Глава 49. Охота за сокровищами
15 сентября 2024 г., 10:46
________________________________________
Глава 49
Охота за сокровищами
________________________________________
1 февраля 1972 года (вторник)
СМЕРТОНОСНЫЙ ВЗРЫВ В ХОГСМИДЕ
Энди Смаджли
10 минут ужаса заканчиваются смертью трех человек и многочисленными ранениями
Казалось бы, обычные выходные в Хогсмиде превратились в кошмарный сон, когда роковая трагедия сотрясла деревню. Ученики Хогвартса гуляли по живописной деревне Хогсмид, наслаждаясь горячим сливочным пивом или посещая знаменитый магазин сладостей Сладкое королевство. И вдруг произошла яркая неоново-зелёная вспышка, за которой последовал ужасающий бум. Земля затряслась, окна разлетелись, и все стали прятаться в укрытиях.
— Я не могла поверить своим глазам, — рассказала нашему корреспонденту мадам Розмерта, хозяйка местного паба Три метлы. Она выносила мусор в переулок, когда увидела разворачивающуюся сцену. — Никогда в жизни я не видела такого умопомрачительного события. Мне показалось, что это сцена из учебников истории, вроде тех, в которых рассказывается о том, как Гриндельвальд пытался захватить Европу несколько десятилетий назад.
В настоящее время этот случай расследуется как акт внутреннего терроризма, сообщает Авророрат. Серьезность инцидента и его близость к Хогвартсу вызвали серьезную обеспокоенность по поводу безопасности его учеников, после того как появились сообщения о том, что по меньшей мере три студента находились на месте взрыва и получили травмы различной степени тяжести.
В ответ на это директор Хогвартса Альбус Дамблдор объявил о немедленной приостановке привилегий на посещение Хогсмида и усилении охранных чар на границах школы.
— Ученики будут в полной безопасности в стенах замка, — заявил Дамблдор прессе вчера поздно вечером. — Мы будем сохранять бдительность и полностью уверены в том, что наши правоохранительные органы раскроют чудовищные преступления, направленные против нашего сообщества.
***
Турайс снял плащ и подошел к мужчине. Вежливо кивнув, он сказал: — Простите, мастер Фламель. Я не хотел вас напугать. — Вы меня не испугали. В конце концов, вы были следующим, о ком я говорил, — любезно улыбнулся Фламель. Затем он жестом велел им идти обратно в Хогсмид. Турайс молча повиновался, и тогда старец снова заговорил: — Я чувствую, что вы ищете информацию… информацию, которой не владеет большинство. Турайс удивленно вскинул бровь: — Тогда я полагаю, что у вас есть ответы, которые я ищу. — Возможно, некоторые, — спокойно заметил Фламель, — но не все. — Вы знаете, где находится философский камень? — Да… и нет, — ответил Фламель. Он посмотрел на растерянного Турайса и продолжил: — Что потеряно, то будет найдено. Турайс знал, что Фламель владел Камнем, когда Гарри Поттер учился на первом курсе в оригинальной временной линии. Однако в новом времени он не мог быть уверен, что это произойдет. — Вы опасаетесь иного? — Турайс кивнул в ответ на вопрос Фламеля. — Почему? — Ну, меня больше пугают последствия исчезновения Камня. В настоящее время он потерян, и нет никаких сведений о том, где он может находиться, — осторожно сказал Турайс, избегая прямого ответа на вопрос, поскольку он не мог сказать, что это произошло из-за того, что он знал факты из другой временной линии. — Если он попадет не в те руки, то может быть нанесен огромный ущерб, и наше общество окажется в гораздо более серьезной опасности. В лучшем случае какой-нибудь недальновидный, лишенный воображения человек, преисполненный жадности, ограничится получением золота из металлолома. В худшем случае взрыв Дикого огня в Хогсмиде станет незначительной прелюдией к грядущим трагедиям. — Вы так и не научились быть со мной откровенным с момента нашей последней встречи, — заметил Фламель без малейшего намека на осуждение. Турайс удивился, как Фламель разглядел его ложь. — Но неважно… Похоже, ваши худшие опасения не оправдались после исчезновения Камня несколько месяцев назад. И я могу заверить вас, что они не оправдаются и в будущем. Турайс резко остановился. Указывая пальцем на кровавую бойню позади них, он воинственным тоном произнес: — Неужели то, чему мы стали свидетелями, недостаточно ужасно? Одна только мысль о том, что невинные люди могли погибнуть из-за оружия, хранящегося со злым умыслом. Может, случившееся и далеко от моих худших кошмаров, но это и не утопическая мечта. Фламель просто смотрел на Турайса, не отрываясь, выслушивая шквал слов. — Вы меня не поняли, — мягко сказал Фламель. Его голос был подобен успокаивающему бальзаму, который каким-то образом расслабил взбудораженный разум Турайса. — Позвольте мне пояснить. Я обладаю точными знаниями о логистике, необходимой для производства золота, эликсира или Дикого огня, а также о последующем их хранении и использовании. Поэтому с момента кражи я следил за потоком золота и зелий на рынках, как законных, так и нет, а также за сообщениями о нелегальных тайниках с оружием. — Если бы кто-то похитил Камень в надежде накопить богатство путем превращения металлолома в золото, на рынок хлынуло бы золото подозрительного, неизвестного происхождения, и я бы обнаружил такое отклонение. Еще проще, если бы они продавали Эликсир жизни. Дикий огонь, хотя его и не продадут, хранить довольно затруднительно, а обращаться с ним опасно. Идентифицировать его будет относительно сложнее, но не невозможно. Не забывайте, что за свою жизнь я собрал довольно внушительную сеть связей, так что поверьте мне, когда я говорю, что ничего не останется неучтенным. — Вы так описываете свои способности, но этот инцидент произошел под вашим о-о-очень всемогущим наблюдением, — хмыкнул Турайс. — Всемогущество, — задумчиво повторил Фламель. — Какой интересный выбор слова. Пожалуй, я хотел бы ответить так: Всемогущество — это как ярчайший факел, открывающий все, на что падает его луч. Но чтобы открыть истину в кромешной тьме, нужно знать, куда направить свет. К сожалению, Хогсмид был одним из последних мест, где я проводил свои поиски, поскольку я ошибочно полагал, что близость к Хогвартсу снижает вероятность того, что он может быть использован в качестве места для хранения. Фламель остановился и махнул рукой в сторону руин: — Одна неделя — это время, необходимое для того, чтобы заполнить этот склад смертоносным Диким огнем. И все же, завершив поиски на континенте, я могу утверждать, что это был единственный тайник, в котором когда-либо производился Дикий огонь. Более того, в этом месте активное производство Дикого огня не ведется уже как минимум два месяца. Для Турайса это было новостью. Он полагал, что на складе есть лаборатория, где активно производят взрывчатое вещество. — Допустим — и это большое допущение, — что ваша оценка верна, — сказал Турайс. — Тогда те, кто стоит за этим заговором, по неизвестной причине прекратили производство Дикого огня и не использовали его в дальнейшем или в других целях. С чего бы это…? — И тут в его голове промелькнул ответ. Взглянув на Фламеля, он выдохнул: — Философский камень был украден у них. Фламель кивнул: — Владелец камня изменился. По крайней мере, один раз, а возможно, и больше. — Но это не отвечает на ваш первоначальный вопрос. Почему новый владелец не воспользовался силой Камня? — В конце концов, это легендарная субстанция. Возможно, у него есть и другие способности, о которых не знаю даже я. В наступившей тишине раздавалось легкое трещание веток и шуршание снега под ногами. — Меня очень беспокоит ваше неторопливое решение этого вопроса, — признался Турайс, когда в поле зрения появилась Кабанья голова. С такого расстояния он мог видеть Аберфорта, прогуливающегося между пустыми столами с грязной тряпкой в руках. Затем в ночном небе раздался звон церковного колокола. — Как я уже говорил, что потеряно, то должно быть найдено, — сказал Фламель с тенью улыбки. Он протянул руку, и Турайс инстинктивно пожал её. — Сладкое королевство скоро закроется, и есть еще место, где ваше участие крайне необходимо. Прежде чем Турайс успел задать вопрос, мир внезапно поддернулся золотистой дымкой. Перед его глазами замелькали образы. Некоторые из них были чужими, другие казались знакомыми. Однако все они исчезли прежде, чем он успел осмыслить увиденное. Физическая связь с древним магом прервалась, и Турайс оказался один перед магазином сладостей. — Не беспокойтесь о Камне, — слабым эхом отозвался в голове голос Фламеля, когда легкий ночной ветерок пощекотал ему ухо. — В свое время все будет хорошо. Оглянувшись, Турайс увидел, что на улице нет ни одного человека. Церковный колокол ударил в последний раз, и тишина вновь наполнила воздух. Не успел Турайс задаться вопросом, что же произошло, как внутри магазина послышались тяжелые шаги и звон ключей: мистер Флюм поднимался по лестнице, ведущей на второй этаж. Входная дверь была слегка приоткрыта, и Турайс быстро прокрался в тускло освещенный магазин. Спустившись в подвал, Турайс спрыгнул через люк в потайной туннель. В безопасной темноте Турайс размышлял о странной встрече с Фламелем и его загадочном послании. В облике древнего волшебника тоже было что-то тревожное. В обеих встречах Турайс чувствовал себя беззащитным, словно его личность и мысли были обнажены перед этим человеком. Такого чувства беспомощности и отсутствия контроля он не испытывал ни с кем другим, даже с Дамблдором. Единственным сравнимым опытом был разговор со Временем. Гул далекого колокола ударил в барабанные перепонки Турайса и глубоко врезался в грудь, отвлекая его от размышлений. Но такой звук не мог быть слышен посреди туннеля. Турайс покачал головой и отмахнулся от звука, посчитав его плодом своего воображения. Однако, размышляя о странном ощущении, которое он только что испытал, Турайс вспомнил день, когда Трелони предсказал будущее, и еще более давнюю встречу с Фламелем в Париже. От этой мысли по позвоночнику Турайса пробежала дрожь, и он быстро отогнал ее на задворки сознания. Вместо этого он задумался о другом в прощальных словах Фламеля. — Где требуется мое участие? — вслух поинтересовался Турайс. Очевидно, Фламель знал, что должно произойти. Однако для чего именно понадобилось его присутствие? Турайс не знал. Достигнув конца туннеля, Турайс вышел из-за спины Одноглазой ведьмы и направился в гостиную Слизерина. Однако, едва свернув за угол коридора, он увидел, что дверь общей комнаты открыта. В исчезающем свете туннеля Турайс различил, что выходящий человек — Майкл. Он был одет в сапоги из драконьей кожи, защитный плащ и в руках держал незажженную лампу. Создавалось впечатление, что он специально отправился на поиски приключений после комендантского часа. Турайс следовал за Майклом, пока тот выбирался из замка на лесную поляну. Парень на цыпочках прошел мимо хижины Хагрида и тыквенных грядок и остановился у самой кромки леса. В тусклом желтом свете, исходившем из окна маленькой деревянной хижины, Турайс разглядел испуганное выражение лица парня, сделавшего шаткий, неуверенный шаг вперед, прежде чем звук щелкающих веток рядом заставил его отпрыгнуть на несколько шагов назад. — Давай, Кармайкл, — пробормотал он себе под нос. — Ты можешь это сделать. Он несколько раз тяжело вздохнул и пошел вперед, но громкое рычание снова остановило его. — Крампи! — раздался голос Хагрида, когда дверь хижины с грохотом распахнулась. Турайс увидел, как высокая темная тень метнулась к капитану Слизерина, который, казалось, застыл на месте от шока и страха. — Майкл, — прошипел Турайс, хватая Майкла за руку сзади. Парень резко дернулся, бешено вращая глазами. — Иди сюда. Майкл смог только кивнуть и, следуя за Турайсом, скрылся в тени леса. Едва они нашли укрытие за ближайшим деревом, как рядом с ними раздался еще один негромкий лай. Турайс рискнул взглянуть и увидел, что возле его ноги стоит симпатичный шишуга с белой шкуркой, покрытой коричневыми пятнами. Он смотрел на двух мальчиков, виляя вилообразным хвостом и возбужденно пыхтя. Тут раздался громкий свист, и шишуга повернул голову в сторону звука. — Крампи! Что я сказал насчет ночных походов в лес! Крампи тявкнул на лесника и снова уставился на Турайса. — Иди к Хагриду, Крампи, — умоляюще прошептал Турайс, но Крампи только наклонил голову и снова взволнованно тявкнул. — Крампи, тебя ждет вкусное угощение, если ты пойдешь со мной, — позвал Хагрид, и Турайс услышал его шаги, которые стали еще ближе. Крампи посмотрел на него и в последний раз тявкнул, после чего помчался к своему хозяину. — Я знал, что это поможет тебе выбраться оттуда, — сказал Хагрид с легким вздохом. Затем его шаги стихли, и он вернулся в хижину. — Ну… это было близко, — облегченно вздохнул Турайс, когда дверь захлопнулась. Оглянувшись, он увидел Майкла, сидящего на земле с дрожащими от страха руками. — Э… ты в порядке, Майкл? — Нет… Нет, не в порядке, — прохрипел он между вздохами. — Н-но я буду… скоро. Просто… позволь мне… дай мне минутку. Турайс присел рядом с парнем и подождал, пока его дыхание окончательно придет в норму. — Так… что ты здесь делаешь, Майкл? — прошептал Турайс. — И не говори мне, что ты совершаешь чудесную вечернюю прогулку. — Я… я… э-э… пытаюсь… э-э… найти… э-э… существо. — В Запретном лесу? И ночью? — Похоже на то, да? — спросил Майкл, нервно усмехаясь. — Что ты ищешь? — Э-э… ну… это вроде паука? — Паука, — тупо повторил Турайс. — Да? Но это паук с ядом… Вместо этого в голове Турайса промелькнул ответ. — И размером с чертова гиганта. Конечно, любой может просто подойти к пожирающему людей акромантулу, вырвать у него клешни, собрать яд и выйти из логова живым, — злобно прошипел Турайс. — Ты ищешь смерти, Майкл? — Я не… — тихо отозвался Майкл. — Я просто пытался найти его логово… — Ты что, спятил? Я только что спас тебя, чтобы ты не сгорел, и вот как ты мне отплатил?! Бежишь прямо в колонию акромантулов?! Даже Лавгуды назвали бы это безумием! — Ты думаешь, я хочу этого?! — прорычал Майкл, уткнувшись головой в колени. — Мне чертовски страшно, но я не знаю, что еще я могу сделать, чтобы получить золото. — Почему золото нужно так отчаянно? — хмуро спросил Турайс. И тут в его голове снова вспыхнули воспоминания о словах Джонти. Турайс дернулся от осознания того, что Майкл испустил крошечный всхлип, прежде чем сказать: — Потому что у моей семьи огромный долг, и я разорвал брак со Свайрами, который помог бы нам справиться с финансовыми трудностями и спасти нашу семью от гибели! На прошлой неделе я разговаривал с Хагридом, и он проболтался, что празднует день рождения тридцатилетнего Акромантула… а, как ты знаешь, яда в этой твари более чем достаточно, чтобы погасить наш долг. — Так не делается, — прорычал Турайс. — Ты умрешь раньше, чем приблизишься к Арагогу! — Арагог? — спросил Майкл. — Это имя лидера колонии акромантулов, которую ты пытаешься найти. Держу пари, ты об этом не слышал, не так ли? — язвительно сказал Турайс. — Думаю, нет, — сказал Майкл. — Я ушел, когда он попытался предложить мне кусок каменного пирога. Турайс подавил смех, но быстро закашлялся. — Что ты будешь делать с ядом, даже если тебе удастся его добыть? Как ты его продашь? Ни у одного аптекаря нет столько золота, чтобы купить его у тебя. — Не через аптекарей, — фыркнул Майкл. — У гоблинов из Гринготтса есть список чрезвычайно редких ингредиентов для Зелий, которые они заинтересованы приобрести в качестве коллекционных предметов, как для своей коллекции, так и для заинтересованных клиентов. И за каждый предмет они предлагают высокую цену. Яд акромантула был одним из них в этом списке. Турайс закрыл глаза и сделал большой успокаивающий вдох. Этот вариант уже давно был у него в голове, но он не хотел им пользоваться, боясь вызвать подозрение Дамблдора, гнев Волдеморта и недоверие всех в школе… но он спасал Майкла не для того, чтобы тот погиб, пытаясь вернуть долг своей семьи. — В списке есть шкура василиска? — Да… — медленно произнес Майкл, в его словах проскользнул намек на страх. — Почему ты спросил? Турайс вздохнул. — Сколько может стоить неповрежденная шкура василиска длиной в пятьдесят футов?***
На следующий день Турайс проснулся перед самым рассветом. Он тихо оделся, достал свою верную метлу и направился на встречу с Майклом на опушке Запретного леса. Однако его прервали, когда он увидел Нарциссу, дремавшую на диване у входа. Почувствовав появление Турайса, Нарцисса открыла глаза. — Кузен Турайс, — сказала Нарцисса, подходя к нему. — Кузина Нарцисса, — ответил Турайс с ноткой удивления. Возникла неловкая пауза, поскольку никто из них не мог понять, почему они проснулись в столь ранний час. — Мы давно не общались. Нарцисса кивнула: — Я здесь, чтобы выразить свою благодарность. — За что? — Благодаря твоим усилиям ты помог очистить отца Люциуса от преступлений, — мягко сказала Нарцисса. — Теперь я верю, что между семьями наконец-то наступит примирение. В ее голосе звучала искренняя надежда. — Нарцисса, — спокойно сказал Турайс. — Я не делал этого ни по какой другой причине, кроме как для того, чтобы раскрыть правду. Лорд Малфой не должен быть наказан за преступление, которого он не совершал, как и все остальные. — Конечно, конечно, — с готовностью согласилась Нарцисса. — Но теперь, когда его скоро выпустят из министерских застенков, возможно, Блэки и Малфои смогут наладить отношения. — Нарцисса шагнула вперед и взяла руку Турайса в свою: — Турайс, я знаю, что ты прислушиваешься к мнению своего деда. Не мог бы ты замолвить словечко, чтобы лорда Малфоя восстановили в прежней должности? Турайс оказался в затруднительном положении. С одной стороны, он ни за что не хотел бы возвращать лорда Малфоя на прежний уровень влияния и власти. С другой стороны, он хотел сохранить то редкое дружелюбие, которое Нарцисса проявила по отношению к нему сегодня, так как это стало бы важной основой для восстановления их отношений, испорченных под токсичным влиянием Малфоя. Но все это не считая того, что между ним и Арктурусом произошел серьезный разлад, который так и остался неразрешенным. — Я постараюсь, — наконец сказал Турайс. Нарцисса кивнула, слегка разочарованно нахмурившись. — Что ж… Я буду ждать твоих хороших новостей. Она ушла, оставив Турайса в раздумьях, как ему поступить в сложившейся ситуации.***
Турайс встретился со взволнованным Майклом, когда они пробирались вглубь Запретного леса под покровом густого, холодного утреннего тумана. В условиях плохой видимости Турайс шел впереди, держа палочку над головой с зажженым Люмосом. Его сапоги изредка шлепали по грязным лужам, пока лесная земля не сменилась покрытыми плесенью камнями. Воздух тоже неуловимо менялся, становясь все более холодным и влажным по мере усиления магии. Поскользнувшись на камне, Турайс ухватился за ветку ближайшего дерева, отчего листья зашумели. — О, Мерлин, — пробормотал позади него Майкл, явно напуганный громким звуком. — Что мы здесь делаем? Это ненормально. Турайс положил свой Нимбус на большой валун перед собой, сделал глубокий вдох, проверяя, хорошо ли он держится за скользкие края камня: — Ты уже полчаса ворчишь себе под нос. — Мы сейчас нарушаем сотню школьных правил, — Майкл говорил тихим и низким голосом, пока Турайс взбирался на валун. Турайс обернулся и увидел, как Майкл нервно оглядывает окружающие его деревья. Раздался отдаленный вой, и он резко отпрянул. Турайс протянул руку и взял у Майкла метлу, после чего капитан тоже взобрался наверх. Смахнув мох со штанов и мантии, Турайс сухо заметил: — Я хотел бы воспользоваться случаем и отметить, что ты ни о чем таком не беспокоился, когда вчера вечером решил самостоятельно поохотиться на колонию акромантулов. — Это была не самая лучшая моя идея, — нехотя признал Майкл. Он поднял метлу Турайса и передал ее владельцу. — Но разве охота на василиска менее опасна?! — Нет, — сказал Турайс, когда они продолжили свой путь по каменистой местности. — Но, к счастью для нас, нам не нужно искать живого василиска. Нам просто нужно найти его сброшенную шкуру. — Если я что-то не так понимаю, но для того чтобы получить шкуру василиска, нужен живой василиск. Василиски линяют в своих логовах, и не существует такого понятия, как заброшенное логово василиска. — Если ты предпочитаешь отправиться в колонию акромантулов, то она находится где-то на востоке, — беззаботно сказал Турайс, а Майкл прижался ближе, когда позади них что-то метнулось через тропинку. Возможно, это был олень или фестрал, но Майклу показалось, что он увидел Дементора. Бедный парень все это время был так на взводе, что его, наверное, напугала бы собственная тень. — Или можно не обращать внимания на направление и просто следовать за пауками. Уверен, они не против полакомиться человеческой плотью на завтрак. — А есть ли у меня третий вариант, кроме гигантской змеи-убийцы и гигантского паука-убийцы? — тихо спросил Майкл. — Что находится на западе? — Церберы, если я не ошибаюсь. Они не очень-то жалуют нас, людей. Но если ты готов к грубой борьбе… Майкл сглотнул, пробормотав что-то про «точь-в-точь как на Турнире трех волшебников с опасными монстрами вокруг». — Расслабься, Майкл, — успокаивающе сказал Турайс. — По крайней мере, у тебя есть лучшее возможное оружие против потенциального нападения василиска. — Что это? — Майкл нахмурился, настороженно оглядываясь по сторонам. Казалось, что туман надвигается на них, становясь все гуще и гуще. С помощью заклинания Люмос они могли видеть лишь на расстоянии вытянутой руки, так как свет не проникал дальше. Турайс закатил глаза, указывая на себя: — Я, Майкл. Я змееуст, помнишь? Может быть, я смогу выкрутиться из сложной ситуации. — Как я мог забыть об этом? Давай просто поговорим с кровожадным змеиным королем, если он нам попадется, — саркастично проворчал Майкл, выглядя совершенно неубедительно. — Может, хватит болтать? — Турайс сделал паузу и обернулся. — Мы всегда можем повернуть назад и сделать вид, что ничего этого не было. — Ты можешь говорить тише? — шипел Майкл. — И я не говорил, что мы должны повернуть назад… Парень вскрикнул, когда папоротник неожиданно прошелся по его лицу. Осознав свою ошибку, он покраснел до неузнаваемости. — Ты этого не слышал. — Неважно, что я слышал. Лучше надейся, что василиск этого не слышал, — сказал Турайс и продолжил путь, оставив ошеломленного Майкла с тревогой грызть внутреннюю сторону щеки. — Как ты вообще нашел василиска? — спросил Майкл. — Ты не единственный, кто время от времени делает небольшие вылазки в Запретный лес, — пояснил Турайс. — Кроме того, я никогда не видел и не слышал василиска. Мне доводилось находить только его шкуру. — Я и не знал, что в Запретном лесу живет этот чертов василиск. О чем вообще думает Дамблдор, если не избавился от него?! — Он действительно сказал, что Запретный лес запрещен… но я также не уверен, что там есть живой василиск. — Этого недостаточно. К тому же, чтобы мы держались от него подальше, нужно очень постараться, учитывая, что у этой твари есть свобода воли, и она может ползать вокруг, — ворчал Майкл. — Ты же не думаешь, что это как-то связано с легендами? — Ты имеешь в виду Тайную комнату? — Нет, я имел в виду Потерянную диадему, — язвительно ответил Майкл, его реакция, скорее всего, была вызвана сильным стрессом. — Конечно, я имел в виду Тайную комнату! — Ну, Салазар Слизерин якобы запечатал монстра в тайной комнате, и только его Наследник мог контролировать и высвобождать его. — Наступила пауза, заставившая Турайса обернуться. Там он увидел Майкла, который смотрел на него с ожиданием. Защищаясь, Турайс резко спросил. — Что? — Я имею в виду… ты сам сказал… ты знаешь парселтанг… и это вроде как-то, чем славился Слизерин, — подстраховался Майкл. — Кроме того, эта черта передается по наследству… так что… — Ты знаешь мою родословную так же хорошо, как и все чистокровные в Британии, — сказал Турайс. — К сожалению, в моих жилах не течет ни капли крови Слизерина. Иначе мои предки непременно сообщили бы об этом всему миру. — Полагаю, да… но что, если монстр на самом деле василиск, ты мог бы контролировать эту тварь… почти как домашнее животное, — предположил Майкл. — Мне не очень хочется проверять теорию о том, достаточно ли быть змееустом, чтобы контролировать василиска. Более того, мне абсолютно, однозначно и совершенно неинтересно заводить монстра в качестве домашнего животного, — лицо Турайса скривилось от отвращения при этой мысли. — Зачем заводить огромную ядовитую змею, способную убить человека одним взглядом, если можно, например, пообниматься с очаровательной шишугой? — Полагаю, это справедливо, — согласился Майкл. Пройдя еще несколько шагов, Турайс почувствовал, что магия в воздухе возросла до критического уровня. Он понял, что они прибыли к месту назначения, и резко остановился, заставив Майкла врезаться в него: — Почему мы остановились, Турайс? Турайс? Не обращая внимания на тихий шепот Майкла, он поднял обе руки перед собой и рванул вперед. — Вентус! Сильный порыв ветра пронесся мимо мальчиков сзади и разогнал молочный туман в стороны. Теперь несколько слабых лучей утреннего солнца смогли пробиться сквозь частично рассеявшуюся влагу и осветить вход в большую пещеру. В ее обсидиановой глубине шум ветра усиливался и таинственно свистел. Турайс узнал в ней отверстие, через которое вылетел Фоукс после того, как спас Рона, Джинни, Локхарта и его из Тайной комнаты. — Это пещера василиска? — пискнул Майкл. — Да, — ответил Турайс, перекидывая ногу через свою метлу. — Садись на метлу. Нам нужно будет лететь вниз. — А нам обязательно? — Майкл издал нехарактерное для него хныканье. — Давай, Майкл, — сказал Турайс, взлетая и направляясь в темноту. — Люмос максима. Из кончика палочки Турайса вырвался яркий шар света, осветивший все сталагмиты и сталактиты в пещерном туннеле и устремившийся в подземные системы. Оглянувшись назад, Турайс увидел, что Майкл летит за ним с выражением мрачной смеси ужаса и покорности. Полет закончился через минуту, когда они приземлились на меловой пол пещеры. Оглядевшись по сторонам, они увидели, что между каменными расщелинами тускло виднеются древние камни, составлявшие фундамент замка. Перед ними находились два туннельных проема, широкие даже для взрослого василиска. Один, скорее всего, вел в заблокированную и неиспользуемую часть замка рядом с подземельями Слизерина, а другой, конечно же, к сводчатому входу в Тайную комнату. В тускло освещенном пространстве, помимо их затаенного дыхания, раздавался лишь звук капающей на камни воды. Турайс не помнил этой части пещерной системы, но предполагал, что это место обрушилось в более крупное отверстие после того, как сработали чары памяти Локхарта. — Нам нужно пройти по одному из этих туннелей, — сказал Турайс, осматривая каждый проем по очереди, но визуальный осмотр не дал много информации. — Это не должно быть слишком далеко отсюда. — Ты блуждаешь довольно далеко от того места, где можно было бы, — нервно заметил Майкл. — Ну, вот мы и пришли, — сказал Турайс, выходя вперед и ступая в темноту, вооруженный лишь крошечным свечением на кончике своей палочки. Через некоторое время они оказались в более просторной пещере, которую Турайс назвал прихожей. Один конец привел бы их к канализации, которая вела в туалет Плаксы Миртл, а другой — в Тайную комнату. Однако ни тот, ни другой конец не были видны с их нынешнего места. И тут их взгляд упал на сокровище. Неподалеку лежала длинная извивающаяся змеиная кожа приглушенного зеленого и серого цветов, протянувшаяся более чем на пятьдесят футов в длину. Турайс знал, что поблизости должны лежать и другие шкуры, но только эту он смог осветить своей палочкой в темной пещере. — Шкура василиска! — изумленно прошептал Майкл. — Давай не будем блуждать далеко. Не хочу рисковать встретить здесь василиска, — сказал Турайс, когда Майкл внезапно вспомнил о реальной угрозе разделить это пространство с живым василиском. Турайс, разумеется, знал, что василиск зимует в глубине, надежно изолированный двумя дверями, которые можно было открыть только с помощью парселтанга. Однако не стоило давать Майклу повод вернуться сюда после этого случая. — Конечно, конечно, — быстро проговорил Майкл. — Но как мы это сделаем? — Мы возьмем её и пронесем через туннель. Потом сядем на метлы, вместе наложим чары левитации и медленно перенесем кожу на поверхность, — сказал Турайс. Маневр был довольно сложным даже с учетом магических способностей Турайса. Однако, по мнению Турайса, поднять из логова василиска шкуру длиной в пятьдесят футов — задача не из простых. К тому времени, когда им удалось выбраться на поверхность с сокровищами, они оба были мокрыми от пота и ужасно измотаны. Туман тоже исчез, и на смену ему пришел открытый воздух под теплым полуденным солнцем. — Я не в себе? — спросил Майкл, когда наконец перевел дыхание. Его дрожащие от шока и усталости пальцы скользили по пыльной поверхности сверкающей змеиной кожи. На ярком свету даже десятилетний слой пыли не мог потускнеть от яркой зелени. Чешуя под легким ветерком менялась, на ней плясали красные, желтые и пурпурные цвета. Словно василиск оживленно скользил по лесной подстилке. — Реально ли это или я нахожусь в причудливом сне? — Я бы пожалел, если бы это оказалось сном, — усмехнулся Турайс. — Столько трудов впустую. Закончив работу, они развалились под деревом с видом на Черное озеро. Полностью лишившись сил, они отдыхали, глядя, как мутные, темные воды колышутся под легким ветром. — Это твой золотой билет на свободу, — тихо сказал Турайс, закрыв глаза. — Больше никакой женитьбы на Лавинии Свайр, никаких долгов, и, возможно, несколько кнатов, которые ты сможешь сохранить в своем хранилище. — Да…- ответил Майкл, ковыряясь в травинках у своих ног. — Я… я… не знаю, что сказать… — Неплохо было бы поблагодарить, я полагаю, — слабо поддразнил Турайс. — Спасибо, Турайс, — торжественно произнес Майкл. — Но я обязан тебе гораздо большим. Без тебя этого… этого никогда бы не случилось. — Возможно, это и так. Но ты мне ничего не должен, — сказал Турайс. — Просто убедись, что ты правильно обращаешься с Кайденом. Иначе… — Он сделал угрожающий жест, и Майкл засмеялся. — Обещаю. — Хорошо, — кивнул Турайс. — У Кайдена доброе сердце и душа… но он немного… деликатен, когда дело касается друзей и семьи. Он всегда относился к тебе и как к лучшему другу, и как к самой близкой семье, поэтому я хочу, чтобы ты четко уяснил одну вещь. Ты должен заботиться не только о его безопасности и счастье, но и о своей собственной безопасности и благополучии. Пожалуйста, никогда не подвергай свою жизнь такому ненужному риску, как вчера. — Обещаю, — кивнул Майкл. — Больше никакой охоты на акромантула. — Больше никакой охоты на акромантула. У вас двоих впереди светлое будущее, Майкл, пожалуйста, дорожи им, — сказал Турайс, открывая глаза и вставая. — Это все, что я могу предложить на сегодня. А теперь приведи Слагхорна. Я буду стоять здесь на страже, чтобы никто случайно не наткнулся на это и не присвоил себе. — Ты уверен, что не хочешь получить свою долю? — спросил Майкл. — Абсолютно, — решительно подтвердил Турайс. — На самом деле мне нужно, чтобы ты вообще не упоминал о моем участии в твоем «открытии». Мне не нужно привлекать к себе лишнее внимание. Придерживайся этой истории, и, если повезет, ты получишь нужное тебе золото, а я бесследно исчезну на заднем плане. — Почувствовав нерешительность Майкла, Турайс добавил: — Поверь мне, Майкл. Ты оказываешь мне услугу. Майкл неловко кивнул и трусцой побежал вдоль кромки Черного озера в сторону далекого замка.***
На следующее утро все собрались в Большом зале, когда новость о находке Майкла облетела весь замок. — Согласно моим источникам, Уилкинс совершал ежедневную пробежку, когда решил немного свернуть с тропинки. Так он и наткнулся на аномалию! Он тут же побежал обратно в замок и сообщил об этом Слагхорну, который созвал трех старост факультетов и директора и отправился обратно. Вуаля, вот оно! — взволнованно сказал Джонти, обращаясь к очарованной аудитории. — Неповрежденная шкура василиска длиной более пятидесяти футов! — Ого… — ахнули те, кто понимал значение всей ситуации, а остальные оглядывались по сторонам в поисках ответа, явно сбитые с толку. — Что такого особенного в василиске? — спросил первокурсник Хаффлпаффа. — Что такого особенного? — недоверчиво повторил старшекурсник Рейвенкло. — Это одно из самых редких и опасных магических существ в мире! Если ты встретишься с ним взглядом, то умрешь мгновенно. Кроме того, его укус невероятно ядовит, и от него нет противоядия… кроме слез Феникса и, возможно, Эликсира Жизни. — Подождите, это значит, что в Запретном лесу живет василиск? — взволнованно спросил Джеймс, в то время как Сириус нехарактерно молчал. — Возможно… — Волшебно! — вздохнул Джеймс. — Нет, это не так, — выругался другой ученик. — Не зря же Министерство запретило разводить василисков. Они опасны и их могут контролировать только змееусты. — Ну, Турайс умеет говорить, — все повернулись, чтобы посмотреть на Турайса. — Я и близко не подходил к этой твари, — твердо сказал Турайс. — Что происходит с шкурой василиска? — спросил Сайкс, отвлекая часть внимания от Турайса. — Один кусочек может стоить сотни галеонов, не говоря уже о неповрежденной шкуре взрослого василиска! — Это безумие, — сказал другой студент. — Уилкинс в буквальном смысле нарвался на золото. — Это гораздо лучше, чем просто золото. — Может, тебе стоило выполнить свое новогоднее обещание — ежедневно бегать по территории школы? — Думаешь, это как-то связано с Тайной комнатой? — Я так не думаю… Последние потомки Слизерина вымерли несколько десятилетий назад. — Думаешь, для этого ему пришлось сражаться с василиском? — Не может быть! — В Британии нет василисков, так как они были объявлены вне закона много веков назад! — Ну, если так, то он выжил и заслужил все золото, которое получит! Дискуссия продолжалась, но Турайс не обращал на нее внимания. Он уже ничего не знал и был рад, что внимание приковано не к нему. — Значит… ты не имеешь никакого отношения к этому открытию, Турайс? — тихо пробормотал Сириус. Его взгляд был прикован к домашнему заданию, но перо оставалось неподвижным в руке. — Я бы хотел… — солгал Турайс. — Представь, сколько золота у меня было бы… — Да… представь себе… — прошептал Сириус со странным выражением лица. Затем совы начали прилетать с посылками. На колени Турайса упала газета, и он открыл ее на первой странице. Беглый взгляд на нее уже заставил Турайса ужаснуться от шока, гнева и отчаяния. — Нет… — Что там? — сразу же спросил Джонти, выхватывая газету. Отсканировав первую полосу, он сказал: — О, это тот же заголовок, что и вчера. — Что там? — спросил Джеймс, подпрыгивая, чтобы попытаться разглядеть газету. — Тиберий Маклагген — главный подозреваемый в убийствах, совершенных в Министерстве, — ответил Джонти, пока ошеломленный Турайс сидел молча, пытаясь осмыслить прочитанное. — Турайс… — неуверенно произнес Алекс, внимательно наблюдая за Турайсом. — Мы все знали об этом из вчерашних газет. Есть что-то…? — Вчера ему привели в исполнение «Поцелуй»… — прошипел Турайс. С этим событием след был утерян, и все было напрасно. Чем больше времени он проводил за этой мыслью, тем сильнее печаль и страх превращались в досаду и злость. — Да, видимо, вид его так напугал лорда Малфоя, что он попал в больницу Святого Мунго, — усмехнулся Джеймс. — Но Маклагген заслужил это. Всё и все улики указывали на него. Даже он сам признался в своих преступлениях. Так в чем же дело? — Кто разрешил Поцелуй? Главный аврор? — Турайс мотнул головой в сторону Джонти. Мальчик, пораженный количеством ярости в его голосе, нервно пролистал газету и прочитал: — Э… э… тут написано… да — главный аврор Шафик… Турайс встал и осмотрел Большой зал. Заметив Кэтрин, которая болтала со своими друзьями, он подошел к столу Рейвенкло и потрепал ее по плечу. Удивленная, она обернулась и произнесла: — О, привет, Турайс… — Нам нужно поговорить, — сказал Турайс. — Наедине. Сейчас же. — О… ладно, — нахмурилась она. Выйдя вслед за Турайсом в соседний коридор, она спросила: — Э-э… что случилось, Турайс? Мне жаль, что мы не смогли сыграть друг с другом на прошлой неделе… — К сожалению, я здесь не для разговоров о квиддиче, — прервал ее Турайс. — Твой отец привел в исполнение «Поцелуй Дементора» над Тиберием Маклаггеном еще до окончания расследования. Кэтрин выглядела искренне ошеломленной таким поведением Турайса: — О… Что? А… да, я видела вчера… — Ты не знаешь, почему он отдал этот приказ? — Турайс… Я понятия не имею… — Потенциально он знает личности других террористов, стоящих за заговором Министерства, а также местонахождение Философского камня, — продолжил Турайс с кипящим гневом в голосе. — Твой отец только что уничтожил нашу единственную зацепку, ведущую к разгадке большой тайны! — Турайс… Я, честно говоря, не понимаю, что происходит, — с тревогой ответила Кэтрин. — У моего… моего отца должны быть свои причины… Турайс закрыл глаза и глубоко вздохнул, изо всех сил стараясь, чтобы его гнев остыл. Он знал, что Кэтрин нельзя винить в проступках ее отца, но не мог смотреть в глаза человеку, носящему ту же фамилию, что и тот, кого он в данный момент безмерно ненавидел. — Турайс! — Неподалеку раздался крик, и Турайс снова открыл глаза. Избегая смотреть в лицо Кэтрин, он повернул голову и увидел бегущего к нему Сириуса. Он остановился перед ним: — Ты… ты… должен пойти… со… со мной в Больничное крыло… это Андромеда и Нарцисса… Кивнув, Турайс развернулся. Однако он остановился и бросил последний взгляд в сторону Кэтрин. — Я могу только молиться, чтобы ты оказалась права и это была трагическая ошибка, — холодно сказал Турайс. — Если окажется иначе, я с содроганием представляю возможные причины. — Что ты имеешь в виду, Турайс? — воскликнула Кэтрин, когда Турайс ушел, проигнорировав ее вопрос.
