, ведь все его силы уходили на то, чтобы держать глаза открытыми. Одной рукой он придерживая штанину школьных брюк, а другой —облокачивался на диван, находя себе точку опоры. От мысли о начале школы ему было ни горячо, ни холодно. Он не чувствовал волнения или ответственности на своих плечах, только желание вернуться в лето и спать до обеда. Что ему сегодня, конечно, никто не позволил. Из полудремы его вывел быстрый и резкий заход мамы в комнату. Лёша немного подскочил, бросив на маму растерянный взгляд, словно его только разбудили, и быстро натянул штанину, отлипая от телевизора. — Лёш, ну чего ты опять сел, а? В комнату зашла мама и застыла с разведенными руками, открыто показывая недовольство несобранностью сына. — Да мам, я не сел... - бормотал себе под нос Лёша тихо, не желая, чтобы мама зацепилась и за эти слова, став ещё раздраженнее. Если мама и услышала, то ответить ничего не успела, ведь в комнату с радостными криками вбежал трехлетний Дарен, чуть подпрыгивая. — Ещё один! Что ты сюда прибежал? - теперь её недовольство переметнулось на младшего сына, от чего Лёша выдохнул. — Ты поел? Быстро отсюда! - женщина полу-шуточно выгоняла малыша руками, уходя сама. — Лёша, одевайся! Лёша посмотрел в след брату и маме, и замучено простонав, завалился собратно на диван. В соседней комнате храпел папа, совершенно безразличный к празднику старшего сына. В принципе, как и к всему остальному в этом доме. "Он снова пришёл ночью," — думал Лёша, лёжа на диване с закрытыми глазами, пока мама бегала по коридору, пытаясь выглядеть сногсшибательно. Из того, что у неё. было... Но мысли об отце теперь всё чаще вызывали гнев, раздражение и что-то похожее на разочарование. Мальчик едва ли видел его не в попытках вылезти из подростковой мечты и не в ссорах с мамой. Лёша был даже рад, что на линейке его не будет, ведь с каждым днем ощущение, что отца у него вовсе нет только расло. — Лёша, я достану ремень, если ты сейчас не встанешь! - крикнула мама из коридора и Лёша поднялся, хоть и знает, что её угроза ничего не стоит. Она его не била и никогда не начнёт. Пялясь в стену в попытке надеть носки, Лёша думал, что если бы у него была возможность, он умолял бы лето вернуться обратно.

***

— Мальчик мой, красавчик... - женщина гладила по голове, с нежностью поглядывая на охотно кушающего сына. Костя слегка отклонился от таких нежных касаний мамы, пытаясь найти своё отсутствующее личное пространство. — Ну мам.. - буркнул он, практически утыкаясь в свою тарелку. Он любил маму, очень, но старался избегать её чрезмерной ласки, которой всегда было... много. Слишком много. Она переходила ту негласную черту, которую мальчик старался обозначить. Но для мамы Кости этой черты словно вовсе не существовало. — Тань, ничего, кроме первого сентября по телеку нет? Папа беспечно зашел на кухню и поцеловал маму в щеку, после присаживаясь за стол. Та поставила перед ним тарелку и закатила глаза, но наиграно, не со злобой. — Ну, Дим, что ты хотел? - она отвернулась к кухонной стойке, варя привычный ей кофе. — Включишь что-нибудь другое позже. Костя непроизвольно глянул в окно, на пару мгновений отвлекаясь от завтрака. Листья начинали слабеть, но числом ещё брали зелёные, напоминая собой об ушедшем жарком лете, которое они с Сашей провели рисуя и играя у Кости дома. Саша даже как-то пытался научить Уралова играть на скрипке, но никаких уроков Костя оттуда не вынес. Хотя, может и вынес. Первый — Саша ужасный учитель. И второй — скрипка точно не его. Но сама музыка ему нравилась. Он любил её слушать, пока рисует, любил именно вслушиваться и радовался, когда цеплялся за определённое соло (хоть сейчас, будучи таким маленьким, ещё и не знал такого понятия). Он бы хотел научиться играть на чем-то. Но не на скрипке. Точно не на скрипке. — Только кушайте быстрее, мальчики. - попросила мама, собираясь уходить подкрашивать ресницы. — Скоро выходить, а мы с Сашиной мамой хотели за цветами зайти. Свежими! - подметила она, поднимая указательный палец вверх. Костя сразу же отвлёкся от вида за окном и своих мыслей, когда услышал упоминание Саши. Их мамы, конечно, хорошо дружили, но академия, в которую собирался поступать Саша была гораздо дальше, чем их школа. А времени до ленейки сейчас было не так много, а значит... — Где ты первого сентября возьмёшь цветы, ну Тань! - шутливо возмутился папа, жуя омлет быстро, уже почти опусташив тарелку, в отличии от Кости. — У меня есть свои связи. - подмигнула женщина, плавной походкой наконец уходя в коридор. И Костя завершал свою мысль. Сейчас мама Саши и сам Саша должны были ехать в академию, чтобы не опаздать, а вместо этого они собрались встречаться, чтобы купить свежие цветы у какого-то маминого друга... Искра осознания сверкнула в голове и Костя мгновенно оживился. Неужели Саша всё таки уговорил маму? — Саша со мной учится?! - воодушевился Костя, приподнимаясь. Приглушенное стенами "Да." обрадовало его настолько, что папа радушно усмехнулся, опуская взгляд. А следующее "В твоём классе!" завело мальчика окончательно. Уралов быстро уплел сытный омлет, стараясь не улыбаться слишком сильно от мысли, что его лучший друг всё таки сможет учиться с ним в одном классе, как и хотел. Костя любил, когда что-то было по Сашеному. Так, как тот на самом деле хотел. И от мысли, что они с Сашей будут видеться каждый день, учиться вместе и Саша будет там, где хочет... Костя готов был взорваться. Костя с энтузиазмом и папа — скучающе, стояли и ждали пока мама докрасит ресницы, болтая с мамой Саши по телефону. Костя думал о том, что он готов к первому классу. Больше, чем готов.

***

Хриплый смех отца разносился по квартире, и тогда женщина с коротко стриженными чёрными волосами тоже захохтала, завлекая старшего сына в танец. Тот проворчал, но позже тоже тихо засмеялся. Юра смутился, когда мама уже смеялась настолько сильно, что запрокинула голову назад, не отпуская руки сына. Папа рядом активно кружил, придерживая младшего сына, сидящего на шее, за руки. Тот тоже хохотал, иногда утыкаясь в волосы отца. Юра улыбался и не понимал откуда в беременной женщине столько энергии. — Игорь, а сделай громче. - улыбнулась она, приобнимая сына и трепя по голове. Юра опять что-то недовольно пробурчал, пытаясь выкрутиться из маминой хватки — она держала по доброму, но крепко. А папа, шутливо игнорируя её просьбу и сняв Серёжу с шеи, наиграно странными шагами убежал на кухню. — Эй, пап! - немного неразборчего, по детски лепетал трехлетний Серёжа, убегая за отцом. Оля в последний раз закружила сына и поцеловала в лоб, гладя по голове. — Мам, ну всё, хватит, у меня уже голова кругом. - Юра фыркнул, освобождаясь от обьятий мамы, но продолжал улыбаться. — Извини, забыла, что ты у меня совсем взрослый. - смеялась она, на последок взъерошивая волосы сына. — Ладно, пойдём собираться. - мама наконец слабо подогнала Юру ладонью к себе в комнату, отправляя на сборы. Тот показательно закатил глаза, плетясь к двери. — Ну, а как ты хотел, дружочек мой? Придётся теперь каждое утро так вставать. — Мам... - протяжно разочарованно застонал Юра, плетясь в комнату. Мама была слишком радостной и активной для женщины, у которой скоро будет не двое, а трое детей. Но, видимо, как говорил папа, у неё гармоны играли иначе. — Ещё одиннадцать лет так вставать! - крикнула она ему в след и тут же получает ответный крик из комнаты. — Я не буду там одиннадцать лет учится! — Будешь! - протянул в ответ папа, уже из кухни, а Юра снова закатил глаза, пусть никто и не видел. В их семье шум и неразбериха — были постоянными. Поэтому сборы на первое сентября для него не казались особенно суетливыми. Мальчик нехотя подошёл к стулу, на котором висела школьная форма, но тут же оказывается вновь окликнутый отцом. — Только нюни, как девчонка не разводи! Это просто школа! Это было сказано на веселе, шутливо, но Юра непроизвольно нахмурился, когда эти слова неприятно и странно задели что-то в груди. Он знал, что папа шутит несмешно. Но он — не девчонка. И нюни разводить не будет. Точно не будет.

***

Марго улыбчиво смотрелась в зеркало, поправляя блондинестые прямые волосы, достающие до поясницы. Подкрачив губы красной помадой, она удовлетворённо чмокнула своему отражению. Женщина перевела взгляд, когда из дверного проёма показалась светлая макушка в костюме. Она воодушевленно подбежала к сыну, присаживаясь перед ним на корточки. — Моё ж ты золотце! Ты прямо настоящий бизнесмен. - улыбка мамы смягчилась от вида Миши в костюме с красным галстуком. Он слабо улыбнулся, наблюдая за тем, как маму радует его красивый вид. Миша любил видеть маму такой — живой, полной энергии, с горящими глазами. Яркую. — Джентльмен прямо. Давай дяде Серёже сфоткаемся? Миша недовольно отмахнулся, мотнув головой. — Мам. Только не дяде Серёже. — Одно фото. - мама улыбнулась почти просяще, и мальчик посмотрел на неё искоса, но устоять перед этим взглядом не мог. Он выдохнул, повернувшись обратно. — Пожалуйста. — Только не отправляй ему. - кивнул Миша, смотря как мама уже доставала телефон, бурча радостные обещания. Миша уже понимал, что она точно отправит фото своему брату. Но он не хотел спорить. Не хотел расстраивать маму и усложнять это утро. Он сможет пережить одно фото. Марго достала телефон, и смотря в камеру, искренне улыбнулась. Сын приставил маме за затылок два пальца, и сожмурил глазки, показывая белые зубы. Щелчок, и мама уже поднималась на ноги, уверенно стоя на каблуках. Она довольно смотрела на фото, долго с ним возилась, потом и вовсе что-то печатая. Миша качнул головой, слегка надувая губы. Она всё таки отправила дяде. Ответ прилетел быстро, и Марго улыбнулась, зачитывая сыну: — «Настоящий мужчина растёт!» Глаза мамы воодушевленно засверкали, а Миша хоть и не был рад комплимент от него, но всё равно улыбнулся. Потому что мама улыбалас. Миша взял в руки цветы, протянутые мамой. Огромный букет роз. Из-за него почти не было видно Мишу, и это весело её настолько, что она сделала ещё одну, быструю фотку. Мама улыбнулась и положила тёплую ладонь на плечо Мише. — Выходим? После кивка послышался щелчок, и Марго открыла дверь, пропуская сына вперёд.

***

— Нас в школу приглашают задорные звонки... - женщина наплевала тихо, мелодично. Её голос разливался по тихой квартире, и Саша улыбался, жмурясь, когда шум баллончика с лаком слышался вновь. — Мы были малышами — теперь ученики... Саше нравилось слушать как мама поёт ему, сейчас, здесь. Так по простому, с нежной ноткой, которой у неё не было, когда она выступала в их самом большом провинциальном театре. Сейчас она не пела ему свои оперы, не заставляла повторять мелодию на скрипке столько раз, пока не получится идеально, не заставляла заучивать всё и потом рассказывать ей. Каждый вечер, перед каждым уроком в музыкальной школе. Сейчас этого не было. Сейчас она была мамой. Мамой, а не "музыкальной фифой", как её часто раньше называл Костя, а Саша обижался. Он ценил эти моменты больше всего. Моменты, наполненные спокойствием. Наполненные чем-то семейным. Чем-то, что можно было поймать в их доме очень редко. Этот комфорт вскружил ему голову и он действительно понадеялся, что этот день может быть ещё лучше. — Мам, а папа сегодня придёт ко мне на линейку? - спросил с надеждой, хоть и в глубине души знал ответ заранее. — Саш, ну я тебе говорила, что он готовится к спектаклю сегодня. - возмутилась Катерина, смотря через отражение зеркала в глаза мальчика. Но возмущение у неё было другое. Тихое. Такое, которое сочится через холодный взгляд. Саша немного стушевался и посмотрел на часы. Большая стрелка на десяти.. маленькая на семи... Если он выучил правильно, то через десять минут линейка? — Какой-то ты неугомонный сегодня, - наконец то слабо, едва заметно, улыбнулась мама и Саша расслабился, решаясь заговорить. — Мам, там это... - он повернул голову к настенным часам и Катерина повторила за ним. Саша заметил, как глаза мамы расширились, но та сохранила лицо, не показывая своё удивление и почти панический подскок сердца каждый раз, когда что-то шло не так. — Сашенька, нам пора выходить. - мама сказала это быстро, направляясь в коридор, а Саша проводил её взглядом. Но он всё таки он слез со стула, торопясь за ней к двери. Пока мальчик натягивал отполированные туфли, мама набирала чей-то номер. Саша слышал на том конце взбудораженный голос Костиной мамы. Он слабо улыбнулся.

***

— Крис, давай быстрей, че ты копашишься там! - кричал отец, сидя на диване и раздражённо подергивая ногой. Женя сидел рядом, прожигая взглядом дверь ванной комнаты, слегка напряжённо качая ногами. Ему хотелось зажмуриться, закрыть уши, спрятаться от постоянных споров и ссор, без которых его родители не умели разговаривать друг с другом. — Дособираешься и дитё опаздает! — Ну опаздает и пусть! Ничего страшного с ним не случится. - донёсся такой же крик сквозь картонные стены, и Женя закрыл глаза, откидываясь на спинку дивана. Его не волновало опаздание или линейка. Но он был даже рад, что начинается школа, и со временем он сможет слушать меньше ссор, когда уроков станет больше. Женя слегка дрогнул, когда дверь в ванную комнату открылась и так же быстро захлопнулась. Он раскрыл глаза, выпрямляясь на диване. Молча, одним видом показывая свою готовность. — Доволен? Доорался? - женщина заколола крабиком пучок, и мальчик тихо удивился тому, как он получился таким опрятным. — Да. Тебе же, блять, мало было час проторчать в ванной. - злость в отце кипела, и Женя спрятал глаза. Ничего нового он здесь не услышит, но уши навострил, будто инстинктивно готовясь ловить каждое слово, каждое колкое выражение, из которого совсем не сочилась любовь или нежность. Ни разу, никогда. — Выражения подбирай при ребёнке! - Кристина повысила голос, пуская предупреждающий взгляд в сторону мужа. Женя не смотрел на них, но его челюсть была сжата. Он сам был натянут как струна. Ему казалось, что родители искренне ненавидели друг друга, что проживание вместе для них было пыткой, поэтому папа постоянно пропадал на работе. Но Женя не понимал зачем они вообще вместе. Зачем нужны были эти нервы всем троим? — И не подгоняй меня. Ты сейчас доорешься и пойдёшь с ним на линейку сам, без меня! — Прекрати скидывать ребёнка на меня, это твоя ответственность! - папа подскочил с дивана, но останавился, когда услышал тихий голос сына. — Давайте выходить уже, ладно? - Женя старался говорить тихо, чтобы не привлекать излишнего внимания к себе. В то же время — нейтрально, не принимая ничью сторону, будто оставаясь в стороне от этой семьи. Но родители замолкли. Правда, продолжали пускать агрессивные взгляды друг на друга. Но как только те встретились, сразу отводили. Их дурацкая игра.

***

Большая толпа людей стремительно делились на маленькие кучки: на родителей и классы. Учителя светились, что-то обсуждая, бегая от класса к классу, от столов около украшенной аркой перед входом, до самого входа, иногда забегая в школу, проверяя подготовку к выступлениям. Школьная суета слегка напрягала Сашу, когда он шёл за руку с мамой, всё ещё чувствуя слабый запах лака для волос. — Танечка! - Катерина, мама Саши, окликнула, подбегая к Костиной маме, и Саше пришлось ускориться, чтобы успеть за ней. Он высматриваел Костю, но найти не мог. Это заставляло его растерянно хмуриться. Таня, в это время, приветливо улыбалась, протягивая красивый букет цветов. — Всё для любимых учителей. — Ой, что ты. Спасибо тебе огромное. - улыбнулась мама Саши как-то по театральному, даже сейчас. Она потянулась за деньгами в кошелёк, но на её руки опустилась чужая, и Катерина подняла взгляд. — Не выдумывай, Кать, мне не сложно. - сказала Татьяна, в то время как Саша наконец-то нашёл глазами Костю, который шёл рядом с папой. В Саше сразу что-то загорелось и он широко улыбнулся, желая уже уйти к нему. Но сначала поднимял голову на маму, молча спрашивая разрешения. Та отпустила его руку и кивнула без особого энтузиазма, больше уделяя внимание разговору с подругой. Саша сразу же побежал до Кости и крепко обнял, отчего Костя охнул от неожиданности и тихо, почти смущённо засмеялся. — Саш, ты чего? — Ничего, просто рад. - улыбнулся Саша, отпуская Костю, но всё ещё смотря на него с блеском в глазах. — Я уже не надеялся, что мы будем учиться вместе! Костя слегка неловко почесал затылок, но улыбнулся, показывая, что тоже разделял энтузиазм друга. — Я... тоже рад, Саш. Их прервал Дмитрий, папа Кости, который подошёл к ним с тёплой улыбкой и потрепал по волосам. — Какие вы нарядные, мальчишки. - он по отцовски притянул их к себе и Саша тихо хихикнул, в то как Костя пытался выбраться из его хватки. — Пап, пусти. - сказал серьёзнее, но папа только засмеялся, не воспринимая эту просьбу всерьёз, и сдавил сына в объятиях сильнее. Татьяна обернулась, отвлекаясь от разговора с мамой Саши и тихо засмеялась, совершенно довольная этой сценой. И даже недовольным лицом Кости. Маленький Женя услышал смех и обернулся на детей и родителей параллельного класса, немного приоткрывая рот, впитывая их смех и беззаботность с какой-то особой, тихой завистью. В нос ударил приятный, терпкий запах духов женщины. Он втянул этот запах — сладкий, сочный, живой. И подумал, что, любовь, наверное, может быть и такой. Может быть, она и должна быть такой. Он подняд взгляд на своих родителей, но не увидел на их лицах улыбки. Просто недовольные, серые лица из толпы, ничем не примечательные. Их даже словно не было в этом празднике. Не успел Женя отвести взгляд, как в плечо врезалась девчушка, но не останавилась, а убежала дальше, маневрируя между детьми и взрослыми. У девочки было красивое школьное платье, каштановые распущенные волосы, и лишь почти на макушке заколоты белые банты. Следом за ней бежал мальчик, тоже врезавшись в Женю, на что он недовольно нахмурился, в то время как мальчик уже оббегал других людей в толпе, пытаясь поймать подругу. Он выделялся яркой светлой макушкой и опрятным костюмом, но эта опрятность шла вразрез с тем, с какой безбашенностью он догонял одноклассницу. — Ты совсем медленным стал! - смеялась она, оглядываясь назад. — Потому что я в костюме! Вообще то я быстрее тебя, Кама! - он нахмурился, уже почти догоняя её. Она засмеялась почти ему в лицо и изогнулась в сторону до того, как тот сможет поймать её. — А я в платье, и что? — Это дорогой костюм! - нахмурился Миша, в этот раз хватая Камалию за руку. — Я боюсь его испортить. Камалия отдышалась и наклонила голову с какой-то слишком дерзкой для её возраста усмешкой. — Боишься? - шутливо переспросила она, освобождая свою руку. — А я помню как ты прошлым летом в грязи валялся. - она засмеялась и снова рванула прочь, когда Миша побежал за ней, крича что-то вроде "Эй, прекрати!", но его голос тонул в музыке, гремевшей из колонок. Ведущие читали текст с планшеток, но Юра совсем их не слушал. Во первых, он понятия не имел где его родители и даже не мог найти глазами их чёрные макушки. Во вторых, он был совсем один, с маленьким ребёнком в толпе. Юра сидел на корточках перед Серёжей, пытаясь понять что тот лепечет, когда его чуть не сбили с ног мальчик и девочка. Однако, Юра смог удержать равновесие и придержать Серёжу от падения. Он недовольно обернулся в поисках виновников, но они уже скрылись в толпе. Мальчик цокнул, вставая на ноги и осторожно взял брата за руку. — Ладно, Серёж, щас найдём... - пробормотал Юра себе под нос, скорее для себя, чем для мальчика, оглядывая толпу. Небольшая волна паники прошла по спине, когда Юра не всё также не мог найти глазами родителей. Но от сильного волнения его отвлек возмущенный женский голос где-то рядом. — Лёша, я же говорила, что мы опаздаем! Юра повернулся в ту сторону, видя как женщина с кудрями по плечи отчитывала мальчика с такими же кудряшками, только гораздо непослушнее и короче. Этот мальчик, кажется, её не слушал, пытаясь поймать младшего брата-непоседу. — Дарен, Дарен, стой, - мальчик поймал брата и попытался поднять на руки. — Не бегай тут, потеряешься. Но тут же ему на помощь пришла мама, забирая младшего себе на руки. Она осматривалась по сторонам в поисках класса, и её взгляд упал на Юру, который сам не заметил, как безотрывно смотрел на них. Он тут же выпрямился, напрягаясь, и крепче сжал руку Серёжи. Женщина же подошла ближе с тёплой улыбкой. — Здравствуй, какой это класс? Юра быстро огляделся по сторонам, убеждаясь, что этот вопрос точно был задан ему. — Я? - слегка неуверенно спросил он, но потом собрался с духом и расправил плечи. — 1 «А» . Женщина оглядела мальчиков и заметила, что рядом не было ни классного руководителя, ни родителей, ни самого класса. Она стала чуть серьёзнее, но продолжила улыбаться. — Мы тоже. - она кивнула на Лёшу, который только улыбнулся, глянув на мальчика. Юра же, в свою очередь, кивнул, больше сосредоточиваясь на том, что пытался понять где он вообще, а не на том, что это его одноклассник. — Потерялись? — Класс ищу. - кивнул Юра, всё ещё иногда кидая короткие взгляды на мальчика его возраста. — Родители там должны быть. — ...Это еще в будущем, сейчас первый раз пойдешь ты в первый класс. Знаний еще маленький запас, но с годами ты обгонишь нас. Послышаличь аплодисменты, и Саша знал, что в большинстве своём, это взрослые восхищались такой уверенностью директора (по крайней мере, его мама точно), хотя тот, очевидно, не первый год говорил подобное. Возможно, даже одно и то же, ведь по реакции учеников и учителей, явно не воодушевленных, было видно, что эти слова им порядком надоели. Мужчина, передал микрофон стоящей рядом женщине, и Саша подумал, что вероятно, это был завуч. — Я знаю, что тебя Александр зовут. - где-то сзади мурлыкнул мальчишеский голос, и Саша обернулся, услышав свое имя. — Привет? Саша пробежал взглядом по опрятному мальчишке и дернулся, когда к нему подскачила девчушка, за что на неё сразу шикнула учительница. Она только хихикнула, пожимая плечами и притворяясь невинной, а потом обратила своё внимание обратно на мальчиков. — Миш, уже до людей докапываешься? - улыбнулась она, только потом смотря на Сашу. — Я Камалия! А ты..? - она неуверенно протянула последнюю букву, словно осторожно выпытывая у Саши информацию. — Он Сашка. —Эй! - одёрнула его подруга, а потом снова повернулась к Саше. — Извини, у него манеры хромают. Камалия пожала плечами и виновато улыбнулась, утягивая Мишу куда-то назад за руку. — Я вижу. Саша кивнул, всё ещё разглядывая уходящего мальчика. Миша так и не ответил, но от Саши отстал, напоследок показав зануде язык, за что получил нахмуренный взгляд Камалии. Костя заинтересованным взглядом рассматривал каждое движение танцующих детей, но думал совсем не о них. Его и Сашу расставили по разные концы ряда, поэтому сейчас он вынужден был слушать у себя под ухом нескончаемый поток болтовни другого мальчика, кажется, Ильи. — Здравствуйте. - послышался мужской голос и Костя оглянулся, поднимая голову на мужчину. Выделялся он наигранной серьёзностью, словно на деле являлся школьником, который каким-то непонятным образом оказался в теле тридцатилетнего человека. На лице мужчины сияла улыбка, выделяя ямочки, окружённые мелкой щетиной. Рядом с ним шла женщина, всего на голову ниже него, приветливо махая рукой, и на секунду Косте показалось, что она ему. — Итак... Это 1 «А»? — А вы... Татищевы? - улыбнулась женщина со светлыми волосами и ярким макияжем. Если бы Костя не знал, что она глава родительского комитета, то увидев её на улице, подумал бы, что навстречу идёт молодая студентка. — Ох, малыша ждёте? - радушно хлопнула в ладони Татьяна, и Костя поднял голову на свою маму. — Девочка. - самодовольно улыбнулась женщина с чёрными короткими волосами, искренне думая, что сыновья просто молча (как они никогда не делали) шли рядом с отцом. — С третьего раза вышло наконец. — Игорь! - легонько пиная локтем, смеялась чья-то мама. В третий раз чья-то мама. Из толпы послышался мальчишеский смех и они повернули головы на звук. Сквозь людей пробиралась чья-то мама с сыновьями, и, на удивление Татищевым, и с их сыновьями. Оля обернулась, посмотрев на Игоря, а потом и за его спину, будто дети не шли им навстречу прямо сейчас, а были рядом с папой. Как и должны были быть. Она пристально сощурила глаза. — Ты что, потерял детей? - тихо зашипела она, толкая его локтем. — Я никого не терял. - Игорь тоже перешёл на шёпот и вскинул руки в капитуляции, защитно смотря на жену. Но это не помогло и она слегка хлопает по одной из его рук. — Игорь. — Ты тоже их потеряла. - пытался защищаться папа Юры, но только опять получил этот взгляд, только уже выразительнее. — Игорь, я беременная женщина! Их преперательства прервал приход Юры, который смеялся с другим кудрявым мальчиком, что-то обсуждая, словно совсем не терялся пару минуту назад. Тот самый кудрявый мальчик, который шёл рядом с Юрой, видимо, очень подружился с их сыном, потому что по его виду и по тому, как расслабленно он смеялся (в то время, как Юра активно жестикулировал), можно было понять, что они определенно хорошо подружатся. Серёжа побежал к папе и тот сразу подхватил его на руки, а Юра наконец обратил внимание на родителей и улыбнулся. — Мам, пап, вы уже тут целый батальон собрали? - наигранно-ворчливо воскликнул Юра, подходя к родителям и только тогда заметил остальные взгляды на нём. — Ой. Здравствуйте. - он пробежал глазами по толпе взрослых и останавился на тихо стоящем Косте. Юра переглянулся со стоящим рядом Лёшей, а тот лишь пожал плечами, выглядя совершенно беспечно. Костя внимательно, но настороженно наблюдал за их молчаливым диалогом, но тут один из мальчиков сделал маленький шажок вперёд, протягивая руку. — Я Юра. Улыбнулся тепло, слегка наклоняя голову на бок и Костя тоже невольно повторил за ним. Слабо, лишь уголком губ. — Костя. Он легко пожал руку, невинно разглядывая гиперактивного Татищева. — Он ещё смущается, Юрочка, не переживай. - махнула рукой Татьяна, с нежностью смотря на сына. — Мам. — Юр, пойдёшь? Послышался голос до этого молчаливого, только наблюдающего Лёши, но теперь он широко улыбался, явно что-то затеяв. Юра кивнул, но пошёл не сразу. Он повернул голову и взглянул на Костю открыто, с бликами в тёмных глазах и тёплой улыбкой. — Пойдём с нами. Предложение такое обычное, такое невинное, но что-то у Кости вызвало почти смущенную улыбку и он слабо кивнул, что только сильнее обрадовало мальчика. Юра потянул улыбающегося, но слегка растерянного Костю за руку, и тот старался успеть за ним. — А как же линейка? - послышался негодующий крик Катерины в след убегающим детям. — Так мы же тут, не волнуйтесь! - крикнул Лёша в ответ, подзывая новых друзей, пока Юра вел Костю за ними уже в спокойном темпе, но руку не отпускал. — Вопиющая... - Сашина мама пыталась подобрать слова, но всё же фыркнула. — Несобранность. - всё же проворчала она, уже теряя из виду одноклассников сына. — Детям неинтересно на линейках стоять. - понимающе пожала плечами Марго, председатель родительского комитета, и улыбнулась, поворачивая голову на выступающих старшеклассников. — Да и кому интересно?

***

— Хоть и тётя Лена сегодня не пошла с нами на линейку, со мной всё равно был ты, Сав. - без остановки болтала рыжеволосая девчушка, разводя в улыбке испачканные в мороженом губы. — Ты так радовался за меня сегодня, я видела! - хитро подметила Анюта, топая чёрными туфельками по залитому осенним солнцем асфальту. — Не дури. - отмахнулся брат, откусывая мороженное и бросая взгляд на младшую сестру. Он остановился резко, неожиданно, чтобы вытереть большим пальцем губы младшей сестры. — Чумазая. - проворчал Сава, вытирая руки о портфель Ани. — Эй, мне с ним завтра на уроки идти! - возмутилась девочка, надувая губы и хмурясь. — Ладно, ладно, прости. Я отстираю. - тихо посмеялся тот, трепля Анютку по волосам. — Так уж и быть. - ухмыльнулась та, продолжая скакать по тротуар, направляясь в солнечную квартиру. Аня свободной рукой взяла руку Савы и улыбнулась, когда тот сжал её руку в молчаливрй поддержке. Сегодня наступила осень. Аня осень не любила. Не любила, и знала, что Сава тоже. Она знала, что их обоих от осени воротит. А ещё она знала, что скоро вернуться те страшные сны, где только она, мама и тёмный коридор с углами, в котором сгущаются тени. Правда, пока ещё светит солнце, пока они будут идти по залитой красками и лучами солнечной провинции, пока мороженое тает, а Сава всё ещё может смеяться — всё будет хорошо.