Как я стал предателем

У Антона судорожно трясутся руки, кадык и сердце. Ира держит телефон Антона так, будто готова невзначай кинуть его в стену где-то между чайником и самим Антоном. Чтобы осколки многозначительно разлетелись по всем возможным поверхностям, а пара из них ещё и вонзилась в долговязое тело напротив. — Что это значит? Если бы я, Ира, знал, что это значит, тебя бы здесь не было, Ира. — Что это значит, Антон? Если Антон едет в очередной чёрный-чёрный город в чёрной-чёрной куртке и в чёрных-чёрных очках, его оставляет в покое весь чёрный-чёрный автобус. Это только в фильме «Маленькая мисс Счастье» автобус был жёлтый, а у Антона он всегда чёрный. Счастья Антону не завезли. Поэтому автобус давно оставил попытки добиться от него, что не так. Не так абсолютно всё, но как об этом расскажешь? Жалко, что Ира не ездит с ними в туры, а то, может, и не надо было бы ничего объяснять — посмотрела бы да замолчала. — Это не то, о чём ты подумала. Антон, отвешивая клише, представляет себя на сцене МХАТа. Он наивно трепещет в ожидании аплодисментов и шикарных букетов, но его лишь хлещут по лицу уродливыми гвоздиками в полиэтилене. — Что ты, блядь, несёшь? Прости, прости меня. Дорогая, любимая. Антон на последнем издыхании пытается подобрать прилагательные, которые заставили бы его почувствовать к ней хоть что-то. Параллельно где-то на периферии зрения маячит человек, не нуждающийся в эпитетах — он просто есть, он просто забирает все слова, отвечающие на вопрос «какой». Она сейчас уйдёт и бросит его одного. Антону очень нужны кулисы, за которыми такие хуёвые актёры, как он, с облегчением скрываются от испытующих взглядов зрителей. Неприятно, но самые безумные взгляды в зале оказываются самыми проницательными. — Ты сам себя слышишь? Антон, как человек максимально простой, не любит риторических вопросов. — Знаешь, что? Меняй. Антону тошно и смешно. Это так пошло, что даже не похоже на заготовленную реплику. Она просто так мыслит. Она просто не понимает, что говорит. Ира получает желаемое внимание, швыряя телефон Антона на барную стойку, нелепо приютившуюся в съёмной двухкомнатной квартире в Новокосино. Антон давно мечтает, чтобы ему прилетело что-нибудь в голову, но Ира даже тут не хочет его побаловать. Антон, привыкший к долгим переездам в транспорте, неприспособленном для существования, всегда понижает яркость экрана до минимума, чтобы не сажать батарейку. Но Арсению плевать, он слепит буквами и убивает словами. «Прости, что не поцеловал тебя тогда». Антон удаляет контакт из телефонной книжки.