해커 [HACKER]

      Самолёт приземлился в частной зоне аэропорта Ханэда. — Я могу идти один? — Хенджин обращался к Минхо. Тот кивнул. — Водитель отвезёт тебя, куда скажешь, а потом доставит в отель. Я уже заказал машину. Мы с Ханом поедем сразу. Встретимся в номере. — Хорошо. Выйдя из самолета, Минхо махнул Джисону в сторону припаркованного неподалёку чёрного Мерседеса. — Иди в машину, я провожу Хенджина и приду. Джисон кивнул. — До встречи, Хан, — Хенджин поклонился. — Да. До встречи, — Джисон на ватных ногах пошёл к машине, то и дело оглядываясь.       Минхо шёл за Хенджином к другому авто, стоящему тут же. Со стороны казалось, будто мужчина в шикарном чёрном костюме охраняет звезду подростковых ситкомов, одетого в типичный аэропортный лук, иными словами, в то, что было под рукой. Белые кроссовки, широкие мягкие штаны и темно-синий свитшот bronx… У машины Минхо обнял Хенджина за талию и наклонился, что-то говоря ему и улыбаясь. Хенджин кивал и, казалось, смущался. Если бы Джисон не знал отношений между этими двумя, он бы подумал, что они парочка. Никакое напряжение не витало в воздухе. Всё было естественно и не напряжно. Хенджин сел в машину, и Минхо захлопнул за ним дверь. Постояв немного, глядя, как отъезжает авто, Минхо развернулся и двинулся к Джисону.       Хан стоял у Мерседеса и затягивался, с удовольствием вдыхая табачный дым. Солнце было высоко, воздух был чист и прозрачен. Погода чудесная, и день обещал быть отличным. Он протянул подошедшему Минхо пачку, тот взял сигарету и потянулся за огнём. Джисон чиркнул зажигалкой. — Беру свои слова назад, — выдохнул дым через минуту Хан. — Не смогу я его прирезать от члена до горла одним движением. Рука не поднимется. — Руки держи при себе, — хмыкнул Минхо. — И не пялься так. — Пиздец, хён. Ты требуешь невозможного, — засмеялся Джисон. Но наткнувшись на серьезный взгляд Минхо, затих. — Зачем ты взял его с собой? — Не хочу оставлять его в Сеуле. Я рассказал ему о Феликсе. И он буквально был на грани. Сделал бы какую-нибудь глупость, — вздохнул Минхо. — Например? Удрал бы к своему парню, пока ты тут договора заключаешь и трешься с кланом Ким? — Возможно. А может быть дело не в этом. Узнав о том, что я в курсе насчёт личности его парня и могу ему как-то навредить, Хенджин сразу стал на всё согласен. Испугался очень сильно. А я увидел этот страх и решил не упускать ни минуты. Не хочу отпускать его от себя ни на шаг. Вообще. Никогда. Я забрал его к себе вчера вечером. А утром отвёз в аэропорт. Он практически не спал и отключился в самолете, как только прилег, — Минхо облизал губы и выкинул сигарету. — Заездил его прям перед вылетом? Не мог подождать, пока вернёмся? Мы тут максимум на неделю. Никуда бы он не делся, — Джисон сделал последнюю затяжку. — Я даже не начал есть. Так только, куснул слегка. Только аппетит разыгрался. Я был голоден, а сейчас просто давлюсь слюной. То, что ты называешь заездил, даже не тянет на легкий аперитив, — Минхо усмехнулся. — Так что из нашего с ним номера я выйду только завтра вечером на банкет по случаю дня рождения старика Кима. Минхо открыл дверь Мерседеса и сел в машину. Джисон обошёл авто и забрался на сиденье рядом. Водитель тронулся с места, выезжая с территории аэропорта. — А куда ты его отправил сейчас? — спросил Джисон. — Он хотел подстричься ещё дома, я сказал, что ему нельзя выходить. А сегодня утром разрешил ему ехать в любой салон в Токио и вообще, куда он захочет. Машину я ему нанял, его документы у меня, телефон на прослушке. Пусть погуляет на длинном поводке. Если бы не сложившиеся обстоятельства, я был бы склонен вообще разрешать ему всё, что он захочет, — Минхо откинулся на спинку сиденья. — Тебя уже пора называть папочка или как? — усмехнулся Хан. — Я даже жалею, что он не беден. У меня руки чешутся, завалить его деньгами и сделать зависимым, — произнёс Минхо. — Он согласился только из страха за своего парня? Минхо кивнул. — К тому же я вчера накормил его ‘солью’. Он всю ночь был словно одержимый. Просил и просил. Уже кончать было нечем, а он всё стонал. У него до сих пор зрачки стеклянные. — Когда окончательно очухается, может впасть в депрессию. Откаты бывают нехорошие. Имей в виду. — Я знаю. Я буду с ним. Успокою. Закину чем-нибудь ещё. Джисон покачал головой: — Сделаешь из парня наркомана. — Ничего. Положу потом в рехаб. Отвезу в Швейцарию. Я не сделаю ему ничего плохого, пока он со мной. Но он не будет свободен. Это единственное, что я не смогу ему дать. Он мой. Я помогу ему смириться.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      Уезжая из аэропорта, Хенджин смотрел в окно и не видел перед собой ничего, кроме мутной пелены застывших слез. Его ещё держала в напряжении железная рука метамфетаминовой эйфории. Но рваное сердце уже кровоточило. На физическую боль Хенджину было наплевать. Его не волновала слабость в растянутых и перекрученных мышцах, боли в пояснице, такие, что он едва сидел, горящие по всему телу засосы и укусы. Всё затмевала дыра в груди, которая давно уже перестала быть Тихим океаном и разрослась до мирового. Он изменил Феликсу и изменит ещё и ещё, потому что Минхо с него живого не слезет, это ясно, как божий день. Он проглотит Хенджина, словно анаконда свою жертву, целиком и без остатка. Минхо-хён — огромная ненасытная змея, в чьих холодных глазах не отражается и сотой доли его желания. Он ещё потребует его душу, Хенджин не сомневался. Сегодня Минхо вгрызается в плоть, но завтра захочет раскрыть твои рёбра и вытащить сердце. Потому что его голод неутолим. Это бездонный колодец, куда Хенджин упал и будет падать до тех пор, пока от него не останется ничего, что бы не принадлежало Ли Минхо. Беда лишь в том, что сердце своё Хенджин уже отдал. Словно запертое в сундуке Дейви Джонса, оно осталось в руках солнечного мальчика с россыпью веснушек. И вернуть его не получится. Хенджин крутил на пальце кольцо, и все мысли его были только о том, кому он оставил другое, точно такое же…

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

— Он уехал вчера вечером. Вот, пожалуйста. По камерам всё видно. Вот он, вот Минхо-хён. А вот они заезжают на подземную парковку высотки, где находится квартира Ли Минхо. Чанбин и Феликс сидели у мониторов в полицейском управлении и смотрели записи с дорожных камер. Сегодня выяснилось, что дом Хенджина опустел, и Феликс впал в панику. Теперь же, когда всё выяснилось, стало ещё хуже. — Он забрал его? Странно, — Феликс нахмурился. — Посмотри, что там за сегодняшнее утро? Они выходили? Чанбин продолжал просматривать видео с камер. — Ну да. Вот. Выезжают. Едут похоже из центра. Могу ошибаться, но видимо на трассу в Инчхон. Да точно. Вот видео из частной зоны аэропорта. Минги! —громко выкрикнул Чанбин, обращаясь к невысокому парню за соседним столом. — Глянь, куда там Минхо-хён сегодня вылетел. — В Японию, — ответил тот, кого звали Минги. — Бан Чан с группой уже там. Ты что не в курсе? — Да, точно, — Чанбин нахмурился. — Я и забыл. — Зачем он забрал Хенджина? — словно сам у себя, задумчиво спросил Феликс. — Вот, я кинул тебе сводку, — сказал Минги. Чанбин открыл файл, который высветился у него на компьютере. — Они вылетели сегодня. Бизнес-джет фалькон, трое пассажиров. Ли Минхо, Хан Джисон и Хван Хенджин. Все прошли регистрацию и уже благополучно приземлились в Токио. — Он его заставил. Но как? И почему? Я хочу попасть в дом Хенджина. Возможно, найду там что-то интересное, — Феликс встал и двинулся было к выходу. — Постой, — Чанбин вскочил и схватил его за руку. — Послушай. Он уехал сам. По видео нет никаких признаков насилия или давления. Он сам идёт. Его никто не тащит. Дом всё ещё охраняется. Ты собрался проникнуть со взломом? Это частная собственность. Феликс вздохнул. — Я не верю, что он сам. По своей воле. Не переживай. Меня никто не увидит. У меня есть ключи. Хенджин сам мне их дал. Ключ-карта и от ворот, и от входной двери. Я незаметно проскользну. Чанбин даже не думал ослабить хватку. — Я иду с тобой. — Чанбин! — Не обсуждается. Поехали.       Попасть в дом Хенджина оказалось не так уж и сложно. Бросив машину на холме, Чанбин и Феликс спокойно обошли посты и через час гуляния по лесу вышли у высокого забора с заднего двора особняка. — Тут есть дверь. Идём, — сказал Феликс и двинулся вдоль забора.       Спустя несколько десятков метров они наткнулись на вход на задний двор. Ключ-карта сработала, и они вышли прямиком к бассейну. Феликс старался унять своё бешено скачущее сердце, пока они шли по таким до боли знакомым, но сейчас, словно чужим местам. Дом был пуст и мёртв. Как и душа Феликса. «Смотри. Не бойся. Только не пожалей потом», — Феликс замер на кухне. На том самом месте, где в далекий солнечный день Хенджин сказал ему эти слова. Он не жалел. Но сердце его сжималось от боли. Он поднялся в спальню и ему было трудно дышать. Слезы подступали к горлу. Феликс как мог давил в себе этот горький ком, перекрывающий дыхание. — Нас раскрыли, — тихий голос Чанбина донёсся со стороны кровати.       Феликс приблизился и увидел фотографии в его руках. На постели было ещё много подобных. И на всех они с Чанбином, следящие за домом Хенджина. Сердце ухнуло в один момент куда-то вниз. Земля ушла из-под ног и Феликс понял, чем Минхо взял Хенджина. Как тот и предполагал, его достали через Феликса. И это была полностью его вина. Он не послушался Хенджина, и всё вышло так, как тот и боялся… Внезапно телефон Феликса зазвонил и они оба с Чанбином вздрогнули. Номер незнакомый. Руки Феликса тряслись. Он закрыл глаза и нажал ответить. — Да? — Привет малыш, — голос Хенджина словно нож одним движением разрезал стягивающие душу ремни, держащие ее целой. Феликс рассыпался на мелкие осколки, слезы хлынули из глаз и он осел на кровать, не в силах стоять на ногах. — Это всё из-за меня, — прошептал он. — Прости. Прости меня. Я хотел… — быть рядом? Всё испортить? Поступить по-своему? Феликс не знал, что сказать. — У меня совсем нет времени, малыш. Я не могу звонить со своего номера. Я попросил телефон у девушки в салоне и надеюсь, что Минхо-хён об этом не узнает. Послушай меня. И, пожалуйста, не плачь. Если ты будешь плакать, то буду и я, а я не могу. Не сейчас. Я боюсь за тебя. Минхо вычислил вас и он знает о тебе всё. Это очень опасно. Очень. Я прошу тебя не подставляйся. Он пообещал мне тебя не трогать. Но если ты приблизишься ко мне или я к тебе, то он может изменить своё решение. Он знает, где живет твоя семья. Ты понимаешь меня? Феликс? — голос Хенджина дрожал. В нем был страх. Но не за себя. У Феликса сердце рвалось на части. Он буквально чувствовал, как Хенджин боится за него. — Я понимаю, — прошептал Феликс. — Но не смогу изменить тот факт, что я люблю тебя. Это просто невозможно. Я умру, но это не изменится. — Я знаю. Я тоже. Я постараюсь достать себе другой телефон, который не будут слушать. Не предпринимай ничего. Умоляю. Мне нужно идти, — Хенджин с трудом дышал. И Феликс это слышал. Он прикрыл глаза. — Я люблю тебя. — Я тоже. Люблю так сильно, что вместо Тихого уже давно мировой… Хенджин положил трубку. Феликс упал на кровать, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Чанбин осторожно сел рядом и тихонько обнял плачущего друга…

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      Ли Минхо и Хан Джисон сидели в номере отеля, потягивая виски, после того, как пообедали в ресторане на первом этаже и поднялись к Минхо, пропустить по стаканчику. Хлопнула входная дверь, и в номере воцарилась гробовая тишина. — Всё нормально? — Хенджин замер, не сразу поняв, почему Минхо и Джисон оба замолчали.       Впрочем, непонимание длилось недолго. Он видел такие взгляды всю свою жизнь. Ничего не менялось. Его пожирали глазами и мысленно раскладывали прям тут, на столе, на диване, на полу, без разницы…       Он подстриг и снова перекрасил волосы. Он вновь стал алым демоном с волосами цвета крови и стрижкой томбой. Вместо утреннего мягкого домашнего костюма на нем был полный лук Луи Виттон. Чёрные брюки с серебристым логотипом, чёрная жилетка, короткий чёрный жакет. И белая рубашка. На шее платиновые толстые цепи. Одна усыпана бриллиантами и почти удушающая, словно чокер. В руках у него были до отказа набитые пакеты. Видимо, брендовый бутик был опустошён едва ли не полностью. В обоих ушах были платиновые серьги-кресты и кольца. — Может, я не вовремя? — вновь подал голос Хенджин. — Всё нормально, — Джисон шумно сглотнул. — Я, пожалуй, к себе пойду.       Он встал и направился к выходу, стараясь отлепить взгляд от Хенджина. Но это у него получалось с трудом. Хенджин притягивал и словно гипнотизировал. Он улыбнулся Джисону и кивнул. Хан готов был лужицей растечься, но чувствовал спиной прожигающий взгляд Минхо и поспешил ретироваться от греха подальше. Когда дверь за ним захлопнулась, Хенджин посмотрел на Минхо и спросил: — Куда можно вещи положить? Минхо вздрогнул. —Никак не могу привыкнуть к тебе, — выдавил он, вставая. — Твоей внешностью можно убивать. Каждый раз впадаю в ступор. Минхо подошёл и притянул Хенджина к себе за талию. От него умопомрачительно пахло. Он мягко улыбался и, бросив пакеты на пол, обвил руками шею Минхо. — Я хотел вычистить полностью твой счёт, но карта и правда оказалась безлимитной. Я даже удивлён, — прошептал Хенджин и потерся носом о щеку Минхо. — Малыш, я всё-таки богаче тебя. Если это доставит тебе хоть малейшее удовольствие, я могу осыпать тебя деньгами. Я даже боялся предлагать что-либо настолько банальное. Хенджин не дал ему договорить. Он провёл языком по обожженной щеке Минхо и коснулся кончиком языка уголка его губ. Минхо ожидал поцелуя, но его всё не было. Хенджин смеялся и дразнил его, легонько касаясь языком и согревая дыханием. Минхо схватил его за шею и, не давая увернуться, впился мокрым поцелуем, терзая его губы и едва не трахая рот Хенджина языком. — Ты сводишь меня с ума, — прорычал в поцелуе Минхо. Он оттянул нижнюю губу Хенджина и засосал ее почти до боли. Хенджин застонал и обмяк, прижимаясь к Минхо всё сильнее. Словно умоляя его быть нежнее. Но это было бесполезно. Минхо повалил его на диван и начал целовать и облизывать, одновременно дрожащими руками расстёгивая его брюки. — Я хочу тебя, — выдохнул он, облизывая ухо Хенджина. — Так сильно хочу тебя трахнуть, что не дойду до спальни. Расслабься. Раздвинь ноги, малыш. Минхо спустил с Хенджина брюки и ласкал рукой его вставший член. Затем немного отстранился и стянул с него брюки совсем. Отбросил их на пол. Хенджин засмеялся. — Ты не представляешь сколько они стоят, хён.       Минхо рванул на груди Хенджина жилетку. Пуговицы посыпались на пол. Та же участь постигла и рубашку. Руки Минхо гладили обнаженную бледную кожу на груди Хенджина. Повсюду на ней были следы их страсти прошлой ночью. Это распаляло ещё сильнее. Минхо осматривал укусы и засосы, словно свои личные метки на теле любовника. Он расстегнул свои брюки, достал уже болезненно твёрдый член и дернул Хенджина на себя за бёдра. Одну его ногу он закинул себе на плечо и затем резко вошел без подготовки. Всё тело Хенджина прошило болью. Он закричал и выгнулся. Его руки задрожали. Минхо закусил губу, ощущая, как сильно сжимается от боли Хенджин. Эта узость и натяжение мышц волной прошло по телу Минхо. Он толкнулся, ломая сопротивление, вторгаясь глубже, раздирая человека под ним. Хенджин всхлипнул. — Хён, пожалуйста… От этих слов Минхо сорвало. Он улыбнулся и наклонился к Хенджину. Положил ладонь ему на шею и сжал. — Я знаю, тебе нравится, когда тебя душат. Мне тоже. Минхо отпустил себя и со стоном стал вбиваться в Хенджина со всей силы. Тот цеплялся за железную хватку Минхо на своей шее и умолял его то ли отпустить, то ли не останавливаться…

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      Глубокой ночью Минхо стоял под душем, пытаясь охладиться. Его тело без какого-либо допинга всё не желало успокаиваться. Он никак не мог насытится и мучил Хенджина до тех пор, пока тот не потерял сознание, тем самым напугав Минхо до чертиков. Кое-как приведя Хенджина в чувство, Минхо уже хотел было вызывать врача, но Хенджин просто уснул и сейчас спал на огромной кровати в спальне. А Минхо стоял под холодными потоками воды и пытался унять своё сердце. Он никого никогда так сильно не хотел. Секс вообще казался ему не особо важной частью жизни. Но сейчас с ним творилось что-то странное. Он увлекался и раньше. И даже бывал одержим и полностью посвящал себя своему увлечению. Но такое он испытывал впервые. Чтобы так сильно и глубоко. Он перестал узнавать себя. Это будто бы был не он. А какой-то сумасшедший повёрнутый сталкер.       И даже сейчас, просто стоя под душем один, он уже хотел скорее вернуться в кровать, где спал полностью обнаженный, одетый лишь в платиновые цепи на горле человек, без которого Минхо с трудом проводил даже минуту. Его сердце ныло и требовало прижаться к горячему, измученному телу и обнять. Но и тогда, когда он это сделал, обвил руками и ногами спящего Хенджина, уткнулся носом в его макушку и прикрыл глаза, его сердце всё ещё алкало. Минхо знал, что ему будет мало. Усмирять себя уже вошло в привычку. И сейчас он тихо дышал и говорил сам себе: «не всё сразу, потерпи». Хенджин глубоко вздохнул и заворочался во сне. Он развернулся к Минхо и спрятал лицо у него на груди, шумно дыша ему в ямку между ключицами. — Не думай, что я только и желаю, что делать тебе больно, — тихо прошептал Минхо. Он уже понял что Хенджин проснулся, потревоженный крепкими объятиями. — Я понимаю. Я и сам… — Хенджин не договорил. — Сам? — Минхо усмехнулся. Ну, конечно. Хенджин и сам хотел кого-то так же сильно, что не мог сдержать себя и причинял боль своему объекту вожделения. — Точно. Я и забыл. Минхо поцеловал Хенджина в висок и закрыл глаза. — Ты и себе делаешь больно, хён, — эти слова, почти не слышные и невесомые, как воздух, проникли в душу Ли Минхо и сладким ядом разнеслись по венам…       Минхо проснулся почти в полдень. В спальне царил полумрак. Солнечный свет практически не проникал сквозь плотные шторы. Он был один в огромной кровати, пустой, как его жизнь, без того, чьё тепло эта постель еще хранила. Из ванной комнаты слышался приглушённый звук воды. Минхо встал и пошёл туда. Хенджин стоял под душем, подставляя лицо тёплым струям воды. Его плечи вздрогнули, когда Минхо вошел и закрыл за собой дверь, но Хенджин не обернулся. Он провёл руками по лицу, затем налил себе на ладони ароматный гель для душа и стал гладить своё тело. Аромат розы заполнил помещение. Смешался с горячим влажным паром. Бледная кожа Хенджина розовела от температуры и трения. Минхо подошёл сзади и встал рядом с Хенджином под душ. Взял с полки гель и выдавил немного на его обнаженную спину. По позвоночнику Хенджина прошла легкая дрожь, почти не видимая, но Минхо ее заметил. Он положил руки Хенджину на лопатки и стал наносить гель на спину, по пояснице, бёдрам и ягодицам. Он гладил и трогал Хенджина везде, где хотел. Скользил ладонями по упругим мышцам и смотрел, закусив губу. — Упрись руками в стену и нагнись, — голос Минхо был тихим.       Хенджин выгнул спину и нагнулся, касаясь ладонями стены и придвинув ягодицы к Минхо вплотную. Задел бедром уже вставший член Минхо и замер. Минхо выдавил ещё немного геля на ложбинку между ягодиц и скользнул пальцами между половинок, а затем и внутрь, размазывая, намыливая, лаская. Хенджин был напряжен, его мышцы на спине подрагивали. Ему было больно даже от таких осторожных прикосновений. Внутри все саднило. Растраханная дырочка пульсировала вокруг пальцев Минхо. — Тебе больно? — спросил Минхо. — Терпимо, — прошептал Хенджин, не поднимая головы. Минхо острожно вынул пальцы и стал гладить бёдра Хенджина смывая с него пену и гель. — Повернись. Хенджин повернулся, и Минхо легонько толкнул его к стене. Прижал к прохладному мрамору спиной и прижался телом к телу. Взял в руку оба их члена вместе и стал гладить, водя рукой вверх вниз. Члены терлись друг о друга, рука Минхо то сжималась, то нежно скользила. Он смотрел в глаза Хенджина и водил подушечками пальцев по его губам. — Открой рот и пососи мои пальцы.       Хенджин послушно стал облизывать пальцы Минхо, прикрыв глаза. Он тихо постанывал, толкаясь в руку Минхо. Его член уже дрожал. Минхо, глядя на податливого, стонущего Хенджина, позволявшего практически трахать пальцами его рот и дрожащего от подступающего оргазма, уже не мог держаться и, усилив хватку, стал изливаться себе в руку. Через несколько жестких движений кончил и Хенджин. Тёплая вода омывала их тела. Хенджин притянул к себе Минхо за шею и стал целовать его глубоко и нежно.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      Джисон зашёл в номер Минхо в районе пяти часов. Пора было выдвигаться на банкет. Минхо стоял у бара и нервно поглядывал на часы. — Опаздываем, хён. Минхо был одет в чёрный костюм с атласными лацканами на пиджаке и нежно-бежевую рубашку с золотистым отливом. Джисон уже открыл было рот, чтобы сделать комплимент, как из спальни вышел Хенджин. Все слова забылись, а время словно остановилось. Минхо и Джисон разглядывали Хенджина, забыв о том, что им уже давно пора идти. Узкие брюки, не оставлявшие и шанса воображению, обтягивали всё словно вторая кожа. Короткий чёрный бархатный жакет Шанель с громоздкими золотыми пуговицами напоминал форму бортпроводника. Абсолютно прозрачная чёрная рубашка, не скрывающая даже засосы на молочно-белой коже. Шея и запястья в платине и бриллиантах. Платиновое колечко на нижней губе и крупная жемчужина в форме капли в левом ухе. Ярко-красные волосы и ледяные глаза словно контрольный в голову. Минхо шумно сглотнул и произнёс: — Застегни жакет, малыш. Хенджин улыбнулся и кивнул. Он двинулся к дверям, застегиваясь на ходу.       Резиденция клана Ким представляла собой плавучий дворец в старинном японском стиле в бухте Токийского залива в районе Радужного моста. Главный вход был со стороны залива. Вереницы лодок доставляли гостей к украшенной традиционными японскими фонариками парадной лестнице. Джисон был в полном восторге. Крутил головой и показывал пальцем, как ребёнок. Минхо уже был здесь однажды, но всё равно в очередной раз восхитился. Ему нравилась традиционная архитектура. Хенджин сидел в лодке и не мог вымолвить ни слова. Ему вдруг стало жаль, что рядом нет того, кому бы он хотел показать подобную красоту. Феликс. Это имя едва не сорвалось с его дрожащих губ…       Вечер был безумно скучен. Минхо, обнимая Хенджина за талию, привлекал всеобщее внимание. Старик Ким о чем-то оживленно беседовал с сыном. Ким Сынмин поманил Ли Минхо к себе и пока они разговаривали, бросал долгие взгляды на Хенджина. Хенджин же этого практически не замечал. С самого начала вечера он ловил на себе взгляд высокого молодого блондина модельной внешности. Его лисьи глаза казались Хенджину удивительно знакомыми. Он стоял по правую руку Сынмина. — Это мой помощник Ян ЧонИн, — представил молодого человека младший Ким, и Хенджин вздрогнул. Слава богу, Минхо в этот момент не обнимал его и не заметил внезапного замешательства Хенджина. — Хван Хенджин, — Минхо представил его окружающим. Он смотрел, как все облизывают взглядом Хенджина и думал о том, что показывать его людям опасная затея. Хенджин правильно делал, что прятался почти всю свою сознательную жизнь. — Хён, я могу отлучится в уборную? — шепнул Хенджин Минхо. Тот кивнул, улыбаясь кому-то из гостей. —Только не пропадай. Хенджин улыбнулся и двинулся по залу. Он знал, что за ним следует один человек. Оказавшись в уборной, Хенджин быстро проверил все кабинки. — Никого? — Ян ЧонИн стоял в дверях. Его лицо было странно напряженным. — Чисто, — кивнул Хенджин. ЧонИн шагнул к нему вплотную и, широко улыбаясь, протянул раскрытую ладонь. — Вот и встретились лично. Хенджин с жаром пожал протянутую руку. — А теперь мы должны покинуть это змеиное гнездо и причём немедленно, — ЧонИн потянул Хенджина за собой. — Подожди? Что происходит? Почему мы должны уходить? — Хенджин внезапно почувствовал, что что-то не ладно. — Хенджин. Я расскажу тебе подробности чуть позже. Когда мы будем в безопасности, — ЧонИн явно торопился. — Айэн, постой. Тут группа моего друга, полицейского. Если что-то намечается, скажи мне. Я не могу их бросить здесь, если им грозит опасность, — Хенджин крепко держал ЧонИна за руку. — Вот черт, — ЧонИн замер. — Тут всё взлетит на воздух через час. Звони ему немедленно. Я здесь сегодня только из-за тебя. Узнал, что ты в списке гостей с Минхо-хёном плюс один. Специально пришёл тебя забрать. Искал весь вечер. Я же не знал, как ты выглядишь. Но увидев тебя раз, уже не забуду, — ЧонИн усмехнулся. Хенджин уже судорожно набирал Бан Чана. Ему было плевать, что телефон прослушивают. Надо было срочно предупредить. Спустя несколько минут разговора он положил трубку и выдохнул. — Всё нормально. Их успеют отозвать. Они ещё не прибыли на вечеринку. Только в пути. Слава богу. — Мы можем теперь идти? — ЧонИн явно нервничал. Похоже время поджимало. Хенджин кивнул. Он медлил, думая о Минхо. Оставить здесь – означало решить разом все проблемы. Свобода. Но в сердце засело иглой сомнение. Времени на раздумья не было. Хенджин всегда слушал свой внутренний голос и вверялся ему до конца. И сейчас, идя сквозь толпу за ЧонИном, он отчетливо слышал этот вопль. Его сердце билось о рёбра взволнованной птицей. Они пересекли огромный зал и нырнули под лестницу в холле. Там была небольшая незаметная дверь. ЧонИн приложил к ручке кольцо на указательном пальце, и раздался щелчок замка. Открыв дверь, он проскользнул внутрь, увлекая Хенджина за собой. Они исчезли в темноте коридора, ведущего на пристань с тыльной стороны здания.       Джисон умирал от скуки. Он нудел уже как полчаса о том, что хочет свалить. Минхо искал глазами Хенджина в толпе и отмахивался от Хана. — Если хочешь езжай. Мы тоже долго не задержимся. Хенджину неуютно. Я вижу. Его напрягают толпы пялящихся на него людей. — А где он, кстати? — Джисон обрадованно засобирался на выход. Он подумывал вместо скучного банкета завалиться в какой-нибудь из диких эротических баров Токио. — Отошёл в уборную. Минут двадцать назад, — Минхо кивнул Джисону. — Иди. Не ной. Я знаю, ты не любишь такие мероприятия. Мы засветились. Кима поздравили. Тебе торчать тут нет нужды. Я пойду поищу Хенджина.       Джисон пожал плечами. Он смотрел вслед растворяющемуся в толпе Минхо и вскоре потерял его из виду. Через несколько минут он уже мчался на моторной лодке по Токийскому заливу навстречу жаркой ночи.       Минхо не нашёл Хенджина ни в уборной, ни где бы то ни было. Прошло уже порядка сорока минут с тех пор, как тот ушёл и словно провалился. Минхо почувствовал, как у него все внутренности скручивает в узел. Словно без Хенджина у него начиналась ломка. Ему стало трудно дышать, и на лбу выступил пот. У него была паническая атака, но он об этом не знал. Легкие сдавило. Минхо расстегнул верхние пуговицы рубашки и не мог понять отчего ему так душно. Он привалился к стене в каком-то темном углу вдали от толпы и закрыл глаза. Он не хотел думать о том, что Хенджин бросил его, сбежал. Куда ему бежать? Минхо найдёт его. Что могло случиться? Внезапно всё существо Минхо задрожало. Сладкий аромат влажной розы ударил в нос. Минхо дернулся на запах и открыл глаза. Никогда в своей долгой кровавой и жестокой жизни Минхо не испытывал такой чистой звенящей радости как в тот момент, когда бледное лицо Хенджина возникло перед ним из темноты. Минхо едва не заплакал от счастья, когда руки Хенджина грубо схватили его и потянули за собой. — Где Хан? — голос Хенджина хрипел. — Уехал. Зачем он тебе? — Бежим. Быстрее, — отрезал Хенджин, и Минхо бросился за ним без слов. Он так боялся, что рука Хенджина отпустит его. Они нырнули под лестницу в какой-то темный коридор и Хенджин внезапно прижал Минхо к стене. Они замерли в практически лишенном света коридоре. — Хён, я должен спросить, — выдохнул Хенджин. Его голос был таким серьёзным, что Минхо вздрогнул. — Говори. — Если я спасу твою жизнь, ты сможешь меня отпустить? — Хенджин дрожал. Его глаза горели в темноте. Минхо вцепился руками в его плечи. — Нет, — прошипел он сжимая пальцы до боли. — Ты мой. Я лучше сдохну, чем отпущу тебя. — Он прижал к себе Хенджина и зашептал: — Я не смогу. Это выше моих сил. Зачем ты спрашиваешь, если знаешь это сам. Разве ты не видишь? Лицо Минхо горело от слез. Он вжимался в Хенджина, словно от этого зависела его жизнь. — Ладно, — Хенджин вздохнул. — Идем, хён. Ещё немного, и мы оба здесь умрем. Он потянул Минхо за собой, и через минуту они уже бежали со всех ног. На пристани их ждал бледный, как мел, дрожащий то ли от холода, то ли от страха ЧонИн. — Хенджин, ты с ума сошёл! — ахнул он, увидев Ли Минхо. — Я в курсе. Сколько у нас времени? — выкрикнул Хенджин на ходу. Они продолжали бежать. Поравнявшись с ЧонИном, они уже втроём рванули с пристани к стоявшему невдалеке автомобилю. — Десять минут, — выдохнул ЧонИн на бегу. Они запрыгнули в авто, и ЧонИн, пристегнувшись, моментально рванул с места, вдавливая педаль газа в пол. — Молитесь, — прошептал он. Они успели выехать на Радужный мост, как раздался первый взрыв. — Черт, — ЧонИн выжимал, что мог, машина стрелой летела по мосту, обгоняя автомобили. Минхо мельком взглянул на плавучий дворец клана Ким. В следующий момент взрывной волной выбило стекла в автомобиле, и Минхо резко лёг на сидение, закрывая собой сидящего рядом Хенджина. Взрывы следовали один за другим. Машины сталкивались вокруг, но ЧонИн летел, обходя всех. Он выскочил с моста на трассу в тот момент, когда на месте резиденции клана Ким взвился в небо столб огня…