Битва желаний (черновик)

Только что дописал прошлую часть, теперь принимаюсь за эту и мне нетерпится уже всё рассказать. Без лишних предисловий, скажу лишь, да пусть не закидают меня тапками люди, боящиеся спойлеров, которым довелось сейчас читать мои записки, что короткое путешествие наше окончилось триумфально, с шумом, плясками, песнями да пирушками. Правда, охранника заправочной станции пришлось похоронить на заднем дворе. Но его жертва не была напрасной - сейчас я допью холодное пиво с Павлом Иванычем и Лёхой, и опишу наш поход. Дело было так: впереди вереницы нашей шёл торжествующий Павел Иванович, светивший фонарём перед собой. Он как будто воскрес от идеи, что его транспорт можно будет отыскать очень скоро на этой дороге. Он впал в странное пиратское забытье и всю дорогу кричал: "е-хо-хо и бутылка рому". Нашей же задачей было светить по сторонам, чтобы в случае чего предупредить остальных о приближении "Рейка". Да, теперь мы так называли этих существ, потому что вдоволь полюбовались ими с ближнего ракурса и поняли, что это такое. Всё это время нас преследовали стаи Рейков. Монстры из крипипасты. И тут я невольно задался вопросом: "Почему президент разбирается в таких вещах, как крипипаста? Разве у него на это хватало времени, когда он занимался важными государственными делами? Может, у колодца сейчас сидит вовсе не президент, а кто нибудь другой, какой-нибудь хитрый и изворотливый злобный гений? В конце концов нам неизвестно, что произошло внутри железного занавеса, как его окрестили в народе. Может, президента уж и в помине нет". Словом, вопросов много, а посему пока продолжаем рассказ: мы старались идти как можно быстрее - страх близости смерти и пронзительный холод заставляли ноги ускоряться. Ведь, честно говоря, вооружены мы были паршиво: набор садовых инструментов. У Павла Иваныча - грабли; у меня - лопата; у охранника - кувалда; у Лехи - две вилки. То есть маленькие грабли с острыми зубцами. Авось поцарапать смогут. Он сперва ещё негодовал из-за выбора оружия, но это было буквально самое опасное из всего арсенала, который был предоставлен на заправке. Не метлой ведь ему защищаться. Наша процессия продолжала идти так около двух часов. Мы уже изрядно измерзли, устали и проголодались, но машина так и не попадалась. - может, нам следовало разделиться и пойти в разные стороны? - в отчаянии и унынии вопрошал Павел Иваныч, от энтузиазма и веселья которого уже не осталось и следа. - вы полагаете, что мерзавец сбежал в другую сторону? Противоположную колодцу? - с усмешкой спросил добродушный и веселенький старичок охранник, поглаживая свои серые усы. - я не знаю. Но мне кажется, что он мог так сделать. - нет. - сказал Леха, подойдя к Павлу Иванычу и намереваясь успокоить его. - Вы что, совсем забыли, как Иосиф сказал в начале нашей встречи с ним, что он держит путь туда же, куда держать его все? То есть в сторону колодца. С его стороны было бы глупым решением отправиться назад, имея при себе всё что нужно для выживания. И запасы еды. - ты забываешь, что он может быть простым дорожным мошенником. - сказал я Лехе. - Весьма вероятно, что он солгал тогда, сказав, что держит путь к колодцу. Это был отвлекающий манёвр. Он хотел втереться к нам в доверие, чтобы мы считали его за своего, за единомышленника, который во что бы то ни стало хочет добраться до колодца в дружеской компании. Скорее всего он может оказаться дорожным мошенником, особенно если вспомнить, что он недавно сказал о машинах, выстроенных вряд на дороге. Он сказал, что это дорожные мошенники. Это была его оговорочка по Фрейду. Тут Павел Иваныч внезапно остановился в ступоре; мы врезались в спины друг друга; он повернулся к нам, как бы задумавшись о чем то. - теперь я положительно не знаю, в какую сторону нам держать путь. - раздоссдованно сказал он. - Этот гад может оказаться и тут и там; пятьдесят на пятьдесят. Предлагаю голосовать... - Павел Иваныч, - перебил я его, - вы прекрасно знаете, что сейчас неподходящее время для этого. Мы ушли уже так далеко, что сворачивать назад - когда, может быть, цель уже близко - было бы нерационально и глупо. Вдруг я отчётливо различил звук, как будто кто скачит по земле на четвереньках. И удары ещё такие мощные, что земля дрожала... Или, может быть, это просто я дрожал. - замрите все! - воскликнул Павел Иваныч, схватившись покрепче за грабли. Я увидел, как справа от меня заколыхалась трава. То ли от ветра, то ли от Рейка. И тут три твари выпрыгнули из травы и зарычали. Леха так испугался, что чуть не напрыгнул на шипы. Я был готов к схватке, положил фонарик на землю, а сам взялся за лопату двумя руками. Леха светил, а я махал лопатой. Эти твари не подходили к нам, а чего-то выжидали. Я сразу понял, что они довольно умны: они не станут бросаться на целую группу вооружённых мужчин. Пока я махал лопатой, не подпуская их ни на шаг ближе к нам, руки мои тряслись и потели. В последний раз я так себя чувствовал, когда на меня напали дикие собаки, от которых пришлось вскарабкаться на дерево. Было страшно: обезображенные тела и морды их были особенно мерзки. В глазах их читалась пустота. Животная, дикая пустота. Их глаза были абсолютно белыми. В детстве бабушка читала мне статью в газете о группе каких-то людей, застрявших в пещере на 10 лет. Целых десять лет они просидели в этой пещере, выход которой был завален камнями. Они пытались докричаться до внешнего мира, но всё было без толку - они застряли слишком далеко и глубоко, в холодной и темной пещере. Кроме того, пещера редко посещалась туристами, поскольку до неё надо было долго идти: сначала сквозь лесную чащу несколько километров, а потом в гору - несколько сотен метров. Пока туристы думали, что это такая маленькая пещерка, по ту сторону завала стенали люди, которые постепенно сходили с ума от горя и отчаяния. Но вот минуло 10 лет - завал разрыли и спасатели увидели воистину жуткое зрелище: те, кого они спасли, уже не были похожи на людей. Это были сгорбленные, бледнокожие, голые и грязные существа с торчащими костями и белыми глазами. За 10 лет их глаза настолько адаптировались к царящему везде мраку, что покрылись белой пеленой, ведь нужды различать цвета и формы теперь не было. Ногти их были длинны и исковерканны, зубы же стали острыми, как кинжалы - им приходилось питаться озёрной сырой рыбой, чтобы выжить. Может, они успели отведать и человечину. Разумеется, ни о каком возвращении в общество и реабилитации не могло быть и речи: эти существа более не могли вести нормальную, человеческую жизнь. О дальнейшей их судьбе ничего не известно. Может, их взяли учёные для изучения, может, их поселили в зоопарке, - никто достоверно не знает. Так вот, к чему я всё это. Эти существа, напавшие на нас, очень похожи на тех, про которых шла речь в газете. После того рассказа я, помню, долго не мог заснуть один в своей комнате - всё время бегал к родителям. Но теперь то я вижу, что существа эти какие-то слабые, костлявые и маленькие. Словом, совсем не похожи на тех, которых мы встретили в первый раз у костра. Те то смогли гнаться на высокой скорости за нами и взбираться на крышу, словно орангутаны какие-то. А для этого, сдаётся мне, нужно иметь огромную силу. Те существа казались мне побольше, чем эти. Стало быть, здесь есть какая-то классификация. Эти хлюпики точно не смогли бы приследовать минивэн и вскарабкаться на крышу. Они не двигались с места, тупо глядели на нас своими белыми, пустыми глазенками, как бы чего-то выжидая. Напряжение росло. Я не мог больше стоять в бездействии, пока другие были шокированы появлением чудищ. Поэтому я сделал неуверенный шаг вперёд и попробовал замахнуться на одного из них лопатой. И ударил по голове плашмя - но пожалел, ведь если бы удар пришёлся ребром, то я наверняка разрубил бы тварюге череп пополам. Тварь по середине, на чью голову пришелся удар, прижалась головой к земле, захаркала кровью, заверещала и тем самым приказала что-то другим. Тут двое из этих трёх хлюпиков подняли такую страшную тревогу, что нам пришлось бежать со всех ног. Они призвали подмогу. Нам несдобровать, если не побежим. Я обернул голову назад и увидел, что за нами бежит целая толпа этих существ, но сзади них бегут ещё трое высоких и мощных особей. Эти прям мутанты какие-то - под ними тряслась земля и шаги их были слышны ещё задолго до их появления в нашем поле зрения. Их скорость была поразительно высока. Я представил себе, как легко смогут эти твари оторвать мою голову от туловища своими длинными руками, мускулы на которых, казалось, не были защищены кожей. Одна из двухметровых тварей вырвалась вперёд и вот вот напрыгнула бы на Леху, если бы я не среагировал вовремя и не подставил острый конец лопаты к горлу гигантского рейка. Представьте мой ужас: горло твари не повредилось - ни царапинки. Видимо, кожа была настолько толстой, что даже приземление с такой высоты мощного прыжка на ребро лопаты не принесло плодов. Но была иная реакция: как только конец лопаты коснулся горла Рейка, он тут же отпрянул назад, как бы обжегшись. Странно. Зато мне хотя бы удалось защитить Леху и повалить тварь на землю. Вскоре эти твари нас перегнали и встали впереди нас. Моё сердце ужасно колотилось, я думал тогда, что нам конец. Эти твари злобно рычали и тяжело дышали. Из скверных пастей их на землю капали объемные слюни. Павел Иваныч в изнеможении от быстрого бега бессильно махал по воздуху граблями, Леха спрятался за моей спиной и неустанно матерился. У него началась истерика. Старичок охранник взял кувалду таким образом, приготовившись бить ею. Началось настоящее месиво: всё было как в каком-то кошмарном сне. Я рубил мелких рейков, которые, как правило, набрасывались группами. Их плоть и кости были мягки и хрупки. Мне даже понравилось в какой-то степени разрубать этих существ на кусочки. Наша команда работала сплоченно - мы, если вдруг случалось, что на кого либо из нас набрасывалась толпа рейков, помогали друг другу, прикрывали спины друг друга. Охранник хорошо совладал с кувалдой - это было единственное оружие, которое на время могло оглушить трёх здоровых рейков. Леха с охранником неплохо спелись - когда охранник вырубал мощным ударом кувалды по голове гигантских рейков, - Леха подбегал к ним и выкалывал им глаза при помощи своих, на первый взгляд бесполезных, вилок. В какой-то момент мы перестали справляться - толпа рейков всё росла и росла. Они всё время поднимали такой шум, что сбегались твари из соседнего леса. Наконец, защищаться стало совсем невозможно, когда гигантский рейк вырвал из рук охранника кувалду. Нам ничего не оставалось, как слепо бежать вперёд, надеясь, что Иосиф поехал к колодцу, а не назад. Как ужасно было то ощущение безысходности, которое охватило нас всех! - Я больше не могу бежать! - взревел Павел Иваныч, шумно дыша. - Ну не мог он уехать так далеко с учётом того... что показатель бензина... был минимальный! Мы должны были уже давно наткнуться на мой минивэн! Но вместо этого... Натыкались на другие машины, в которых лежали кровавые трупы... Бедные люди... - Павел Иваныч немного перевёл дыхание, откашлялся и продолжил: - Может... Лучше бы нам свернуть назад, чтобы долго возвращаться не пришлось, а? У нас ведь и так сил едва хватает... Очевидно же, что Иосиф поехал в обратную сторону... - Павел Иваныч... - начал я устало. - Я уверен, что мы бежим в правильном направлении... Человек, особенно такой как Иосиф, имея преимущества и шансы, ни за что не свернёт пред возможностью исполнить свою мечту... Да и нам во всяком случае путь назад закрыт... обернитесь назад - и вам всё станет ясно... - эй, вы слышите это?! - вскричал радостно Леха, откашливаясь и задыхаясь. - там, сзади, похоже, трактор какой-то едет... Слышите?! Прям тарахтит характерно... И впрямь в тот момент мы услышали звук как будто за нами едет полдюжины тракторов. Я обернулся, посветил вдаль фонариком и обомлел: это были никакие не тракторы, а ТАНКИ! Я не смог различить в темноте, сколько их там едет. Их мощные гусеницы давили тварей, преследующих нас, оставляя за собой кровавый шлейф из поломанных и раздавленных частей тел. Завидев нас, из танка, возглавлявшего этот бронированный караван, высунулась из-под люка голова в каске и радостно закричала нам: - эй, попутчики! Прыгайте к нам! Мы вас подбросим! Таким неожиданным и чудесным образом мы были буквально спасены из лап смерти. Твари, услышав устрашающее громыхание танков, разбежались по сторонам, освободив нам путь к танкам.