Битва желаний (черновик)

Другого выхода не было. Мы решились сесть на этот поезд. Перед тем как войти, кондуктор проверил наши сумки и карманы. Пришлось убрать оружие, которое мы взяли из прицепа. Но когда кондуктор велел нам оставить ещё и провизию с походными инструментами и вещами, мы запротивлялись. - спокойно, - отвечал кондуктор, улыбаясь, - в вагонах нашей фирмы в проезд включены все удобства. Я вас уверяю, вам не придётся задумываться о еде или воде. Всё включено! - какая же плата за проезд? - спросил Павел Иваныч, придвинув очки к глазам. - об этом не волнуйтесь, - сказал кондуктор, весело подмигнув, - вам скажут всё позже, а до тех пор, прошу вас, не беспокойтесь об этом. Павел Иваныч пожал плечами, посмотрел на нас и первым вошёл в широкие двери вагона. Мы трое последовали за ним. Широкие двери тут же захлопнулись за нами. Я подошёл к окну в двери, чтобы посмотреть, куда ушёл кондуктор, но он как будто испарился на месте. Это напрягло меня. Внезапно свет во всём вагоне погас, окна сюрреалистической формы (как на картинах Сальвадора Дали) закрылись, избавив нас от последнего источника света. Мы продолжали стоять в молчаливом недоумении, пока синие и фиолетовые светодиодные ленты не загорелись по бокам и из потолка не выставилась какая-то железная цилиндрическая палка, которая включила голограмму объемной головы в спецназовском шлеме, полностью закрывающим лицо. Голова заговорила искажённым металлическим голосом. - приветствую пассажиров в поезде фирмы "быстрая смерть". - какого чёрта... - начал было я, но тут голова захохотала и объяснилась: - вас ждёт быстрая смерть в философском смысле... Вы, люди, тратите всю жизнь на то, чтобы исполнить свою мечту. После того, как вы добиваетесь её, дальнейшее ваше существование не имеет смысла. Сегодня вы достигните апогея своего существования, своего смысла. Грубо говоря, оброзно вы умрёте... Этот ультра скоростной поезд воплотился из моей фантазии. Он доставит вас к колодцу за 30 минут. А пока вы можете расслабиться в этих удобных креслах, пройти в соседние вагоны и познакомиться с другими пассажирами, покушать в вагоне-ресторане, попросить кондукторов принести вам ванную для ног... На все могущие возникнуть у вас вопросы я смогу ответить в конце поездки. До встречи. Мне как-то не понравился этот человек на голограмме. Мне не понравилась его покровительственная манера речи. Во всяком случае, она не внушает доверия. Мы вчетвером уселись напротив друг друга на синих бархатных диванах. Они и вправду были очень удобные и мягкие. Так что можно было подремать некоторое время. Мимо нас стали ходить люди из соседних вагонов, удивлённо разглядывая все вокруг. Кажется, поезд тронулся, но настолько незаметно, что казалось, будто он по-прежнему стоял на месте. Тряски не было. Окна, к сожалению, были закрыты, поэтому глазами проследить момент отправки не представлялось возможным. - подумать только, здесь действительно первоклассное обслуживание, - сказал Павел Иваныч, возвращаясь на своё место с шоколадным коктейлем в руке, - и, заметьте, что с меня даже не просили денег. Это странно. Но когда тебе дают подачки, то лучше от них не отказываться. - выходит, он тебе понравился? - спросил я у него. - новый правитель колодца-то? Хм, я бы не стал судить по первому впечатлению... Но, по моему, раз он был настолько щедр, что проложил железную дорогу к колодцу, поставил на неё ультра скоростной поезд и снабдил его пищей, потратив, стало быть, все три свои желания... - или одно. - перебил я Павла Иваныча, зевая. - нам все ещё доподлинно неизвестно, как работает и устроен колодец. Может, он, нынешний эксплуататор колодца, высказал своё желание одним предложением так, чтобы потратилось всего одно желание. Не знаю как вы, но я ему не доверяю. Это всё очень подозрительно, черт возьми. Здесь, в этом поезде, всё настолько чистенько, гладенько, прилизанно и все пытаются тебе услужить, что ко мне невольно закрадываются сомнения. А вдруг это ловушка? Нервная пауза повисла в воздухе. Иосиф расслабленно положил руки на спинку сиденья и взглянул на меня полуприкрытым, задумчивым и ироничным взглядом: - в России... - начал он свою речь на манер учёного, - таков менталитет, что человек не способен никому доверять, кроме себя. Это иной раз доходит даже до крайности: мы инстинктивно ищем подвох в тех людях, которые решились на бескорыстную помощь нам. - вот ты, Иосиф, подлец, - напомнил ему в очередной раз Павел Иваныч, - в тебе я подлеца сразу разглядел, как увидел на остановке в этом своём ободранном пальтишке. Я очень грамотно сделал, что доверять тебе не стал... - доверять не стал, а все-таки пустил в машину. - Иосиф рассмеялся. Видимо, сходил уже до барной стойки. Хотя он всегда такой. - интересный ты человек, выходит. - оттого то я и человек, что сжалился над таким подлецом, как ты. Потому что, если бы я поступил иначе, то тебя сожрали бы твари. - а разве вы не сделали это потому, что запутались и не смогли разобраться в картах? - спросил Леха, усмехнувшись и утирая рот салфеткой, после того, как он съел наконец шаурму. Павел Иваныч опешил: - да это ведь только предлог был. Я не хотел выглядеть глупым в ваших глазах, взяв на борт абсолютно левого человека с дороги. Поэтому мне нужно было помяться немного, повозражать вам... Я бы во всяком случае подобрал его. Даже с учётом того, что уже наперёд вижу, что он мошенник и подлец. Слова Павла Иваныча заставили задуматься Иосифа. - да, я, если так подумать, подлец и есть. - начал он задумчиво, глядя в пол и прислонившись ртом к кулаку. - я уж так давно не выходил из этой роли, что забыл, кто я настоящий. Роль подлеца хороша, многие люди ею пользуются. Маска подлеца защищает меня, но ранит других; а если каждый станет носить такую маску, то люди вскоре получат иммунитет друг к другу. Такую теорию, такое оправдание я себе придумал, что все сейчас носят маску подлеца, чтобы самому её носить не совестно было... - он говорил это, запинаясь и глядя в пол, лишь изредка поднимая глаза на Павла Иваныча. - Но рядом с вами, Павел Иваныч, эта маска жжёт моё лицо ядом. И мне хотелось бы её снять. - он помолчал немного, сёл в прежнюю расслабленную позу и стал рассказывать: - То, что я говорил о себе в начале нашей встречи - было не совсем верно... - да ладно. - спокойно сказал Леха, усмехнувшись и закатив глаза. - Если коротко, - продолжал Иосиф, - то я могу лишь сказать, что я падшее существо... Я действительно бросил семью в той деревне, чтобы бежать к колодцу. Я знал, что недобегу, ведь это немыслимо. Всё равно на днях хотел повеситься, так что уж безразлично было, что со мной станет. Поэтому и побежал. Понимаете, я воспользовался предлогом, переполохом в деревне из-за нападения монстров. Я хотел, чтобы дочь думала, что отца разорвал монстр на кусочки и он погиб смертью героя, а не смертью труса, бегущего от жизни и повесившегося на верёвке в сарае. - к его горлу подступил ком слез. - Но тут... ко мне подвернулась удача в виде вашего минивэна. Тогда я во что бы то ни стало решил действовать до конца - хотел добраться до колодца, чтобы исправить своё прошлое. - он отдышался немного и продолжал: - В юношестве я бросил колледж на четвёртом курсе, так и не доучившись. Мне было до чёртиков невыносимо там находится. Меня никто не понимал и не хотел дружить. Каждый день я находился в стрессе. У меня болело сердце. И тогда я подумал: "стоп, хватит это терпеть. Я человек и волен сам выбирать свой путь". Я решил жить в кайф. А поскольку родители выгнали меня из дома, узнав, что я бросил колледж, то мне пришлось искать работу. Тогда я считал себя дном общества, ведь мне с самого детства внушали, что человек без образования - никто. Я во что бы то ни стало пытался бежать от одиночества, ведь я понимал, что иначе петля не за горами. Спустя некоторое время я нашёл девушку, которая находилась в похожем положении, что и я. И мне было приятно осознавать, что не только один я дно общества, но и ещё кто-то. Мы спасли друг друга от саморазрушительного одиночества, чтобы быть на дне вместе. Спустя недолгое время я начал осознавать, что плохо сделал, что поспешил с выбором жены, но было уже поздно - у нас родилась дочь. Я впал в долголетнее забытье. Я потратил столько лет своей жизни... Всё, что бы я ни делал - было не то. Постоянные ссоры с женой, я приходил домой пьяным... В конце концов, дойдя до высшей точки кипения, я хотел было покончить со всем этим. Но тут во время пошёл слух о колодце, потом монстры... Затем я встретил вас и как будто получил второе дыхание! Я восстал из мёртвых, почувствовав дух авантюризма! Мне была необходима такая встряска, чтобы проснуться и снова полюбить жизнь! - закончив говорить, он заплакал. Меня очень растрогала его история, но я не знал, каких слов подобрать; мы не знали, что сказать, чтобы утешить его. Тогда Леха, чтобы поддержать его, стал рассказывать о своём желании: - когда я доберусь до колодца, то загадаю гарем из индийских красавиц и дам тебе, Иосиф, несколько жён оттуда, на твой вкус. Павел Иваныч закатил глаза, подернувшиеся едва заметным снисходительным весельем. - а если в колодце произойдёт сбой и ты получишь гарем из индийских евнухов? - спросил я у него. - а это кто такие? - удивился Леха. - это такие... особенные красавицы. - ну, особенных красавиц я люблю. - простодушно ответил Леха, а потом пришёл в ярость, когда загуглил, что это и увидел, как мы с Павлом Иванычем хохочем до слез. - ты действительно хочешь потратить желание на это? - досмеявшись, спросил Павел Иваныч у него. - ну да. Ха, как будто у вас есть предложить че получше. Хотите, может быть, воскресить СССР или... поднять себе пенсию?.. Ахаха!.. Может, хотите себе бесконечную банку с соленьями?! - так, ну всё, хватит, - сказал я, видя, что Иосиф совсем впал в задумчивое забытье, смотря куда-то вперёд невидящими и покрасневшими от слез глазами. У него едва заметно тряслись руки. - Сейчас я схожу до вагона-ресторана, попрошу у бармена заварганить какой-нибудь алкогольный коктейль для Иосифа. Подождите здесь, ребята. Я пошёл вперёд, минуя вагон за вагоном. Все они были оформлены в одинаковом стиле и в каждом вагоне было человек по 6 или 7. Все они то дремали, то играли в карты или шахматы (что удавалось провернуть без заминок и неудобств, с невероятной лёгкостью для русских трясущихся поездов), то участвовали в оживлённых беседах и баталиях, в которых с жаром обсуждалось, какие лучше всего стоит загадать желания, то пили вино, ели изысканную пищу разнообразной кухни со всего мира, то купались в серебряных ваннах... словом, занимались всем, чем только можно было заняться в этом поезде. Наконец, дойдя до особой двери, инкрустированной красным деревом, я отворил её и вошёл в зал вагона-ресторана с приглушенным светом и расслабленной музыкой, в котором толпились люди со всех вагонов. Стоя в очереди к барной стойке, я познакомился с одной интересной девушкой. Это произошло как-то само по себе из-за скуки. Она стояла впереди меня, в чёрной кожанной куртке с серебряными шипами на плечах, на шиворот и на шипы которой беспорядочно сниспадали белые длинные волосы. Она была в длинных чёрных панковских ботинках со шнуровкой. Если бы она не обернулась, то можно было бы подумать, что впереди стоит ведьмак. - пфф, я здесь уже 10 минут стою... - лениво обернулась она ко мне. Лицо её выражало весёлую беспечность, но в тоже время какую-то тоску. Её брови были ярко выраженны чёрной тушью, а глаза подведены светло-зеленым макияжем. - Эти остолопы впереди совсем новички... - она вздохнула и закатила чёрные глаза, может, казавшиеся черными из-за того, что зрачки были расширены. - Как можно так долго выбирать выпивку? - Видимо, они сами не знают, чего хотят, - невольно поддержал я разговор, улыбнувшись. Она облокотилась об стойку и посмотрела на меня почему-то вдруг заблестевшими глазами. - Это так похоже на нас... - проговорила она, усмехнувшись. - что?.. - не понял я. - ну, наша ситуация со всем этим колодцем, желаниями и поездом, - пояснила она, жестикулируя руками.- Я не думаю, что хотя бы у одного человека здесь есть план, есть какое либо точное желание, которое он готов хоть сейчас сказать. Это как иной раз работает наша жадность: в магазинах мы берём как можно больше вещей по акции, а потом не знаем, что с ними делать. Ну, ты меня понял... - она перевела свой туманный взгляд на мои руки, и ей, видимо, понравилось, как они выглядят (тонкие длинные изящные пальцы, выделяющиеся кости, бледность руки), поэтому она захотела сыграть со мной в "камень, ножницы, бумага". Проиграв так несколько раундов, очередь наконец дошла и до нас. Она сказала, что её зовут Полина. Я сказал ей, что меня зовут Константин 25 лет. (Не понимаю, зачем так официально. Меня это бесит). На том и распрощались, пообещавши друг другу, что ещё встретимся у колодца или ещё где-нибудь. Возвращаясь к нашему вагону, я заметил вдруг нарастающую жару. Она с каждым шагом становилась всё явственнее и явственне. Я снял с себя худи. - вы заметили, что в поезде стало слишком жарко и душно... Зараза, ведь даже и окно не открыть. Павел Иваныч, Иосиф и Леха, а также и другие пассажиры стали раздеваться до пояса. - черт возьми, они перебрали с отоплением, - заявил Павел Иваныч.- Сейчас я найду проводника и выскажу ему всё, что я думаю о здешнем сервисе! Однако, жара становится невыносимой! Это же не баня! Они издеваются! - Павел Иваныч поднялся было, чтобы найти проводника, но я остановил его: - стойте, когда я шёл сюда обратно, проводников я не встречал. Ни одного. Они все куда-то смылись. - Бл*, - запаниковал Леха. - Нам всем п*зда. Напряжение росло. Иосиф, пришедший в себя и обнаруживший в себе силы, стал бить запечатанные окна руками и ногами, чтобы вырваться, но безуспешно. Я побежал в соседний вагон - там ситуация такая же. Правда, там был какой-то странный мужик-банщик с веником в руке, который парился и приговаривал: - Эх раз, ещё раз, ещё много, много раз! - потом, увидев меня, воскликнул радостно: - Эх, хорош сервис, да?! Нигде я такого поезда не видел, в который ещё и баня была бы включена! Может, этот мужик - было лишь моё бредовое видение, галюцинация вследствие раздраженного сознания из-за жары... Я пишу это и пальцы мои потеют. Я так и знал, что это ловушка. Не могло все быть так просто, на блюдечке. Черт возьми, сейчас я пишу это, приникнув к полу, ибо так жара только чуть чуть касается меня. Находиться стоя положительно невозможно - тогда начинаешь задыхаться от жары. Минут пять назад закончилась беготня и паника по всем вагонам, поскольку жара придавила всех к полу. Неужели такой финал нас ждёт? Неужели мы так и не загадаем желания? Мне придётся конспектировать эти записи, пока я не скончаюсь от жары? Это просто... Так, стоп. Жара пропадает. Серьёзно. Здесь становится даже морозно. И подсветка теперь не тревожно-красная, а расслабляюще-синяя. Внезапно. Из потолка вновь выдвинулась металлическая трубка и на сей раз она высветила супер-правдоподобную цветную голограмму силуэта человека в шлеме, так что и от настоящего не отличишь. Он сидел в очень гордой и львиной позе на троне из черепов. Внезапно, диким, нервным движением он снял шлем; на плечи и на лицо каскадом упали длинные каштановые, совершенно сумасшедшие волосы, переливавшиеся на свету золотым и рыжим оттенками. Этот человек был в свободной белой рубашке с широким вырезом у шеи, так что вырез оголял ключицы и бусы из жемчуга; рубашка была заправлена в чёрные брюки с высокой талией. Похоже, этот парень знает толк в одежде. Он откинул волосы, упавшие на лицо, назад, и явил миру свой лик: это был очень красивый молодой человек с бледным, в общем-то приличным лицом, приятным на вид, но его тёмно-синие глубокие глаза, блестевшие безумной радостью, именно безумной, - были искажены этим самым безумием; также и лицо его в целом выглядело нагленьким и самодовольным. - я вижу, что процесс поклонения начался задолго до того, как пред вами предстала моя голограмма. Прекрасное послушание, мои рабы, так держать! - начал говорить он. Голос его звучал беспечно, горделиво, но он мог вибрировать и низкими, и высокими нотками в одном слове. Он говорил с большим энтузиазмом. - пошёл на хрен, - крикнул Леха, поднявшись и отряхнувшись, - мы не твои рабы, мы твои пассажиры! Забыл что ли?! Совесть поимей! Не так нужно вести себя с клиентами! - имел я твою совесть! - крикнул парень на черепах и разразился жемчужным смехом. - Я тот, кто освободил вас, грязных и неблагодарных рабов, от президентского гнёта, предоставил путь к колодцу и, что самое главное, вернул интернет! Сейчас... Вы имеете полное право любить меня, восхищаться мной и поклоняться мне! Ликуйте - второе пришествие Христа случилось! Отныне я - бог, царь и судья. В конце концов... прав тот, кто сильнее. - он остановился говорить. Мы были в глубоком изумлении, все как будто языки проглотили. Я понял, что мы находимся в руках безумца и это не сулит нам ничего хорошего. Юноша продолжал говорить: - Наверное, во время поездки у вас накопилось немало вопросов. Задавайте их, я постараюсь по очереди ответить на каждый из них. Павел Иваныч выступил вперёд и, почесав затылок, робко сказал: - простите... Кхем, кем бы вы ни были, но в данном случае вы - владелец поезда, а мы - ваши клиенты, пользующиеся услугой. Вот мой вопрос: сколько мы должны вам заплатить за проезд? Юноша засмеялся своим жемчужным смехом. - о, это очень занимательный вопрос. Вы должны будете отдать мне по одному своему желанию. Весь вагон так и ахнул и везде послышались разговоры. - п-простите, я не ослышался? - спросил Павел Иваныч, откашлявшись. - Ты не ослышался, раб. За проезд придётся отдать по одному желанию. Для этого вам нужно просто приложить большой палец к той красной кнопке на двери. - пошёл бы ты лесом, - крикнул оживившийся вдруг Иосиф, - мы жёпу рвали, чтобы добраться до этого чертового колодца, а тут явился какой-то фрик и говорит: "заплатите-ка мне своими желаниями". Нет. Мы просто уйдём. Открывай двери, молокосос! - какой буйный раб! - рыжеволосый юноша прищурил глаза и облизал губы. - Если постараешься, то сможешь дослужиться до рабов, прислуживающих в королевской спальне или купальне. Иосиф сплюнул и отвернулся. Юноша продолжал: - вы не сможете выйти отсюда, пока все пассажиры не заплатят своими желаниями. А между тем температура будет повышаться и повышаться! Это замотивирует вас действовать быстрее. Итак, поезд остановился. Время расплаты... началось!