Вселенная бесконечна?

Судьба, бывает, обжигает больно,

Бывает, лезвием ощу́тишь нить.

Смириться им необходимо с ролью,

Принять тоску и дальше жить.

— Чара! — Принц постучал в комнату сестры. Он услышал раздраженные вздохи и шаги. — Чего тебе? — Спросила девушка холодно, подойдя к брату вплотную. Азриель был выше неё почти на голову, поэтому ей пришлось смотреть чуть ли не вертикально вверх. Она выскочила из комнаты настолько резко, что волосы попали на лицо. — Мне? — Азриель улыбнулся и поправил волосы сестры, — хочу узнать, не соблаговолите ли вы позавтракать со мной? Есть будешь? — Чара зарделась от возмущения. — Буду! — Она подпрыгнула и тем самым ударила принца своим носом. Пока Азриель соображал, она быстро ускользнула обратно в комнату. — Ну, сестрёнка… — Угрожающе проворчал парень, а после громко добавил, — Советую проверить чашку, прежде чем пить! — Как скажешь! — Послышалось с той стороны.       Ну и родственник… Азриель ставил чайник и думал. Чара в последнее время очень замкнута. Понятное дело, период такой, но не может же он длиться вечно! Хорошо хоть, она вообще выходит из комнаты и ещё общается с кем-то… Чайник закипел. Осталось лишь перенести всё продовольствие в гостиную: завтракать на кухне не по-царски.       Проходя по коридору, он стукнул раз в дверь, чтобы дать сестре понять, что он её зовёт. Кажется, она не услышала этого. Принц вернулся и постучал сильнее, снова никто не ответил. Тогда он открыл дверь… Девушка сидела за своим столом и что-то писала. Именно писала, а не рисовала. Парень подошёл к ней на цыпочках, впрочем, она и так ни на что не реагировала. Кажется, она писала стихотворение. Любовное письмо…?

Я вам пишу. Чего же боле?

Я не смогу всегда молчать.

Мой разум только вами болен,

Лишь вас он просит как врача.

Прошу, меня вы одарите

Не жёстким словом про отказ,

А нежным одобреньем глаз.

— Это кому же так повезло? — С удивлением спросил Азриель, а потом понял, какую ошибку совершил. Сестра посмотрела на него тяжёлым грустным взглядом, как смотрят на предателя. — Т-ты… — Она не могла произнести ни слова. — Прости, я правда не хотел! Обещаю, я никому… — Да какая разница! Это моё дело! Моя жизнь! Почему ты в неё лезешь?! — Да потому что я твой брат! Ты — член семьи, и ты не должна вести себя так, будто никто тебя бедную-несчастную не любит и не понимает! Я случайно влез в твою личную жизнь и не собираюсь делать это дальше, ровно как и рассказывать про то, что увидел. Если ещё хочешь, можешь идти есть. — Азриель вышел из комнаты и закрыл дверь.       Поняла ли Чара его, или осталась при своём мнении, неизвестно. Также неизвестно, какая сторона права. Азриель сидел в гостиной один и пил остывший чай. Видимо, она не придёт…       Но пришёл кое-кто другой. В прихожей послышался стук, принц открыл. На пороге стояли чужеземцы, успевшие за несчастные пару дней стать до удивления привычными и родными. — Ну как, получилось? — Спросил Азриель. Его настроение резко улучшилось. — Нет! Брумм ничего не рассказал! — Хорнет была раздосадована. — Всё хорошо. Я уверен, что мы что-нибудь придумаем. — Принц взял руку девушки и улыбнулся. Та немного смутилась, но улыбка сама выросла на лице. Осознав это, она попыталась её спрятать, но ничего не выходило, тогда она попыталась отвернуться. — Но есть другой вариант. Святая может нам что-то раскрыть, но нужно найти дар. — Святая? Интригующее имя… И что она хочет? — Непонятно. Потерянный потенциал, или как-то так… — Ты не знаешь, что это такое? — Хорнет с надеждой посмотрела на Азриеля. Он не знал, что ответить, отчего поник. — Прости, но я без понятия. Даже если у меня и есть этот потерянный потенциал, я об этом не знаю. Я знаю, что у меня есть чай. Пока что он один и холодный, но это легко исправить. Заходите пока. — Сказал парень и ушёл на кухню.       Призрак пошёл в комнату. Хорнет тоже направилась к себе. Открыв дверь, она поймала на себе очень странный, очевидно, раздраженный взгляд соседки. Заметив её, Чара выдохнула, хотя, казалось, была напряжена не меньше. — Я… Не вовремя? — Хорнет уже знала, что лучше не играть с Чарой. — Да. — спокойно ответила та.       Воительница тоже напряглась. Она стала спешно переодеваться в домашнее, чтобы поскорее покинуть комнату. — Где ходила? — Неожиданно спросила Дрииммур. — А? — Хорнет удивилась. Она не понимала, почему Чара спрашивает, и не знала, что отвечать. — Х-ходила с Призраком к шатрам… Расспрашивали участников труппы про маэстро… — Эту крысу крашенную? — Так же спокойно, не отрываясь от листка, где она что-то наводила карандашом, сказала Чара. Воительница удивилась ещё сильнее. Кажется, их представление о Гримме весьма схоже. — Да. Нужно узнать о нём как можно больше, чтобы победить. Только вот нам ничего не рассказали… Бесплатно… — И что просят? — Да Черв его знает… Загадка какая-то. — Хорнет закончила переодеваться и вышла из комнаты. Хоть у них и завязался какой-никакой диалог, но злить свою соседку ещё сильнее она точно не собиралась.       Парни уже сидели друг напротив друга в гостиной и Призрак что-то рассказывал. — …Он отдал мне пламя без боя и предложил изгнать Маэстро. Жаль, что тогда я не согласился… — Заметив девушку, он подвинулся, освобождая место. Однако Хорнет села рядом с Азриелем. — А… А почему сейчас он этого не предложил? — Потому что тогда мы были в самом отдалённом уголке Халлоунеста, где Маэстро со всей его магией не мог услышать нас. А сейчас он буквально находился в шатре, поэтому не посмел ничего сказать. — Печально…       Послышались шаги. В гостиную вошла Чара, Азриель тут же встал и под предлогом унести посуду на кухню покинул комнату. За это время девушка ни разу на него не взглянула. Она села к Хорнет и взяла свой чай, который принц заварил на всякий случай. — Так вот, — начал Призрак. Он говорил смело, потому что не знал о плохом настроении старшей Дрииммур. Да, впрочем, его это мало пугало, — узнать о труппе в этом мире у кого-то кроме самой труппы мы, очевидно, не сможем. Значит нужно либо разговорить Брумма, либо разгадать загадку Святой… — Чара усмехнулась. — Святая? Ну и имя… И что она делает в труппе? — Я не уверен. В Халлоунесте она брала у меня хрупкие амулеты и изменяла их, создавала более совершенные. Думаю, в самой труппе она играет роль кого-то в роде предсказателя. — Изменяет вещи? Забавно… И что она хочет от вас? — Да Черв его знает… То-не-знаю-что. — Нераскрытый потенциал, жертва ради счастливого финала… — Сказал Призрак. Чара вздрогнула и подняла голову, посмотрела на Хорнет, потом на Призрака, встала и осмотрела всю гостиную. — Кажется, у меня есть идея… — Девушка жестом позвала их в свою комнату.       Она подошла к кровати и встала на четвереньки. Потянувшись, она почти полностью скрылась под кроватью, оставив снаружи только заднюю часть тела, выгнутую в странной кривой. Через минуту она достала пыльный коробок. Удивительно: они живут на поверхности совсем недавно, а уже имеют такие пыльные уголки с ощущением многолетней старости. Чара достала из коробка согнутый, расцарапанный амулет и ржавый нож. — Это может подойти…

* * *

— Фриск, что случилось? — Санс встал прямо перед девушкой, не давая идти дальше. Она уже несколько минут вела его куда-то и молчала. — Ничего. Мы идём домой. Это дело больше не стоит нашего внимания… — Она старалась говорить спокойно, но лёгкая дрожь то и дело проскакивала в её голосе. — Я не понимаю, почему ты так резко переменилась. Тебе уже всё равно на жертву и остальных? — Фриск вздрогнула.       Она сама не понимала, что с ней произошло. В голове был бардак, мысли бежали толпой и она не могла поймать ни одну, а мир вокруг казался ей холодным и злым. — Ладно, ты прав. Но что нам делать? Этого с… Маэстро нет у себя. Нам некого больше спрашивать! — Может, стоит его поискать? — Так мы не знаем, куда он ушёл! Он может быть где-то в лесу, может на горе, может под горой - у нас нет ни шанса его найти! — Тогда… Я предлагаю пойти в Гриллби. Когда я бываю очень напряжён, я всегда хожу туда. — Ты в принципе всегда туда ходишь. — Да, но в такие дни я провожу время по-особенному… — Девушка взглянула на скелета. Ей было непонятно, что тот имел в виду. Она кивнула, и через секунду оба оказались у входа в бар.       Санс вошёл и со всеми поздоровался, многие ему ответили. Он повел Фриск к барной стойке. Гриллби, как всегда, подошёл к ним и поприветствовал. — Дружище, принеси нам, пожалуйста, успокоительного… — Бармен вздохнул и грустно посмотрел на Санса. Вернее, он сделал бы это, если бы имел глаза, а как он смог без лица передать эту эмоцию, известно только богу. Тем не менее, он кивнул и ушёл. — «успокоительного»? — Фриск любопытно наклонила голову набок. — Гриллби прекрасно знает, о чём я. Мы знакомы так давно, что порой мне даже не приходится ничего говорить, он сам всё понимает. — Прекрасно, наверное, иметь такого друга… — А ты не знаешь? То есть я недостаточно хороший друг? — Сказал Санс с своей неизменной улыбкой. — Н-нет, я не это имела в виду! Я хотела сказать, что очень рада за тебя и Гриллби, но я очень ценю тебя! Ты действительно очень сильно мне помогаешь, даже сейчас… Прости… — Не извиняйся. Если я обижусь на такую мелочь, то выходит, что я не такой уж хороший друг, поэтому всё в порядке. — Гриллби принёс два бокала с яркой голубой жидкостью и трубочкой. — А что насчёт того парня… Призрак, кажется? — Фриск вздрогнула и немного покраснела. — А что… Что с ним не так? — С ним-то как раз всё так. Вы вроде бы неплохо ладите. Как он вообще? — Н-ну… Он хороший, забавный… Чудной очень, я не понимаю, почему, но он как будто недавно говорить научился. И в принципе недавно родился. Ребёнок в теле... Чуть более взрослого ребёнка... Я довольно мало знаю о нём, а понимаю ещё меньше… — Так может стоит узнать? Попроси его сегодня вечером рассказать о себе. Тогда будет гораздо проще. — Наверное… — Фриск сделала глоток напитка, который принёс Гриллби. Она почувствовала обжигающе тепло, которое протекло сквозь всё тело. Она тут же отставила бокал и закашляла. — Это что, алкоголь?! — Ты даже не представляешь, насколько это лёгкий коктейль. Если не пить больше одной порции, даже не почувствуешь ничего. — Н-но я же… — Что? Маленькая ещё? Вынужден тебя расстроить, Фриск, но, скорее всего, ты обречена остаться такого размера на всю жизнь. Я не уверен в своих знаниях физиологии, но по-моему ты вряд-ли ещё вырастешь. — Но я не про это! Ах… А что, если мама узнает? — Узнать сам факт она может только от меня, а я говорить ей не собираюсь. Здравствующие безумно демонизируют алкоголь. Я почитал пару книг о его влиянии на человека. Да, он разрушает нервные клетки. Да, это не поможет решить проблему. Но иногда ты потеряешь гораздо меньше, если немного выпьешь и позволишь сознанию уйти от проблемы, пока подсознание будет с ней бороться, чем если останешься с этой проблемой лицом к лицу — Н-но… — Девушка колебалась. Ей было очень страшно. Она постаралась вспомнить что-нибудь приятное, чтобы успокоиться: она думала о подземелье, о своих новых друзьях, вспомнила Призрака и… Маэстро. Увидев в голове его образ, она вздрогнула, все остальные мысли вмиг стёрлись. По телу пробежал волнующий холод, а мир вокруг стал резко серым и неприветливым. Девушка схватила бокал и, зажмурившись, сделала глоток. Холод отошёл, его сменила огненная теплота. Открыв глаза, она увидела обычный мир, такой, как раньше. Неужели так бывает? — Ну ты не набрасывайся так! Если быстро всё выпить, захочешь ещё, а тогда уже я ни за что не ручаюсь. — Спасибо… Это действительно помогло… — Сказала Фриск, отрываясь от бокала. — Я думал, ты ещё поломаешься… — Санс пожал плечами и тоже сделал пару глотков. — Не хочешь рассказать, почему ты так резко изменилась после разговора в шатре? — Девушка замялась. — Я… Разочаровалась в Маэстро. Я была о нём гораздо лучшего мнения. Вот и всё. — И насколько лучшего мнения ты о нём была? — Фриск задумалась. Действительно, как можно описать её ощущения? Теплота, восхищение, нежность, симпатия? Любовь? -… Гораздо… Я бы хотела, чтобы сегодняшний день оказался сном… — С этими словами она сделала ещё глоток. - Настолько? - Скелет удивлённо посмотрел на девушку. Руками он изобразил форму сердца. Девушка покраснела. - Э-э... Н-нет конечно, что ты! Я же не дура, влюбляться в первого встречного уличного артиста... - Ну, теперь это уже не важно. Ты же не будешь влюбляться в убийцу? - Я скорее свои духи выпью, чем подумаю ещё что-нибудь хорошее об этом человеке... - Вполне заслуженно.