Дело №117

"он блюет, чтоб не резаться." Эта мысль убивала разум Чуи полтора месяца, пока он лежал в гипсе. Он не понимал, ни почему Дазай себя самоистязает, ни почему Йосано поделилась с ним таким секретом. Его эта тайна только угнетала, стоило ему взглянуть на парня. Фигуры у них схожи, выпирающие ребра, худые руки и бледная кожа, наверно если свеживать их тела и положить их кожаные мешки рядом, то будет трудно с первого раза отгадать кто есть кто. Конечно пока кто-нибудь не догадается сравнить рост трупов и их скальп. Но разница у них была не только в этом. Чуя также был весь в бинтах, синяках и шрамах, которые удалит только косметолог, а у Дазая была более бледная и синяя кожа, как у утопленника, но оба они прятали их кожу, тело и разум под бинтами. Нельзя сказать одинаковая у них причина или нет, Чуе это было предписано врачами да и сам он смотреть на себя не мог, а Дазаю хотелось просто спрятаться, он чувствовал себя без них голым даже в одежде. За эти полтора месяца они хорошо сблизились, по вечерам они болтали будучи отделёнными медицинской шторкой, Дазай кормил рыжего с ложечки, помогал ходить в туалет и занимать свободное время. Чуя в свою очередь пытался не мешаться лишний раз и много пытался терпеть. Он терпел, чтоб подольше не ходить в туалет и не тревожить Дазая, терпел боль, чтоб не звать медсестр, а ещё он много ждал, ждал пока Дазай проснется, или вернётся если ушел. Уходил Дазай из палаты редко, но надолго, он мог выйти за едой, в туалет и за лекарствами. Чуе казалось, что по дороге он наворачивал пару кругов по всей больнице и заходил в каждую палату поздороваться со всеми. Больше он никуда не уходил, ему до сих пор казалось, что Ода злится на него за Акутагаву, Йосано полностью в нем разочаровалась, а Коё даже упоминать не стоило, она злопамятная, поэтому ей он особенно пытался не попадаться на глаза. Если нужно было взять лекарства для которых требовался специальный доступ, то он просил их местного психолога, Сигму. Сигма персона очень интересная, он всегда прекрасно понимал других, но стоило кому-то спросить его самого, что он думает и чувствует, как он отнекивался и отмалчивался. На самом деле это хорошее качество для психолога, ведь пациент сам должен разобраться в своей дилеме, но как для человека это черта неприятная, разговаривать с ним любили не многие, так как обсудить что-то было трудно, ведь какое мнение может быть у человека без мнения? Вообщем, Сигма легко разрешал пользоваться своим статусом, чтоб взять лекарства и оправдываться, мол никого не было на посту, а времени искать не было, но при этом он сам контролировал, что Дазай берет и куда направляется. Хотя мужчина и понимал, что шатен сможет легко его обмануть, но даже такой контроль ситуации его успокаивал. Некоторые лекарства Дазай брал прозапас и складировал на самой высокой в их холодильнике полке, в которую было практически невозможно, что-либо положить, так как даже ладонь туда пролезала с трудом, но при этом хранить на этой полочке шприцы, ампулы с лекарствами и красную, пластиковую, ледяную бутылку специально созданную как термическое обезболивающее, было крайне удобно. Бутылкой они пользовались чаще всего, отчасти потому что Чуя не любил принимать лекарства, а ещё потому что он отрицал их необходимость. - Ты невозможен! Я же вижу как ты от боли корчишься и ногой пошевелить не можешь! - ВСЕ В ПОРЯДКЕ! ЩАС ПРОЙДЕТ! - НГНХ - ! - Кричал рыжий, он врал. У него сейчас жутко сводило бедро, ему был необходим расслабитель мышц, он мучался так уже минуты 3, хотя если бы согласился, то все закончилось бы гораздо раньше. - Ты уже 3 минуты так говоришь! Ещё и ногу обнимаешь, чтоб не болела! Хватит придуриваться! - кричал в ответ Дазай со своей койки. Сейчас его ужасно бесило слушать это тяжёлое, сбитое дыхание и иногда прорезающиеся стоны. Нет, конечно, стоны он хотел услышать, но точно не в такой ситуации. Наконец-то устав это слушать, худощавый парень подошёл к холодильнику, достал таблетку, шприц и ампулу. Таблетку приложил к бедру, в шприц набрал лекарство из ампулы и сжав руку, которая все держала ногу, также зафиксировал эту самую ногу. - не дергайся. - ДАЗАЙ! Я ЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО НЕ НАДО! - НГХ -! Дазай вколол лекарство в подмороженное бедро, после чего притронулся ко лбу парня и сказал - Да ты весь горишь! Придурок! Снова простудился! - Все в порядке! Просто лёгкая слабость, подумаешь! У меня всегда так! - Ну блять не месяц же подряд, блять! - Да ну тебя.. Потом, Дазай выкинул шприц, вернулся к парню и сел рядом на стул. Чую от лекарства быстро клонило в сон, да и тем более, что нога прошла. Шатен сел рядом, положил голову и руки на край кровати, после чего начал ласкать засыпающего парня. Он трогал его волосы, потом опускался ладонью на лицо, проходился пальцами по ключицам и спускался вниз по руке. Другой рукой он все водил пальцами по бедру, окружал место укола, придавливал заживающие синяки, наблюдая за тем как засыпающий паренёк меняется в лице. Он весь сжимался, хмурился и ежился в такие моменты, Дазая это забавляло и даже умиляло. Его умиляла эта слабость и хрупкость в его теле. Такие случаи происходили примерно раз в неделю, обычно перед приездом матери Чуи, когда он особенно нервничал, что палата грязная и гонял соседа, чтоб тот прибрался. Во время приступов было тяжелее, эти припадки не были эпилептическими, они были больше похожи на то, как люди отходят от наркоза, только проходили они примерно по 3 раза в неделю и сам Чуя до жути боялся, что один раз это произойдёт при его матери. Его приходилось сдерживать, обычно Дазай просто держал рыжего за руки и ноги. По описанию самого рыжего, он ощущал это как большие судороги, при которых его трясет и каждое движение доставляет боль и поэтому ты ищешь нужную позицию, которой на самом деле не существует. Еженедельные осмотры доктора Мори и Достоевскокого, выявляли новые и новые повреждения и симптомы от приступов. Также, когда сняли гипс, список упражнений для него увеличился и тренировки начали занимать больше времени, чем раньше. /Палата №9/ Через пару часов должна приехать мама, проснуться пришлось на два часа раньше, так как ему наконец-то сняли гипс. Потом пришла Йосано и они начали свою первую полноценную тренировку. К обеду, Дазай принёс ему еды и уже думал начать его кормить - Сегодня у нас мисо суп и рис! Что думаешь? - с улыбкой спросил Дазай, входя в палату и неся тёплый, красный, пластиковый поднос с двумя тарелками и кружкой. Закрыв ногой дверь, он пошёл в сторону кровати с рыжим парнем на ней. - вау, звучит вкусно, но ты же знаешь, что.. - да знаю-знаю, просто.. съешь хоть что-то, хорошо? Я не понимаю твою надежду на возвращение в спорт и вообще это все тупость какая-то, как по мне, но заставить тебя съесть это все я не могу, поэтому съешь, хоть что-нибудь.. - Понимаешь.. я же никто без спорта.. - не говори так.. ты.. - договорить он не успел, открылась дверь и в палату вошла женщина в прекрасном белом платье, все в стразах, и с вышивкой ввиде перьев. На ушах висели серьги с камнями не меньше карата, а на ногах красовались белые туфельки с каблучком в 5 сантиметров. Плечи укрывало такое же бело боа из перьев - мама? - Чуя! Я еле к тебе вырвалась! Женщина оставила пакет с продуктами у входа, между дверью и холодильником, а сама пошла к сыну. Дазай увидев её, поставил поднос на тумбочку и ушел - ушел.. опять.. - да.. ладно, если что я оставила там записку с информацией, что куда положить и как хранить. Я привезла бананов - мам.. ты же знаешь мне их нельзя! - да-да, слишком много углеводов.. Чуя, доктор Мори сказал, что когда ты начнёшь пить лекарства, тебе надо будет есть больше, так как твой метаболизм ускорится - вот когда, я начну их пить, тогда и разберемся - ладно.. там ещё печенье.. диетическое, без сахара! - быстро сказала женщина, предотвращая возражения сына. - ладно - а ещё.. твоему отцу выписали премию, мы поговорили и решили сделать тебе пару подарков, чтоб было легче справлять время в больнице. Все в пакете, думаю вы с Дазаем разберётесь, хорошо? - хорошо-хорошо - когда объяснения закончились, они начали обсуждать новости. Чуя показал как может двигаться и что у него хорошо получается поднимать и сгибать ноги, а ещё про то, как они с дазаем обнаружили в его койке выдвижной столик. Есть стало гораздо удобнее и наверно, когда Дазай вернётся, то он отрегулирует его так, чтоб было ещё лучше. Кстати о Дазае. Когда к Чуе приходили посетители, Дазай всегда уходил из палаты куда-нибудь подальше и на подольше. Если это было время приема пищи, то он поднимался на этаж выше в столовую и ел. Иногда он даже заходил в палаты к некоторым пациентам. Точнее он делал так раньше, когда слух про Акутагаву ещё не обошел все комнаты в здании. После этого, в палаты его не впускали, только Накаджима Ацуши не мог ему отказать, но он вообще никому не мог отказать, так уж воспитан. Но Дазай и сам понимал, что если его там заметят, то ему вообще из его палаты запретят выходить, ещё и Фукудзава, ответственный за мальчика воспитатель может подзатыльник дать и за шкирку к себе отнести, как кошка котенка. Вообщем, рисковать не хотелось. Также, вне зависимости от этого, все его длинные вылазки заканчивались походом в туалет мед. персонала, где он "прочищал" желудок, а заодно и самоудовлетворялся. Хотя в какой-то момент, он и понимал, что приходит не ради самоистязания, но придавать этому значения он не хотел и для галочки разок другой вызывал рвоту. Спустя полмесяца такого режима, в блевоте появилась кровь, Дазая это ненароком испугало. Сказать об этом, конечно же, у него даже мысли не было. Хотя во время еженедельных осмотров, отец и хотел задержаться, чтоб осмотреть сына, но тот отнекивался. - Сынок, у тебя нет никаких проблем? - А..? Не.. нет. Все в порядке. После этого он уходил и ещё около недели они не виделись. Наконец-то, спустя пару часов, Дазай мог вернуться в палату. Завидев, как женщина в белом наконец-то уходит из отделения, он спрятался в туалете, чтоб не пересечься с ней в коридоре, а потом спустя минут 5 вернулся в палату. /Палата №9/ - Привет, как посидели? - сказал Дазай закрывая за собой дверь. - Нормально, там пакет, разобрать надо. - Хорошо, сейчас со всем разберемся. Дазай по обычаю поставил пакет между ног рыжего, чтоб они оба рассмотрели все вещи - Фу, снова твое несладкое печенье! - Дазай искривился в лице, показывая свое отвращение. - Зато в нем почти нет калорий! - Так, а нахуя оно тогда нужно?! - Тебе какая разница? Ты его все равно не ешь! - Так я его по этому и не ем! - Да завались уже, вот тебе бананы! - Крикнул парень кинув в шатена гроздь бананов. - Спасибо! Они как раз подходят, чтоб их тебе в задницу засунуть! - с ехидной улыбкой сказал Дазай прижимая к себе пойманные бананы - Иди ты в жопу! - Грубо крикнул парень пиная друга ногой. - Ладно-ладно! Сдаюсь! - закончил шатен поднимая руки в знак поражения. Они продолжили разбирать вещи, в конце, внутри пакета, остался лишь другой, белый, матовый пакет. - Опа-па! А это выглядит интересно! Ну-ка? Что это твоя матушка купила? - Не знаю, она сказала, чтоб мы сами разобрались. - с безразличием произнес уже догадывающийся, что там, Чуя - А это.. - Шатен аккуратно вытащил пакет и увидел на нем чёрное яблоко и название фирмы - Чуя.. это техника Apple - А? Я же говорил ей, что не надо.гх.. почему она никогда не слушает?! - протерев глаза закончил рыжий. Он отнял пакет и поставил где-то в изголовье, в углу между стеной у подушкой. - Ты ещё жалуешься?! Да я бы душу отдал, чтоб так жить! - Ты же сын главы больницы? Я думал у тебя такое тоже в порядке вещей - В порядке вещей?! Я отца вижу, только на его обходах, там не до того, чтоб просить о золотой технике! Да и тем более, после случая с Аку, даже смысла просить нет. - Так вот оно что.. ты вообще нормальной жизнью жить можешь? - Ну я жил, до открытия больницы. А потом.. вообще! Какая тебе разница?! Ты-то точно нормальной жизнью живёшь! - Пизди больше! Не говори о чем не знаешь! - Ой, да ладно! Будто у тебя говняное детство было?! - А может и было! Ты откуда знаешь?! - Ну ты хотя бы в нормальной школе учился! Экстерном закончил! Вон какое золотце! - Я экстерном закончил, потому что в седьмом классе на домашнее обучение перевелся, тупица - крик сменился на спокойную речь, что явно уменьшило градус спора. Дазай тоже подуспокоился. Сел на край чужой кровати и спросил - И что произошло? Чуя увел взгляд в сторону и начал рассказывать - Я выиграл соревнования, пришел в школу, конечно об этом уже знал весь класс, соревнования по телеку крутили и по всему интернету 3 дня обсасывали. Пацаны косились все уроки. Я шел из раздевалки, пацаны перехватили и за дружеской беседой увели за школу. Там и избили, ещё и намордник нацепили, мол я собака дрессированная. Пидором обзывали - говорить это было противно и до жути неприятно. - особенно измывались те, у кого девушки, наши одноклассницы были, мол я их девчонок отбиваю.. - он думал, что на этом и закончит, но Дазай решил проявить все свое любопытство - Ясно.. сами они пидоры. А родители как отреагировали? - Подали на них заяву, меня на домашку перевели. Дело конечно же выиграли, они же все на камеру снимали. Плюс собрали с меня ещё улики. - Какие такие улики? - Ну, слюни, сопли, с вещей отпечатки, сперму.. - Стоп что?! Тебя изнасиловали?! - последнее настолько ввело Дазая в шок, что он схватил рыжего за предплечья и повернул к себе - Да успокойся ты, нет. Просто кто-то решил, что очень круто кончить мне в рюкзак, ну и так по мелочи - В каком блять смысле по мелочи?! - ну, там под конец, когда гопота ушла и остались только извращенцы.. Дальше для Дазая все было в тумане. Он помнит как Чуя начал описывать, что его заставили сделать паре из них минет, некоторым другим просто подрочить, раздевали и кончали на него, но все это будто проходило для него шумом. Он помнит как начал представлять, как с Чуей все это делают, потом перенес это все на него самого, от чего ему захотелось сбежать в туалет, но на этот раз ему было бы противно от любого действия там. На удивление сам рыжий говорил это довольно спокойно, будто то, что он рассказывал было само собой разумеющееся информацией. Когда описание всех этих издевательств над ним закончилось, рыжий уставился на Дазая который все ещё держал его за плечи. - Эм.. Дазай, может отпустишь уже? Я все тебе рассказал. - А..? Да.. - руки ослабили хватку, а сам он уже нормально сел на кровать, свесив ноги. Взгляд уставился в пустоту пола, а пальцы нервно отковыривали кутикулу друг от друга. - Ты чего такой мрачный стал? Все нормально? - Нормально? Чуя.. тебя изнасиловали, а ты говоришь об этом так, будто это все в порядке вещей. Это я должен спрашивать, все ли у тебя в порядке. - Да ладно тебе, подумаешь, бывало и хуже - ЧУЯ! ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ ХУЖЕ?! - Не ори, не знаю, но просто помню, что тогда я себя не жалел за это все. - А о чем ты тогда думал?! - .. - ещё долго в палате стояло молчание, прежде чем он начал говорить - О том, что тренер была права. - Что? - Ну, не зря она говорила, что раз уж я решил вступить в спорт, то с нормальной жизнью можно попрощаться, то теперь вокруг не будет людей моего уровня, а только завистники и подлизы. - Боже мой, Чуя.. Это же ужасно.. - Шатен был шокирован, в глазах было столько грусти, что хватило бы на 10 детдомовских сироток и на одну собачку со сломанной лапкой. - Забей, это было года два назад, прямого проникновения не было, нам выплатили штраф, они ещё сидят, все окей. - ТЕБЯ БУКВАЛЬНО ИЗНАСИЛОВАЛИ, ПРИДУРОК! - Прямого проникновения не было, чего ты так кричишь - Это тоже считается, какого черта ты так спокойно ко всему этому относишься? - Дазай, а не ты ли должен быть первым из тех, кому должно быть все равно на это? Я же сказал, вреда мне не причинили, да, делать им минет по кругу было отвратительно, но это уже прошло и я толком ничего не помню. Я достаточно сильный, чтоб справиться с этим, не надо делать из меня тряпку. - ... Ладно. Я тебя понял. - Хорошо, кстати.. - А? - Мне в туалет надо. - Ну щас, подожди - Дазай вышел из палаты, а через пару минут вернулся с креслом на колесиках. Вкатывать его было неудобно, мешало будто все подряд. Дверной проем, ширма, шкаф, холодильник, вообщем все. С немалыми усилиями получилось опустить парня на кресло и докатить до туалета, катать его было легче, дойдя до конца коридора где была дверь в туалет, поймав на себе взгляды всех людей в палатах и коридорах, Дазай ускорился, чтоб добраться быстрее. Потом, уже в туалете, который слава богу был пустой, Дазай помог Чуе усесться, после чего отвернулся, чтоб не смотреть. Наконец-то, когда прозвучал звук смыва, шатен приподнял рыжего, чтоб тот нацепил нижнее белье и после, усадил на кресло. Они вернулись в палату и наконец-то легли спать. Ночь была неспокойная, Чуя все время шумел одеялом, а Дазай который и так не мог уснуть из-за всего, что сегодня узнал отвлекался ещё и на этот шум. - эй, Чуя..! - шепотом крикнул он в темной палате - Чего тебе..? - сонно спросил парень, подтягивая одеяло - Ты чего не спишь, придурок? - Мне одеяла не хватает, к тебе кстати такой же вопрос! - Ты шумишь слишком сильно! - закончил Дазай, сказав это, он встал и пошел поправлять одеяло. - тебе всегда его не хватает! - Отстань! Я тебя не просил мне помогать! - лучше молчи, если тебе помогают. На общем мнении они не сошлись. Поцапались ещё минут 5-10 и легли спать. Чуя уснул быстро, Дазаю это не удалось. Он всю ночь ворочался, что раздражало и его и соседа. А будить Чую после такого дня, последнее, что ему хотелось. Окончательно заколебавшись, он уселся на край, потупил в пол, минуты три и ушел из палаты. Хотелось сдохнуть. Его выворачивало как никогда ранее. Ему хотелось упасть и проблеваться прямо тут, но он держался. Казалось, что на него смотрят все, медсестры, родители детей вышедшие из палат поговорить по телефону, которые исчезнут на следующее утро, перед тем как проснется их ребенок. На него смотрели стрелки часов и черные точки в розетках. Он видел глаза в стыках плитки и дверных ручек. Глаза еле держались открытыми. Наконец-то он добрался до сестринской. Там была Коё и Фукудзава которые попивали чай, Йосано стояла за стойкой, Оды рядом не было. Дазай не обратил внимание ни на кого кто был рядом, со стороны казалось, что он зомби который с каждым шагом все больше и больше приближается к могиле и опускается все ниже, чтоб быстрее упасть. Стоило ему спрятаться в туалете, как спустившись по двери вниз, он дополз до унитаза и не раздеваясь начал блевать. Отхаркивать кровь, падать головой вниз, так что волосы пачкались в грязной воде, руки еле держались на сидушке, казалось, что они вот-вот коснуться пола. Он уснул. Проснулся он где-то через полчаса, его будила Коё, за ней, в проходе, стоял Фукудзава, а на фоне кроме громкого женского голоса самой Коё были слышны голоса Оды и Йосано, которые что-то активно мастерили в сестринской. - Эй-эй! Вставай! - она легонько била его по лицу, чтоб тот проснулся - А.. что.. где я.. что со мной.. - Стоило ему придти в себя как он сразу блеванул, на этот раз без крови. - Отлично, давай-ка сюда - женщина взяла его под руки, у прохода ей помог Фукудзава и они донесли парня до дивана. Ему вытерли рот и дали попить воды, а также вытерли лицо салфетками. - Моя помощь ещё нужна где-то? - спросил седоволосый мужчина - Пожалуй нет, спасибо большое, лучше идите к Ацуши, ему наверняка одиноко - Не думаю, с ним сейчас должен быть Рампо. Он помогает, когда мне нужно отойти - А.. Чуя! - продолжая приходить в сознание говорил Дазай - Что.. что с ним? Кто с ним?! Он в порядке?! - Успокойся - говорил кто-то из них троих, кто именно разобрать шатен не мог. Он лишь понимал, что это точно либо Коё, либо Ода, либо Йосано, но не Фукудзава, он редко говорит. - Фукудзава, сходите тогда пожалуйста и последите за Чуей. Хорошо? - Хорошо - после этого он удалился. - Дазай, лучше скажи, что произошло? - наконец-то голос приобрел очертания лица. Оказывается говорила с ним на его же удивление Коё. Йосано вкалывала ему капельницу, скорее всего с глюкозой, а Ода помогал ей и бегал по комнате собирая по крупицам все необходимое. - Я.. я не знаю.. я просто шел в туалет, а потом вырубился.. - говорил шатен, правда тут была лишь наполовину, но он предпочитает считать, что просто недоговорил. - Не ври, дурак, говори правду - сказала Йосано вставляя катеттер. - Я и не вру! Я правда в туалет шел, просто не сказал за чем! - поморщившись сказал парень. - Блевать я шел! Блевать! Ты довольна? - Довольна - ласково закончила девушка. - Блевать? Зачем? У тебя проблемы с желудком? - тут же спросил Ода из другого угла комнаты - .. - на этот вопрос Дазай решил не отвечать. - Дазай - давяще сказала девушка с каре, сидящая рядом. - говори - Да какая разница! - Есть разница! Говори давай! - ругалась девушка - Не знаю я! Не знаю! Я узнал, что Чую изнасиловали и мне стало стыдно! - Боже.. Дазай.. - удивлялся Ода. - Коё, Йосано, оставите нас? - Пойдемте, Коё, им надо поговорить - говорила Акико выпроваживая вместе с собой девушку. Когда они наконец-то остались одни, они наконец-то смогли поговорить. Дазай снова полуголый, так как с него сняли всю грязную одежду, у него мокрые волосы, так как ему помыли голову, а ещё он с капельницей так как ему не хватает энергии в организме. - Ода.. мне стыдно.. мне ужасно стыдно.. его изнасиловали, а я представлял как это было и возбуждался.. я отвратительный - Нет.. не думай так пожалуйста, ты нормальный, просто со своими странностями, мы все такие - Я не могу.. мне хочется сблизится с ним, но мы будто все дальше и дальше друг от друга. - Дазай, я не могу тебе ничего сказать. Ты не хочешь пойти к Сигме, ты ни за что не обратишься к врачу. Я не справляюсь с тобой, а ты не справляешься с Чуей - Я справляюсь!! - Хорошо, но так и так, по хорошему, ты должен как только тебе стукнет 18, поступить куда-нибудь и начать жить нормальной жизнью, тебе нужно сходить к психологу, а до этого у тебя должен быть другой воспитатель, так как я уже не справляюсь - Ода, если ты оставишь меня, я точно не выдержу ничего из этого. Мы.. - Дазай, нет никакого "Мы". Мы не можем друг другу банально довериться. Ты даже не подумал рассказать мне об этом, а я в свою очередь тебя ещё и будто предал, как минимум последствия такие же. - Нет, все не так, если мы разберемся, то все будет в порядке. - У меня честно нет сил, я не понимаю, где ошибся - Я очень расстроился и испугался, когда ты накричал - в потолок произнес парень - .. когда это конкретно было? - спросил мужчина, он спросил это со страхом потому что понимал, что слишком много на него кричал, чтоб помнить каждый случай, хотя быть должно наоборот - Когда я первый раз Аку избил. Ты меня тогда тоже побил - уставившись в стенку красного, старого дивана, пояснил парень - Дазай.. я.. - Не.. не надо. Я и вправду тот ещё подонок.. - немного усмехнувшись, сказал шатен - Но ты не заслуживаешь такого отношения! - Ода.. Ты был на эмоциях? - Да... - Это нормально, оставайся лучше таким же, не надо меняться - Но тебе же плохо - Мне всегда плохо, так и смысл переживать? - на лице появилась лёгкая улыбка смешанная с ухмылкой, а руки полезли к чужим, стремясь отнять капли тепла чужого тела Ода в ответ тоже улыбнулся, он чувствовал некий покой, когда ему разрешили быть самим собой, когда он смог им быть и когда ему не надо притворяться. Он нашел покой в том, что его приняли. Ещё минуту и может немного более они сидели в умиротворённое тишине. Дазай на диванчике, отдыхал, а мужчина сидел рядом, на полу и опирался на этот же диван. Через пару дней, прошло полное собрание, вместе с Мори. Собрались все врачи, воспитатели, учителя, даже те, кто заведуют уборкой помещений и приготовлением пищи. Человек 20, не меньше, сидели почти друг на друге в главном кабинете. Достоевский, Сигма и Гоголь сидели на новом кожаном диване, вокруг их окружали другие врачи, Йосано занимала синий пуфик, как собственно и другие медсестры, а воспитатели ютились все втроём на лавке. У входа стояли заведующая уборкой помещений и заведующая столовой. Мори отпускал всех по очереди. Сначала он огласил нововведения по поводу ГОСТов еды и новые правила ведения журналов уборки. Потом дело перешло к врачам. Там из нового были лишь, новые пациенты, бланки документов и предложения некоторым из них, о посещении каких-то референдумов и конференций. Последними остались трое воспитателей и Йосано как свидетель. - Так.. о чем вы хотели поговорить? - спросил мужчина в белом халате с торчащем скальпелем из кармана. Он положил стопку папок на стол, все они были пронумерованы на обложке и корешке, а также в разных местах были пластиковые, цветные закладки. - По поводу вашего сына - начала Кое, она первая, кто набралась сил, что-то сказать - Он... - продолжил Ода, но не найдя подходящих слов, закусил губу. Им всем, Дазай был дорог. Оде, он представлялся как сын, который настолько хрупкий, что его надо всему учить и от всего защищать, Йосано видела в нем непутёвого, младшего брата, заносчивого, но смешного. Для Коё он представлялся как назойливый ребенок, который постоянно из-за всего характера лезет не туда куда надо и всегда падает в крайности из-за чего его нужно держать в узде. Только Фукудзаве он не был близок, просто из-за отсутствия близкого контакта. Со всеми кроме него, Дазай провел юность и детство, только Юкичи, погруженный в работу, не смог с ним сблизиться. Поэтому он был первым, кто начал рассказывать. - Мы бы хотели изменить список наших опекуемых. - Хорошо, но, Юкичи, я не очень вижу связь во всем, что вы сказали. - Сложив руки домиком сказал Мори. Он был единственным, кто обращался к Фукудзаве по имени, потому что только ему позволялись такие фамильярности. - Я бы хотел, чтобы Накахара Чуя.. - ..117-ый - поправил его Ода, хотя все равно это погоды бы не сделало. Старому воспитателю было трудно запомнить какой номер принадлежит каждому пациенту, поэтому он всегда называл их по имени. Это рушило систему, созданную, чтоб не вызывать у врачей привязанности к пациентам, но поскольку позволял себе это только он, то все смирились и лишь иногда его поправляли. - Да.. так вот.. я бы хотел, чтоб Накахара Чуя попал под мою опеку, а Дазай Осаму поменялся местами с Акутагавой и пошел под опеку Коё Озаки. Акутагава Рюноске в свою очередь пойдет под опеку Оды Сакуноске. - Ага, я вас понял. К чему такие изменения? Что-то произошло? Вы не ладите со своими опекуемыми? - Нет, просто мы пришли к единому решению, что Дазай Осаму не имеет достаточной компетенции, чтоб опекать Накахару Чую и будет лучше, если им займётся более опытный опекун. - Ода, я что-то не знаю о моем сыне? Мне бы хотелось узнать больше подробностей. - Он.. - На языке снова вертелось слишком много неозвученных мыслей. Йосано уже думала сказать сама, но её остановила Коё. - он должен сказать сам - прошептала она. - Мне кажется, Дазаю нужно завести свою карту и пройти обследование. Я бы рекомендовал посетить Сигму и Гоголя, а также ограничить его возможности на территории больницы. Лучше всего уровнять его с другими пациентами - он сказал это быстро и на одном дыхании. Увидев это, Огай подошёл к нему, похлопал по плечу и усадил на место. - Ну же, ну же , не переживайте так, Одасаку. Так, вы думаете с моим сыном что-то не так? - в голосе не было агрессии, не было злости, только умиротворение и легкая ухмылка. Это настораживало ещё больше и у мужчины и вправду пошел холодный пот. - Д-да.. - И что же с ним такое? - Мне кажется это разговор для вас двоих, дамы, позвольте попросить вас выйти вместе со мной. Оставим их наедине - Фукудзава прекрасно видел, как напряжен Ода, поэтому решение оставить их одних было лучшим и первым, что пришло ему в голову. Дамы это тоже заметили и когда поступило предложение выйти, то сразу же согласились. - Они вышли, теперь вы можете мне сказать? - Он.. - потерев переносицу, громко выдохнул и начал говорить - Дазай гей Мори услышав это, широко открыл глаза и переспросил - Дазай.. кто? - Гей - Понятно - где-то с минуту он сидел и с округленными глазами смотрел на воспитателя - мне продолжать? - вытерев пот с лица спросил мужчина - А..? Да-да, продолжайте - будто выйдя из транса сказал Огай - И он.. влюбился в своего подопечного - в 117-ого? - Да, в Накахару.. - Так.. это единственная причина? - встрепетнувшись спросил мужчина - Н-нет.. он.. - сглотнув ком в горле, Одасаку собрался с силами и сказал - Он блюет, чтоб не резаться! У него ужасное состояние, недовес и недомогание! Ему необходимо пройти обследование! - Боже, так вот оно что.. Хорошо, оставь это мне, я приму действия /Палата №9/ - Стоп, он что?! - всокликнул Дазай услышав от Оды, ответ своего отца.