Игры времени

      Впервые за последние дни Чайльд смог поспать на нормальной кровати. Не на земле, не сидя на диване, не в пещере, а в постели, где постельное белье было создано из самого гладкого и приятного шелка. Дневная жара отступала в объятиях ночного спокойствия. Через приоткрытое окно задувал свежий ветер с запахом чистой реки, пробегающей мимо… И среди этого всего сон наконец был по-настоящему спокойным…       Но, увы, утро не заставило себя долго ждать. Отловив служащего резиденции, Чайльд попросил организовать ему ванну — привести себя немного в порядок после полутора дней пути и полудня безделья. Он честно старался использовать практически то же самое, чем до этого в Ли Юэ его обмазывал Моракс, и результат и впрямь был похож на ожидание. Не дождавшись, пока его позовут к завтраку, Предвестник решил выскользнуть из своей комнаты и направиться на осмотр террас при свете дня.       Он разлегся у самого краешка дощатого настила, прикрыл веки. Только журчание воды и пение птиц нарушали утреннюю тишину. Туман еще не везде сошел — у дальнего берега он клубился и путался в листьях водных растений, выглядел, как парное молоко при свете солнца. Чайльд стянул с ног сапоги, поставил их рядом, а стопы опустил в прохладную воду. Уже не в первый раз он ловил себя на том, что это место так и манило его. Просило остаться если не на всю жизнь, то хотя бы на половину, на маленькую долечку…       Уже знакомый звук шагов влился в утренний шум природы. Чайльд приоткрыл один глаз, приподнялся на локте. На лицо непроизвольно легла мягкая улыбка, сердце забилось спокойнее. Легкий ветерок раздул множественные шелковые ленты, колыхнул светлые волосы, украшенные обилием цветов. — Наслаждаешься, Чайльд? — спросила Гуй Чжун, подойдя чуть ближе. Она села рядом, прямо на доски, подогретые солнцем, склонила голову набок. — Пытаюсь набраться сил перед дорогой, — ответил Тарталья, приняв сидячее положение. — Почему Вы сейчас не у себя? — А что, я не могу погулять по своему дому? — выгнула бровь богиня. Чайльд стушевался, и та тихо рассмеялась, заметив его реакцию. — На самом деле, я искала тебя. Считай, что я успела по тебе соскучиться за ночь. — Ох уж эти Ваши шуточки, — отмахнулся Тарталья. — Я зачем-то понадобился? — Нет. Просто я поняла, что мы слишком мало говорили с тобой вчера, — пожала плечами Гуй Чжун. Взгляд ее пал на подобие прически, которую пытался соорудить у себя на голове юноша. — У тебя все еще плохо получается справиться со своими волосами. Хочешь, я помогу тебе собрать их красиво? — Был бы признателен, — выдохнул с облегчением Предвестник. В тот же момент в ладонь богини лег золотистый гребень, от легкого движения лента покинула рыжие пряди, небрежный хвост рассыпался по плечам. — Моракс с чего-то решил, что мне необходимо страдать и носить этот кошмар на голове. А я просто не понимаю, как это все можно собственноручно собрать не в пожухлый стог сена.       Богиня расположилась за его спиной. Мягкими и осторожными движениями она распутала связавшиеся меж собой пряди, провела несколько раз гребнем по всей длине. По спине Чайльда от прикосновений к голове пробежал табун мурашек… Кто бы мог подумать, что уход за волосами — на самом деле приятная вещь? Особенно, когда этим уходом занимаешься не ты сам. — Тебе очень идут длинные волосы, — говорила Гуй Чжун, разглаживая блестящую медь, оказавшуюся в собственных руках. — И Моракс прав — короткие волосы у нас никто не носит. Чем длиннее волосы — тем выше положение человека в обществе. Тебя природа одарила, ты носишь на голове один из красивейших металлов, и просто кощунство постоянно обрезать его. Смотри, как мерцают, — она протянула одну прядку вперед, и Чайльд смог увидеть, что и правда, на солнце его волосы выглядели превосходно. — Я встречала очень мало людей с таким же даром природы.       Щеки Чайльда запекло, он направил взгляд вперед. Еще несколько минут Гуй Чжун возилась с его прической, и, наконец, та была завершена. Несколько объемных кос протянулось к большому пучку, а от середины головы вниз к лопаткам спускался медный водопад. Всю эту красоту меж собой скрепляли стебли синих цветов. Чайльд уже хотел встать и последовать за Гуй Чжун на завтрак, но вдруг та обняла его щеки ладонями, отклонила голову назад и оставила нежный поцелуй на лбу. — Благословляю тебя на удачу, Чайльд. Пусть беды не встречаются на твоем пути, — с улыбкой произнесла богиня.       После этого Предвестник оказался освобожденным из объятий теплых ладоней. Щеки горели сильнее. Он склонил голову в легком поклоне, глаза его заблестели. Подав ему руку, Гуй Чжун повела его к павильону, где должен был проходить завтрак. И повезло, что Моракс уже был там и разливал по чашкам горячий чай. — Доброе утро, — поприветствовал его Тарталья, усевшись напротив. — Доброе, — в своей манере ответил Моракс, взяв небольшую чашечку обеими руками. — Вы начали свой день с прогулки? — Иной раз неплохо прогуляться в спокойной обстановке, — кивнула ему богиня. — Как ты себя чувствуешь? Выспался?       Моракс отставил чашку в сторону, потер двумя пальцами переносицу. Чайльд же решил молча поесть и послушать, о чем будут говорить два божества, знающих друг друга сотни лет. Впервые Тарталья видел, как Гуй Чжун недовольно хмурится. — Ты что, снова не спал? — строго спросила она. — Ты думаешь, что я слепая и не вижу, что ты по ночам не подушку проминаешь, а занимаешься невесть чем? — Иногда есть дела поважнее сна, — фыркнул Моракс, отведя взгляд. — Я высплюсь потом. — И сколько ты уже не спишь? Неделю? Месяц? — Богиня чуть склонилась вперед, уперлась ладонями в стол. — Ты, конечно, весь из себя всесильный бог, но не забывай, что у тебя может такими темпами крыша поехать. Ты когда будешь сон наверстывать? Тебя ж вырубит на полгода.       Этот самый всесильный бог выглядел так, словно он был нашкодившим щенком. Чайльд усмехнулся, прикрывшись ладонью, за что получил укоризненный взгляд янтарных глаз. — Высплюсь позже. Все будет хорошо, — устало сказал Моракс. — Гуй Чжун, в твоих землях развелось слишком много нечисти. Пожалуйста, проследи за тем, откуда она выползает. — Ты ночью отлучался на охоту? — выгнула бровь богиня. — Мне доложили, что тебя не было. — Она перевела дыхание, скрестила руки на груди. — Я разбираюсь сейчас с этой проблемой. Тебе незачем было напрягаться. — Тем не менее, темных тварей теперь стало чуточку меньше, — улыбнулся Гео Архонт. — Не волнуйся за меня. Я успею наверстать упущенный сон. — Не думай, что я так легко тебе прощу твой недосып.       Тарталья опустил взгляд, поджал губы — чтобы не расхохотаться. Милостивая и добрая богиня отчитывала величайшего и древнейшего архонта его времени за ночные похождения. Кому рассказать — не поверят же ни слову. В напряженной тишине прошел завтрак. С пониманием Гуй Чжун иной раз поглядывала на Предвестника, когда тот через скрип зубов пытался разобраться палочками с едой, но ни слова не говорила. Моракса уже перестали интересовать попытки Чайльда совладать со столовыми приборами, поэтому тот чаще поглядывал на пейзажи за окном.       Когда они прощались, Гуй Чжун коротко обняла Моракса, но на долгую минуту задержала Чайльда в своих объятиях, беспрерывно нашептывая наставления — не лезть в опасности, не нарываться лишний раз и во всем слушать Моракса, даже если его слова будут казаться полнейшим бредом. В последний раз она заглянула в синие глаза Предвестника и отпустила в дальний путь с чистой совестью.

***

      Вдали на горизонте виднелись густые тучи, обещавшие через пару часов низвергнуть на землю всю содержащуюся в них воду. Чайльд шел по левую руку от Моракса, жевал травинку и по-настоящему наслаждался окружением. Он даже не спрашивал, сколько им требовалось идти… Впервые он хотел отдохнуть от своего привычного образа жизни и вверить себя в чужие руки. Иной раз он ловил на себе взгляд янтарных глаз, но не слышал ни слова от своего попутчика. — Ладно, я уже понял, что ты хочешь что-то сказать. Давай, говори, — произнес Тарталья. — Ты сегодня с утра принимал ванну? — спросил Моракс практически без эмоций. — Ну, да. А что, что-то не так? — фыркнул Чайльд, предчувствуя нечто нехорошее. — Твои волосы выглядят просто ужасно, — прищурился Моракс. — Как и кожа. Я просто убедился, что твои руки растут не из того места, и следить за собой нормально ты не можешь.       Тарталья поперхнулся травинкой. Негодование поднялось в нем горячей волной, да до такой степени, что он остановился как вкопанный. Моракс обернулся, скрестил руки на груди и приподнял одну бровь. — К твоему сведению, волосы мне сегодня укладывала Гуй Чжун, храни ее Селестия. И ты смеешь называть работу своей подруги ужасной? — чуть ли не прошипел Предвестник. — А я и не говорил про твою прическу, — закатил глаза Моракс. — Она превосходна. Я говорил только лишь про состояние твоих волос. Они выглядят так, будто ты держал их возле раскаленной лавы неделю. — Знаешь, — устало выдохнул Тарталья. — Ты просто… Просто… Противная задница. Вот кто ты. Все тебя вечно не устраивает. Я даже спорить с тобой не буду. Не нравятся мои волосы и кожа — так сам за ними ухаживай. Я уже понял, что что бы я ни делал, тебе это не по душе. Поэтому я больше даже пальцем не пошевелю ради своего внешнего вида, который навязал мне тоже ты. — Оу, правда? — усмехнулся Моракс. — Хорошо. С этого момента я лично буду следить за тобой. Заметь, не я этого захотел.       Проворчав себе под нос несколько крепких ругательств, Тарталья двинулся дальше по дороге. Он затылком чувствовал, как Архонт сверлит его глазами и насмехается. Возможно, погостив у Гуй Чжун, Тарталья слишком привык к хорошему и забыл, с кем же ему следовало проделать долгий путь.       Так или иначе, а через пару часов пути все же хлынул проливной дождь. Плотной стеной он завешивал виды вдали, заливался за шиворот и словно специально метил в глаза. Очень быстро одежды вымокли в обилии воды, и больше не чувствовались легкими и приятными, а скорее тянули все ближе и ближе к земле, навалившись тяжелым грузом. Ноги в сапогах противно чавкали, утопали в появившейся грязи. — Не могу поверить, что чайный сервиз ты с собой взял, а пару зонтиков — нет, — громко выкрикнул Чайльд, даже не будучи уверенным, что его услышат в шуме льющейся с неба воды. — Ты мне постоянно будешь этот сервиз припоминать? — засмеялся Моракс, смахнув с ресниц осевшие капли. — Боюсь, что я забуду свое имя, но чайник с чашками — нет, — в тон ему крикнул Предвестник.       Утробный смех Архонта потонул в крепком раскате грома. То и дело молнии разрезали своими длинными изломанными змеиными телами небо, спускались к земле вдали яркими вспышками и грохотали на всю округу. Чайльд поскользнулся на размякшей дороге, но тут же его под руку подхватили и не дали буквально упасть в грязь лицом. Небо стремительно темнело, дождь все никак не прекращался, завывал сильный ветер. Деревья клонились от его порывов чуть ли не к своим собственным корням. Иной раз нельзя было понять — обычное ли поле виднеется из-под сплошной стены воды или же рисовое, и таким залитым оно и должно быть…       Они укрылись в небольшой пещере, расположившейся аккурат меж двух скал. Туда вода не заливалась, не залетал противный холодный ветер. Чайльд устало опустился на ледяной камень, запрокинул голову назад. Цветы в его волосах зачахли от непогоды, распутали скрепленные ими пряди… Хворост невозможно было насобирать на костер, так как все вокруг было слишком мокрым.       Моракс создал своей силой несколько небольших камушков, что испускали тепло. Находиться в мокрой одежде Чайльд дальше не собирался. Он распутал сложный пояс, потянул вниз влажную прилипшую к телу ткань верхнего ханьфу. — Что ты делаешь? — прищурился Архонт, чуть отвернувшись. — Раздеваюсь, чтобы не простыть, — пожал плечами Чайльд. — Тебе тоже советую. И, пожалуйста, достань мне новую одежду.       Через несколько мгновений нужные одежды лежали на чистом камне неподалеку, но уже не они интересовали Тарталью. Моракс прикрывал свои глаза ладонью или же отворачивался. Ни разу взгляд его не дотронулся до Чайльда, который даже не до конца стянул с себя верхние одежды. — Ты что, стесняешься смотреть на меня? — засмеялся юноша, специально подойдя чуть ближе. — Неприлично смотреть на раздетых людей, — коротко ответил Моракс, снова отвернув голову и не убирая ладони с глаз. — Пф, — не сдержался Тарталья. — Ты же видел меня в халате после ванны. Странно, что сейчас ты отворачиваешься. Тем более, мы оба мужчины. — Я не смотрел на тебя тогда, — нахмурился Моракс. — И пол здесь не играет роли. — Знаешь, даже в будущем ты таскаешь на себе уйму одежды. Я насчитал слоев пять, если не больше.       Мокрая ткань шлепнулась в сторону, к ней полетела и следующая. Так или иначе, а щеки Чайльда сильно запекло. Даже зная, что на него не смотрят, он и сам начинал стесняться. Он чуть отошел, отвернулся, чтобы сменить штаны. Сухая и свежая ткань казалась просто блаженством. Кожа тоже начала быстро высыхать. — Все, можешь не прикрываться. Я оделся, — улыбнулся юноша, и Моракс, наконец, убрал ладонь с глаз.       Они расположились возле горячих камней, но Архонт не спешил переодеваться. Он к чему-то прислушивался, находился в своих мыслях. Чайльд же вертел в пальцах выпавшие из волос цветы. Решив занять себя хоть каким-то делом, он доставал оставшиеся украшения из волос, чтобы позволить им тоже высохнуть.       Моракс иногда поглядывал на него, но все так же молчал. И вот… Чайльд заметил, как моргать Архонт стал чуть дольше… Ресницы его смыкались на целые секунды… Пока совсем не сцепились друг с другом. Напускная надменность пропала с лица, стерлась сонным спокойствием. И все бы хорошо, но тело Моракса начало клониться вбок, из-за чего Тарталья тут же пересел ближе к нему и поймал в объятия своих рук. Тот встрепенулся, кое-как открыл глаза и уставился на Предвестника с удивлением и нескрываемой усталостью. — Все хорошо. Дождь кончится нескоро. Ты можешь поспать. Я разбужу тебя, если что-то случится, — тихо прошептал Чайльд, прижав к себе только крепче.       Янтарный взгляд сверлил его еще несколько мгновений, пока не помутнел. Тарталья уложил Моракса на свои колени, и тот наконец полностью расслабился, уснув. А дождь все шумел и шумел…