Дракон и венок

– Входите, мальчики, входите, – послышалось за дверью кабинета профессора Амбридж, как только Драко и Блейз подошли. – Отлично, нас ждут, – Забини вошел первым. Профессор Амбридж со своей неизменной улыбкой сидела за рабочим столом: – Здравствуйте, профессор Амбридж, мы пришли отчитаться по работе инспекционной дружины! – объявил Забини и достал листок, на котором предварительно набросал итоги недели. Главным в дружине был назначен Драко, но на него вся эта писанина нагоняла тоску, и он с удовольствием перепоручил ее терпеливому и аккуратному товарищу. Профессор слушала доклад терпеливо покачивая головой, но где-то на середине остановила ученика: – Превосходно, мои дорогие, я не сомневаюсь, что вы, как и весь ваш факультет самые лучшие блюстители порядка и мои помощники. Но я бы хотела еще кое-что с вами обсудить. Только тема нашей беседы тайная, она должна остаться между нами. Я могу положиться на вас? – Можете! – отозвался мгновенно Драко. Амбридж улыбнулась ему: – Это касается вашей новенькой студентки-пятикурсницы, Стефани. Драко тут же сник и напрягся. Блейз слегка повел бровью: – Видите ли, я попыталась познакомиться с ней, после нашего вчерашнего занятия и попыталась узнать что-то о ее семье. Но она отказалась со мной говорить. Посудите сами: если она ничего не хочет говорить о своих родных родителях, значит ей есть что скрывать. Мне также не очень понравилось, что она подружилась с мистером Поттером и его грязнокровыми друзьями и подружками... – Вы хотите сказать, что подозреваете Стефани в нечистокровном происхождении? – прямо спросил Блейз – Ну, конечно! – Драко злорадно усмехнулся – За день до того, как она появилась в Хогвардсе, стар… то есть директор беседовал с нашим деканом и упрашивал взять ее! – Все намного запущеннее, чем я думала, – Амбридж покачала головой – Мало того, что Дамблдор берет чужого человека посреди года, так еще и позволяет себе помещать человека с нечистой кровью на самый элитный факультет Хогвардса... – Если это так, Дамблдор сильно рискует – усмехнулся Драко – Отец бы страшно возмутился, узнав о его выходке! – Мальчики, я вижу, что вы тоже считаете Дамблдора нездоровым человеком, мы одни из немногих, кто это понимает! Помогите мне сделать первые шаги по его отстранению от управления школой. Для этого вам нужно осторожно выяснить у Стефани ее родную фамилию, я проверю ее по всемирному списку чистокровных волшебников... Драко довольно ухмыльнулся, но тут же вспомнил категоричный тон Снэгга, и его приказ ему охранять Стефани от расспросов: – Видите ли, профессор, – заметил Драко – Мне сдается, сам наш декан пристально следит за этой девчонкой и охраняет ее глупые тайны. Я беспокоюсь… – Вам не нужно беспокоиться, мальчик мой, – профессор Амбридж улыбнулась ему одобрительно – И не нужно устраивать девочке допрос, вы можете просто втереться к ней в доверие и тем самым аккуратно выяснить правду. Если не получится своими силами, попробуем достать сыворотку правды. Если это сделаете вы, а не я, это будет не так заметно, тем более, если за девочкой, как вы говорите, следит сам профессор Снэгг «Амбридж боится Снэгга», – с удивлением подумал Драко – «Скорее боится его мести...» – Мы возьмемся за это дело, профессор, вы можете на нас рассчитывать! – объявил Блейз и поднялся. Драко последовал его примеру. – У вас все получится, мои дорогие. Хорошего вечера – ласково проговорила профессор Амбридж. По дороге к спальне Драко почему-то вспомнил мистера Артура Уизли, чистокровного волшебника, уважающего маглов. – О чем задумался, принц? – подтолкнул его локтем Забини. – Может, Стефани как Уизли – предательница крови? – предположил Драко– Не бывало, чтобы на наш факультет попадала грязная кровь. Снэгг бы этого не допустил. – Ты сам помнишь, что там подсуетился старый маразматик, – напомнил Забини – Наверняка у него какие-то своим мысли на этот счет, свой интерес. Ох и скандал будет, если выяснится, что к нам затесалась грязнокровка,.. Он причмокнул губами. – Может тогда маразматика наконец-то отстранят от управления школой – ухмыльнулся Драко – Давно ему уже на покой пора. – В Азкабан, – заухмылялся и Забини – Кстати, нужно еще узнать, какая у Стефани родная страна. Она говорит без акцента, но родилась явно не здесь. – Да, – кивнул Драко и устало потянулся – Но думать обо всем этом я буду завтра. – Думай как с Гринграсс отношения улучшить! – заметил Блейз – Только ты с ней примирился днем, как опять вы поцапались. В таком состоянии она тебе ничего не расскажет. – А ты на что? – беспечно бросил Драко – Тебе вызвался первый помогать, ты и разгадывай свои загадки, раз тебе это интересно. – А тебе будто бы не интересно? – прищурился Забини – Интересно, просто ты боишься проблем... Малфой раздраженно отвернулся. Опять друг оказался прав… – Никаких допросов, деликатно подыскиваем моменты, чтобы сблизится и интересуемся. Но сначала – вы миритесь! Драко застонал и потер лицо руками. Опять унижаться и лебезить перед этой дрянью? Блейз похлопал его по плечу: – Наше дело не терпит импульсивных поступков, Малфой. Если ты хочешь узнать о ней все, действовать надо мягко, чтобы она начала нам доверять… Мягко, понимаешь? Как с цветочком… – В гробу я видел этот твой цветочек – устало выдохнул Драко и вошел первый в спальню, потирая озябшие руки. Наконец-то уют, тепло. Блейз тут же взялся за какую-то книгу, а Драко, прислонившись к стене стал снова размышлять. Никто из преподавателей никогда не восхищался им, как Долорес Амбридж. Ей не так были важны его знания, как беспрекословное послушание. Ему льстило ее доверие и особая любовь и внимание к Слизерину в целом. Вся инспекционная дружина по большей части состояла из слизеринцев и наконец-то его элитный факультет, заклейменный молвой факультетом гордецов и злодеев зацвел от похвал и повышенного внимания. Он не мог не услужить Амбридж. – Эй, Малфой, хорош ломать пальцы, от твоего треска уже голова раскалывается! – прикрикнул Нотт со своей кровати. Драко поднял голову. Он даже не заметил, что заламывал пальцы так, что от хруста у всех остальных обитателей спальни закладывало уши: – Реально, кончай, – попросил Блейз. – Ой, какие вы все нежные… – Драко снял с шеи надоевший галстук и вдруг сморщился – Тьфу, черт! Нотт, ты опять зажег твою гребаную аромалампу! Дышать нечем! Действительно, на тумбочке Нотта слабо переливался огонек в миниатюрной черной аромалампе в виде чаши, которую опутывала змея. Она выпускала в воздух душистый дымок: – Тебе не нравится запах хвои? – беспечно отозвался Тео, не пошевелив даже пальцем,– Давай сменю на эвкалипт… – Погаси ее нахрен, иначе я разобью ее о твою башку! – рявкнул Драко и вскочил. – Да, ладно, ладно, – Тео задул свечку в своей лампе. Драко снова сел на кровать и растерялся. Ему нравился благородный запах хвои, наполнявший спальню, он не мог не отметить, что вечерняя ароматерапия от Нотта оказалась неплохой профилактикой неизменного зимнего и весеннего насморка, а также создавала в полутемной спальне уют. «Это мелкое недоразумение совсем мне нервы растрепало за два дня» – подумал он, пропуская светлые пряди между пальцами и вспоминая все детали образа этой «язвы». Эти мерзкие черные патлы, мерзкие смуглые пальцы, которыми она смела бороться с ним, пятно на воротнике, этот ее мерзкий гоблинский рост… – У тебя проблемы с третьей Гринграсс? – игриво заметил Нотт – Поэтому ты такой психованный? –Проблемы это мягко сказано! – язвительно откликнулся Драко – Я вчера был близок к тому, чтобы свернуть ей шею! Если так дальше пойдет я окажусь либо в больнице святого Мунго, либо в Азкабане в свои цветущие юные годы! – Больше всего она бесит своим вниманием к грязнокровкам – заметил Блейз, отвлекшись от книги – Позор факультета... – Да, позор. Только вот ты стыдишься, а она порхает, радуется и не понимает, что сделала не так! – Драко ударил кулаком подушку. – Слова тут, кажется, бессильны, – задумчиво протянул Блейз, поправляя манжеты рубашки. – Так давайте побьем ее… – внезапно раздалось вальяжное предложение от Нотта. Забини и Малфой как по команде обернулись на него. Крэбб и Гойл, до этого молчавшие, ядовито заухмылялись. Нотт, растянувшись на темно-зеленом покрывале, словно ленивый кот, продолжил излагать свою мысль: – Не надо никаких палочек, все просто. Сначала предупреждаем, если девочка не слушается, заводим в темный уголочек, закрываем глазки и бьем. Аккуратно, чтобы не осталось синячков на видных местах… – Ты перегрелся? – спросил Забини – Или у тебя от паров лампы твоей галлюцинации начались? – А что? – обиделся Нотт – Зато научим быстро и наверняка уважать принципы и авторитеты! – Быстро и наверняка об этом узнает Снэгг, – ответил раздраженно Драко – И оторвет мне голову, потому что он обязал меня присматривать за Гринграсс! Вам-то может ничего и не будет, а меня будут ждать разборки с ним, а затем с отцом, которому он непременно даст знать в подробностях о моем неподобающем поведении! Нотт сконфузился вконец. – Расслабься, Нотт, кому надо, тот уже расследует тайны этой девчонки – осклабился Блейз – И поверь мне, когда все вскроется все, кто пытался посмеяться над факультетом Слизерин будут жестоко наказаны!