Секрет адепта

Толе снилось яркое солнце, которое, казалось, могло сжечь своими лучами. На чистом небе не было ни облачка, на город опустилась сильная жара. И всё было бы хорошо, но это не его Родина. Он стоял около старенькой Волги и ждал проводника. Они договорились встретиться за продуктовым магазином в Ораном, а потом выдвинуться в сторону Чернобыльской Зоны. Только человек задерживался. Парень оделся бы легче, но он учёл, что идёт в опасное место, где лучше всего быть незаметным, поэтому жарился в своём новом камуфляже. Из-за поворота показался мужчина и, оглядевшись по сторонам, засунул руки в карманы и пошёл к нему. — Ты проводник? — тихо и быстро спросил парень. — Да, — оглядел внешний вид и задержал взгляд на лице, усмехаясь, — мама с папой ругаться не будут? Маловат для Зоны. — Личная информация не разглашается, я тебе заплатил — будь добр выполнить свою часть договора, — процедил Толя, начиная злиться из-за очередного напоминания о семье. — Окей, — снисходительно улыбнулся, — правила знаешь? — Да, слушаться беспрекословно, держаться рядом и быть очень тихим. Лишних вопросов не задавать. — Тогда садись в машину, ещё минут двадцать ехать до нужного прохода. Авель медленно открыл глаза и увидел лицо Стаса перед собой. Улыбка вылезла сама собой. Он протянул руку и погладил его по щеке, чувствуя колючую щетину. Тот сквозь сон потëрся об неё и сладко причмокнул губами, сильнее зарываясь в одеяло. Толе захотелось затискать его, расцеловать, занежить. Но сдержал порыв, осторожно поднялся с кровати, стараясь не беспокоить напарника, и почувствовал долгий взгляд на себе. Рука машинально потянулась к ножнам, но знакомый голос мягко осадил его. — Спокойно, брат, это я. — Давно тут? — обернулся на Бродягу и выдохнул с облегчением. — Пару часов. Сегодня в полдень мы выходим в рейд. — Шульга рассказал все? — Да, но я так и не понял, почему он решил поступить подобным образом, — бывший сектант пожал плечами, — готовься, вас будут жёстко гонять, и я ничем помочь не смогу. — Да и хрен с ним, сталкеры мы или где? Выкрутимся, — подбодрил и себя и Бродягу, широко улыбнувшись, — лучше скажи вот что: ты знаешь, куда мы пойдём? — Нет. Вся информация у Гавриленко. — Он идёт с нами? — надеясь на другой ответ, умоляюще глянул на младшего брата. — Да. — Чтоб ему трамплин американские горки устроил, — проворчал и легко толкнул напарника в плечо. Того и будить толком не надо было, только ощутил прикосновение, как схватил Толю за руку и открыл глаза, намереваясь убрать опасность. Но быстро понял, что еë нет, и отпустил конечность, потерев глаза. Он обвел парней взглядом и глубоко вздохнул, выбираясь из-под одеяла. Зашнуровал ботинки и резко встал, начиная разминать мышцы. Толя тихо хмыкнул и сально улыбнулся, увидев задницу напарника, когда тот нагнулся и потянулся руками к ногам. Она была такой сочной и поджарой, что захотелось её пощупать. Про себя проматерился на производителей костюмов. Бродяга одобряюще кивнул на разминку соклановца. Новобранцев всегда гоняют подобным образом, но те кто уже стал выше по рангу — делают всë самостоятельно, чисто по привычке. Но и это было полезным, ведь в бою тогда суставы не подведут. Когда Стас закончил, он позвал Бродягу и Толю, и они втроём пошли наверх, в главный зал. На той стороне стоял уже изрядно накуренный Лектор и громко смеялся с каким-то парнем. Авель пристроился на долговской половине и ожидал друзей, которые пошли за завтраком. Взгляд резко упал на недовольного Лоцмана, агрессивно трущего кулаки и посматривающего на Гавриленко около входа на станцию. Что-то у них случилось и, видимо, не совсем хорошее. В памяти тут же всплыл сегодняшний сон, про Проводника. Мужик он хороший, но строгий. Как многие говорят, он знает даже самые тайные тропки на разные территории — отсюда и пошло прозвище. Тогда он бесшумно и незаметно провёл парня мимо блокпоста вояк, помог найти первую работëнку и вкратце рассказал о порядках в Зоне. И ушёл, исчезнув незаметно и бесследно. Никто не решался переходить ему дорогу, все знали, что он опасный тип. Кто-то говорит, что Проводник любит работать в одиночку, а кто-то говорит, что он в группе Стрелка. Точных сведений никто не даст, если разве что спросить у самого мужчины. Но Толя был уверен, тот не даст ответа. Всё, что касается личной жизни и информации — табу, под запретом. К столу вернулись парни и, улыбаясь друг другу, принялись за еду, не особо обращая внимание на задумчивого Авеля. Он на секунду прикрыл глаза, прогоняя назойливые мысли, и принялся догонять. Сегодня в меню был рис и тушенка. Не имея особого аппетита, он съел половину и отодвинул тарелку, запивая паршивым кофе. — Кстати, вчера же Лектор втык получил от Локи и Кремня, — резко выдал Бродяга. — Так ему и надо, наркоша хренов, — хмыкнул Стас, прихлëбывая крепким чаем. — А за что? — поинтересовался Авель. — Я видел, как он после Выброса укуренный пошёл на кровососа с голыми руками, — улыбнулся, — поймали его с группой и повели обратно. А сам Лектор говорил, что хотел гуманоида этого в щупала отыметь. Стас подавился чаем и закашлялся, начиная громко смеяться. Толя похлопал его по спине и, мельком глянув на анархистов, которые обернулись на них, тоже заржал. Глазами показал Бродяге направление и тот, увидев красное возмущённое лицо Лектора, последовал примеру, прикрываясь рукой. Гавриленко, заинтересовавшись их весельем, подошёл ближе. — Пустите к себе? — Ага. Он примостился рядом с Бродягой и спросил о причине их смеха, а когда услышал, то и вовсе засмеялся ещё громче. Свободовец же, психанув, ушёл вглубь их половины, скрываясь от ненужных глаз. Но потом как-то резко всё стихло, а лицо телохранителя Шульги стало каким-то…виноватым? — Вы простите меня, мужики, за вчерашнее. У нас с этим строго, — поджал губы. — Не стоит. Я-то по делу получил, дезертировал ведь. А Толя и так должен был Шульге. Так что… — начал Орлов. –…мы не в обиде, — продолжил Павлов, ободряюще улыбаясь. — Тогда начинайте готовиться к рейду, через несколько часов выходим, — осторожно хлопнул ладонью по столу и отошёл на шаг. — Постой, а куда мы идëм? — резко бросил Бродяга вдогонку. — Извиняйте, не уполномочен. И ушёл к кабинету полковника, оставляя парней с досадой на душе. «Вот ведь…жук» — подумал Анатолий и невесело улыбнулся, хватая пустую посуду и относя её Гавайцу. Орлов широко зевнул и пошëл к технику, проверить автомат и по возможности починить его в некоторых местах. Пока он общался с Азотом, бывшие сектанты спустились в подвал и принялись собираться. Авель взял шомпол и чистил ствол, пока Бродяга снаряжал патроны в магазины Винтореза. И всё это проходило молча, что было уже странно. Внезапно темы для разговора закончились. Но тут руки парня дрогнули, приспособление для чистки выпало из рук, а в мозг поступил невидимый сигнал. «Просьбу передал, Гефест рад тому, что Бродяга жив» — раздался в черепе голос Фанета. Для лучшей концентрации он отложил оружие в сторону и прикоснулся ладонями к вискам, закрывая глаза и начиная никому непонятный мысленный разговор. Их связь вышла на новый уровень, на более усовершенствованный. И потерять её, будет, вероятно, смертельно. Но и чтобы она разрушилась — отныне стоит постараться. Бродяга, недоумевая, присоединил магазин к бесшумной снайперской винтовке и подошёл ближе, осторожно касаясь плеча старшего брата. Тот крупно вздрогнул и открыл глаза. — Всё в порядке? — Да, — кивнул парень, — я общался с учителем. — О, — удивился, — и как? — Гефест рад, что ты жив. Просил как-нибудь навестить его, если желание будет. — Выходит, что вы достигли высшего уровня связи, раз свободно общаетесь. Приходят некие мысле-образы? — Да, а откуда ты знаешь? — теперь пришло время Толе удивляться. — Ну, — почесал затылок и вернулся на своё место, — я тоже когда-то с мастером Гефестом так общался. Как-то раз мы повздорили, он рассказал важную информацию, и мне это не понравилось, тогда я разорвал нашу связь. — Сам? По своему желанию? — бросил мимолëтный взгляд на Стаса, который пришёл к ним и подошёл к шкафчику. — Да. Было очень неприятно, чуть не сдох. Спустя время остыл и понял, что натворил. Но вернуть связь не смог, как ни пытался. — Наверное, жалеешь до сих пор? — Брат, давай не будем об этом? Не лезь в душу, пожалуйста. Стас присел рядом с Авелем и потрепал его белые волосы, оставляя лёгкий поцелуй на щеке. В открытом шкафу лежал его модифицированный автомат, с коллиматорным прицелом и глушителем. Павлов понимал чувства младшего брата. Тяжело это, терять близких людей, иногда по своей глупости. Но, наверное, в каких-то ситуациях виноваты двое? — Ты без группы с нами в рейд пойдёшь? — спросил Орлов, смещая руку на талию к Толе и крепко сжимая, отчего тот слегка поморщился. — Да. Я оставил Броню за старшего. Потом Толя дëрнулся от лёгкого укола боли и понял, что после вчерашнего у него, скорее всего, остались синяки. Ну да, особенно если вспомнить с какой силой сжимал его Стас…

***

Гавриленко шёл вторым в их цепи из пяти человек. Впереди был никому не известный человек с маской на лице и глубоким капюшоном. Он ловко огибал каждую аномалию. Сложилось впечатление, что он чуял их или они перед ним были как на ладони. Замыкающим шёл Бродяга, не забывая иногда поглядывать назад, на наличие слежки. Со Свободы станется. Толя был посередине и пытался вспомнить тех, кто мог так ловко проводить группу: Лоцман остался на Янове, Проводника не найти так просто и вряд ли бы тот согласился — тогда кто? Человек резко замер и поднял раскрытую руку вверх, дождавшись пока все остановятся, и присел на колено. Вытащил из подсумка болт, бросил его вперёд и повторил ещё несколько раз. Гавриленко недовольно засопел и посмотрел в то место, куда тот бросал предметы. — Ну нет там ничего, пошли дальше, — раздалось раздражëнно и лейтенант обошёл сталкера, выходя вперёд. Авель напрягся и обернулся на Стаса с Бродягой. Они посчитали разумным остаться на месте и теперь наблюдали, как незнакомец резко вскочил за мужчиной в экзо. Он дëрнул его за плечо и потянул в сторону. В метре от того места, куда мог ступить долговец, вылезли огромные стебли растений, а из них стали медленно выходить огромные шипы. С них стекали какие-то зелёные капли. Потом пошëл запах тухлятины и все поспешили зажать носы. Гавриленко в шоке замер. — Это что за херня? Первый раз вижу такое. — Следовать за мной шаг в шаг. В следующий раз ничью задницу спасать не стану, — раздался бархатный голос незнакомца и тот обошёл неизвестное растение. Стас с уважением хмыкнул. Надо же, даже это нечто, что пряталось под землёй, он вычислил. Однозначно, этот человек хороший проводник. Только кто он и где его взяли? Орлов не сказал бы, что ему много лет. Голос не такой, да и морщин около глаз особо нет. Но и он мог ошибаться. Они шли по нехоженой тропинке вдоль переломанных деревьев, чуть поодаль в кустах трещала жирная электра, а по другую сторону свистела карусель, быстро засасывая в себя опавшие листья. Впереди мелькнуло какое-то маленькое строение, где-то два на два метра, и Гавриленко попросил человека поторопиться. Это была будка контрольно-пропускного пункта, перед которой лежал сломанный шлагбаум. Тропинка вывела на треснувший асфальт. Незнакомец остановился около будки. — Долги в Долге возвращают, — произнёс лейтенант излюбленную фразу чистильщиков Зоны, — как и договаривались, здесь шестьдесят штук, — протянул конверт из кармана. Сталкер кивнул и протянул руку чтобы забрать вознаграждение, но вдруг со всех сторон раздались звуки отведения затвора, а из кустов стали выходить люди. Они взяли группу в круг. Бродяга резко обернулся и вскинул ВСС, но тут же опустил и заматерился. Стас на автомате задвинул Авеля за спину и слегка присел в коленях. Из толпы бродяг вышел мужик и заговорил слегка хриплым голосом: — Здарова, додики. Вот вы и попались, — рассмеялся, — выворачивайте карманы и волыны на землю. — Мужик, отпусти нас, а? Мы ж это, мимо идём, по своим делам, — улыбнулся Гавриленко. — Слушай сюда, сявка, я чё тебе сказал? Быстро шпалер положил! — повысил голос и ткнул пальцем в проводника, — тебе особое приглашение, мудила? Все медленно положили оружие и подняли руки в примирительном жесте, только Гавриленко стоял, по-прежнему не двигаясь. Авель быстро смекнул, что они имеют дело с бандитами и лучше их послушать. Этих воров в два раза больше чем их, да и положение у них более выгодное. — Получишь по хлеборезке, мусор, не выëживайся, — пригрозил бандит. Сталкер-проводник ткнул локтëм в бок долговца и тот, отчётливо скрипнув зубами, положил свой автомат. Криминальный элемент довольно улыбнулся. Несколько из его ребят забрали весь огнестрел. — Идти за мной, петушки. И стал ждать, пока другие бандиты свяжут руки остальным. А когда их связали, то пятеро из бандосов остались на КПП, а остальные их повели куда-то под прицелом добротных сорок седьмых калашей. Стас обеспокоенно заглянул в лицо к Толе, но, не обнаружив там страха, выдохнул и посмотрел на Бродягу, который хмурился и посматривал на Гавриленко. Зашибись, мало того, что до нужного места не дошли и не присоединились к другой группе, так их ещё и представители зэков и воров поймали. Здорово, что ещё сказать. Но Толе не было страшно, ни капли. Отчего-то он знал, что сегодня никто не умрёт и ничего ужасного не случится. Единственные два человека его волновали: Стас — как возлюбленный, и Бродяга — как младший брат. Шли они недолго. Спустя минут пятнадцать на горизонте появилась старая деревня, оттуда махнул рукой человек в экзоскелете. — Салам, Винт. Вот это улов у тебя, — хмыкнул железный человек. — Ага, только лебезит один дохера. Его и первого в расход пущу, — и заржал, противно и хрипло. Несколько охранников провели их в какой-то погреб, а после чуть не спустили с лестницы и закрыли дверь, открывая решëтку для свежего воздуха. Орлов расслабленно выдохнул и скривил лицо, проводя какие-то манипуляции с руками за спиной. Резко запишел и подозвал Толю. Парень посмотрел и тихо присвистнул: — И ты молчал? — Помоги разрезать, а то все руки израню, — тихо проговорил, вытаскивая из рукава комбеза маленькое узкое лезвие. Павлов осторожно подцепил его пальцами и потянул на себя, кое-как посматривая за спину. Примостил к верëвке и начал было резать, как вдруг дверь резко открылась. Лезвие выпало из рук. К ним спустился тот бандит, которого назвали Винтом. Он подошёл к сталкеру-незнакомцу и сдëрнул повязку, открывая всем вид на его лицо. — Как я мечтал найти тебя, Выдра! Столько времени прошло, охренеть! — И что дальше? Ты для этого схватил нас? — безразлично спросил. — Нет, — напускное веселье испарилось, — твой дружок-мусорок имеет важную информацию по поводу запуска одного из генераторов. Мне она уж очень нужна. — Нахрена тебе мощность ещё одного? Авель толкнул Стаса в плечо. Они друг другу кивнули, вспоминая слова Болотного Доктора. «Если ваша цель поведёт вас на территорию с треснувшей землëй и масштабным источником электричества — найдите Стрелка» — говорил он тогда. Но здесь нет легенды Зоны, да и не факт, что это нужная территория. Но, судя по разговору этих двоих, это всё же то, что нужно. Вместо Стрелка здесь есть Выдра, что, вероятно, был или есть в его группе. Но то, что он один из первых сталкеров и знает Зону как свои пять пальцев — известно даже ребёнку. Значит, надо ему доверять. — Оставь нас, может, мы договоримся с ним. — Даю тебе тридцать минут, петушок, — хмыкнул Винт и вышел. Стас вновь засуетился. Гавриленко же стоял в стороне и молчал, хмуря свои чёрные брови. Выдра резко подпрыгнул и попытался переместить руки вперёд, наподобие скакалки, что у него получилось с сильной болью в конечностях. Стоило только этому произойти, как изо рта вырвался болезненный вздох. Потом он полез в ботинок и вытащил нож из ножен, которые были прикрыты длинной штаниной. Он ловко разрезал свои верëвки, а потом освободил остальных, присаживаясь около стены. — Что делать будем? — подал голос Бродяга, до этого молчавший. — Надо как-то выбираться, но это верная смерть. Гавриленко, мы ждём подробностей, — проговорил проводник, закрывая глаза, и задирая голову к потолку. — Мы хотели запитать генератор и спуститься в лабораторию. Генерал сказал зачистить её от мутантов и устроить там базу. Выгодно же. — Ага, заодно и нас использовать втёмную. Колись, там не мутанты, а монолитовцы? — прищурив глаза, процедил Орлов. — Да! Да! Ну и что дальше?! Они всё равно нихрена не понимают! — Помолчи, лейтенант, или я и Бродяга сами тебя прикончим, — чуть ли не рыча, бросил Авель и сжал руки в кулаки, — понятное дело, почему он нам ничего не сказал, мы бы отказались! — Естественно, это же ваши братики! Вы их готовы в жопу целовать, лишь бы кусок холодного камня сохранить! — выкрикнул долговец и тут же остыл, присаживаясь рядом с Выдрой. Толя, Бродяга и Стас сели напротив. Первый прикрыл глаза, ткнул пальцами в виски и мысленно обратился к наставнику: «Мастер, свяжитесь со Стрелком. Я и Выдра на Генераторах в плену. Нам нужна помощь». И тут же открыл глаза, осматриваясь, не заметил ли кто его небольшое отсутствие. Теперь стоит только ждать. Стас сложил руки на колени и свесил голову, полностью отключаясь от мира. Бродяга сжимал кулаки и в упор смотрел на Гавриленко, а тот в свою очередь встал и ходил туда-сюда, раздражающе мелькая перед глазами. Выдра задумчиво жевал губу, а потом резко встал и пошёл к выходу, внимательно всматриваясь в небольшое окошко, защищëнное решëткой. Заметил рядом охранника и вернулся обратно, присаживаясь на корточки рядом с Толей. — Их более пятнадцати человек, мы не справимся. Оружия нет. — Безвыходных ситуаций не бывает, — отметил Авель и, кряхтя, поднялся. — Сказал Шухов, а после его замуровали в Саркофаге, — продолжил Выдра их небольшой спор. — Но он стал Чëрным Сталкером. Выбрался же, но немного иначе. — Хочешь, чтобы мы тоже сдохли и выбрались иначе? — скептически отнёсся к этому их проводник, — сомневаюсь, что… Наверху громко бахнуло. Земля сотряслась от взрыва, с потолка посыпалась известь. Следом множество выстрелов и отборные маты, где-то долговские рупоры, а где-то блатной жаргон. Отряд подскочил и приготовился, даже если придётся драться голыми руками — пусть, главное за свою свободу. Авель же ничего не понял. Либо Долг обнаружил их пропажу и пошёл на поиски, либо это Стрелок. Но как тот мог оказаться здесь всего за десять минут? Значит, второй вариант отпадает. Около двери громко взорвалась граната, и её снесло с петель, оглушая и ослепляя группу. Толя помотал головой и рванул наверх, следом за Выдрой и Стасом, которые побежали первыми. Орлов осторожно выглянул и, двинув в перекате, оказался у трупа бандита, подбирая Калашников и патроны к нему. Пробежал чуть дальше, спрятался за деревом и начал активно стрелять, отвлекая внимание от подвала. Бродяга своим зорким взглядом обнаружил подобие штаба и, пригибаясь, рванул к нему. За ним следом и рванули все остальные. В небольшом помещении в одной куче лежало их снаряжение. Младший брат подхватил свой ВСС и исчез в проходе. Выдра быстро залез в свою разгрузку. Выбегая из здания, за ними просвистели пути, оставляя следы на стене. Гавриленко слабо ойкнул и упал, чувствуя, как между бронепластин прилетел подарочек. Подскочил и, хромая на одну ногу, упал за брëвнами. Авель осмотрел его и выглянул из-за укрытия, замечая капитана Пличко. «Постарел» — пронеслась грустная мысль и тут же пропала, как в поле зрения мелькнула физиономия Клыка. Но удивляться было некогда, ведь лейтенант сейчас медленно истекал кровью. Попросив Бродягу его прикрыть, Толя упал рядом с Гавриленко и резко дëрнул крепëж пластины. Та с лёгкостью отошла. Стиснул зубы — пуля прошла вслепую. — Давай, — одобрил мужчина. Павлов кивнул и полез в аптечку, доставая жгут и затягивая выше ранения. Вколол обезболивающее, сыворотку от столбняка и достал длинный пинцет, вводя его прямо внутрь. Лейтенант не смог сдержать стона, маскируемого за прокушенной губой. По подбородку побежала маленькая полоска крови. Авель нащупал пулю и медленно стал её вытаскивать. А когда вытащил, то воткнул в дыру ватный тампон. Похлопал по плечу бледного заместителя Шульги и оглянулся, высматривая Стаса. И увиденная картина ему не понравилась. Трое прижали его почти со всех сторон, а тот уже лежал около корней дерева и низко прижимал голову к земле, не имея возможности её поднять. — Бродяга, спаси этого чëртового вояку, а я к Стасу! — подал голос парень, пытаясь перекричать звуки пальбы. И рванул в обход, надеясь обойти бандитов со спины. Сейчас его друг, любимый, напарник в опасности и стоит поторопиться, если он не хочет его потерять. А он не хотел, по возможности он готов был жизнь отдать за него. Любой ценой спасти его сейчас — отплатить за всё, что было.