Охотник или жертва?

- Что?! — сказать, что я был поражен – не сказать ничего. - Как? Но почему ты живешь тут? Почему я никогда не слышал о тебе? Глаза старушки подернулись печалью, а губы задрожали, но она сумела взять себя в руки и ответила на вопросы: - Твой отец сбежал от нас, — она посмотрела на Люка. - Я твой дядя, Билли Джо, — спокойно объяснил Люк, сжимая ладонь старушки. — Мы можем рассказать тебе всё с самого начала, если ты захочешь выслушать. - Я слушаю, — сухо и недоверчиво выдавил я, оглядывая новых родственников. - Итак, — начал Люк, — ты, наверное, уже знаешь, что случилось с моим отцом? Я кивнул. - Когда охотники принесли его тело в деревню, я все поняла: почему он пропадал ночами, почему его не было со мной, когда был так нужен, чей вой разлетался над нашей деревней каждое полнолуние. И однажды я заметила, что Люк - мой старший сын - стал часто уходить в лес. Я обеспокоилась, вдруг с ним происходит то же, что и когда-то с мужем. Предотвратить это я никак не могла, как и допустить, чтобы с младшим ребенком - твоим отцом - произошло такое страшное проклятье. Отчаившись, я ушла искать помощи у старухи, что жила за лесом у гороной реки, ее все считали колдуньей, потому ее я видела своей последней надеждой. Я наивно считала, что могу изменить судьбу своего ребенка. И я могла, но не успела, - голос ее дрогнул, женщине было больно вспоминать свои ошибки. Люк продолжил за нее: - Мама отдала нас с братом на попечение соседям, а сама отправилась в путь. Я знал, что скоро братишке исполнится 15 и взойдет его первая луна. Я хотел научить его всему, объяснить, как быть волком. Мне хотелось раскрыть перед ним прекрасный мир, доказать, что проклятье может быть даром. Но он не стал слушать, уже тогда влюбленный в твою маму, - он посмотрел на меня, а я постарался держать маску безражличия, однако упоминание матери пробило в стене брешь, заставив по телу пробежать мелкую дрожь. - Брат испугался, он накричал на меня, сказал, что проклятье никогда не расцветет в его глазах ничем большим и прекрасным, чем наказание Господа. Он сбежал, не желая оставаться в семье, сделавшей его выродком человечества. - Когда я вернулась, я поняла, что опоздала. Люк искал его многие месяцы, пытался обнаружить след и вернуть домой... А я не могла ни на что решиться, была сломлена. - Ты сказала, что искала способ избавиться от проклятья, - напомнил я. - Нашла? - Да, - горько кивнула бабушка, - и способ этот стал моим личным проклятьем, которое я научилась использовать как дар. Старуха, жившая за лесом, рассказала мне легенду, что у реки, стекающей с гор, люди испокон веков заключали сделки. - С дьяволом? - я не сумел сдержать усмешки. - С ангелом, - улыбнулась она. - В легенде говорилось об ангеле по имени Разиэль. Он спустился на землю, чтобы даровать нуждающимся то, что они просят. Он не как Дьявол, он не забирает душу. - Но это же сделка, - перебил ее я, - ты должна была отдать что-то взамен. - И я отдала. Он взял с меня клятву в вечном служении Небесам, что я беспрекословно буду им подчиняться, буду помогать нуждающимся и карать грешных. К счастью, я живу от людей слишком далеко, чтобы каждый день насылать на них Кару Небесную. - А что он сделал с тобой? Что он дал? - Когда я пришла к реке и позвала его, все вокруг стихло. Не было ни ветра, ни колыхания волн, ни шелеста гальки под моими ногами. Время будто остановилось. Но и вокруг никого не было. Вдруг у меня в голове отчетливо прозвучал голос. Описать его так сложно... - она нахмурилась, смотря в стол. - Это было что-то необыкновенное: голоса родных и близких, всех, кого я любила, слились в один, но звук был тягучий, словно он пел. Она замолчала, вздохнув. - И что он сказал? - Мы заключили сделку. Я отдала свою верность, он дал мне ангельские знания - руны. С их помощью я могу делать многое, но только, если это действительно необходимо. Они просто возникают у меня перед внутренним взором, словно свет из-за приоткрытой двери. - Но ты не излечила моего отца. Не излечила Люка, - осторожно заметил я, посмотрев на дядю. - Нет. Когда я вернулась, твоего отца уже не было. Люк же отказался, считая свое проклятье судьбой. Я осталась с тем же, с чем уходила - мои дети прокляты, но и себя я обрекла на вечные оковы Небес. - Я не жалею ни о чем, - с убеждением произнес Люк. - Я женился, хранил тайну. Я, в отличие от твоего отца, привел жену в наш дом. Мы были счастливы. Но однажды, когда мы с часу на час ожидали рождения ребенка, в наш дом пришел мой брат. Он вернулся спустя столько лет, хотел сказать что-то, но я не слушал. Я вдруг разозлился, - последнее дядя прорычал, что заставило насторожиться. - Я накричал на него, прогнал. Мама в то время была с моей женой... - Зачем он приходил? - Я не знаю. Как только родился ребенок, он ушел... Моя жена скончалась при родах. Я понял, что ценой дара была жизнь. Жизнь человека для волка. Но что-то пошло не так. - Где теперь ваш сын? - Вот он, - Люк опустил взгляд на притихшего волка. - Это ведь шутка, - прошептал я, невольно отстраняясь назад. - Нет, - с горечью изрекла бабушка. - Благодаря дару, я прочувствовала, что ребенок не здоров. Так и вышло. В первый же день своего рождения он превратился в маленького белого волчонка. "Вот он твой дар" - помню, зло кричала я на сына, понимая, что он не виноват. Оказалось, что каждое поколение волков передает свое проклятье, но иногда происходят сбои, и тогда следующие поколения будут наследовать именно этот сбой. Твой отец считал себя выродком человечества, а Фрэнк у нас выродок своего же проклятия. - Он на всю жизнь остался волком? - я не сводил с белого зверя глаз, так же и он с меня. - Нет, в полнолуние он становится человеком, как мы с тобой волками, - ответил Люк, потрепав шерсть сына на загривке, тот понурил голову и тяжело вздохнул. - Мне жаль, - тихо пролепетал я, не зная, что вообще необходимо было сказать. - Мы давно смирились. Теперь я понимаю, что в день его рождения у нас делал твой отец. В тот же день родился ты, но его посещение старого дома не дало никаких результатов. Твоя мать умерла, как и моя жена, родился ребенок - выродок своего проклятья. - Выродок? - не понял я, почему-то принимая это слово как оскорбление. - Я чувствую, - тихо произнесла бабушка, протягивая свою изрезаную морщинами ладонь, я коснулся ее теплых пальцев, женщина дрогнула. - В тебе укрыта сила, мощь твоего зверя велика, - шептала она, прикрыв глаза, чуть откинув голову, - волк в тебе силен, как и человек. Они на равных правах правят телом и разумом, - она быстро провела пару линий пальцами над моей рукой, - тебе будет просто справиться с полнолунием и даже временем. Слова бабушки путали меня, я ничего не мог понять. Временем? Равное обладание? Все это хорошо или плохо? Я в недоумении посмотрел на дядю, но он не видел меня, мужчиной овладело беспокойство. Только холодные волчьи глаза прожигали меня интересом. В них я видел что-то смутно знакомое и родное, чего так не хватало в последнии дни. Я чувствовал, что жизни наши тесно переплетутся и распутать их будет весьма трудно.