Пособие по причинению порочного удовольствия

— Быть может, тебе нужна помощь? — Аха-ха, — Панталоне усмехается, легко прикрывает рот тыльной стороной ладони. Даже в таком простом движении чувствуется изящество и его врождённая грация. — Так ты и правда не говорил никому о цели моего визита? Услышав эти слова, Аякс с любопытством вздёргивает нос. Если говорить откровенно, эта странная деталь, как присутствие этого человека в парке, совсем вылетела из головы. В глубине голубых глаз загораются искры любопытства, тело невольно напрягается в ожидании битвы. Каждое действие имеет определённые последствия. А зная обоих Организаторов, эти самые «последствия» никак не обойдут его стороной. — Первоисточник лучше посредника, — разводит руками Чжун Ли. — Мне бы и самому хотелось узнать больше подробностей из твоих уст. Панталоне наклоняет голову вбок, разминая усталые мышцы. Кончиками пальцев поправляет очки и неожиданно поворачивается корпусом в сторону Аякса. — Мой дорогой друг тоже хочет послушать? — Если честно, я гадаю ещё с утра, — Аякс стойко выдерживает будто бы насмешливый взгляд. Он старается не показывать испытываемые по отношению к мужчине двоякие чувства. И как прикажете вести беседу с Панталоне в будничной жизни, когда этот человек едва ли видел Тарталью хотя бы раз полностью одетым? — На самом деле, всё достаточно банально, — на предложение присесть рядом Панталоне отвечает отказом, не видя в кратковременном отдыхе смысла. — Ни для кого не секрет, что на нашей последней встрече присутствовали люди, достаточно… Известные в медийных пространствах, — руки Аякса рефлекторно покрываются мурашками. Упоминание их досуга в загородном коттедже не может не вызывать определённые эмоции. — По завершении шоу ещё в течение месяца я получал разные отзывы. Но всех их объединяло одно: восторг и желание получить подобный опыт снова. «Так и знал, что здесь что-то нечисто», — откровение Панталоне не становится для Аякса чем-то неожиданным. Он весь погружается в слух, ловит каждое озвучиваемое слово. Должен ведь предугадать: угроза каких масштабов нависает над его многострадальной задницей? — А почему вы так на меня смотрите? — голос Аякса твёрд, он показывает всем своим видом — его бесполезно смущать. Однако лисья улыбка закладывает в сердце сомнение. — Почему? — с напускным удивлением переспрашивает Панталоне. — Я наконец-то могу выразить тебе свою благодарность. Так почему бы тогда мне на тебя не смотреть? — А? Благодарность? — Аякс переводит взгляд с Панталоне на Чжун Ли и обратно. — За что? — Твоё поведение и животный образ произвели незабываемое впечатление даже на неискушённых зрителей, — мужчина рубит сплеча. Как бы ни храбрился Аякс, его личико постепенно вытягивается. — И до сих пор припоминается твоя «охотничья вылазка». То, как ты без стыда напал со спины на беззащитного кролика… — Как всё это имеет отношение к посещению парка? — Аякс старается скорее перевести неудобную для него тему. — Мои дорогие гости, среди которых есть и постоянники моего Клуба, готовы предоставить средства для чего-то более масштабного. По этой причине я и ищу вдохновение везде, даже в самых неочевидных местах. «В парке?» — Аякс относится к услышанному скептически. — «И как, спрашивается, он реализует в коттедже то, чего насмотрится здесь?» «В его владениях не только коттедж, но и достаточно обширный участок земли. Уже и про реку забыл?» — продолжает развивать мысль его внутренний голос. — «В теории этот богатей со спонсорами может позволить себе купить несколько аттракционов. Это каким мышлением нужно обладать, чтобы придумать с ними что-либо фетишное?..» — Я обошёл весь парк и наткнулся на кое-что, неподвластное одному человеку. Поэтому, отвечая на твой вопрос, Чжун Ли, — Панталоне делает несколько шагов назад, вынуждая сидящих на лавочке подняться с места. — Да. Мне правда требуется ваша помощь. Спустя около семи минут ходьбы они выходят на незнакомую Аяксу дорожку. С момента семейной поездки прошло столько времени, потому неудивительно, что территория парка расширилась, и новые автоматы да палатки со вкусностями заполонили тенистые земли. В этой стороне располагались более «детские» аттракционы. Небольшие карусели, «автодром» для самых юных посетителей, закольцованные рельсы для забавного поезда, и несколько более экстремальных устройств, названия которых пока оставались в секрете. Несмотря на обилие развлечений, Аякс сразу же понимает, куда именно ведёт их Панталоне. Они останавливаются на пороге небольшого, отдельно стоящего здания. Его тёмные, практически чёрные стены были украшены паутиной, бумажными скелетами и привидениями. До ушей доносится приглушённая, напряжённая музыка. В этот момент кто-то внутри издаёт истошный, полный ужаса крик, и практически сразу же с противоположной стороны дома выбегает несколько ребятишек, едва не сбивая с ног ожидающих их родителей. — «Дом страха?» — Чжун Ли бегло проходится взглядом по рядом стоящей табличке с предупреждениями и правилами пользования «аттракционом». В его усталых глазах, до сих пор лишённых интереса, мелькают странного рода блики. — Почему ты не мог пройти его в одиночку? — Неужели вам стало страшно? — Аякс вступает в разговор прежде, чем Панталоне успевает дать ответ. Губы заходятся мелкой дрожью — наступает его очередь не сдерживать глумливую улыбку. — Хотите, чтобы я и Чжун Ли держали вас за ручку? Тонкие брови Панталоне единожды вздрагивают, да так и остаются слегка приподнятыми. Он медленно наклоняет голову вбок и награждает осмелевшего юношу таким выразительным взглядом, что последнему приходится задуматься об уместности своих вопросов. — Аякс, здесь указано, что вход внутрь от двух человек и более, — Чжун Ли вчитывается в правила более внимательно. В этот момент к ним выходит сотрудник квеста и коротко кивает при виде потенциальных игроков. — Ещё раз добрый вечер! — парнишка в форме с логотипами парка обращается непосредственно к Панталоне. По всей видимости, посещение этого дома уже было оплачено им заранее. — Как будете готовы, проходите внутрь для небольшого инструктажа по технике безопасности. — А мы не слишком взрослые для этого квеста? — за приотворившейся дверью, где скрывается сотрудник, стояла беспросветная тьма. Редкие белые вспышки как от барахлящей проводки по какой-то причине вынуждают Аякса занервничать. Он не боялся ни темноты, ни пауков, да и самый главный страх, связанный с университетом, уже был им недавно испытан. И всё же пугающая музыка и световые спецэффекты создавали особую атмосферу. Скромные квест-комнаты или многоуровневые квестовые локации — недавно возникшая индустрия в сфере развлечений всё же была у Аякса на слуху. Но ни логические загадки, ни хоррор-сюжеты так и не нашли в душе отклика, ведь строились они на элементах неожиданности и непредсказуемости. Он не хотел бы демонстрировать окружающим испытываемый страх, он не может позволить себе прийти в замешательство от слишком сложной головоломки. «Какие сложные головоломки, Аякс?» — возникает резонный вопрос. — «Отсюда только что выбежали школьники!» — Для слишком боязливых детей предусмотрено прохождение с родителями, — прежде, чем позвать дополнительных игроков, Панталоне, конечно же, уточнил и этот вопрос. — Так что в переходах не застрянем, и головой об потолок не ударимся — на взрослых пространство рассчитано. Чем вызвано твоё любопытство? — он заходит Аяксу за спину и легко толкает его плечом, побуждая двинуться с места. — Мы даже не переступили порог, а ты уже хвост поджимаешь? Очевиднейшая провокация вынуждает Аякса резко затормозить, чтобы шагающий позади мужчина специально наткнулся на его спину. От более серьёзного столкновение спасает реакция самого Панталоне: он совершает рефлекторный шаг назад и останавливается. Молча смотрит на рыжий затылок, но так и не дожидается слов извинения. — Вы не видите, куда идёте? — невинно лепечет Аякс, останавливаясь на пороге. На его счастье Чжун Ли уже зашёл внутрь, в ином случае эта нелепая стычка была бы предотвращена на корню. — Мой хвост обзор закрывает? Губы Панталоне невольно расплываются в улыбке. Долгим, пробирающим взглядом он смотрит на озорное лицо и никак не может понять: куда же пропадает эта дерзость на территории Клуба? Показавшиеся из-под полуприкрытых век фиолетовые радужки не сулят добра. — Не тому человеку демонстрируешь свой характер, Аякс. Было ли всё дело в пагубном влиянии Куникудзуши, или же свежий воздух вскружил голову, но на мгновение Аяксу становится неловко за своё поведение. «Перегнул палку, да?» — но идти на попятную означало признать поражение. Он проскальзывает внутрь дома до того, как Панталоне успевает что-либо добавить к уже сказанному. В слабо освещённой «комнатке-прихожей» Аякс сталкивается с Чжун Ли и как бы невзначай льнёт плечом к плечу, когда зашедший Панталоне молча останавливается позади. — Вы ведь хотели посмотреть, как выглядят локации? Я могу провести вас просто так — нет необходимости проходить квест по-настоящему. Неизвестно, что такого наговорил Панталоне и кем представился он сотруднику, чтобы тот сам предложил подобную инициативу. «А это не будет считаться разглашением коммерческой тайны?» — невольно задумывается Аякс. — «Погодите, а чем вообще здесь планирует вдохновляться Панталоне?..» — Благодарю, однако я и мои дорогие друзья хотели бы испытать эмоции, — бархатистый мужской голос низок и вкрадчив, как ничто иное подходит царящей внутри атмосфере. Из-за скромных размеров прихожей Панталоне говорит практически Аяксу в затылок. Близкое нахождение этого человека нервирует едва ли не больше, чем скорое представление. — Отлично! Тогда позвольте кратко ввести вас в курс дела, — сотрудник делает бодрый жест рукой, побуждая очередных для себя игроков подойти поближе. — Прохождение квеста займёт в общей сложности от десяти до пятнадцати минут. По мере продвижения в глубину дома вы посетите несколько комнат, где вам предстоит познакомиться с их… Обитателями. Молодой человек выдерживает гнетущую паузу, позволяя компании дать волю своему воображению. Ладони Аякса становятся влажными от пота. Он переминается с ноги на ногу и бегло озирается по сторонам. «Эй, я что, только один стараюсь погрузиться в легенду?» — безучастное, спокойное выражение лиц роднит Чжун Ли и Панталоне. Ни участившееся дыхание, ни живость мимики — ничто не выдаёт их заинтересованности в происходящем. Тем не менее, оба мужчины по сути своей были внимательными слушателями. Их образ жизни и «профессиональная доля» обязывали не поддаваться чувствам, но вникать в эмоции чужие. То, каким образом сотрудник квеста старался запугать их ещё до начала, заслуживало уважение. Кому, как не Организаторам своих «представлений» знать, насколько нелёгкий это труд — увлечь, удержать внимание зрителя. — В доме, как вы уже могли подметить, немного барахлит проводка, — сотрудник медленно поднимает палец, указывая на мигающий свет. — Иногда свет может полностью пропадать. Прошу вас, не двигайтесь и никуда не ходите в темноте. Живот Аякса ноет от предвкушения. За монотонным учебным процессом он успел позабыть, насколько азартным был в более ранние годы. «Тем более, я даже не раздет», — отсутствие смущающих факторов помогало чувствовать себя намного увереннее. Он готов защитить Чжун Ли ценой своей жизни, бесстрашно ринуться в бой с любой пугающей нечистью. — С обитателями дома запрещается физическое взаимодействие, — сотруднику квеста хватает одного взгляда на лицо Аякса, чтобы прочитать все его зазорные мысли. — В ответ вас также никто не будет трогать, за исключением лёгких прикосновений к рукам или плечам. «Так здесь правда есть актёры?» — для квеста на десять минут наличие полноценного актёра искренне удивляет Аякса. Он ожидал, что пугать их будут за счёт музыки, игр света и тени. Лучше бы его не предупреждали о том, что дом обитаем. — Аякс, всё хорошо? От неожиданного вопроса юноша вздрагивает и резко вдёргивает подбородок. Будучи настроенным на что-то страшное, он действительно пугается шёпота. В полутьме уголки глаз Чжун Ли незаметно изгибаются в улыбке. Кому, как ни ему знать, насколько сильно Аякс воспринимает всё близко к сердцу. Погружается в процесс с головой, его нездоровая вовлечённость в игру подмечается всеми присутствующими. — Да-да, — отвечает он таким же сбивчивым шёпотом. — В углу каждой комнаты есть красные огоньки, — на завершающем этапе инструктажа парнишка указывает пальцем на установленную камеру. — Если кому-то из вас станет дурно, поднимите руки над головой крест-накрест и не двигайтесь до момента, пока я не выведу вас наружу. Всё ли понятно? Тогда, прошу вас… Аякс не успевает уловить движение сотрудника, когда тот, извернувшись, оказывается позади. — Протяните левые руки вперёд. На короткий миг металлический звук заглушает напряжённое звучание музыки. Что-то холодное и тяжёлое окольцовывает запястье Аякса, защёлкнувшиеся зубцы плотно сдавливают косточки. Его затылок сковывает тяжесть, к щекам приливает волна жара. «Наручники?..» — а этот квест точно рассчитан на детскую аудиторию? Мысли различного, не самого приличного рода возникают в голове, когда аналогичная участь настигает что Чжун Ли, что Панталоне. Никто из них ранее не замечал трубу на стене, что брала начало из прихожей и уходила куда-то за кулису, отделяющую локации квеста. Именно к этой трубе сотрудник прицепляет их троих по очереди. — Когда я выйду, вы может начинать движение. Немедля более, он приоткрывает дверь позади себя и исчезает в темноте какого-то помещения — по всей видимости, то была комната для работников. Вероятно, там же находилась установка для управления звуковыми и световыми спецэффектами. После секундного затишья пугающая музыка начинает давить на голову едва ли не физически. Скрипы и шорохи неизвестного происхождения вызывают напряжение в теле, на ватных ногах исследование темноты кажется глупой затеей. Сотрудник квеста оставляет их наедине так быстро, что Аякс не успевает попросить поменять их местами. В его картине мира именно он обязан был идти первым. Ведь кто, как не он, достоин быть авангардом?.. Однако холодный наручник становится в его плане камнем преткновения. Теперь, до момента освобождения, Аякс вынужден дышать в спину Чжун Ли. Его широкий торс служит прекрасным щитом от потустороннего, но не воображаемые духи и призраки пугают юношу в этом доме. — Ты собираешься шагать вперёд? — будоражащий кровь шёпот звучит у Аякса прямо над ухом. Он не оборачивается, не может осознать: каким образом допустил нахождение Панталоне за своей спиной? «Надеюсь, наша дружеская перепалка не выйдет мне боком?» От тёмной ауры, что ощущает он позади себя, сгущаются полутени. — Необычное задание для квеста, вы так не думаете? Компания исследователей заброшенного дома движется по узкому коридору практически наощупь. Тонкая труба, к которой были прикованы руки, делала изгибы, подъёмы, переходила со стены на стену, вынуждая задумываться о том, как вывернуть запястье и предплечье. Желтоватый свет настенного, старинного светильника делает лицо Аякса мертвенно-бледным, глубокие тени залегают под его широко раскрытыми глазами. В полутьме трудно рассмотреть антураж, однако витиеватые узоры на состаренных обоях особняка, кажется, навсегда останутся у Аякса в памяти. Он не может отделаться от чувства, будто за ними — за ним — кто-то наблюдает, и дело было вовсе не в камере над головой. — Вам не кажется, что там… — в какой-то момент Аякс не выдерживает и останавливается за несколько шагов до поворота коридора. Там, за углом, куда не падают даже рассеянные лучи от светильников, их поджидало что-то или кто-то. Наученный однажды, Панталоне успевает предотвратить столкновение своего носа с рыжим затылком. Его зрение не может похвастаться остротой в темноте, но слух не подводит даже громкая, угнетающая музыка. — Почему ты остановился, Чжун Ли? — лязганье металлических цепочек больше не заглушает посторонние звуки. На глазах у Панталоне Чжун Ли двигает руку вперёд, только вот наручник по какой-то причине не скользит по трубе дальше. — Здесь тупик, — оглашает он свой вердикт, не подлежащий сомнению. Дёргает запястьем ещё несколько раз, но безрезультатно: железная балка, идущая от стены до трубы, преграждала путь и точно не имела никаких зазоров. В поисках каких-либо подсказок храбрые исследователи осматриваются по сторонам, только длина цепей сильно ограничивает круг их познания. В ожидании момента, когда белый свет прекратит своё частое моргание, Аякс бросает случайный взгляд в сторону конца коридора, и едва не оттаптывает Панталоне ноги при виде девочки, одиноко и молчаливо стоящей в углу. Тени родного особняка скрадывают её странный образ, но даже издалека на её белом кукольном платьице можно заметить брызги запёкшейся крови. Погрузившись с головой в поиск способов избавления от наручников, Аякс совершенно забывает о предупреждении сотрудника квеста. Потому лицо девочки, очевидно, неживое лицо пугает его до ледяных мурашек. Эффект неожиданности вкупе с замогильной, мистической музыкой срабатывает как по сценарию. — Дорогой Аякс, ты правда желаешь, чтобы я вывихнул себе руку? Шипящий голос у самого уха принадлежит Панталоне, что всеми силами старается не попадаться на пути у пятящегося юноши. Аякс отвлекается на возмущение мужчины лишь на мгновение. В следующий раз, когда он устремляет взгляд в конец коридора, ни одна живая — или неживая — душа больше не тревожила их покой. — Хотите сказать, вы это не видели? — одними губами бормочет Аякс, ловя на себе задумчивый взгляд Чжун Ли. Очередной громкий звук вторит стуку сердца: случайно прижав свободную руку к стене, он вдруг нащупывает на ней небольшую задвижку. — Здесь что-то есть! — Аякс тянет ту на себя, и часть стены неожиданно ползёт вверх вместе с обоями, открывая взору голые деревянные стены. Прямо по центру обломанных досок зияла дыра, и беспросветная чернота её вынуждает всех исследователей дома рефлекторно отпрянуть. От открытия нового «хода» на душе не становится легче. Чем дольше Аякс всматривается в зияющую бездну, тем всё больше чудится, что чьи-то впалые, мёртвые глаза взирают на него с той стороны. На его счастье, отверстие было недостаточно большим, чтобы какое-то существо смогло проникнуть к ним из этой зоны неизвестности. — Вы что-нибудь там видите? — от частых световых вспышек начинают побаливать глаза, их недостаточно, чтобы рассмотреть внутренности тайника. — Полагаю, туда необходимо просунуть руку? Догадку Чжун Ли тут же поддерживает другой ехидный голос: — Думаю, что наш общий друг Аякс как раз имеет тонкое запястье. «Вот ведь змея!» — по пересохшим губам то и дело проскальзывает язык, глубокая складка между бровей выдаёт испытываемое напряжение. Любой адекватный человек ни за что бы не стал засовывать свою руку в эту пугающую неизвестность. — А мне кажется, что ваши дорогие кольца как раз приглянутся местным мёртвым особам, — парирует Аякс, не отрывая глаз от дыры. Он понимает, что у него нет выбора, да и как он может позволить себе струсить перед Чжун Ли? — Чутьё подсказывает, что там мы найдём ключ. Чжун Ли проговаривает их общую цель вслух, тем самым предупреждая разгар словесной перепалки. Коротко выдохнув, Аякс кладёт ладонь на доски рядом с зияющим отверстием. Чувствует под подушечками шероховатость необработанных досок, веющий откуда-то сквозняк лижет кожу замогильным холодом. — А нам точно нужно освобождаться от наручников? — вопрос слетает с уст Аякса неосознанно. Он усмехается и поводит плечами, сбрасывая сковывающее мышцы напряжение. — …Мне казалось, тебе предпочтительнее верёвки. Этот исчерпывающий, неожиданный ответ на риторический вопрос доходит до ушей в тот момент, когда слегка подрагивающие пальцы уже скрылись в темноте дыры. Громкость таинственной музыки заглушает слова Чжун Ли, спокойная интонация голоса сливается с фоновым шумом. При всём желании Панталоне не смог бы расслышать эту двусмысленную фразу, и Аякс прикладывает титанические усилия, чтобы сохранить лицо и не одёрнуть ладонь. Прямо на глазах его рука исчезает в стене по локоть, скользящих вдоль стенок пальцев касается нечто холодное и склизкое. «А вот и ключ», — по всей видимости, небольшой ключик был погружён в какую-то субстанцию, напоминавшую нечто среднее между желе и слаймом. — Я его нашёл, — не так-то просто освободить ключ в узком пространстве при помощи всего лишь нескольких пальцев. Неуловимая добыча будто бы назло ускользает куда-то вглубь дыры, но настойчивости Аяксу не занимать. Он вытягивает запястье и натыкается на что-то холодное и твёрдое. Аккуратно ощупывает новое препятствие, когда это самое препятствие внезапно трогает его в ответ. — Аякс? — все оттенки жизни сходят с лица юноши, когда чужие ледяные пальцы со склизкими ногтевыми пластинами медленно вкладывают ключ в его одеревеневшую ладонь. Аякс достаёт из дыры руку с нечеловеческой скоростью, за всплесками адреналина не замечая полученные об деревянные углы занозы и ссадины. — Там кто-то был?.. Пробирающая до костей музыка, сопровождавшая их на протяжении всего квеста, внезапно сменяется на спокойную мелодию, больше подходящую какой-нибудь старинной музыкальной шкатулке. Не тратя времени на бессмысленные разговоры, воспрявший духом Аякс привстаёт на носочки и ловко справляется со всеми наручниками. Бесперебойно мигающий свет не становится для него помехой — свои собственные кандалы, подгоняемый внутренним беспокойством, он открывает буквально наощупь. После всех совершённых действий Аякс кладёт ключик обратно в дыру и делает шаг от стены — её витиеватый узор на обоях становится последним, что успевает увидеть он перед полным отключением света. Где-то на подкорке всплывает смутное предупреждение не передвигаться по необитаемым коридорам в кромешной темноте. — Все здесь?.. — едва уловимый шёпот кажется ему самому чересчур громким. Он спешит скорее умолкнуть, чтобы на голос его не откликнулся кто-то чужой. Невесомое прикосновение к плечу сбивает дыхание, единичный всполох белого света выкраивает из темноты знакомый кукольный силуэт. Аякс не считает мимолётную способность видеть чьим-то благословлением. Исхудавшее, даже слишком добротно загримированное лицо актрисы, чьи глаза, очевидно в линзах, были лишены радужки и зрачков, обязательно приснятся ему сегодняшней ночью. Спустя несколько десятков секунд после исчезновения обитательницы дома музыка успокаивается и замолкает, чтобы вернуться к своему привычному неспешному ритму. В конце опустевшего коридора сам по себе загорается тусклый свет — то была очевидная подсказка напуганным игрокам двигаться дальше. Сказать точнее, никто из незваных гостей особняка не испытал страха в привычном его понимании. Рациональность и скептицизм были присущи каждому из них в большей или меньшей степени. Посещение данного квеста-аттракциона преследовало другую, нестандартную цель, и только Аякс, кажется, неосознанно принимал всё вокруг за чистую монету. Никто не обратил внимание на то, что в редкие мгновения, когда вспышки от спецэффектов озаряли их лица, глаза Панталоне не были по привычке прищуренными. Его, стоящего несколько сбоку, интересовало не столько появление актрисы, сколько эмоции и чувства вынужденных коллег. Морщинки у нижних век то пропадали, то возникали снова — в оригинальной голове Организатора шёл бурный и продуктивный мыслительный процесс. Грозовые вспышки изнутри фиолетовых радужек никак не связаны со светом окружавших их лампочек. Вдохновение, на поиски которого были потрачены недели и месяцы, медленно и неуверенно обретало хрупкие формы при виде Аякса, остолбеневшего будто олень в свете фар. При виде храбрящегося юноши, слегка выпячивающего грудь, что сжимал рукав Чжун Ли до побеления костяшек в попытке то ли защитить, то ли в просьбе о защите. Мысль о том, что его личный Клуб и вариации авторских мероприятий по обыкновению посещают не столько незнакомые люди, сколько пары, зажигается и остаётся на подкорке путеводной звёздочкой. Не говоря друг другу ни слова, трое несчастных бесшумно движутся вперёд и доходят до конца злополучного коридора. Рассеянный, больше холодный голубоватый, чем тёплый и грязный, свет больше не моргает и не исчезает, позволяя бегло оценить интерьер новой комнаты. «Это спальня или какая-то гостиная?» — не стоило забывать, что квест на двадцать минут априори не мог похвастаться проработанным сюжетом или детализированными локациями. Скорее всего, сюда занесли всё, что смогли отыскать и купить по дешёвке на распродаже. Иначе как объяснить, что в одном помещении находилась и роскошная двухспальная кровать с балдахином, какие-то сломанные шкафы, заставленные трухлявыми книгами, треснувшие раскрытые ящички и облупленная, проржавевшая ванна, до самых бортов заполненная настоящей кровью?.. Погодите, кровью?.. — А что вы здесь делаете? Чистый, наивный голосок позади вынуждает скорее обернуться. На пороге коридора, откуда они только что вошли в эту странную комнату, одиноко стояла уже знакомая девочка. Подол её длинного, некогда белого платьишка был испещрён дырками, от края до воротничка покрыт засохшими багровыми пятнами. Только теперь, в стабильном и не прерывающемся освещении Аяксу становится очевидно: актриса была вовсе не ребёнком. Невысокий рост и хрупкая комплекция тела позволяли девушке вжиться в отведённую роль. Два глупеньких хвостика на макушке покачивались и подпрыгивали, вторя движениям её тела. Первым от оков секундного замешательства освобождается Чжун Ли. Практически бесшумно он вдруг становится с «девочкой» одного роста — подгибает колено и садится на другое, ни на мгновение не разрывая с мёртвыми глазами зрительную связь. — Привет, — голосом, не менее чистым, отвечает ей он, слегка склоняя голову вбок в дружелюбном знаке. — Мы пробирались через лес, когда началась грозовая буря. Твой особняк был единственным убежищем неподалёку. Ничего страшного, что мы попали сюда без приглашения? «Какой ещё лес?» — Аякс усмехается, тем не менее не спешит вступать в разговор. Он понимает, что Чжун Ли, для сохранения атмосферы происходящего, придумывает легенду прямо на ходу. К его удивлению уголки губ актрисы радостно приподнимаются. Немногие игроки, вероятнее всего, находят в себе храбрости подыграть её перфомансу. — Вы меня обманываете, — резко надув губки, недовольно выплёвывает призрак. — Никакого дождя не было! Вы совсем-совсем не мокрые! Брови Чжун Ли видимо приподнимаются. Очевидно, он не ожидал того, что актриса не поддержит его удивительно удачную выдумку. — А мы просто тебя испугались, вот за секунду и высохли. Все взгляды — и живые, и мёртвые — устремляются прямиком на Аякса. «Что?» — в растерянности глядя прямо перед собой, думает он. — «Что я не так сказал?» Девочка-призрак делает несколько шагов в его сторону. В полумраке особняка создаётся стойкое впечатление, будто бы она невесомо парит в нескольких сантиметрах от пола. — А ты здесь самый сухой, не так ли? — лукавая улыбка искажает её хорошенько загримированное личико. За смешками и переглядками напряжение, витающее в воздухе, постепенно сходит на нет. Голову Аякса обдаёт жаром. — На что это ты намекаешь? — Прошу прощения, что вмешиваюсь в разговор, — тень Панталоне накрывает невысокую актрису с головой, — но мы бы хотели скорее покинуть этот особняк с его не самыми приветливыми обитателями. В глазах девочки, лишённых зрачков и радужек, отражается чёрный силуэт. Если бы перед началом квеста сотрудник не рассказал об истории дома, можно было бы решить, что, помимо призрака, в здешних покоях живёт и самый настоящий демон. — Так почему бы вам не вернуться тем же ходом, откуда вы пришли? — юная актриса отвечает незамедлительно. Её озорной голосок в совокупности со страшным внешним видом вызывают двойственные чувства. «Её внешность обманчива», — Аякс вдруг думает о том, что мудрость и умение говорить с колкостью не могут быть врождёнными. Сколько же веков этот призрак бродит здесь неупокоенно? — «Не слишком ли я много думаю о персонаже линейного сюжетного квеста?» — К сожалению, входную дверь заклинило, — не вставая с колена, отвечает Чжун Ли. Его спокойный голос кажется единственным островков стабильности в этом море неразберихи и хаоса. — А другая единственная дверь отсюда, кажется, закрыта? Только сейчас в противоположном углу комнаты Аякс подмечает дверь, закрытую сразу на три замка. — Закрыта-закрыта, — кивками подтверждает призрак. — Он не любит, когда его беспокоят. Её слова, между которыми так и скользит недосказанность, порождают смутное ощущение тревоги. Мистическая мелодия спускается откуда-то с потолка, мягко обволакивая всех участников этой странной беседы. — А ключики… Если вы найдёте ключики, то сможете выйти. Вам помочь? — неожиданное предложение от мёртвой девочки кажется подозрительно заманчивым. — Я-то знаю, где они находятся. — И где же? — Один висит прямо у входной двери. У той, что заклинило. На лице Чжун Ли проступают скулы. Он, как и все остальные незваные гости, чувствует насмешку из уст заключённой особняка. В холодной полутьме глаза мужчины кажутся уже не янтарями, а некой другой рудой, что совсем не ассоциируется с жизнью. Беспросветный, извилистый коридор, едва отпустивший свою жертву, замирает в ожидании её скорого возвращения. — Второй давным-давно утонул, — девочка в отвращении указывает пальчиком на заполненную до краёв ванну. Конечно же, её содержимое было вовсе не кровью, однако от вязкой субстанции, её имитирующую, исходил по-настоящему кошмарный запах. — Думается мне, нечестно, что один из вас недостаточно вымок под дождём. — А?.. — Аякс до сих пор не избавился от ощущения остатков «слайма» под ногтями. Он переводит взгляд с ванны на девочку, и наоборот. — Почему я должен… — А последний ключик находится у меня, — бойко и задорно, практически на распев проговаривает хитрый призрак. — Я отдам его с радостью, только вот сначала нужно разгадать мою загадку. Или же… Судьбы Чжун Ли и Аякса уже были предопределены. Последнее условие, несомненно, предназначалось для Панталоне. — У дяденьки так много красивых колечек. Зачем ему столько много? Наглости этому наивно выглядящему существу было не занимать. В любом случае, им следовало поторопиться. «На их счастье, я не брезгливый, но эта ванна…» Аяксу кажется, что он погружается в скользкое «желе» практически с головой. В бездонной ванне его рука периодически натыкается на какие-то посторонние предметы. За время своей странной «рыбалки» он успевает «выловить» игрушечные черепа, обломанные свечки, серебряную вилку, пару дохлых пластиковый мышей… Он нервно оглядывается через плечо, вглядывается в абсолютную черноту коридора, где исчез Чжун Ли. Разве он не должен был уже вернуться? Не скованный наручниками, этот пусть можно пройти ведь едва ли не за минуту?.. — …Достаточно препирательств. Условия предлагаемой тобой сделки неравноценны, разве неочевидно? Будучи погружённым в тактильные ощущения, Аякс не сразу обращает внимание на разговор между Панталоне и актрисой. — А что же тогда равноценно? — спрашивает она, не отводя глаз от крупного перстня на чужой ладони. — Я отдам кольцо, если ты сама дашь ответ на мою загадку. — Правда? И какая же у тебя загадка? Панталоне выпрямляется во весь свой рост и откашливается. Его высокомерие как ничто иное подходит для битвы с язвительностью нечестного призрака. — Предположим: я планирую взять кредит в банке на двенадцать месяцев. Условия его возврата таковы: первого числа каждого месяца долг возрастает на пять процентов… В какой-то момент Аякс отчётливо ощущает сюрреалистичность происходящего. Его рука погружена по плечо в сгустки искусственной крови, под аккомпанемент озвучиваемой математической задачи замерзшие пальцы слабо ощупывают скользкое днище. Ни одна музыкальная тема, звучащая в особняке, не способна перебить увлёкшегося финансами Панталоне. На лице бедной актрисы застывает гримаса непонимания. Ни одно привидение не решит этот экзаменационный вопрос в уме, а что уж говорить об обыкновенных смертных! «Ключ!» Совершенно невредимый Чжун Ли возвращается со своего индивидуального задания и застаёт Аякса с победоносно задранной вверх рукой. На его перепачканные багровым пальцы была намотана тонкая цепочка, небольшой тёмный ключик слегка покачивался, вторя бешенному ритму бьющегося сердца. — Я не знаю, что такое «проценты»! — отчаянный восклик девочки заглушает посторонние звуки. На любезное предложение другой задачи она остервенело мотает головой. До чего же замученно выглядит её лицо, выражение которого не скрывает даже слой нанесённого грима. Третий брошенный, последний ключик описывает дугу и попадает прямо в замок рук Панталоне. «Он эту бедную девочку второй раз до гробовой доски доведёт», — однако тактика Панталоне, как ни странно, работает. «Это конец?» — они откладывают открытые замки на пол и толкают ранее запертую дверь. Та со скрипом поддаётся вовнутрь, очередная непроглядная тьма встречает их на пороге нового коридора. Спокойная фоновая музыка, до сих пор не мешавшая их разговору, ожидаемо сменяется на полную тревоги, побуждающую поскорее покинуть эти мрачные стены. — Он… Он теперь здесь, с нами… С погружением спальни в темноту жалостливый голосок, неподходящий такому озорному призраку, резко обрывается. Волоски на руках Аякса становятся дыбом, он неосознанно нарушает запрет и делает пару шагов вперёд, натыкаясь спиной на чью-то грудную клетку. Невозможно разглядеть, с кем драться или же куда бежать. В слепящих вспышках световых спецэффектов он не сразу замечает высокое, неоформленное существо, скопление тёмной материи, клубящееся позади напуганного призрака. — Бегите! Бегите скорее! — под истошный девичий вопль чёрное воплощение злобы, вполне материальное и настоящее, неожиданно бросается в их сторону. Вдалеке открытого коридора загорается спасительная лампочка: как мотыльки, влекомые светом, все трое гостей особняка, едва живые после погони, выбегают на улицу. И только позже этим же вечером в голову придёт одна и та же мысль: в этом позорном бегстве они ничем не отличались от предыдущих игроков — перепуганных детей. На улице сгущались сумерки, однако Аякс ещё долгое время растирал глаза, стараясь скорее избавиться от навязчивых вспышек. Где-то рядом слышалось тяжёлое грудное дыхание. — Ну, как вам? Всё ли понравилось? Дверь, откуда выбежали игроки минутой ранее, снова распахивается, выпуская «призрака» и «зло» на свободу. Два огонька тут же разгоняют темноту — оба актёра не отказывают себе в сигарете. В отсветах зажигалки прыгающие тени состаривают лицо «девочки» на десяток лет. Её настоящий голос, не наиграно высокий, никак не сочетается с надетым кукольным платьицем. «Материальное зло» сбрасывает чёрный капюшон, обнажая лик уже знакомого им парнишки. «На этой точке работаем только мы вдвоём», — позднее пояснит он. — «Под конец квеста приходится перевоплощаться. На самом деле это довольно распространённая тактика, когда один актёр играет за короткое время сразу несколько, порою совершенно разных ролей». — Ещё раз добрый вечер, — Панталоне легко заправляет выбившиеся пряди за уши и скорее подходит к сотрудникам, чтобы пожать им руки. — Хотелось бы ещё раз поблагодарить вас за сотрудничество. Что-то в поведении Панталоне откровенно смущает Аякса. День, проведённый на ногах, наложил на его лицо отпечаток усталости, откуда же тогда он черпает силы? Намного, намного позже Аякс сможет сам дать ответ на давно позабытый вопрос. То было ничем иным, как найденное «вдохновение». — Пф, да ладно вам, — актриса переносит вес с ноги на ногу и опирается спиной на стену дома. Её неторопливая речь говорит об утомлённости и радости за то, что этот рабочий день наконец-то закончился. — Вы если хотели что-то необыкновенное увидеть, вам бы тогда на нормальный квест сходить. А не на нашу пародию. — Иногда случайная находка оказывается полезнее, чем что-то, совершённое намеренно, — медовость голоса Панталоне подкупает молодых людей, совсем не искушённых хвальбой. — И мои милые друзья разделяют со мной эти чувства, не правда ли? Обсуждение сюжета и простеньких загадок не занимает много времени. Оказалось, что число замков и ключей подбирается под количество игроков, что есть и другие загадки, необходимые для «растягивания» времени. — Они все несложные. Если много детей приходят, то мы ставим в спальне сейф. Представляете, сколько времени уходит у них на подбор кода? Аякс слушал весь разговор вполуха. Время от времени он косился то на Панталоне, то на Чжун Ли, детально расспрашивающего про особенности квестовой индустрии. Его утомлённый событиями мозг отказывался соображать, при виде горящих фиолетовых глаз никакие логические цепочки так и не сложились в уме. Его незаинтересованность однажды выйдет ему боком, только до этого дня было ещё слишком далеко. Где-то совсем рядом, на противоположном берегу небольшой речки послышались аплодисменты и крики, слишком бодрые для вечернего часа. Череда выстрелов распугивает последнюю в окрестностях стайку птичек. Аякс коротко уведомляет беседующих о своём желании отправиться на стрельбище. По какой-то причине он мог предположить что, или, точнее сказать, кто был способен вызывать настолько бурные овации. Ориентируясь по указателям, он находит вход на ограниченную заборами территорию. За спинами зевак расставленных мишеней, а уже тем более стреляющих, практически не было видно. Турнир сегодняшнего дня, по всей видимости, уже был завершён, а главный приз — огромный пухлый, плюшевый воронёнок округлой формы — крепко-накрепко прижимался к груди Куникудзуши. — Ты куда этот хлам девать собираешься? Сквозь редеющую толпу Аякс протискивается ближе к лучшему другу и замечает с десяток игрушек различных форм и размеров. Брелоки, подвески, подушки — над всем разнообразием призов Куникудзуши возвышался подобно дракону над горами сокровищ. — А тебе-то какая разница? — вопрос Аякса был чересчур предсказуем. — Этот «хлам», между прочим, был добыт по всем правилам потом и кровью! «Правилам?» — внимание Аякса привлекает новое волнение толпы. Он задирает подбородок и слегка привстаёт на носки, наконец-то замечая главного стрелка сегодняшнего дня. В искусственном свете фонарей застывшая фигура Дотторе производила двоякое впечатление. Его неживое лицо было подобно восковой маске. Нахмуренные брови, прищуренный глаз, лишённый дрожи в сомкнутых веках, и взгляд второго — хищный и пристальный, как у сокола. Пневматическая винтовка в его руках даже на вид казалась тяжёлой, явно предназначенной скорее для родителей, чем для младших посетителей тира. Дотторе перехватывает оружие поудобнее, перенапряжённые мышцы рук проступают под кожей, блестящей от пота. При виде направленного ствола единственная уточка в центре мишени застывает в ужасе. Последние секунды жизни не успевают промелькнуть в нарисованных глазах. Слышится выстрел, значительная отдача не сдвигает охотника с места даже на миллиметр. На глазах у восторженных зрителей пулька попадает прямо в жёлтую грудку, откидывая уточку на спину. Забегавшие по турнирному табло огоньки уведомляют всех участников об окончании игры. Дотторе не обращает на поздравления с победой никакого внимания. Только сейчас Аякс вдруг замечает, как быстро и часто начинает вздыматься и опускаться грудная клетка стрелка. Неужели он не дышал всё это время, чтобы замедлить сердцебиение и унять тремор в негнущихся пальцах? Прежде, чем отложить винтовку, Дотторе окидывает взглядом всю площадку. Он легко находит Куникудзуши по кучке призов рядом с ним, и только тогда позволяет себе отложить сросшееся с ладонями оружие. Когда мужчина подходит ближе, Аякс подмечает над его глазом уже налившийся синячок. Судя по всему, не всё оружие на этом стрельбище было до конца исправно, или же кто-то излишне самоуверенный не ожидал от винтовки настолько сильной отдачи. — Должен признаться, изначально эта поездка вызывала сомнения, — Дотторе обращается к Аяксу не глядя. Его внимание приковывают призы-игрушки: до сих пор он не обращал внимание на то, что вообще служило наградами в тех или иных соревнованиях. — Но сегодняшний день и правда хорош. Он вешает на себя несколько наиболее приличных брелоков, позволяя и Аяксу выбрать для себя что-нибудь приглянувшееся. За время ожидания Чжун Ли и Панталоне кучка игрушек была разобрана на несколько частей. Уходящие со стрельбища люди с большой охотой принимали из рук победителя бесплатные сувениры. Под ворчание Куникудзуши «сокровищница» пустела на глазах. Увлёкшись раздачей, Аякс не глядя отдаёт очередную игрушку в чужие руки. — Большое спасибо за подарок. Голос Чжун Ли, полный искренней благодарности, вызывает на лице Аякса глуповатую улыбку. Он выпрямляется и скорее становится рядом, чтобы рассказать о единственном и последнем выстреле, совершённым Дотторе под бурю нескончаемых аплодисментов. После всех пережитых потрясений внимание тёплых янтарных глаза греет Аяксу душу. Он не замечает стоящего позади себя Панталоне, что внимал его словам с удивительной сосредоточенностью. Неожиданный телефонный звонок прерывает относительную тишину стрельбища. — Звонили из салона. Запись ко мне отменилась, — Дотторе кладёт трубку, и лёгкая, практически блаженная улыбка трогает его губы. — Это считается поводом выпить? До закрытия парка оставалось ещё около двух часов. — Кажется, у второго входа в парк я видел чудеснейшую пиццерию, — дневное путешествие Панталоне по всей территории не проходит напрасно. Прохладный летний ветерок скользит по его обнажённым рукам, вызывая желание скорее согреться изнутри. — Никаких возражений? В животе Аякса голодно заурчало. Полученные силы от ранее съеденного мороженного были за раз потрачены на борьбу с нечистыми силами. «До чего же чудесное завершение дня», — думал он по пути, шагая по каменистой тропке практически наощупь. В полутьме их общий, ленивый разговор ни о чём действовал на Аякса усыпляющим образом. И только на подходе к пиццерии из состояния полусна его выводят странные звуки. Весёленькая, по-странному бодрая музыка никак не подходила этому заведению. Этим вечером ему было суждено столкнуться с ещё одним аттракционом. Если бы Аякс только представлял, чем сулит ему посещение пиццерии, он, право слово, настоял бы на выборе иного места для позднего ужина.