Одолженное время

Нил резко проснулся. Он зажмурил глаза, выдыхая сквозь дискомфорт. Его спина болела от плохого сна. Кресло было слишком неудобным для его швов, поэтому Нил довольствовался тем, что положил голову на свою сумку и лег на пол. Он не выспался. Нил поднялся и оглядел гостиную. Кевин все еще храпел на диване, куда он лёг прошлой ночью, его руки прижимали подушку к животу. На диване было достаточно места для них обоих, но один взгляд на мертвую хватку Кевина на подушке, и Нил понял, что поступил правильно, держа свое раненое тело подальше от рук бывшего ворона. Его спина хрустнула в знак протеста, когда он медленно поднялся на ноги. Весь позвоночник словно согнули, как ершик для чистки труб, и Нил не мог вытянуть его, не порвав швы. Он надавил ладонью на переднюю часть своих штанов, чтобы сгладить свою эрекцию, и скривился. Нил прокрался наверх, чтобы воспользоваться ванной. Тишину в доме нарушал только легкий гул обогревателя; судя по его часам, было только семь утра. Эндрю мог бы проснуться через час или два, если бы его лекарства не изменили и привычки сна, но остальные были бы мертвы в течение нескольких часов. Холодная вода помогла успокоить скрученное гнездо неудовлетворенного возбуждения в его животе. Он вымыл лицо и воспользовался туалетом, прежде чем вернуться вниз на кухню. Нил рукой на ощупь нашел выключатель. В шкафу были хлопья, но они отменились, когда он добрался до холодильника и нашел только молоко, прокисшее несколько дней назад. От запаха Нил поморщился, поэтому вылил его и сполоснул бутылку в раковине. Он швырнул ее в переполненную мусорную корзину и схватил кофе из буфета, смирившись с сухими хлопьями и черным кофе на завтрак. Его рука рефлекторно искала кнопку включения кофеварки и нашла только гладкий пластик. Нил моргнул, нахмурив брови, глядя на кофеварку. Они заменили ее. Старая, издававшая звук, достаточно громкий, чтобы разбудить половину дома, исчезла, а на ее место пришла новая модель, уже покрытая теми же коричневыми пятнами от кофейных брызг. Он смотрел на нее пустым взглядом. За время своего бегства Нил останавливался, наверное, в сотнях разных отелей; он знал, как приготовить кофе из старого ботинка и тряпки. Тем не менее, Нил смотрел. Он чувствовал себя застрявшим, как муха на липкой бумаге. Его руки дрожали, желудок скрутило, горло свело узлом. Воздух вокруг него был слишком душным, чтобы дышать. Его не было два года. Конечно, они что-то изменили. Их жизнь не остановилась из-за того, что он ушел. Это должно было успокаивать, но желудок Нила взбунтовался, угрожая подняться к горлу. Нил отвернулся и вышел из кухни, как на автомате. Его грудь болела, как будто тело прошло через грубое столкновение. Он схватил кое-какую одежду из своего вещмешка, переоделся прямо там, где храпел Кевин, а затем перекинул сумку через плечо и вышел через входную дверь. Холодный воздух ударил его, как пощечина. Ноги чесались от желания бежать, но швы предупреждающе звенели. Нил засунул руки в карманы и, сгорбившись от холода, направился вниз по тротуару. По крайней мере, автобусная остановка была там, где он ее помнил. Нил заплатил водителю два доллара за билет и поехал на автобусе в город. Его глаза перебегали с одного здания на другое, ничего не осознавая. Нил машинально вышел на станции в центре города и ушел. Ему просто нужно было позавтракать. Тогда он вернется. Он вернется через час и принесет им всем немного еды, и никто из них даже не заметит, что он ушел. Ложь несла его всю дорогу до кафе Джо, где его ноги остановились, и он отказался двигаться снова. Блестящий дисплей в окне был таким же ярким, как всегда. Пара тортов заняла нижнюю полку, каждый отличался головокружительным набором цветов и вкусов. Над ними стояла полка с выпечкой, а на верхнем уровне — изюминка Джо; ее множество возвышающихся кексов. Маленькая неоновая вывеска в верхнем углу окна гласила: Открыто. Колокольчик весело звякнул, когда Нил протиснулся внутрь. В нос ударили сотни запахов, насыщенных, фруктовых, сладких и приторных, кружащихся в теплом аромате свежемолотого кофе. Несмотря на ранний час, в кафе уже было несколько человек. Было тихо, полки были заполнены свежей утренней выпечкой. Нил вздрогнул и подошел к стойке. Бариста сонно улыбнулась, ее глаза опускались в ранний час, когда она принимала его заказ. Она протянула ему кружку дымящегося кофе и повернулась, чтобы разложить еду по тарелкам. Пока ждал, Нил добавил в кофе капельку сливок. Ей потребовалось всего мгновение. Он отнес свой пирог к столику в углу и сел есть. Ностальгия была ему незнакома, но его желудок скрутило от воспоминаний о годе, проведенном в Колумбии. Сколько раз он сидел в этом кафе с Бет, его мир рушился, пока он не перестал беспокоиться об отце и не стал просто… Нилом. Нил глотнул кофе. Из глубины появился второй бариста с подносом с кексами. Нил смутно узнал его, но с собственными волосами и глазами неудивительно, что тот, в свою очередь, не узнал Нила. Кафе когда-то было убежищем, но теперь это было просто еще одно место, которому он не принадлежал. Нил опустил голову и взял пирог с заварным кремом. Музыка и разговоры текли вокруг него, оставляя его нетронутым. — И вот я подумала, что мне придется позвонить Эндрю и вытрясти из него твое местоположение, — сказал голос. Тарелка упала на стол перед ним. Он вздрогнул, ошарашенно глядя. — Привет, — сказала Бет, улыбаясь. — Не возражаешь, если я сяду здесь? Нил открыл рот, но ничего не вышло. Бет опустилась на сиденье напротив, подтолкнув к нему тарелку. На ней стоял единственный кекс, посыпанный сахарной пудрой. — Думал, что сможешь просто прокрасться, не так ли? Слова не могли сложиться у него во рту. Он смотрел на нее так, будто она вот-вот исчезнет, ​​как будто его память вызвала ее там, и если Нил будет двигаться слишком быстро, иллюзия разрушится. Наконец он посмотрел вниз. — Я не знал, что ты здесь. Бет протянула руку и взъерошила ему волосы, в ее глазах появилось тихое понимание, от которого Нил вздрогнул. Он замаскировал это, пригладив волосы. Бет сложила руки на столе. Она перекрасила волосы после рождественского банкета; теперь они были темно-синими и свисали по всей спине до талии. — Обычно я здесь больше не бываю, — сказала она. — Я поступала в университет в Атланте. Но когда услышала, что ты вернулся в город, поняла, что должна вернуться. Я просто ждала более цивилизованного часа, чтобы позвонить Эндрю и запугать его, чтобы он позволил мне увидеться с тобой. — Ему не следовало втягивать тебя, — хрипло сказал Нил. — Не начинай, Нил. — Ты не понимаешь, — настаивал Нил. — Вороны… — Не выше подкупа адвокатов? — спросила Бет. — Разве не выше дедовщины, которая переходит черту в физическое насилие? Не лучше ли угрожать членам семьи, чтобы заручиться лояльностью? Нил сделал паузу. Бет тяжело выдохнула через нос, качая головой. — Я следила за новостями, Нил. — Есть еще кое-что, чего ты не знаешь. Эндрю не должен был… — Не надо, — решительно сказала Бет. — Нет, я не знаю всего, что происходило. Но если ты думаешь, что я поступила бы иначе, ты заблуждаешься. Нил покачал головой. — Нет, — оборвала его Бет, сцепив пальцы перед его ртом. — Неа. Это не обсуждается. А теперь заткнись и ешь свой завтрак. Она выразительно постучала по краю его тарелки. Нил фыркнул, затихая. В любом случае, его предупреждения были слишком запоздалыми. Он не мог отменить события рождественского банкета. Нил воткнул вилку в пирог с заварным кремом. Его глаза метнулись к Бет. Выражение ее лица было терпеливым и спокойным, а взгляд плыл по кафе, как будто это было обычное субботнее утро. Нил провел языком по зубам и покрутил вилкой. Бет могла быть готова и хотела бы приукрасить два года между ними, но он не знал, что сказать. Он не мог вспомнить, когда в последний раз ему нужно было с кем-нибудь поговорить в светской беседе. — Какая у тебя специальность? — наконец спросил он. — Изобразительное искусство, — ответила она. — Это тоже крупная скука. Так много проектов. А у тебя? — Все Вороны выбирают одну и ту же специальность. — Думаешь, ты сможешь поменять? Теперь, когда ты не там? Нил нахмурился. Он не особо задумывался над этим вопросом. Он ненавидел почти все курсы, которые посещал в Гнезде, за исключением одного курса математики первого года обучения, но даже это было немного затруднительно, учитывая его нетрадиционное образование. В конце концов, это не имело большого значения. Нил не доживет до выпускного. — Не знаю, — сказал он. — Возможно, язык. — Немецкий? — Я не думаю, что Пальметто предлагает это. На лице Бет промелькнула легкая довольная улыбка. — Значит, ты собираешься остаться в Пальметто. Это было утверждение, а не вопрос, но Нил все еще колебался, прежде чем кивнул. — Мы пока не афишируем это, — сказал он. — Мой рот на замке, — сказала Бет. Ее пальцы постукивали по телефону, необычно. Ее улыбка не пошевелилась, но в глазах было напряжение, и Нил пересмотрел свою оценку ее спокойного поведения; она очень усердно работала, чтобы все было нормально. Ни один из них не знал, как действовать без буфера школы между ними. Они всегда говорили о классной работе или об экси, и последнее теперь было сложнее, чем тогда. Он порылся в голове в поисках темы для разговора. — Как Тея? — спросил он после слишком долгой паузы. — Эм, — сказала Бет. — Хорошо, я думаю. Она переехала в Индию, чтобы играть экси в одном из их университетов. Она махнула рукой и ахнула. — Я уклоняюсь от темы. Она хороша. Мы не… не очень много разговариваем сейчас. Мы расстались незадолго до выпуска. — Извини, — сказал Нил. — Я не знал. — Конечно, нет, — сказала Бет, с напускным легкомыслием стряхивая это. — У тебя даже нет аккаунта в Facebook. Как ты справляешься с чем-либо, для меня загадка. Уголок рта Нила дернулся. — В основном я этого не делаю. Он отвернулся, сжав руку в кулак. Нил заставил его снова открыться, выдохнув через нос. — Мы никогда… мы с мамой много переезжали. Я никогда… Бет подождала, пока Нил боролся со своими мыслями. Он покачал головой, снова взял нож и разрезал пирог с заварным кремом. — Я никогда раньше не возвращался. Музыка порхала по комнате, не совсем заглушая звон столовых приборов. Нил сунул в рот кусочек пирога и взглянул на Бет, чтобы узнать, о чем она думает. Она открыла рот, чтобы заговорить, но тут же закрыла его, вздохнув. — Ты чертова трагедия, ты знаешь это, верно? Нил неопределенно пожал плечами. Бет фыркнула. — А знаешь, кто еще в городе? Нил поднял бровь. — Сэм. — Кто? — Тот худощавый рыжий пацан, который ходил за тобой повсюду? В настоящее время он фактически руководит школьным фан-клубом Нила Джостена. Нил не мог не фыркнуть при мысли о том, что у него есть настоящий фан-клуб. Бет, скорее всего, преувеличивала, но он промолчал. — Я думаю, что он до сих пор держит для тебя свечу на окне, — сказала Бет. Нил вопросительно наклонил голову, и она закатила глаза. — Да ладно, он влюблен в тебя навсегда. — Это нелепо. Бет перебила его, махнув пальцем. — Тише, Нил. Я думаю, когда дело доходит до твоей личной жизни, я эксперт. — Это не имеет никакого смысла. — Да ладно, Нил, я знала о тебе и Эндрю раньше, чем ты узнал о тебе и Эндрю. Нил замер. — Не смотри так удивленно. После того, сколько раз мне приходилось быть третьим лишним из-за вас двоих… — она криво покачала головой. — Как он, кстати? Рот Нила сжался, когда он уставился на свой завтрак, избегая зрительного контакта. — Он… — Нил замолчал. Как Эндрю? Непонятно. Злой. Интенсивный. Под наркотиками. Безопасный. Он покачал головой, вместо ответа запихивая в рот еще немного еды. — Да, — мягко сказала Бет. — Да, я понимаю. Я пойду позавтракаю, никуда не уходи. Она встала и направилась к прилавку, прислонившись к кассе, чтобы спокойно поболтать с бариста. Нил сжал в руках свой кофе, вглядываясь в его теплую темную глубину. Его отражение мелькнуло на зыбкой поверхности. Неважно, что она знала. Он не хотел, чтобы это дошло до Рико, но Бет была последней, кто мог распространять подобные сплетни, а она уже два года держала рот на замке. Тем не менее, завтрак в его желудке немного свернулся. Прошлой ночью Нил не спал достаточно долго, чтобы кое-что принять о себе; какими бы ни были чувства Эндрю — или их отсутствие — нельзя было отрицать, что Нил был более… запутан, чем он когда-либо намеревался быть. Это была слабость, и Рико уже однажды воспользовался ей. Чем больше людей знали, тем более уязвимым становился Нил. Бет вернулась прежде, чем его мысли успели стать еще темнее. Она бросила яблочный штрудель на стол и со вздохом откинулась на спинку стула, бросив телефон на стол между ними. Не прошло и двух секунд, как он загудел. Затем еще дважды, посылая низкую вибрацию через тарелку Нила. Бет поморщилась и снова схватила его. Она пару раз щелкнула по экрану. — А, — сказала она, наклонив экран к нему. — Мой парень. Нил послушно посмотрел на фотографию на экране. Парень со светлыми волосами песочного цвета ухмыльнулся, глядя на рябь голубого озера на заднем плане. Его волосы развевались на ветру. Нил взглянул на Бет, не зная, чего она от него хочет. Она немного подождала, затем фыркнула, взяла телефон и начала печатать ответ. — Воодушевляющее одобрение от Джостена, — сказала она. — Он восхитителен. Он в баскетбольной команде, мы на одной специальности. — Хорошо, — сказал Нил. Бет перевернула телефон вверх ногами и начала ломать штрудель руками. — Из любопытства. Если бы он играл в экси, ты бы нашел его более горячим? Нил нахмурился. — Нет? Бет расхохоталась. Нилу это не показалось смешным, но через секунду он смягчился, позволив легкой улыбке растянуться на его губах. — Ты невозможен, — ласково сказала Бет. — Так ты будешь есть этот кекс или нет?

***

Нил собирался задержаться в кафе только для того, чтобы поесть и купить что-нибудь на вынос для остальных. В итоге он провел там все утро. Они не потратили все это время на разговоры; Джин, бариста, периодически наливал им напитки и заставлял Бет помогать убирать со столов, когда было необходимо. Нил остался в стороне, просматривая один из журналов, которые они раскладывали для покупателей. Это было странно. И странно комфортно. Бет устроилась поудобнее, достала учебник и перетасовала бумаги по столу. Нил листал очередной журнал, а Бет периодически фыркала, читая ему особо претенциозные отрывки из своих учебников. Бет как раз начала размышлять об обеде, когда грохот спортивной машины заставил Нила выглянуть в окно. Он вздрогнул, заметив, как машина Эндрю резко остановилась перед кафе. — Дерьмо. Взгляд Бет последовал за ним. — О, молодец. Водительская дверь распахнулась, и Ники, прихрамывая, вошел в кафе. Его глаза были защищены солнцезащитными очками, но он поднял их, когда вошел в дверь, и огляделся, пока не заметил Нила и Бет. — Боже, Нил, — проворчал Ники, подходя к ним. — Ты не мог написать? — У него есть телефон? — спросила Бет. — Теоретически, — сказал Ники, затем покосился на нее. — Подождииии. Я тебя знаю. Так вот откуда Эндрю узнал, куда делся Нил. — Резервное копирование. Что у тебя с телефоном? — спросила Бет Нила. — Мы купили его для него в среду, — услужливо сказал Ники. Нил вздохнул и потянулся к своей сумке, вытащив из бокового кармана свой маленький телефон-раскладушку. При нажатии на кнопку питания ничего не происходило. — Должно быть, я забыл зарядить его, — сказал он. — Вероятная история, — сказал Ники, закатывая глаза в знак солидарности с Бет. — Дай мне свой телефон, я дам тебе его номер. Может быть, тебе повезет больше, чем мне, и заставишь Нила включить его. Нил с удивлением наблюдал, как Бет и Ники обменялись телефонами и начали стучать по экранам. — Вот, — сказала Бет. — У тебя тоже есть мой номер, на всякий случай. — Я… Снаружи раздался гудок. Ники зажал уши и жалобно заскулил. — О, моя бедная голова, — сказал он. — Почему он такой? — Думаю, еще увидимся, — сказал Нил Бет, вставая и хлопая себя по карманам, чтобы проверить, нет ли у него кошелька. — Подожди секунду, — сказала Бет, спеша за кассой. Через минуту она вернулась с прозрачным пластиковым контейнером и шестью кексами. Она сунула их Ники в руки с кривой улыбкой. — Мирное предложение. Ники перевел взгляд с кексов на Бет. — Я думаю, я влюблен в тебя. Бет ухмыльнулась. — Посмотрим, почувствует ли Эндрю то же самое, — сказала она. — А теперь катись, пока он не распугал клиентов моей мамы. Нил перекинул свою сумку через плечо и помахал рукой на прощание Бет, выходя из кафе вслед за Ники. Руки Эндрю были скрещены над крышей машины, и на его лице снова появилась безумная ухмылка. — Я нашел его, — без надобности сказал Ники, указывая на Нила. — Счастлив теперь? — Никогда, — сказал Эндрю. Его глаза сфокусировались на Ниле с яркой улыбкой. — Я думал, мы говорили о твоем исчезновении. И что это больше не произойдет. — Я не знал, что мне нужно твое разрешение, чтобы позавтракать, — ровным голосом сказал Нил. Эндрю фыркнул. — Забирайся в машину. Эбби будет очень расстроена, если не доберется до тебя в ближайшее время. — Она все утро разрывала мой телефон, Нил, — сказал Ники. — Я не должен был быть в сознании этим утром. Нил про себя думал, что они сами в этом виноваты, а также в этом виноват Роланд с его наркоманскими руками, но промолчал. Он протиснулся мимо Эндрю и втиснулся на заднее сиденье с сумкой на коленях. Эндрю подошел к нему и щелкнул пальцами, глядя на Кевина. — Шнур для зарядки, — сказал он. Кевин бросил на Нила холодный, недружелюбный взгляд и протянул черный шнур между сиденьями. Эндрю воткнул один конец в центральную консоль и протянул руку Нилу. Нил недоуменно уставился на него. — Телефон, — пояснил Эндрю. Нил фыркнул и вытащил его из сумки. Аарон переместился рядом с ним, бросив на него хмурый взгляд за то, что он занимает так много места. Нил был наполовину склонен бросить сумку на Аарона, просто чтобы посмотреть, что произойдет. Ники, однако, жаловался на это, поэтому он просто поставил сумку поверх своих ног. Ники со вздохом опустился на водительское сиденье, поставив кексы на центральную консоль между сиденьями. — Кексы, — сказал он с усталостью школьного учителя средних лет, говорящего о перемене. — Я знал, что держал ее для чего-то, — весело сказал Эндрю, разрывая пакет и украв один из кексов. Аарон посмотрел на них, затем отвернулся, свернувшись калачиком у двери и, судя по всему, заснул. Ники завел машину и выехал на улицу, даже не посмотрев в зеркала. Два человека посигналили ему, и он сделал в ответ грубый жест, широко зевнув. Это была странная поездка обратно в кампус. Кевин, Аарон и Ники были тихими и с похмелья, в то время как Эндрю был таким же маниакальным и энергичным, как всегда. Нил, со своей стороны, был озабочен. Он играл со своим телефоном, когда тот включился, просматривая список контактов, чтобы увидеть, кого Эндрю добавил туда. Минуту спустя телефон начал безжалостно жужжать, когда пришли все текстовые сообщения от Ники и Эндрю, которые Нил пропустил сегодня утром, и он снова бросил его в подстаканник. К тому времени, когда они добрались до Пальметто, ноги Нила свело и они заболели, а Эндрю съел три кекса, Ники два, а Кевин смягчился и съел последний примерно за двадцать минут до того, как они добрались до города. Едва они подъехали к дому Эбби, как она понеслась им навстречу по подъездной дорожке, словно выходя на тропу войны. Эндрю вылез из машины и томно потянулся. — Все в целости, — сказал он, указывая на машину. — Посмотри на себя. Нил глубоко вздохнул и вылез наружу, собираясь с силами. Эбби бросила на Эндрю свирепый взгляд и схватила Нила за плечи, осматривая его с ног до головы. Какое-то время он терпел такое обращение, прежде чем отстраниться от нее и сделать шаг назад. Нил не знал, что она увидела в выражении его лица, но Эбби покачала головой, указывая на дверь. — Заходи внутрь, — сказала она. Эндрю усмехнулся, криво отсалютовав ей, когда забрался обратно в машину. Нил оглянулся, когда его ввели в дом, чувствуя себя немного брошенным, когда машина выехала с подъездной дорожки задним ходом. Он протиснулся в дверной проем и не успел снять обувь, как несколько голосов потребовали его внимания. — О боже, Нил, ты… — …когда мы поняли, где ты… — Он сделал что-нибудь… — Все, возвращайтесь, — сказала Рене спокойно, но твердо. Нил застыл в дверях, крепко сжимая сумку в одной руке. Рене отогнала всех от Нила, дав ему возможность сориентироваться. Похоже, половина команды пришла к Эбби, чтобы проверить его; Дэн была в ярости, а Мэтт с озабоченным выражением лица завис позади нее. За ними маячил Ваймак, скрестив руки на груди, и выражение его лица было суровым. — Нил, — сказала Рене, поворачиваясь к нему лицом. — Ты в порядке? — Я в порядке, — автоматически ответил Нил. — Не надо врать, — яростно сказал Дэн. — Мы знаем, что Эндрю делает в Колумбии. Если тебе что-то нужно… — Ничего не произошло, — перебил Нил. — Мы говорили. — Вы говорили, — протянула Дэн скептически, но Эбби нахмурилась. Она положила руку ему на лоб. Нил увернулся, но Эбби больше не пыталась. — Он выглядит нормально, — неуверенно сказал Мэтт. — Он не накачивал меня наркотиками, если ты об этом спрашиваешь, — пояснил Нил. Эбби выглядела ошеломленной его прямотой. Нил воспользовался моментом, чтобы сбросить второй ботинок и снова закинуть сумку на плечо. — Приветственные вечеринки Эндрю проходят не так, — сказала Дэн, но ветер в ее парусах улетучился. — Обычно он не дает людям выбора. — Это неправда, — мягко сказала Рене. Дэн бросила на нее взгляд, но Рене только спокойно встретила ее взгляд. — Он никогда не накачивал меня наркотиками, — напомнила она ей. Ее взгляд вернулся к Нилу. — Очевидно, Нил дал ему основания полагать, что он не представляет угрозы. Там был вопрос, но Нил проигнорировал его. Он потер лоб. — Послушайте, мы не спали до двух часов ночи. Если нет чего-то еще… — Ты не понимаешь, — сказала Дэн. — У меня было похмелье в течение двух дней после того, как я ушла. Мэтту пришлось пройти реабилитацию после того, что с ним сделал Эндрю. — Дэн, — сказал Мэтт. Дэн бросила на него свирепый взгляд. — Это так! Я просто хочу убедиться… — Что случилось с Мэттом? — Нил прервал ее, нахмурившись. — Эндрю… — Дэн, — твердо сказал Мэтт. Она затихла, кипя, и он положил руку ей на плечо. — Все в порядке, — сказал он. Он снова посмотрел на Нила. — Эндрю дал мне спидболы, — сказал он. — В то время я был трезв, но не в лучшем состоянии. Эндрю знал, что я был в одном хорошем толчке от рецидива, и решил, что не будет ждать, пока я сделаю это самостоятельно. Он положил наркотики передо мной, и я их принял. — Ему не следовало этого делать, — мятежно сказала Дэн. Мэтт сжал ее плечо, но не сводил глаз с Нила. — На следующее утро моя мама уже была в городе, чтобы отвезти меня в реабилитационный центр. Что бы ни говорили о методах Эндрю, они работали. Я чистый. Это конец. Нил переварил это, пытаясь представить. — Зачем ему заботиться о твоей трезвости? Мэтт пожал плечами. — Я правда не знаю. Некоторые из наших старых товарищей по команде были наркоманами, но он никогда не беспокоился о них. — Мэтт пытался оставаться трезвым, — тихо сказала Рене. — Другие нет. Вмешательство Эндрю не сработало бы для них. Дэн скрестила руки на груди, ее возмущение иссякло теперь, когда у нее не было четкой цели. — Однако так не должно было быть, — пробормотала она. — Что вообще происходит между тобой и Эндрю? Почему ты? У Нила не было для нее ответа. Он огляделся. — Я могу идти? Остальные не выглядели довольными этим, но ни у кого из них не было причин его останавливать. Рене взяла Эбби за руку и повела в гостиную. Нил протиснулся через прихожую, стремясь к безопасному убежищу своей комнаты. Дэн протянула руку, проходя мимо. — Если он что-нибудь сделает, мы тебя поддержим, хорошо? Мы тоже твои товарищи по команде. Нил взглянул на ее руку. — Хорошо, — сказал он и обогнул ее. Ваймак заполнил коридор, преграждая ему последний путь к лестнице, но через минуту вздохнул и отошел в сторону. — Серьезно, малыш, — сказал он. — Если тебе что-нибудь понадобится, только скажи слово. — Я в порядке, — снова сказал Нил. — У меня даже нет похмелья. Я не пью. — Я не это имел в виду, — сказал Ваймак с усталой ноткой в ​​голосе, которую Нил не мог расшифровать. Он бросил на тренера вопросительный взгляд, но тот только отмахнулся. Нил слишком устал, чтобы искать ответы. Он поднялся по лестнице в свою комнату, запер за собой дверь и рухнул на кровать, не включая свет. На потолке над ним были длинные тени из окна. В его голове кружились истории, которые он только что услышал от старшекурсников, но в полумраке Нил не пришел ни к каким откровениям. Звонок телефона чуть не сбил его с кровати. Он вытащил его из кармана, собираясь снова выключить, но предварительный просмотр текста на маленьком экране остановил его. Нил открыл его, щелкнув по самому последнему сообщению. это бет. игнорировать меня будешь на свой страх и риск Нил смотрел на сообщение так долго, что его экран погас. Он нажал кнопку, чтобы включить его, и кропотливо напечатал ответ. Привет, Бет. Это Нил.