Парень в синем ханбоке

      Под Новый год семья Ким, как и большинство обычных семей, любила собираться всем составом в гостиной у камина с ёлкой и рассказывать друг другу истории. Истории эти были каждый раз разные, но всегда по-своему интересные, ведь папа Хёнджин и папа Сынмин прожили на своём веку немало лет, так же, как и их друзья, что приезжали гостить к ним раз в полгода. Три дочери Ким особенно любили те дни, когда их навещали их крёстные, и тогда непременно праздники выходил на славу. Вся семья сидела до самой глубокой ночи, пока девушки не начинали клевать носом, и их не относили по своим постелям. Так случилось и в этот раз. Убаюканные голосом дядюшек и размеренной мелодией из музыкального центра, Юджин и Лиа тут же вырубились, едва часы пробили два часа ночи. Аёнг же держалась из последних сил, не желая прекращать этот прекрасный момент чудесного волшебного вечера. Она так не любила, когда праздник уходил от неё, и эта ночь, проведённая вместе с семьёй, оказывалась уже в прошлом году. Заметив то, как девушка борется с собой, Сынмин тихо промолвил:       -Зачем себя мучаешь? Пойдём, я отведу тебя в кровать.       -Я не хочу, - сонным голосом сказала девушка, моргая глазами. Она, конечно же, врала, но Ким - старший не стал заставлять её покидать гостиную.        -Ты хочешь о чём-то поговорить? - догадался мужчина.        -Угу, - кивнула она. - Скажи, пап, мы с девчонками тоже станем вампирами?        От полученного вопроса Сынмин слегка опешил и поднял брови. Конечно, подобного вопроса он ожидал, даже ещё намного-намного раньше, но сейчас он встал перед ним очень даже неожиданно.        -Не обязательно. Точнее, скорее нет, чем да. Я бы хотел, чтобы вы с девочками остались людьми. - Ответ его звучал рассеянно, путано и неуверенно. Сынмин не хотел задевать девичьи чувства. - А что такое? Почему ты спросила об этом?        Аёнг пожала плечами.        -Не знаю. Просто задумалась о том, что мы все взрослеем, и однажды может случиться так, что мы с девочками постареем, а вы будете всё так же молоды, как и всегда. Это.. грустно. Лиа уже попросила папу Хёнджина обратить её, когда ей исполнится двадцать один.       От услышанного волосы на затылке Сынмина зашевелились.        -И что ответил Хёнджин?        -Он сказал, что подумает, но я уверена, он уже согласен её обратить.        -Я с ним поговорю, - серьёзно сказал Сынмин, поджав губы. Аёнг прошлась по нему обеспокоенным взглядом.        -Только не говори, что это я всё тебе рассказала. Не хочу потом получить от Лии.       -Хорошо, - заверил её Сынмин. - Я не скажу.        -Спасибо.       Вампир кивнул.        -Так тебе грустно из-за того, что твоя сестра хочет стать вампиром? - продолжил тему Ким.        -Немного. Я, если честно, не хочу быть единственной, кто состарится и умрёт, пока моя семья будет вечно молодой. Но я и не хочу быть вампиром.       Сынмин окинул дочь опечаленным взглядом и жестом пригласил к себе на колени. Та, прямо как в детстве, свернулась калачиком в его объятиях и втянула приятный шафрановый запах от папы Хёнджина, смешавшийся со свежим парфюмом Сынмина. Эта маленькая деталь из детства её успокаивала и дарила частичку комфорта.        -Совершенно нормально, что ты не хочешь быть вампиром. Тебе всего шестнадцать. Пока рано об этом думать. Не грусти. Мы никуда от тебя не денемся.        -Угу, - хлюпнула носом растрогавшаяся Аёнг. - Пап, а когда ты осознал, что готов стать вампиром?       Сынмин рассмеялся.        -Когда понял, что никогда в жизни больше не хочу расставаться с твоим отцом. Я очень долго отвергал мысль, что могу стать вампиром. И Хёнджин благородно принимал это, не давя на меня. Но и ему, и мне было очень тяжело. Время отнимало нас друг у друга, и мы захотели превратить его в вечность.        -Звучит романтично. Как и у дяди Минхо с Крёстным. Только вот Джисон, как будто бы, наоборот быстро принял мысль, что станет вампиром.        Сынмин согласно кивнул.        -Он немного «повёрнут» на Минхо, поэтому он практически сразу же понял, что стать вампиром - его судьба, хотя и говорил первое время, что хотел бы всё, как у обычных людей: семью, потомство и морщины.         -Говоришь так, будто это плохо - быть повёрнутым на своём человеке.        Сынмин призадумался, заломив брови и поджав губы.        -Нет. Не совсем так. Если в вашей семье искренняя и чистая любовь, уважение и взаимопонимание, то это хорошо. Никакая очарованность человеком не мешает тебе жить нормально. Но когда у вас токсическая зависимость друг от друга.. Это не есть хорошо.        -Ты про дядю Чонина и Крёстную Киру? - догадалась Аёнг и поудобнее поджала ноги. Сынмин удивился, поправив дочь на своих коленях.        -Маленький психолог. В кого ты такая умная?        -В тебя, наверное, - улыбнулась девушка, польщённая комплиментом, а после добавила: - У вас с папой тоже были такие отношения, ведь так?        -Были, - тяжело выдохнул вампир. - Что твой отец, что я, были со своими тараканами, которые долго мешали нам жить нормально, в гармонии.        -Куда же они делись?       -Никуда не делись. Мы просто их приручили, заставили уживаться друг с другом. Любовь и взаимопонимание, знаешь ли, не берутся из воздуха. Они взращиваются. Долго и упорно. Как растения.        -Понимаю. Получается, если бы вы не справились со своими тараканами, нас с девочками сейчас не было бы ? - грустно спросила Аёнг, сжав чужой джемпер.        -Давай не будем думать об этом. Особенно в Новогоднюю ночь. У нас у всех всё хорошо, и это самое главное.        -Наверное, ты прав.        -Не наверное, а прав. Давай иди спать, или тебе спеть колыбельную, как в детстве?       Аёнг привстала, вырвавшись из объятий Сынмина, и покачала головой.        -Не-не-не, колыбельных точно не надо. Это будет слишком «кринжово». - Они с Сынмином посмеялись и крепко обнялись. - Спасибо, пап. Мне было важно поговорить с тобой.        -Всегда приходи и делись своими переживаниями, - твёрдо проговорил Сынмин. - Даже если тебе кажется, что проблема пустяковая, не молчи. Мы с Хёнджином всегда поможем и подскажем, как правильно.        -Хорошо, спасибо! - с этими словами Аёнг поцеловала отца в щёку и убежала в свою постель.        Сынмин достал свой телефон и заглянул в приложение. Семьи Феликса и Чанбина выложили фотографии с их совместных рождественских праздников. Вампир зацепился взглядом за седину Ли, большое пузо и морщины Чанбина и грустно улыбнулся себе под нос. Как давно он не видел своих старых друзей вживую. Всё, чем довольствовался - лишь фотографиями из социальных сетей, которые выкладывали их дети и внуки.        В гостиную тихо пробрался Хёнджин и встал позади кресла, в котором сидел его муж, оперевшись на мягкую спинку. Заглянув через плечо, он посмотрел на фотографии.        -Решил погрустить?       -Нет, - просто ответил Сынмин и спрятал телефон в карман брюк.        -Не обманывай, я чувствую твоё настроение. И слышу твои мысли, если забыл.        Хёнджин обошёл кресло и устроился на коленях мужа, обвив руками чужую шею. Сынмин поджал губы и кивнул головой.        -Точно. Мы же имеем с тобой эту побочку. Я и забыл. Нашим «минсонам» повезло, что они отмучились с этим до обращения.       -Тебе так не хочется иметь со мной ментальную связь? - состроил грустную моську Хёнджин.        -Нет. Просто хочется блокировать некоторые мысли. У каждого же должны быть секреты, верно? - Сынмин погладил чужую спину и подвинул мужа ближе к себе, заглядывая в его карие омуты. Хёнджин напрягся, но взгляд выдержал.        -Какие секреты ты от меня хочешь скрыть, а, Ким Сынмин?        -У меня нет от тебя секретов, - честно признался мужчина, а после небольшой паузы добавил. - Пока что. А у тебя есть от меня секреты?        Вампир прищурился, копаясь в голове мужа.        -Аёнг рассказала тебе о нашем разговоре с Лией.        -Да, но почему об этом не рассказал мне ты?        -Потому что об этом попросила Лиа. Я не мог нарушить отцовское обещание, - защитился Хёнджин.        -Но я тоже её отец, - без возмущения в голосе ответил Сынмин. - Такие вопросы решаются совместно.        -Не переживай. Никто ещё ничего не решил и не собирался этого делать. Лиа просто поделилась своими необдуманными подростковыми желаниями. Она ещё сто раз передумает. Не надо её в этом сейчас обвинять.        Сынмин поднял руки вверх, как бы сдаваясь. Хёнджин широко улыбнулся и поцеловал мужа в губы.        -Спать пойдём? Я могу тебя уложить, - прошептал он у самого уха. - И покормить, - ещё тише произнёс вампир, оголяя участок шеи. Сынмин задержался на нём взглядом, невольно выпуская клыки наружу.  Хёнджин выжидал в предвкушении укуса, но вместо этого Ким подхватил его за бёдра и понёс к ним в спальню.       -Только не громко, - попросил он, открывая дверь комнаты. - Девочки могут проснуться. 

****

      Прошло несколько дней. Семья Ким, а точнее, младшая её часть, всё ещё находилась под впечатлением от полученных подарков от своих пап. Вместе со своими дядюшками и кузенами, девушки посещали театры, ледяные дворцы и торговые центры, прожигая каникулярное время и напитываясь эмоциями. Зимние каникулы были для них самыми любимым. В воздухе царила атмосфера праздника, дорогие гости осыпали подарками, и самые близкие были рядом. Как жаль, что новогодняя магия не вечна. Как жаль, что после насыщенного отдыха всегда наступает рутина.        Сидя в кресле в освященной мастерской на втором этаже, Лиа осваивала новое приложение на подаренном родителями графическом планшете. В дверь тихо постучали, и следом показалась голова Сынмина. Девушка оторвала взгляд от подарка и кивнула, что папа может войти. Он аккуратно присел на стул и проследил за тем, как сосредоточенно брюнетка проводит стилусом по экрану.        -Нравится? - спросил он, указывая на подарок.        -Ага, - кивнула Лиа. - Но всё же в традишке рисовать привычнее.        -Хочешь, порисуем с тобой? Как в старые добрые.. - предложил мужчина и указал на мольберт за своей спиной. Дочка прищурилась, пытаясь понять, с чего бы такое внимание.       -Пап, ты что задумал? - спросила она.       -Ничего, просто хочу провести с тобой время, - невинно ответил Сынмин и пожал плечами, отведя взгляд. Лиа заподозрила, что тот врёт.        -Прости, но я не очень хочу. А если захочу, то позову папу Хёнджина, он всё-таки преподаватель. Поправит, если что.        -А вот сейчас было обидно, - сказал Сынмин, поджав губы. Нет, обидно ему не было. Лиа всегда была остра на язык и пряма в своих выражениях. Но вампир - отец не обращал на это внимание, понимая, что девушка имеет такой характер, и его не перекроешь. Нет, определённо оскорблять других или вести себя неподобающе родители ей не позволяли, но свободно выражать свои мысли так же не могли запретить. - Тогда, если не хочешь сама, не против, если я посижу здесь и порисую? - спросил он.        -Валяй, - пожала плечами девушка и уткнулась обратно в планшет. В комнате воцарилась тишина. Каждый был занят своим делом, разговор немного не клеился, потому что Лиа была не в настроении и отчаянно пыталась уйти в рисование. Обычно, такой меланхолии предавалась её младшая сестра, за что часто становилась объектом для подколов, но сегодня и Лиа прочувствовала на себе - что значит зависеть от гормонов. Девушка, не спросив у отца разрешения, негромко включила свой плейлист, чтобы поднять настроение, но никак не ожидала, что рисующий отец зацепится за её фаворитов.        -Nexis? - спросил он, не поворачиваясь. Девушка была удивлена услышать название группы из уст отца. Не думала, что он знает двух недавно дебютировавших девчонок.       -Да, - ответила она. - Знаешь их?        -Их лично - нет, а вот их деды - Чанбин и Феликс - были моими лучшими друзьями.        Лиа окончательно отвлеклась от рисования и округлила глаза.        -Заливаешь.        -Нет, честное слово. Могу даже фото показать, - Сынмин встал и подошёл к шкафу. Он потянулся за альбомом, что стоял на одной из полок и пролистал страницы. Найдя нужные фотографии, вампир показал их своей дочери, а затем открыл фото из интернета, для сравнения. Буквально те, что смотрел несколько недель назад в Новогоднюю ночь. Лиа, найдя сходство между мужчинами, перевела взгляд на отца. Тот и правда был другом людей, которые оказались родственниками её любимой группы.        -Ого! - воскликнула девушка. - Пап, так это значит, что ты мне билеты на концерт по блату достать сможешь? - то ли с надеждой, то ли шуткой спросила Лиа. Сынмин улыбнулся и покачал головой.        -Это вряд ли. Ты и сама понимаешь почему. Я давно не общался с Ёнбоком и Чанбином.        Девушка понимающе кивнула, снова пройдясь взглядом по молодым лицам из альбома. Сынмин решил зацепиться за эту эмоцию и продолжить разговор.        -В молодости Чанбин очень хотел покорить сцену, занимался в университетском кружке, а Феликс, то есть, Ёнбок ему помогал. Свою мечту Со так и не исполнил, но, похоже, поддержал свою внучку, которая со своей подругой всерьёз занялись музыкой. Как образовалась группа "Nexis" я точно не знаю, я лично даже не застал тот момент, как у моих друзей появились дети. Интернет - мой главный источник информации.        -Грустно звучит, - ответила Лиа, поджав губы. - Скучаешь по ним?        -Конечно, - выдохнул вампир грустно и даже немного драматично, из-за чего дочь могла найти это неправдоподобным, но дабы выдержать чувство такта, она спросила:        -Когда вы виделись в последний раз?        -На нашей с Хёнджином свадьбе. Они уже тогда заподозрили что-то неладное. Я повзрослел, а вот Хёнджин, Минхо и Джисон совершенно не изменились. Даже фальшивая седина и нарисованные морщины не дали значимого эффекта.        -В такой день и менять свою внешность, - поморщилась Лиа. - Ради кого-то. Ну такое себе..       -На нашей свадьбе были люди, мы не могли иначе. И прежде всего, из-за твоей бабушки. Она очень хотела увидеть, как её единственный сын вступает в брак. Если бы мы сделали всё по-тихому, она бы обиделась на меня ещё сильнее, - пояснил мужчина. - Это был последний праздник, когда мы так серьёзно светились перед родственниками и близкими друзьями. Потом просто пришлось исчезнуть..       -Бабушка так и не узнала, что ты вампир? - задала каверзный вопрос девушка.       -Я ей не говорил, кто я, но думаю, она поняла, что я буду жить вечно. Перед смертью мы увиделись вновь.        -Тяжело терять близких?        Сынмин нахмурился. Неправильный ответ мог привести к плохим мыслям и последствиям. И этим неправильным ответом, в любом случае, было бы «Да». С одной стороны, грусть от разлуки заставляет тебя задуматься о вариантах предотвращения печального исхода - об обращении. С другой стороны, желание состариться вместе с друзьями и близкими, теми, кто является людьми, останавливает тебя от этого шага.        -Смерть моих родителей - закономерный процесс, они прожили долгую и счастливую жизнь вместе. Практически вместе они и отошли в мир иной. Другая ситуация, когда ты не можешь разделить все человеческие радости со своими близкими и друзьями, абстрагируешься от них, чтобы не подвергнуть опасности, но чувство грусти и ностальгии от тебя никуда не уходят.       -Хочешь сказать, что хотел бы остаться человеком? - зацепилась за слова Сынмина Лиа.       -Если бы твой отец был человеком, то да.        -Тебе не нравится быть вампиром? - допытывалась дочь. Рисование, что первый, что вторая уже давно прекратили. За окном тихо сыпал снег, в доме было тепло и уютно, что создавало прекрасную атмосферу для разговора по душам. Сынмин чувствовал, что ему удалось потихоньку приблизиться к сокровенным мыслям его дочери.        -Не могу сказать, что я мечтал об этом всю свою сознательную жизнь.. - задумчиво протянул Сынмин. - Есть свои плюсы, но минусов гораздо больше. Один из них и самый главный - жажда человеческой крови.       -Но вы же не убиваете людей, а берете кровь из банка крови или находите донора..       -А могли бы есть обычную еду и не лишать больницы запасов.        -Чем лучше убивать свиней и коров?       -Резонное замечание, но этих животных разводят как раз -таки для того, чтобы они были съедены. С людьми так не поступишь.       -Почему нет? Некоторые жизни вообще не заслуживают.        Сынмин нахмурился. Разговор уходил не в то русло. Точнее то, как размышляла его дочь, ему не нравилось.        -Мы не можем решать, кто и чего заслуживает. Запомни это, - строго наказал вампир.        -Не заводись. Я же не собираюсь никого убивать. Просто мысли вслух.        Вампир подавился воздухом. Ещё бы Лиа собиралась сделать что-то подобное! Мужчина вернулся к мольберту, дабы остыть за работой. Лиа продолжала наблюдать за своим отцом.        -Тебе было страшно, когда папа обращал тебя? - спросила она в спину Сынмину.       -Нет. Прошёл месяц после нашей свадьбы. Мы хорошо вместе отдохнули. А после это произошло.        -Какими были твои чувства? Ты понял, что проснулся новым человеком?        Сынмин думал разговорить дочь, чтобы та открыла ему свои мысли и секреты, но не ожидал он, что сделает это именно девушка с ним самим. Раз уж зашёл довольно честный разговор, то вампир решил, что выложит всё девушке без прикрас.       -Когда я проснулся спустя четыре дня агонии, то первое, что захотел - это пить. Вкус крови был на моих губах. Хёнджин отпаивал меня, пока я превращался, но этого было мало. Он протянул мне пакет с кровью, и я полностью осушил его. Это было… - Сынмин окунулся в воспоминания, позабыв, что своими рассказами может травмировать юную душу, - .. это было так вкусно, что я почувствовал, как наполняюсь силой. Я посмотрел в зеркало. Оттуда на меня смотрел демон. Всё моё лицо было в чужой крови, клыки выступили наружу, глаза стали чернее ночи. Я больше не принадлежал себе. И поняв это, меня вырвало тем, что я выпил.        Вампир перевёл взгляд на свою дочь. Та была очарована и в то же время напугана. Отец оказался слишком откровенен. Так честно он не разговаривал с ней даже тогда, когда они с Хёнджином признались своим дочерям, какова их природа на самом деле. Будучи уже довольно взрослой, Лиа спокойно относилась к таким разговорам, которые часто вела со своим Крёстным - Чонином, но от отца этого не ожидала. Обычно, Сынмин был чуть отстранён, когда дело касалось разговоров о вампирах. И вот сейчас он был близок к тому, чтобы поделиться своими переживаниями и страхами.        -И долго ты съедал себя за то, кем ты являешься?        -На удивление, нет. Спустя несколько месяцев я принял себя таким, какой я есть. Хёнджин научил меня не зависеть от крови, помог адаптироваться. Но это не значит, что я полюбил свою природу. Я до сих пор считаю, что вампиризм - аморален.        Лиа снова прищурилась, пытаясь понять, врёт ли отец или нет. Что-то она не замечала, чтобы его съедала совесть за выпитый пакетик крови или чтобы он осуждал Чонина, когда тот рассказывал, как выпил преступника из подворотни.        -Ты сам по себе такой святоша? Или .. в прошлом что-то было? - мягко намекнула Лиа, подметив, что Сынмин замер с кистью в руке. Если копаться в чужой голове, так до конца.        -Второе, - ответил Ким и надолго замолчал.       -Ты встретил плохого вампира? - предположила девушка. Сынмин хмыкнул. Историю с Хёнджином он решил опустить. Всё же Лии знать это было и не обязательно, а вот история с псевдовампирами очень даже могла сойти за поучительную.       -Я встретился с плохими людьми, которые хотели стать вампирами, - мужчина опустил воротник рубашки и показал рубцы, оставленные от искусственно созданных клыков -  кап.  Лиа встала с кресла и подошла ближе к отцу, чтобы рассмотреть внимательнее.        -Как это произошло? - допытывалась она, заинтригованная новой, ранее неизвестной ей, историей.        -Не уверен, что мне стоит это рассказывать, - отмахнулся отец, чем вызвал ещё больший интерес.        -Сказал «А», говори и «Б». Я же теперь не отстану от тебя! А если не расскажешь, пойду спрошу у папы Хёнджина или Крёстного! Они - то полюбому знают.        «Ох, уж они - то знают всё в мельчайших подробностях», - проскочило в голове Кима. Именно кузены с Минхо спасали их с Джисоном от неминуемой смерти, от кровожадного, помешанного на вампирах культа. Именно им пришлось замарать руки, чтобы спасти любимых, а после заметать следы, оставив в недоумении весь город.        И тогда Сынмин рассказал, с разрешения своей дочери, рассказал без утаивания, что и как происходило с ним в новогоднюю ночь с две тысячи двадцатого на две тысячи двадцать первый год. Воспоминания отдавали паникой и тревожностью, возвращая вампира далеко в прошлое. Удивительно, но спустя столько лет его всё ещё трогали те события. Пусть не так сильно, как тогда, но это определённо не было тем, что можно так легко вычеркнуть из своей жизни.       -А почему ты от папы-то морозился? Он же наоборот тебя спас, - задала вопрос Лиа, которую рассказ Сынмина, как будто бы и не сильно впечатлил. Возможно, Чонин уже поделился секретиком из жизни вампиров.        -Он был частью вампирского мира, а меня от него трясло. Это противоречивое чувство, когда ты хочешь избавиться от проблемы, но вместе с ней уйдёт часть тебя. Плюс - у твоего отца тоже немного потёк чердак после той ночи. Он слегка озверел.        -Это называется «забота», - поправила вампира дочь.        -Я это понимал и чувствовал себя за это виноватым. Хёнджин спас меня, заботился обо мне, а я только и желал, что стереть себе память и оказаться в начале две тысячи двадцатого, когда моя жизнь была спокойной, размеренной и лишённой вампирских интрижек.        -Значит, ты хотел бросить папу? - сделала заключение Лиа.        -Нет. Я не хотел, чтобы он был вампиром. Я не хотел, чтобы его существо напоминало мне о той ночи, когда я чуть не умер. Клыки, море крови, твоя беспомощность, боль, слабость, страх за друзей, надежда на спасение - это всё было в моей голове. С этим было тяжело справиться. Даже тогда, когда всё обошлось, я ещё долго плавал в своих кошмарах и возвращался в тот день.        Повисла минута молчания.        -Мне жаль, пап.. - тихо сказала Лиа. - Но дерьмо иногда случается..        -Ты права. Но в наших силах его остановить, подумать, как поступить, и не совершать глупостей.        Девушка тяжело вздохнула и снова уткнулась в планшет, о чём-то глубоко задумавшись. Сынмин надеялся, что это то самое, чего он и добивался - то самое сомнение относительно желания стать вампиром, но не перегнул ли он палку?        -Всё в порядке? - уточнил он, нахмурившись. Как жаль, что он не мог прочесть мысли своей дочери в этот момент.        -Да, в полном, - быстро ответила Лиа, а после захлопнула крышку планшета и встала с кресла. - Пойду, что-нибудь перекушу. Я проголодалась.       -Приготовить тебе что-нибудь?        -Нет, спасибо. Я сама.        Было видно, что дочь поскорее хочет покинуть компанию отца, и это очень его задевало. Он же открыл ей свою душу, так много всего рассказал, а она сделала вид, что пропустила это мимо ушей? Девушка помедлила, перед тем, как уйти , неуверенно потоптавшись в дверях.        -Спасибо за разговор, пап, - добавила она. - Мне очень приятно, что ты решил со мной поделиться. Я честно, приму твои слова к сведению.       Она догадалась. Она обо всём догадалась! Ещё с самой первой минуты. Сынмин не сделал попытку объясниться, он лишь кивнул головой, решив довериться дочери. Её решение останется за ней, а вот остальных нужно было уговорить не совершать глупостей. И начал Ким - старший с Минхо и Джисона. 

****

      Вампиры уже собирали свои сумки, когда к ним в комнату постучался Сынмин. Они предложили ему войти, что Ким незамедлительно сделал.        -Минхо случайно подслушал ваш разговор с Лией, - начал Джисон без прелюдий и утайки. - Пришёл попросить нас не обращать её?        -Именно, - серьёзно ответил Сынмин. - Хочу взять с вас обещание, что не будете идти на поводу моей дочери, если она попросит вас об этой услуге.        -Она твоя дочь, и мы не в праве принимать такие решения без тебя, - сказал Минхо так, будто это было само собой разумеющееся. Хотя так, на самом деле, и было. Ким и сам это понимал, но на всякий случай решил подстраховаться и успокоить себя.        -Я рад, что вы это понимаете.       -А что насчёт Хёнджина? - уточнил Джисон. -Он как относится ко всей этой затее?        Сынмин какое-то время помолчал.       -Очевидно, предпочитает об этом не думать, но не исключает того, что это может произойти, - ответил за Кима Минхо, слишком хорошо знающий своего друга.        Сынмин согласно кивнул. Именно так и было. Обратить своих дочерей было одной из самых безумных мыслей и действий. Но зачем задумываться об этом сейчас? Зачем терзать себя переживаниями раньше времени? Возможно, именно поэтому Хёнджин не воспринимал слова средней дочери всерьёз. За несколько лет всё могло поменяться. События, люди, обстановка могли изменить решение Лии. Быть может, Хёнджин прав, что не придаёт большого значения этому желанию дочери?       -Да. Но он не сделает этого без моего разрешения.        -Он, может, да, но Чонин.. - пожал плечами Минхо, сомневавшийся в добропорядочности своего названного брата. - В последнее время они очень сблизились с Лией, и он оказывает на неё прямое влияние.        Сынмина задело данное утверждение. Ян - старший хоть и был для их семьи близким и дорогим человеком, местами всё же пугал Кима своей непредсказуемостью. Многолетие определенно давало вампиру мудрости, но и жестокости с упрямостью не отнимало. Кира, верная жена и спутник жизни, пыталась сдерживать ярые порывы его эксцентричного характера, но не всегда у неё это удавалось. Чонин всегда придерживался своего мнения, изредка спрашивая мнения других. Обратить чужую дочь? Почему нет, если ему казалось это правильным?        -Надо с ним поговорить, - заключил Сынмин, предвещая тяжелый разговор.        -Засмеёт, - сразу же выдал Джисон, предугадывающий реакцию названного брата. - Но я могу попробовать, - тут же добавил он. - С недавних пор мы стали чуть ближе..       Минхо незаметно для Сынмина напрягся, но промолчал, ничего не сказав. В воздухе повисла напряженная атмосфера, но Ким был так озабочен мыслью о дочери, что не обратил внимание на чужую, возможно, проблему?        -Спасибо тебе за предложение, но я должен сделать это сам. Всё же это моя дочь. И я сам должен решить этот вопрос с Чонином.        -Какой вопрос? - спросил из ниоткуда взявшийся вампир. Появляться неожиданно - было его исключительным талантом. Тот, предвещая что-то интересное, как всегда, ярко улыбнулся. Сынмин не стал ходить вокруг, да около.        -Лиа хочет стать вампиром, когда ей исполнится двадцать один. И я думаю, что если Хёнджин ей откажет, то она побежит к тебе.        Вампир самодовольно прыснул. Конечно, к кому же ещё она побежит, если не к своему любимому Крёстному?       -И я не стану заниматься такой ерундой, хотя бы потому, что хочет она этого из-за меня.        Сынмин нахмурился.        -Что ты имеешь в виду?        -Привязанность. Я имею проклятие привязывать к себе людей. Сначала Кира, очарованная заколотым вампиром из подземелья, затем Лиа, очарованная своим Крёстным. Боюсь, это всё может очень далеко зайти..       Внутри Сынмина закипала ярость.        -И ты так спокойно об этом говоришь? Вообще-то это большая проблема! Лиа может совершить глупость, а ты довольствуешься собой? - чуть прокричал он.       -Я не довольствуюсь, а констатирую факты. Не задумывался, почему такое произошло? - Ким помолчал, ожидая, что старший приоткроет завесу тайны. - За тремя дочерями сложно уследить, не правда ли? Одна из них умничка и красавица, постоянно оказывается в центре внимания и получает все награды мира. Наша прекрасная Юджин. Сколько было вложено в её развитие и будущее! А Аёнг? Подающий надежды маленький писатель с меланхоличной натурой, возле которого крутятся с заботой её родители. Гиперопека тешит её эго, и она чувствует себя комфортно и спокойно. Вот только что всё в это время получает Лиа?        -Не смей так говорить о моих дочерях! - вскипает Сынмин. - Лиа никогда не была обделена вниманием. Мы вкладывали в неё столько же, сколько и в остальных девочек.        -И тем не менее, якорь она нашла во мне, - так же невозмутимо произнёс Чонин. - Но можешь быть спокоен, я не собираюсь совершать глупостей.        -Очень на это надеюсь! - ответил Сынмин, и вышел из комнаты.        -Если хочешь разобраться в проблеме, обратись к своему мужу, - бросил ему напоследок Чонин. - Уж он - то понимает, что чувствует ваша дочь, ведь история повторяется..       Сынмин решил не медлить и направился прямиком к Хёнджину. Тот как раз расчищал снег во дворе вместе с Аёнг. Завидев серьёзного мужа, улыбка тут же сползла с лица вампира.        -Что случилось?        -Надо поговорить.        Под недоумённый взгляд Аёнг, Сынмин аккуратно взял Хёнджина под локоть и отвёл в сторону. Он поведал весь сегодняшний день от момента разговора с Лией до разговора с Чонином. Теперь уже и Хёнджин стоял так, будто его сильно обидели и разозлили, сложив руки на груди и заломив брови.        -Аёнг поделилась с тобой секретом, а ты разболтал об этом каждому! Как так можно вообще? Ты понимаешь, что вмешиваешься не в своё дело?        -Не в моё? Это моя дочь! Я должен что-то предпринять.        -Успокойся ты! Никто не собирается её обращать. Нет гарантии того, что она захочет обратиться через несколько лет! А ты уже на панике!       -Но что значат слова Чонина? Что за «история повторяется»?        Хёнджин тяжело вздохнул и взглянул на младшую дочь, что продолжила чистить снег, не обращая внимания на отцов, но явно, подслушивая. Вампир понизил голос.        -Он намекает на то, что Лиа влюблена в него, как я когда-то был влюблён в его отца.        -Что? - опешил Сынмин. - Ты мне не рассказывал!        -Это тёмная страничка в моей истории, - закатил глаза старший. - Я этим не горжусь. Но это правда. Мои родители были не так близки мне, как Ян Уджун.       -Но почему? Они тоже, по мнению Чонина, не уделяли тебе внимания? Ты же был единственным ребёнком в семье.        -Они уделяли, определённо, но это было не так искреннее и самоотверженно, как это делал плохой дядюшка Ян, который разрешал то, что запрещали, который показывал то, что не показывали, который внушал страх и трепет одновременно. Возможно, Чонин для Лии - сейчас именно тот, кто дороже собственных отцов.        -Но это же неправильно! - качал головой Сынмин, который, оказывается, копнул в проблему ещё глубже, чем планировал. - И что теперь с этим делать?        Любимый муж положил ему руки на чуть дрожащие плечи и заглянул прямо в глаза.       -Как бы это странно не звучало, но ничего. Чонин не причинит боли нашей малышке. Нужно просто подождать. Больше нам ничего не остаётся..       -Надеюсь, ты прав, - пораженно вздохнул Сынмин и ушёл в глубокие мысли. Новый год сулил решение новых задач. Как в прочем, и каждый из них. И Ким был уверен, что обязательно справиться и с этой, под названием «Спасение Лии». Главное - что любимый муж был рядом, как были рядом и дорогие братья, что клятвенно пообещали не делать глупостей с его дочерью. Пока крепко их слово, то крепка и их связь. Связь огромной семьи вампиров.