Детский дом "Вместе"

Прошло почти две недели, прежде, чем Сережа вынырнул из работы над новым обновлением сети. Все это время Птица практически неотрывно был с ним, то напоминая о еде и сне, то просто затаскивая в кровать, где зацеловывал вяло протестующего против отдыха гения, достаточно быстро заставляя забыть обо всех кодах… Но однажды Разумовский был оторван от работы по несколько иной причине. Марго известила их о том, что Игорь Гром запрашивает разрешение войти. Сережа рассеянно встрепенулся и если бы не мягкое напоминание Птицы, не понял бы, что происходит. — Игорь? Впусти конечно! — Разумовский отложил ноутбук, стараясь пригладить растрепанные волосы. Птица бы рассмеялся его попытке выглядеть лучше в глазах Грома, если бы только его не беспокоило сейчас несколько иное. — Птенец, засосы. Но было уже поздно. Игорь довольно быстро добрался до кабинета Серёжи. — Добрый день. — Д-добрый, — Сережа покраснел, только сейчас вспомнив — в каком состоянии последние пару недель его шея, а теперь и ключицы, которые были отлично видны через ворот старой домашней футболки. Игорь растерянно замер, забыв даже то, зачем пришёл. Румянец Разумовскому удивительно шёл, и Гром бы даже испугался этой мысли, если бы только не обратил внимание на красноречиво исчерченную следами любви шею рыжеволосого. Похоже, у кого-то была весёлая ночка. Гром откашлялся, не желая продолжать думать на этот счёт: — Сильно отвлёк? Разумовский под этим взглядом смутился ещё больше, но ободряющая ладонь Птицы на плече все же помогла взять себя в руки. — Нет, все в порядке, я почти закончил на сегодня, все равно, кажется, уже все спят, а остальное я без программистов не доделаю… — Сережа посмотрел на экран раскрытого ноутбука, убеждаясь, что уже довольно поздно. — Что-то случилось? — он обеспокоенно нахмурился. Игорь слабо усмехнулся — Разумовский создавал впечатление, что он и сам бы смог со всем справиться без чей-либо помощи в программировании. Но делегирование обязанностей — это разумно. — Нет, ничего не случилось, просто… — Гром сосредоточился на главной проблеме. — У Олега скоро день рождения, и я не знаю, что подарить ему. Вы с ним очень похожи и поладили очень хорошо… Да и… Димка посоветовал к тебе обратиться. Словно не он сам уцепился за это, как за возможность немного пообщаться с Сергеем. Игорь мысленно поморщился, чувствуя себя странно. — День рождения? — как человек, забывающий о собственном-то празднике, Разумовский очень удивился этой новости. А следом в голове пронеслась мысль, которую он сразу же озвучил: — Дима? — Дубин, мой напарник, вы знакомы, мы вместе в детдом приезжали, когда Олега привозили. И да, — Игорь чуть нахмурился. — У Олега меньше чем через неделю праздник… вроде как. По крайней мере, по документам с его слов родился он вроде как в этот день. Серёжа вспомнил бойкого блондина, пришедшего вместе с Громом, кажется, другой полицейский ещё тогда сказал ему: «Держи своего Грома на поводке» или что-то подобное… Сережа нахмурился, не понимая, почему ему не нравятся эти слова, словно… Словно Игорь и Дубин не просто напарники. — Марго, запиши пожалуйста дату и сделай так, чтобы в этот день я был свободен, — не доверяя собственной памяти, попросил Разумовский ИИ. — Похоже, у тебя вряд ли сейчас будет время помочь придумать что-то и мне? — с сожалением вздыхает Игорь. — Но зато ты теперь знаешь про его день рождения. — Нет, все в порядке, я просто не ожидал, — Серёже не хочется отпускать майора. — Может выпьем чего-нибудь и подумаем вместе? Он бросил неуверенный взгляд на Птицу, словно спрашивая разрешения. — Звучит, как неплохая идея, — соглашается Игорь, чувствуя облегчение от того, что всё-таки помощь будет. Птица кивает — пусть Птенец делает то, что ему заблагорассудится. Сережа улыбнулся, предложив: — Алкоголь, чай, газировка? — Первое скорее, — чай Гром пил редко, газировку ещё реже. — Я ещё в прошлый раз заметил, что ты в восторге от газировки. Все эти автоматы… Ты хоть питаешься чем-то, помимо этого, надеюсь? — Питается, — фыркает Птица немного ворчливо, хотя знает, что его тому не слышно. — Ещё бы он не питался, когда заставляют и уговаривают постоянно. Серёжа бросил на него укоризненный взгляд и улыбнулся Игорю: — Ну, я бы не выжил, если бы питался только этим! Все это — просто мечта детства, закрываю гештальт, так сказать. Игорь понятливо кивает — нагоняет упущенное значит. От него не укрывается смутно странное поведение Разумовского, которое было несколько похожим на поведение Олега, но он не комментирует это. И не подаёт вида. Ему интересно самому понять, что происходит. «Они и правда сильно похожи» — Рад, что ты можешь сделать это сейчас. Разумовский встал, нажимая одну из панелей на стене, открывая бар, скрытый за ней. — Что тебе налить? — он обернулся к Игорю, достав пару бокалов. — Без разницы, — все равно он не собирался особо пить. Просто дань вежливости. К тому же, если отказываться от всего, люди могут почувствовать себя неуютно. Сережа покачал головой, но налил им обоим немного виски, и присев на диван, кивает Грому на место рядом с собой: — Устраивайся поудобнее и будем думать, — он улыбнулся. Игорь садится рядом с ним и берёт в руки предложенный ему бокал. Пить виски из бокалов было немного странным решением, лишь больше добавляющим сюрреализма происходящему. Почему-то Гром нервничать начал, ему даже почудился чужой пристальный взгляд, но никого кроме них и Марго тут не было явно. — Мне хотелось бы хотя бы на этот день забрать Олега — такое иногда практикуют, но… — Сережа неуверенно огляделся. — Оу, — Игорь почувствовал себя смутно расстроенным, учитывая, что он первый заинтересовался днём рождения, а теперь сможет только передать подарок. Если успеет придумать его. — И что мешает? — Ну, мое жилище, как видишь, вряд ли можно назвать полноценным домом, это скорее офис с возможностью жизни без отрыва от работы, — Серёжа почти дословно повторил ворчание Птицы. Игорь фыркнул, а затем, зацепившись за возможность, предложил. — Моя квартира почти нежилая, я в основном больше работаю, чем нахожусь там, но официально жилищем это считается, — произнёс он. — Тогда у меня есть предложение — давай сделаем празднование в два этапа — сначала у меня, потом у тебя? — Отлично, — кивнул Гром, хотя слабо понимал, как подобные праздники устраивать. У Разумовского тоже не было опыта в подобном, обычно Олежа, когда они уже были самостоятельными, на его день рождения готовил торт со свечками и они смотрели какой-нибудь фильм об искусстве. — Значит, нам нужен торт и… — Сережа запнулся, пытаясь вспомнить возраст мальчика. — Свечки? — предположил Игорь. — Да, а ты знаешь, сколько? — Разумовский смущённо пояснил под взглядом Игоря. — У меня всегда было плохо с подобным — возраст, даты — ну никак они не держатся в голове… — Девять теперь будет, — без малейшего раздражения ответил Гром. — Можно будет шарики развесить. — Да, и гелиевых побольше! — глаза Серёжи загорелись. «Красиво, » — мельком подумалось Игорю. — Можно будет поиграть во что-нибудь или посмотреть что-нибудь, — предложил он. — Обязательно! Но это вечером, надеюсь у тебя большой экран? — Разумовский уже мысленно продумывает программу — насыщенный день в башне и тихий почти семейный вечер у Игоря. Гром почувствовал себя неловко — старенький ноутбук на большой экран не тянул. — Я думал о кинотеатре, — отстранённо произнёс он. — Хмм, — Сережа задумался. — А может сначала прогулка, возможно парк аттракционов, потом торт у тебя и в башню? — небольшая перестройка планов ничуть не мешала. — Как скажешь, — легкое пожатие плечами. — Только… — Сережа смущенно улыбнулся, — я готовить не умею… Да и подарок все же нужно найти. — Попробую что-нибудь сделать под руководством Тёти Лены, если торт обязательно должен быть домашним, — говорит Гром. — Если хочешь, можем вместе попробовать. На крайняк всегда покупной можно. А вот с подарком сложнее, ты постарался, чтобы у сирот было всё, что только можно, разве что кроме семьи. Серёжа грустно вздохнул — конечно, у него мелькала мысль о том, чтобы забрать Олега, но он прекрасно понимал, что не является лучшим родителем. — Может какую-нибудь памятную вещицу? — Например? — в голову ничего не приходило. — Не уверен, как он отнесётся к игрушке, но если что-то похожее… — Ты видел его рисунки, — вдруг сказал Игорь, чуть нахмурившись. Птица насторожился, ощущая смутные подозрения. — Может взять всё-таки игрушку, но похожую на… Я не уверен, насколько хорошая это идея, но… — Да сколько можно ходить вокруг да около, — прошипел Птица. — Ворона? — успокивающе погладив кончик крыла, предложил Сережа. — Кулон в виде птицы, может быть… — Нам ведь два подарка нужно, кто-то кулон, кто-то игрушку, — задумчиво проследил за странными движениями Серёжи, Гром. — Не все его рисунки признаки хорошего, — серьёзно произнёс он. — Но подобных он не боится. Сережа серьезно кивает, уже мысленно представив, что именно может подарить Олегу. И кажется только, невидимый для Грома, Птица не так благодушно настроен — рисунки у маленького Олега были… логично своеобразными. И пока эти двое обсуждали подарки, он вспомнил о более серьёзной проблеме, которая может поджидать скорого именинника. *** В нужный день Сережа и Игорь с загадочным видом заходят в комнату Олега. — Привет, Олежа! — улыбается Разумовский. — Привет, ребёнок, — приветствует его Гром. — Да… здравствуйте, — растерянно звучит в ответ на приветствия и кивок Птицы. Мальчик не выглядит особо веселым, и даже не реагирует привычно активно на приход взрослых. — Надеюсь, у тебя нет на сегодня планов, — Сережа подошёл ближе, предполагая причину грусти Олега. — Какие планы у меня могут быть? — фыркает мальчик, обхватив себя руками. — Тогда предлагаю одеться поудобнее — у нас есть целый свободный день, чтобы успеть все, что задумано! Олег смотрит на них недоверчиво. — Вы ведь не из-за моего дня рождения здесь? Ох, — он хмурится, понимая. — Не стоит. — Мы просто захотели устроить тебе праздник, боец, — мягко говорит Игорь. — Почему я должен считать этот день праздником? Такой вопрос от ребенка ставит в тупик Грома, но не Серёжу. Разумовский ещё помнит, как в детстве, ещё до появления Волкова, старался забыть о собственном дне рождения. Птица тогда долго ругался, но сделать ничего не мог, пока в один из таких дней не решился сделать Серёже удивительный подарок. — Я понимаю, что у тебя, возможно, не лучшие воспоминания об этом дне, но почему бы не попробовать создать новые? — Сережа заглянул в голубые глаза Олега. Мальчик вздыхает. Чувствует, что взрослые правда хотели как лучше. — Хорошо. Гром ободряюще хлопает его по плечу, старательно сдерживая силу и объявляет, что первым пунктом плана на сегодня — прогулка по Питеру… Олег сперва держался довольно напряжённым, словно боялся расслабиться, но в конечном итоге справился со своими переживаниями при чужой поддержке и смог вести себя почти также свободно, как обычный ребёнок. Тем более что от возможных вредоносных видений его охранял незримый Птица. А ещё крылатый успел шепнуть, что вечером, когда взрослые уйдут, он подарит Олегу свой подарок. Олег был полон любопытства, но это не мешало ему насладиться парком аттракционов и сюрпризом со стороны майора и Разумовского. Словно бы и так сюрпризов было недостаточно! Было так весело, особенно, когда не приходилось себя постоянно контролировать. Птица, чтобы не смущать ни Серёжу ни Олега, старался не выходить на материальный план. Кулон в виде птицы и игрушечный ворон произвели на Олега очень сильное впечатление. Он сначала не верил, что ради него столько делают, но искренность Серёжи и Игоря в конце концов заставили его почти заплакать. А уж когда в убранной, по такому случаю, квартире Грома, накрыли стол и зажгли свечи на торте… Никто не знает, что загадал Олег, задувая огоньки, но он всем сердцем надеялся, что его желание сбудется. А потом был фильм уже в офисе «Вместе», под конец клевавший носом от впечатлений Олег задремал прямо на диване. Игорь укрыл его пледом и встал с дивана, потянувшись. — Кажется, у нас получилось поднять ему настроение, — шепотом произносит он, с улыбкой смотря на Серёжу. — Определенно, — на миг залюбовавшись подтянутой фигурой Игоря, откликнулся Разумовский. — Сможешь отвезти его завтра в детский дом сам? — уточняет Гром. — Не думаю, что хорошая идея будить его прямо сейчас, чтобы перевезти в мою квартиру. Сегодня и так достаточно путешествий было. — А ты уже уходишь? — Сережа погрустнел. Ну правда, а чего он ожидал — праздник окончен, а Игорю наверное пора домой… За последнюю неделю они достаточно часто встречались и Разумовский привык к их общению, тихим вечерам… — Поздно уже, — кивает Игорь. — Тебе тоже отдохнуть стоит. Сережа закусил губу, спрятав глаза: — Да, конечно, я понимаю, ты, наверное устал… Не произнесённое «от меня» повисло в воздухе, тонкие пальцы нервно сжали край футболки, а голос был слишком спокойным. — Серёж? Что случилось? — Игорь заметил его состояние. — Нет, все в порядке, — Разумовский постарался взять себя в руки, хотя по-прежнему и не поднимал взгляд. — Давай выйдем из комнаты, чтобы Олега не разбудить, и поговорим нормально, — попросил Гром. — Только что всё было хорошо. Что внезапно произошло? Сережа, заметивший что Олежа беспокойно завозился, не стал спорить, выходя из комнаты, превращенной в маленький домашний кинотеатр с большим диваном. В кабинете он сел на диван, и устало потёр лицо руками — день был пусть и радостным, но утомительным и сейчас хотел только тихо посидеть с Игорем рядом и заснуть, зная что он останется в башне до утра, перетащив его на кровать, а сам устроившись на диване, как уже было однажды несколько дней назад. — Ну и что заставило тебя поникнуть? — Игорь успел уже научиться за то время, что они готовились, достаточно быстро замечать, когда с Разумовским происходило что-то не то. Сережа покачал головой, все же поднял глаза на Грома, попробовал улыбнуться: — Я просто устал… — Врёшь плохо, — криво усмехается Игорь. — Дело в моём уходе? — Если ты хочешь уйти, все нормально, я понимаю, что меня сложно долго терпеть, спасибо, что ты… — у Разумовского не было сейчас сил на увиливания, поэтому он просто тихо озвучил бродящие в голове мысли. — С ума сошёл, что ли? — Игорь удивлённо посмотрел на него. — Мы за последнюю неделю столько общались, разве я хоть раз сказал что-то, что могло натолкнуть тебя на подобные мысли? Птица, удостоверившись, что Гром не собирается обижать упрямого, но уязвимого Птенца, вернулся в кинотеатр к Олегу, чтобы присмотреть за ним и поохранять сон, как делал это с маленьким Разумовским. Может хоть майор в его голову вобьёт, насколько глупо тот звучит. — Но… — в голубых глазах Серёжи застыло непонимание. — Что «но»? — Но ты хочешь уйти, — как будто это все объясняло, повторил Разумовский. — Потому что на дворе ночь, а спать нужно не только маленьким детям, но и юным гениям и грубым майорам. — Ты не грубый, — буркнул Сережа, покрасневший от того, как его назвал Игорь. — И диван тут раскладывается… — Я знаю, ты говорил, наутро, когда я в первый раз остался тут, — хмыкнул Игорь. — Если хочешь, я могу остаться. Даром, что выходной он взял один только. Зато Олега вернуть тоже сможет. А потом и на работу можно будет успеть. — Хочу, — тихое, но твердое, а после, — если я тебе не помешаю… отдыхать. — Нисколько, — мягко сказал Гром и, не удержавшись, взлохматил чужие волосы. Не успел остановить себя. Серёжа невольно расслабился под этим касанием, улыбнувшись тепло. — Тогда по бокалу чего-нибудь лёгкого и спать? — предложил он. Игорь, наверное, пожалеет, у него завтра работа, но почему-то он не хочет и не может отказать чужой улыбке. Надумает ещё что. — Хорошо. Разумовский задумчиво смотрит на оставшийся после праздника сок и достает джин — смешать в нужных пропорциях и это будет идеальным завершением дня. Два стакана с «соком» опустились на столик рядом с диваном. — Градусов мало, зато вкусное, — улыбнулся Сережа. — Спасибо, — благодарит Игорь, и на короткое время настаёт тишина. Гром сделал глоток, почувствовав привкус хвои, но было уже поздно. Отказываться и расстраивать Серёжу не хотелось… Он скривился, представив завтрашнее похмелье, и, достал из кармана телефон, чтобы написать Прокопенко и взять отгул. Он лишь надеялся, что отрубится быстро и ничего не натворит. Они ещё о чём-то говорили, и последнее, о чём он помнит — голова заснувшего Серёжи у него на коленях.