Озорной волчонок днём, в ночи ненасытный волк

      Вновь зарождается сладостная тяга внизу живота. И всё из-за него.       Нереален. Силы и мужской мощи не отнять. Просто залипателен, когда находится на турнике, выполняя упражнения на спину и руки, закаляя мышцы. Невольно покусываешь губку, оценивая эти сильные руки, эти идеально выпирающие вены, это идеальное тело. Касаешься взглядом смуглой спины, этих очертаний, костных бугорков позвоночника.       На это можно смотреть долго, как Чан становится с каждой тренировкой этаким Аполлоном, как на движение воды или на огонь.       С блексом в глазах, откладываешь ноутбук, где работала над документом, тихонько плетёшься к нему, чтобы:       — Ох, блять! — ухватиться за его спортивные штаны и стянуть вниз и, заливисто смеясь, убегаешь в его комнату, оставляя смущённого парня, который не на шутку испугался, успешно оторвал руки от турника и рухнул на пол.       Ммм, да мы ещё и без трусов там были. Шалунишка.       Хорошо, что мальчиков не было, ибо его стыд приобрёл нереальный масштаб и это было бы незабываемое нечто, которое вспоминалось бы при любой возможности.       — Я иду за тобою, хулиганка — оправившись после падения, подался за тобою, чтобы «серьёзно поговорить», натягивая штанишки.       Или это месть за бретельку, которой он ударил тебя по плечу, предварительно натянув, когда ты готовила этим детям покушать, или просто в попе заиграло детство или это предварительная ласка…       — Малышка, ну если ты хочешь, просто попроси меня и всё… Только правильно попроси…