Something True.

КЕВИН       Кевин в четвёртый раз перечитал брачный контракт и глубоко вздохнул. Он не был фанатом решения Нила выйти замуж за неизвестного принца чужой страны, тем более, что тот был драконом. Нил, как обычно, просто пошел и осуществил задуманное, оставив Кевина беспокоиться о последствиях. Казалось, Нил вообще никогда ни о чём не беспокоился — он всегда утверждал, что Кевин достаточно тревожился за них обоих.       Даже сейчас, когда Кевин изучал документы, подготовленные Мудрецами после консультации с Кевином и Ники (представителями Нила и принца Миньярда) для свадьбы на следующий день, Нил крепко спал. Он свернулся калачиком на кровати в форме лиса, три его хвоста прикрывали морду и слегка покачивались во сне. Кевин не упрекал его за отдых, они оба были в состоянии повышенной готовности с тех пор, как воспользовались минутной отвлечённостью Рико, чтобы сбежать.       Кевину стало интересно, как Рико отреагировал на их исчезновение. Скорее всего, плохо. Кевин не принадлежал ему так, как Нил, и он не был пленником, каким был Жан, но испытал достаточно его жестокости, и знал, что последствия бегства Кевина с женихом Рико должны быть катастрофическими. Он почувствовал укол вины за то, что бросил Жана, но ничего не мог сделать.       Именно поимка Жана окончательно убедила Кевина в том, что Рико — безнадёжное зло. Они были друзьями в детстве, ибо мать Кевина, Кейли, была верной слугой и дальней родственницей императоров Эвермора. Она работала послом и дипломатом ещё до войны, когда Эвермор участвовал в торговых сделках и культурном обмене с другими королевствами. Кейли проработала в Пальметто много лет и была близка с Ваймаком до того, как его назначили канцлером. Медведь-оборотень на самом деле был отцом Кевина, хотя Кейли никогда не говорила ему об этом.       Отношения Кевина с Рико начали меняться, когда они встретили Натаниэля. Кевин знал балтиморского принца с самого его рождения, — будучи оборотнями-волками, Кевин и его мать были близкими родственниками матери Нила, тоже кицунэ, — но Рико никогда не встречал до прибытия Натаниэля в Эвермор. Кевин сначала обиделся на него, не желая, чтобы игры, в которые они с Рико обычно играли, были испорчены маленьким ребенком поблизости. Но Натаниэль был быстр и полон энтузиазма, а Кевин впервые со смерти матери наслаждался присутствием другого перевёртыша рядом.       Рико их товарищество не понравилось.       — Вам не следует этого делать, — сказал он, когда поймал Натаниэля и Кевина, спавших, свернувшись клубочком, как будто они все еще были щенками. — Однажды мы с Натаниэлем поженимся. Это означает, что он принадлежит мне, и тебе не следует прикасаться к тому, что принадлежит мне.       — Он мой двоюродный брат. — Кевин был раздражён.        — Ты знаешь, что лучше не прикасаться к моим вещам. — Рико пожал плечами.       Кевин знал. Рико относился к своему очень собственнически и любил коллекционировать вещи. Кевин не был уверен, коллекционировал ли Рико блестяшки из-за вороньих инстинктов, связанных с его сущностью нахткраппа, или же ему просто нравилось иметь много вещей.       К концу визита Натаниэля Рико удостоверился, что утвердил свою власть и право владения им. С годами, при каждом визите Нила, становилось только хуже.       Тем не менее, только когда Рико взял в плен принца Морского Королевства, Кевин осознал, насколько сильно его желание обладать. Рико хотел использовать способность Жана как сирены: он хотел использовать знание сокровенных желаний людей, чтобы шантажировать и получить власть.       Как только началась война, Нила отправили в Эвермор ради безопасности, что было смешно, поскольку это подвело его прямо под контроль Рико. Жестокость Рико вскоре сломила неповиновение Жана, но не Нила. Он не подчинялся правилам Рико и был сурово за это наказан. Его острый язык и вспыльчивый характер вызывали гнев Рико: не раз он зашивал Нилу рот, чтобы избавиться от дерзости. Кевин капал Нилу в губы медовое молоко, чтобы он не умер с голоду. Он пытался как можно больше помочь и Нилу, и Жану, но его возможности были ограничены. Рико, не колеблясь, наказал бы и его. Кевин был уверен, что, если бы они не сбежали, сейчас один из них (или даже они оба) был бы мертв.       Кевин вздохнул и отогнал мрачные мысли. Единственный способ спасения Жана, который они с Нилом могли придумать, было заключение этого союза. Кевин не хотел, чтобы Нил связывался с другим потенциально жестоким человеком, но обещание еды из Балтимора было единственным их козырем, чтобы соблазнить Колумбию вступить в войну. Кевин молился, чтобы принц Миньярд оказался более добрым партнером, чем Рико.       Он потер усталые глаза и снова начал читать брачный контракт. Кевин не смог защитить Нила от Рико, но он не позволит ему стать мучеником. Документ был многообещающим. Он доверял Мудрецам, его мать всегда положительно относилась к религии Пальметто и Колумбии, — его беспокоили Миньярды. Мало что было известно об их жизнях до того, как они бросили вызов дядьям на престоле: только то, что их мать была казнена за свою неверность, а её сыновья — сосланы в младенчестве.       Он уже в пятый раз перечитывал брачный контракт, когда услышал шорох на кровати позади себя.       — Кевин? — сонно спросил Нил. — Почему ты ещё не спишь? Ты всё ещё это читаешь?       — Я должен убедиться, что всё обстоит так, как мы обсуждали, — сказал Кевин. — Что, если они попытаются нас обмануть?       — Расслабься, Кевин, — сказал Нил. — Мне нужно, чтобы ты присматривал за мной завтра.       — Всегда.       — Тогда тебе нужно отдохнуть. Иди спать. — Нил снова превратился в лисицу и лег.       Кевин смягчился и встал со стула, потянувшись и застонав, когда спина хрустнула. Он превратился в волка и вскочил на кровать, оборачиваясь вокруг Нила, глубоко вдохнул. От Нила пахло стаей, домом и безопасностью. Кевин позволил знакомому запаху заглушить все новые странные запахи Двора, когда погрузился в беспокойный сон. ЭНДРЮ       День его свадьбы выдался ярким и ясным, но Эндрю это не волновало. Однако, Ники был счастлив, поскольку часть церемонии должна была проходить на улице, там, где его магия имела большую силу. Ники выехал из Колумбии, как только близнецы прислали новости о союзе с принцем Балтимора, чтобы позаботиться о подготовке к свадьбе. Несмотря на то, что брак этот был политическим и заключался в спешке, он ушёл в организацию с головой.       Эндрю пытался отклонить предложение Нила, но Аарон ему не позволил. Не то чтобы Эндрю думал, что женится по любви — он очень сомневался, что способен любить или быть любимым — но надеялся, что жениться вообще не придётся. Эндрю знал, что это было наивно. Как от принца, от него ожидалось, что он женится на благо своей страны, но, до этого недавнего события, не было никаких перспектив. Помолвка Аарона обеспечила союз с Морским Королевством, Ваймак и так был их союзником, а Король Фейри всё ещё был привязан к мертвому принцу сирен. По крайней мере, Нил был привлекательным и предпочитаемым полом Эндрю, а значит, был небольшой шанс, что однажды у Эндрю появятся к нему чувства.       Однако, Эндрю очень в этом сомневался. Он ещё не проводил время с будущим мужем с момента первоначальных переговоров. Если не считать пары всплесков гнева, Нил не проявил особой индивидуальности. Он держал себя под контролем, сохраняя формальный и скучный вид. А ещё, он явно не имел никакого желания жениться на Эндрю, вступая в союз столь же неохотно. Эндрю предположил, что на мысль о браке Нила навело то, что до побега он всю жизнь был обещан Рико.       Рене тоже прибыла с Ники в Пальметто. Она взяла на себя ответственность отвлечь Эндрю и держать его подальше от свадебных приготовлений, в которых он не хотел участвовать. Когда Аарон отправился в Морское Королевство, Дэн и Мэтт отправились поговорить с Джереми, королем Фейри, Ники был занят подготовкой к свадьбе, так что она была единственным человеком во всём городе, с которым он мог проводить время. У него было несколько разговоров с Бетси в её официальном статусе Мудреца Разума, но они были формальными, сосредоточенными на его мыслях о предстоящей свадьбе. В основном, он чувствовал смирение, — Эндрю признал, что этот брак должен был состояться. Он не думал, что после окончания войны они будут проводить много времени вместе. Вероятно, они разъедутся по своим странам и видеться будут нечасто.       Рано утром Ники ворвался в комнату Эндрю, кудахча и следя за тем, чтобы тот собрался вовремя. Эндрю подчинился этой суете, не желая терпеть жалобы. Ники беспрерывно болтал о планах на день, на что Эндрю не обращал особого внимания. Запланированные торжества не имели к нему никакого отношения. Всё, что от него ожидалось, — это появиться и произнести заранее заготовленные слова.       Речь Ники прервал стук в дверь. Это была Рене. Она вошла и послала Эндрю сочувствующий взгляд.       — Прибыли Аарон и представители Морского Королевства, — сказала она. — Не хочешь их поприветствовать?       — Он привёл свою принцессу? — спросил Эндрю, впуская в свой тон немного горечи. Он знал, что по крайней мере часть поддержки Аароном этого союза обосновывалась тем, что конец войны позволит, наконец, заключить его собственный брак. Эндрю не завидовал его влюблённости — он просто хотел, чтобы его независимость не страдала ради счастья Аарона. Эндрю знал, что бесполезно желать иного положения дел, это просто ещё одна вещь, которую ему нужно вынести.       — Да, — сказала Рене. — И королеву. Она непреклонна в желании поговорить с твоим женихом как можно скорее.       — Она не поднимет шума до окончания церемонии, верно? — раздражённо спросил Ники.       — Я бы не стала на это рассчитывать, — виновато сказала Рене. — Он утверждал, что знает её якобы умершего брата. Она никогда не отличалась терпением, а сейчас уж тем более.       — Ну, в любом случае, пойдем поприветствуем их, — вздохнул Ники, направляясь к двери. — Может быть, мы сможем убедить её контролировать себя.       Глаза морской королевы слегка расфокусировались, когда Эндрю подошел к ней.       — Прекрати, — сказал он, не желая, чтобы она использовала свои таланты против него.       — Не будь грубой, Эллисон, — прошипела её сестра.       Та только ухмыльнулась.       — Значит, твой жених хорошенький? — спросила она.       Эндрю только приподнял бровь, гадая, что она могла увидеть. У него не было никаких желаний, связанных с Нилом.       Кейтлин раздраженно вздохнула.       — Поздравляю, — искренне сказала она Эндрю. — Сочувствую, что это был не твой выбор.       — Где он? — спросила Эллисон. — У меня есть к нему вопросы, — её глаза опасно сверкнули.       Это несколько встревожило Эндрю, услышавшего скрытую угрозу.       — Нет, — сказал он. — Не сегодня.       Эллисон была поражена отказом.       — Здесь ты не королева, — напомнил ей Эндрю. — Твои вопросы могут подождать до военного совета.       — Кроме того, я уверена, Джереми тоже захочет услышать рассказ наших беженцев, — сказала Рене более примирительно.       — Сегодня ему есть о чем беспокоиться, — тихо сказала Кейтлин. — Не доставляй проблем в день их свадьбы. Мы сможем получить ответы о Жане достаточно скоро.       Эллисон раздраженно фыркнула.       — Если он лжёт… — сказала она.       — То что ты будешь делать? — спросил Эндрю.       Аарон закатил глаза.       — Должны ли мы просто занять себя чем-нибудь, пока наши брат и сестра продолжают позёрствовать? — задал вопрос он Кейтлин.       — Можно было подумать, что члены королевской семьи знают о дипломатичности и вежливости, — согласилась она, многозначительно обращаясь к сестре. — И может, перестанешь угрожать зятю моего жениха?       — Ладно, — проворчала Эллисон. — Я буду вежлива… сегодня.       — Хорошо, — с облегчением сказал Ники. — Никаких драк на свадьбе.       — Тем не менее, — сказала Рене. — Как только мы сегодня вечером откроем бочонки на пиру, все ставки будут закрыты.       — Когда брак действительно состоится, мне все равно, — сказал Ники. — А пока все ведите себя хорошо. Эндрю, Аарон, давайте, у нас есть дела.       — Я буду сопровождать прекрасную королеву и её сестру, — сказала Рене, протягивая руку Эллисон. Та согласилась с благодарным взглядом.       Когда они остались одни, Аарон повернулся к Эндрю.       — Ты уверен, что хочешь это сделать?       Эндрю равнодушно посмотрел на него.       — Я не знал, что у меня есть выбор. Ты определенно не предлагал мне его в последний раз, когда мы разговаривали.       — Я думаю, что этот союз — лучшая идея для нашего королевства, — сказал Аарон. — Но я не собираюсь заставлять тебя делать это, если ты действительно не хочешь.       — Да, ты собираешься! — сказал Ники. — Время отступать уже давно прошло. Оно прошло до того, как я проделал всю эту работу!       — Я уже сказал, что сделаю это, — произнёс Эндрю. — К настоящему времени ты должен знать, что я держу своё слово.       Аарон кивнул, его плечи расслабились теперь, когда он чувствовал себя свободным от любой вины.       — Что нам делать, Ники?       — Мы должны встретиться с принцем Натаниэлем, чтобы оформить и подписать контракт, а также, обсудить повестку дня, — сказал Ники.       — Я хотел бы поговорить с Веснински наедине, — сказал Эндрю.       Ники приподнял бровь.       — …Почему? — нерешительно спросил он. — Ты же не собираешься делать что-то ужасное, не так ли?       Эндрю не ответил, пристально глядя на Ники.       — Да, хорошо, — сказал Ники. — Его волку-стражу, вероятно, это не понравится. Я не думаю, что они разлучались все время, пока они здесь.       — Хммм, — задумчиво нахмурился Аарон.       Кевин и Нил уже ждали их в залах совета. Нил был одет к свадьбе в синих тонах, и Эндрю не мог не заметить, как это подчеркивало цвет его глаз.       — Хорошо, — сказал Ники, хлопая в ладоши. — Вот что должно произойти. Вы двое прочтете свои клятвы друг другу перед Мудрецами. Вы оба знаете точную формулировку своих клятв? — после их кивков, он продолжил. — Тогда я проведу обряд клятв верности.       — Это волшебная клятва, — вставил Аарон, пристально глядя на Нила. — В нашем королевстве неверность карается сурово.       Глаза Нила вспыхнули.       — Да, мы все знаем, что случилось с твоей матерью.       Аарон напрягся от обиды и гнева. Он всегда считал, что у их матери были веские причины для своих действий. Эндрю считал, что она знала законы страны и заслужила свою судьбу. Оскорбление на него не подействовало, его больше интересовал проблеск личности Нила.       Аарон пристально посмотрел на то место, где рука Кевина обвила запястье Нила.       — Мы знаем, что вы делили комнату. Вас предупредили.       Нил выглядел смирённым.       — Да, Рико также был против того, чтобы я получал поддержку и утешение от моего кузена.       — О, — сказал Аарон. — Так вы не…?       И Нил, и Кевин скривились.       — Опять же, он мой двоюродный брат, — сказал Нил. — Ты часто занимаешься сексом со своим двоюродным братом?       Аарон выглядел так, будто его может стошнить. Ники издал странный звук.       — Можем ли мы двигаться дальше, или вы хотите продолжить диктовать, с кем я могу проводить время? — продолжил Нил, посмотрев на Эндрю.       — Продолжайте, — сказал Эндрю.       — Отлично, — кивнул Ники, быстро приходя в себя. — Как я уже говорил, прежде чем вмешался Аарон, я наполовину мадремонт, моя магия гарантирует, что супруг принца останется верным в соответствии с законами нашего королевства.       — Подождите, только супруг должен оставаться верным? — спросил Кевин, начиная листать длинный брачный контракт.       — Это не имеет значения, — пробормотал Нил. — Ты знаешь, мне всё равно.       — Законы были написаны для женщин-супруг, — слегка виновато сказал Ники. — Чтобы убедиться, что все рожденные дети будут прямыми потомками принца.       — И всё же, — сказал Нил, указывая на Эндрю и Аарона, ещё больше распаляя Аарона.       — Тебе есть что сказать? — потребовал Аарон.       — Как насчет незаконнорожденных детей, борющихся за трон? — спросил Кевин, заглушая ответ Нила.       — Трон всегда переходит к паре двойников, — ответил Ники. — Легитимность двойников на самом деле не имеет значения, о чём свидетельствуют наши нынешние правители. Об этом мы поговорим в другой раз.       — Что я сказал? Никаких драк. — он впился взглядом в Аарона.       — Хорошо, продолжай. — скрестил руки тот.       — Ещё вопросы? — спросил Ники.       — Нет, — сказал Нил, толкая Кевина локтем. — Мы уже достаточно раз прочитали этот контракт. Я знаю, на что согласился.       — Эндрю? — сказал Ники.       Эндрю пристально посмотрел на него, желая, чтобы он вспомнил о предыдущей просьбе.       — Ах, да. Эндрю хочет поговорить с Нилом наедине, — закончил Ники.       — Почему? — немедленно спросил Кевин.       — Успокойся, мальчик, — сказал Эндрю. — Неужели это так странно, что я хочу поговорить с кем-то, с кем я клянусь провести остаток своей жизни?       — Пять минут, — заключил Кевин.       — Что именно по-твоему он собирается со мной сделать? — спросил Нил. — Всё в порядке. Подожди снаружи и постарайся быть менее смешным.       Кевин на мгновение выглядел преданным, но Нил состроил гримасу, заставив его неохотно улыбнуться, когда он выходил из комнаты с Ники и Аароном.       Нил и Эндрю сидели в тишине несколько секунд, оценивая друг друга.       — Итак? — сказал Нил, наклоняясь над столом. — Что такого важного, что мы должны обсудить это сейчас?       — Ты не хочешь замуж.       — Не особо, но я всегда знал, что однажды мне придется это сделать. По крайней мере, ты лучший вариант, чем Рико.       — Какая высокая похвала.       — Верно, это очень низкая планка, — сказал Нил. — Ты беспокоишься, что меня каким-то образом принуждают к этому? Это я предложил. Если кто-то из нас и делает это против своей воли, это ты.       — Я согласился с тем, что этот альянс будет лучшим для Колумбии.       — В конце концов, — сказал Нил. — После нескольких споров.       — Это беспокоит тебя?       — Я был бы гораздо подозрительнее, если бы ты хотел выйти замуж за незнакомца.       Эндрю кивнул, и они вернулись к сидению в тишине.       — Это всё? Ты просто хотел убедиться, что Кевин не заставлял меня делать это? — Нил усмехнулся. — Не волнуйся. Кроме отца, я никогда не встречал никого, кто мог бы заставить меня делать то, чего я не хотел.       — Даже Рико?       — Как ты думаешь, почему я весь в шрамах? Он пытался.       Эндрю задумчиво хмыкнул, заинтригованный вопреки себе.       — Мы не должны позвать их обратно? — спросил Нил.       — Ники начнет говорить, как только мы это сделаем, — сказал Эндрю.       — Ты прав, — согласился Нил. — Давай просто посидим здесь в тишине ещё немного.

***

      День пролетел незаметно. Эндрю и Нил послушно произнесли свои клятвы, поклялись в верности, а затем взялись за руки, чтобы скрепить брак. Эндрю был рад, что не требовалось никакого публичного поцелуя, хотя и не был уверен, было ли это благодаря Ники, знавшем о любви Эндрю к уединению, Кевину (от имени Нила) или свадебным обычаям Пальметто.       За церемонией последовал банкет, на котором в центре помоста восседали молодожены. Эндрю ел от души (пир был превосходным, многие из блюд сейчас Колумбии были недоступны) и почти не обращал внимания ни на своего мужа, ни на Аарона, сидящих по обе стороны от него.       Когда пришло время уходить, Ники устроил грандиозную сцену, позволившую Эндрю и Нилу ускользнуть без чьего-либо внимания. Это было неприятным напоминанием о том, что кузен понимает его лучше, чем обычно показывает.       Эндрю запер дверь комнаты, которую предоставил Ваймак. Он повернулся и увидел Нила, нервно ерзавшего на кровати.       — Предполагается, что сейчас мы… занимаемся сексом, — запинаясь, пробормотал Нил. — Как… Что… Как ты хочешь меня?       Эндрю молча наблюдал за ним.       — Ты когда-нибудь делал это раньше? — в конце концов спросил он.       Нил бросил на него язвительный взгляд.       — Я был обручен с Рико с рождения. Даже будь у меня какой-то опыт, это никоим образом не было бы приятным.       Эндрю напрягся.       — Он не…?       — Нет, — сказал Нил. — Его садизм был не в этом.       Эндрю медленно вздохнул.       — Мы не собираемся заниматься сексом, — объявил он. — У меня нет привычки укладывать в постель не желающих этого партнеров.       — Я готов завершить церемонию, чтобы обеспечить наш союз, — нерешительно сказал Нил.       — Это едва тянет на согласие. Я его не принимаю.       — Разве мы не создадим проблемы?       — Я не планирую никому рассказывать подробности о том, что я делаю в спальне. Ты собираешься транслировать свою сексуальную жизнь, — или её отсутствие? — спросил Эндрю. На вызывающий взгляд Нила он кивнул. — Так и думал.       — Так что же мы будем делать вместо? — сказал Нил.       — Скажи мне что-нибудь правдивое, — попросил Эндрю, устраиваясь на противоположной стороне кровати.       — Что-нибудь правдивое — повторил Нил.       — Ты же знаешь, что такое правда?       Нил закатил глаза.       — Конечно, знаю. Я просто не понимаю, о чём ты просишь.       — Что-то правдивое о тебе. Неоспоримый факт, незапятнанный предвзятостью, вроде восхода солнца или смерти.       Некоторое время Нил молчал.       — Хотя этот союз технически создан для блага нескольких королевств и для прекращения войны, мне наплевать на политику. Всё, что я хочу — это чтобы Рико умер.       — Понятно, — сказал Эндрю.       — Теперь ты скажешь мне правду?       Эндрю подумал, что он может предложить в обмен на сказанное Нилом.       — Как бы мы ни нуждались в еде, я бы никогда не согласился на брак, будь ты женщиной, — на этом он остановился.       Нил это переварил.       — Что теперь? Я знаю, что не чувствую себя в достаточной безопасности, чтобы спать. Держу пари, что ты тоже.       Эндрю пожал плечами.       — Ты мог бы рассказать историю.       Сначала Эндрю подумал, что Нил вообще проигнорирует его предложение, и они просидят в неловком молчании остаток ночи.       — Я могу рассказать о том, как Кевин впервые попытался соблазнить парня, и показал насколько он ужасен во флирте? — осторожно предположил Нил.       — Идёт, — сказал Эндрю. — Взамен я расскажу тебе о такой катастрофе, как Ники на свиданиях.       Нил начал свой рассказ, постепенно расслабляясь во время разговора. Затем настала очередь Эндрю. Они провели брачную ночь обмениваясь бессмысленными историями до рассвета.