Не по сценарию

***

      — Знаете, а я же ведь почти сумел переломать этой рыжей суке ноги, — Влад улыбается и облизывает губы. — Ей просто повезло, что тот кудрявый баран вовремя подоспел. Если бы не он — сволочь получила бы по заслугам… Я столько бегал за ней, так унижался. А в итоге стал для неё мразью.       Андрей давится водой и растерянно смотрит на говорящего. В глазах того видно нечто холодное и безразличное к чужому состоянию. Это пугает и заставляет напрячься, приготовившись к самым худшим исходам. Мало ли у «человека-загадки» шарики за ролики заедут от нагрузки.       — Влад, ты про кого говоришь? Это ты так на мне репетируешь свою роль? Или это наши «чудо» сценаристы добавили всякого треша в сериал? — Андрей неловко смеётся, но такой же реакции не дожидается.       На лице Влада нет ни намёка на улыбку, губы искривляются в гримасе отвращения или раздражённости. Понять точно сложно: Коноплёв является одной сплошной загадкой, которую фактически невозможно разгадать. Андрей честно пытается, он даже говорил с коллегами Влада по съёмкам. И все они начинали с разного, но заканчивали всегда одним и тем же: «Влад не плохой парень, просто очень странный». Только Валя выделилась и призналась. Что её жутко пугает Влад, когда он выходит из образа Князя. «Он будто с войны вернулся и теперь ненавидит всех» — тихо-тихо шептала Валя прямо на ухо Андрею, чтобы больше никто не услышал.       — Я про Асю говорю, про эту вшивую суку. Она на меня наговаривала, не понимая, что её жалкая жизнь висит на волоске, — не своим голосом отвечает Влад и как-то неестественно улыбается, обнажая ряд желтоватых зубов. — Не зря мне Кёрнер говорил, что славянским девушка верить нельзя…       — Влад, что ты, чёрт тебя подери, несёшь? — Андрей начинает нервничать от того, что он не может ничего понять.       Коноплёв резко «застывает» на месте и перестаёт двигаться. Взгляд становится пустым и перестаёт показывать хоть какие-то эмоции. Андрей видел подобное у наркоманов, когда они входили в особый экстаз и совсем теряли связь с реальностью, уходя в «иной» мир. Если Влад принимает — Андрей лично выбьет из него желание продолжать и силой затащит в клинику, откуда не даст сбежать. С чем, с чем, а вот с наркотиками у Андрея отношения, мягко говоря, тяжёлые. Особенно если это касается симпатичных ему, Князю, людей, и Влад является одним из них.       — Простите, старина я просто до конца ещё не отошёл от прошлой роли… — Влад рассеянно улыбается. — Я же недавно снимался в сериале, где играл нациста. Роль слишком привычной стала, сам понимаешь.       Андрей не понимает, как роль может настолько сильно смешаться с личной жизнью. Миша много лет назад пытался объяснить, но тогда Князев не был в настроении, чтобы слушать о вещах, связанных с театром. Теперь же жизнь столкнула с замашками актёров лицом к лицу. Никакой подготовки нет, и Андрей чувствует себя из-за этого не в своей тарелке. Наверное, подобное будет злить любого.       — И часто ты так не можешь отойти? — Спрашивает Андрей, одновременно желая узнать ответ, и нет.       — Достаточно, — кивает в ответ Влад и громко смеётся, будто речь идёт о чём-то лёгком и забавном.

***

      Андрей смотрит на играющего Влада. По телу бегут неприятные мурашки, а в горле застывает ком страха. Его природа сперва непонятна, но потом до Андрея доходит — он буквально смотрит на самого себя и дело не в сериале. Князев никогда не брезговал пересматривать съёмки своих выступлений и при этом ничего, похожего на страх, не испытывал. Но глядя на Влада, Андрей чувствует, будто у него украли личность и теперь нагло пользуются ей в своих целях.       Работа актёра буквально состоит в том, чтобы «примерить» на себя чужую личность, так чтобы это выглядело натурально и естественно. С Владом иное дело: он чересчур похож на самого Андрея не только внешностью, но и поведением. Последнее скопировано просто один в один. Именно это и вводит в ужас и заставляет дрожать похлеще осиного листа холодной осенью.       Во время перерыва Андрей замечает, что Влад по-прежнему находится в образе. Это злит, ведь возникает чувство, будто Коноплёв украл нечто личное и безумно важное. Андрею хочется подойти к нему, схватить за ворот кофты и, хорошенько тряхнув, потребовать отдать украденное. От подобных действий спасает здравый смысл, который прямо говорит: «Андрей, он ничего у тебя не брал. Возьми себя в руки и прекрати страдать от паранойи, это до добра никого не доведёт».       Влад не подходит к «оригинальному» Князю за всё время перерыва и даже не смотрит в чужую сторону. Коноплёв будто бы пытается убедить себя в том, что он и есть «оригинал» и единственный Андрей Князев на белом свете. Или же это всё является простой паранойей и не более того.       В конце рабочего дня Андрей не выдерживает и всё же подходит к Владу. Тот сперва делает вид, что не видит Князева, но в конце концов оборачивается. Лицо Влада выражает явное раздражение и даже неприязнь, будто бы рядом крутится надоедливый фанатик, выпрашивающий внимание от кумира. Именно подобным фанатиком Коноплёв сперва показался, но потом стало ясно, что он читает и смотрит все эти интервью только для успешного вживания в роль. Вне съёмок Влад даже не слушает ни «Короля и Шута», ни «КняzZ», ни «Северного флота».       Вообще, общение с Коноплёвым всегда было странным, потому что Влад всегда говорил мало и в основном слушал. Если же он открывал рот, то только для вопросов или для того, чтобы начать говорить разного рода бред о Германии, Асе и неком «кучерявом тупорылом баране».       — Ты хорошо играешь, — говорит Андрей, стараясь заглянуть в глаза да и в целом понять чужое настроение.       Оно не читается от слова совсем, будто бы кто-то очистил все данные и оставил вместо них пустой лист.       — Я знаю, — вдруг выпрямляется Влад и самодовольно улыбается. — Ты не первый и не последний, кто мне это говорит, — он резко переходит на «ты», хотя раньше использовал одно лишь «вы».       Андрей теряется и совершенно забывает о том, что хотел сказать. Влад не дожидается продолжения разговора и уходит. Князев после этого «диалога» остаётся стоять и смотреть в пустоту.       — Андрей Сергеевич, вы чего застыли? — Слышится бодрый голос Яна, актёра, играющего роль Ренегата.       — Да так с Владом поговорил, — Андрей поворачивает голову в сторону подошедшего и видит, как на его лице появляется странное выражение.       Ян является единственным, кто никогда не говорил Андрею ничего о Владе и упорно избегал этого. Складывается ощущение, будто бы Ильвесу известно что-то скрытое от всеобщего обозрения.       — Ну и как вам «Безликий»? — Спрашивает Ян, не понижая громкости голоса. — Понравилось с ним общаться?       — Почему это «Безликий»? — Андрей подходит ближе к Яну, дабы не дать тому уйти, ничего не сказав.       — Да потому что не существует никакого Влада Коноплёва, есть только роли, которые он играет. Вот сейчас, судя по вашему лицу, вы пообщались с Мики. Это тот её наглый засранец, но он намного лучше Алекса, чёртового нациста, одержимого Асей. Теперь ещё появляется Андрей, он, наверное, самый приятный. Чего вы так смотрите, Андрей Сергеевич? Мне это «Влад» сам рассказал. Он говорил, что лучше потерять себя в роли, чем отыграть её плохо. Как видите — Влад играет прекрасно, — Ян тяжело вздыхает. — Я предлагал ему номер хорошего психолога, но Влад отказался. Ему хорошо быть и нацистом, и наркоманом, и рокером, но не самим собой

***