Rebelde

― Пора бы сменить внешность, кошечка... ― демон ухмыльнулся, а глаза полыхнули огнём.   Лилит с подозрением переводила взгляд то на друга, то на свиток, что с недавних пор находился в её руках. Чуть выгнув бровь, та посмотрела на Мамона, ожидая объяснений. Сам документ гласил, что с сегодняшнего дня демоница заступает в школу учителем, причём собеседник даже выбрал ей должность, обосновывая это прекрасными знаниями дисциплин и описанием её способностей, закрепив все слова своей подписью, ведь имел нужные полномочия, раз являлся правой рукой Сатаны. ― Я смотрю, что ты уже изучила документ. Если тебе нужно остаться незамеченной, то самым оптимальным вариантом будет пойти в школу Равновесия. Никто из приближённых Владыки не сможет обнаружить тебя там, потому что не будут даже искать. Только стоит соблюсти несколько условий, Ли. Поменяй внешность, в особенности крылья. Они делают тебя слишком узнаваемой. И скрой энергию, либо постарайся её заменить. Я знаю, что тебе доступен такой внутренний метаморфоз.  Он ухмыльнулся и оценивающе прошёлся взглядом по оперению, снова замечая значительные изменения. Взор зацепился за небольшие чёрные сгустки, но он отвёл его, понимая, что если женщина захочет рассказать, то сама выберет подходящее для этого время. Так было всегда, и это его устраивало, ведь почти никто из демонов не находился к ней так близко, как он. Они оба ценили то доверие, что возникло ещё в далёком прошлом. ― И ты решил выбрать мне именно эти дисциплины? ― на губах появилась лёгкая улыбка. Лилит в который раз ловила себя на мысли, что давний друг знает её досконально. ― Да, я подумал, что ты слишком любишь небо, чтобы отнять у тебя возможность преподавать крылоборство. Такой учитель многому научит, поверь мне. А вот на счёт магических существ... Их давно не проходили по школьной программе, так как не было подходящего кандидата. Ты слишком хорошо ладишь со всеми живыми тварями и знаешь о них намного больше, чем пишут в этих учебниках, поэтому надеюсь, что этот предмет не зря будет восстановлен в учебном учреждении. ― Мамон мягко приподнял уголки губ, понимая, что только что расхвалил её способности. Лилит удивлённо посмотрела на него, явно замечая, что, скорее всего, частые пребывания на Земле сделали его более человечным. Раньше старый друг был несколько строг к комплиментам, всегда стараясь сдерживать такие душевные порывы, ведь считал это слабостью. Именно в такие уязвимые места прилетал удар от того, которому доверял безоговорочно. Либо же демон просто скучал, но женщина отмела эту идею быстрее, чем она пришла ей в голову. ― В самой школе пока не знают о твоём прибытии. Небольшой сюрприз. ― он усмехнулся, уже предвкушая, какие удивлённые лица потом увидит в воспоминаниях Лилит. ―  Тебе должны выделить комнату и кабинет, я уверен, что пустующие точно есть. На счёт учителей. В основном составе Геральд, Фенцио и Мисселина. Ты забрала у демона одну дисциплину, но у того и так их предостаточно, так что считай, что сделала ему одолжение. Правда, не знаю, думает ли он так же. ― при упоминании первых двух имён Лилит нахмурилась. Что-то смутно проскользнуло перед глазами, будто было забыто, но сейчас стало медленно возвращаться. Она обязательно вспомнит об этом чуть позже. ― Тебе могут возразить, что школа ― это нейтральная территория, в дела которой не должны вмешиваться ни Ад, ни Рай. Забудем, что Небеса туда вторгаются, как к себе домой. ― желчно отозвался демон, припоминая все заслуги ангелов. ― Но тогда, чтобы добиться равновесия, стоит добавить к основному преподавательскому составу ещё одного демона. Это должно их заткнуть. ― собеседница задумчиво кивнула, подтверждая его слова.    ― Я возьму некоторые вещи Мими, которые лежат в самой глубине. Я уверена, что она о них даже не помнит. Надеюсь, крошка не догадается, откуда у её преподавательницы такие роскошные образы. ― Ли, она даже не вспоминает, что тащит с Земли, так что все шкафы в твоём распоряжении. Спустя некоторое время кучка одежды была сложена в изумрудный чемодан, который женщина с трудом застегнула. Не могла же она ходить по школе в одном платье, мозоля всем глаза. Это нужно было делать красиво. Вернувшись в комнату, демоница положила свиток к остальным вещам, кинув багаж на близстоящий пуфик и развернулась к массивному зеркалу с золотой каёмкой. Проведя пальчиками по талии, ключицам, очерчивая ими лицо, она задумалась, сводя брови к переносице. Через мгновение отражение изменилось, заставляя Лилит слегка ухмыльнуться. ― Ну как? ―  она вопросительно посмотрела на Мамона, поворачиваясь к нему и ожидая реакции. Мужчина слегка приподнял брови. Сейчас на него смотрела женщина почти невообразимой красоты. Чёрные волосы обрамляли ровные плечи, опуская кончики на стройные руки с витиеватыми татуировками, не доходящими до предплечья. Чёткие скулы прояснились на её лице, подчёркивая его строгость. Словно если бы до них дотронулись, то в тот же момент порезались. Тёмно-алая помада сочеталась с цветом глаз, которые идеально подчеркнули кошачьи стрелки. Не слишком большую грудь поддерживал оставшийся без изменения бордовый топ-карсет, идеально подчёркивающий формы. Плавное очертание талии прикрывала юбка на выской посадке. Крылья не остались без внимания. На место массивных и величественных пришли более скромные, что не волочились по полу, но до пят уверенно доставали. Оперение приобрело более чёрно-пепельный оттенок, в котором выделялись красно-рыжие перья. Но даже в таком виде они не потеряли своей силы, ведь скрывалось за ними нечто большее. Даже сейчас они внушали некий страх, одним своим видом подчиняя жертву. Её внешность преобразилась, но это были не слишком колоссальные изменения. Он не хотела менять себя полностью. Только глаза выделялись по-особенному, желая показать окружающим истинную сущность их обладательницы. Можно скрыть всё, но не зеркало души. Скорее всего, в школе про умершую жену Сатаны даже не вспоминали, поэтому женщине это не должно доставить больших проблем.   Лилит постаралась и над энергией. Сладкий мёд распространился по помещению, смешиваясь с запахом имбиря. Сейчас она была довольна, сейчас бразды правления взял более мягкий аромат. Но в момент гнева никто бы не захотел находится рядом с демоницей, задыхаясь от терпкого запаха имбиря, что сжигал бы лёгкие, не жалея их хозяина. Старый друг с интересом наблюдал за преобразованиями недавно вернувшейся из Небытия женщины. Он ловил каждую деталь, что была усовершенствована, каждое её движение. Она изменилась, оставляя частичку себя в новом образе. Сейчас демон вдыхал её новую энергию, наслаждаясь запахом, что щекотал нос и приятно обволакивал тело. ―  Бастет... ― на него устремились хитрые глаза. ― Нужно же менять не только внешность. ― женщина демонстративно ухмыльнулась, зная, что для него означало это имя. Мамон прикрыл глаза, стараясь справится с надвигающейся волной старых чувств, что взбудоражили её слова. ― Хорошо... Бастет. Вызывай водоворот. Если ты останешься, я не сдержусь. ―  крылья напряглись, выдавая внутренние метания мужчины. Лилит сверкнула глазами, ухмыляясь. Ей всегда нравилось наблюдать за реакциями собеседников, она изучала их, сравнивая с последующими. Каждое изменение мимики, положение крыльев несло за собой информацию, что по истине была бесценна.  ― Мамон... Не скучай. ― она махнула ему рукой и развернулась, испытывая желание остаться, но понимала, что это невозможно даже сейчас, особенно сейчас. Женщина, чуть закусив нижнюю губу, подумала о том месте, куда следовало попасть. Взяв вещи, она мельком глянула на демона, запоминая его образ. Абсолютно хотелось не уходить, но увидеть сына Лилит желала сильнее. Водоворот открыл свои объятия, впуская в себя новую гостью. Она сложила крылья, повинуясь тёплому порыву воздуха, и прикрыла глаза. Свободной рукой демоница дотянулась до мягких, пушистых стен, пропуская их через пальцы, чувствуя их свободу и непокорность. Давно забытые ощущения всколыхнулись в душе, рождая умиротворение и покой. Облака развеивались, открывая ей вид на школу Равновесия, точнее на серую стену, что скрывала её содержимое с этой стороны. Она словно находилась в пещере. Видимо, её выбросило к самому входу в школу. Теперь уже Бастет опустила взор на сами ворота. Колёсики застучали по брусчатке, иногда застревая в ямках, заставляя хозяйку неприятно морщится.  Женщина подошла ближе, рассматривая рисунок на массивных каменных дверях, что запечатывали выход из школы. Аккуратно прикоснувшись к витиеватым рунам, она почувствовала жжение, которое предупреждающе обожгло пальцы. Лилит понимала: будь она настойчивее, боль усилится, заставляя непрошенного гостя отпрянуть от охраняемой территории. Но ей нужно было обратить на себя внимание, что, собственно, уже совершилось. «Оповестила», ― ухмыльнувшись, подумала демоница. Она успела достать свиток до того, как дверь слишком резко открыли. Перед ней стояли трое. И двух из них она точно узнала. Кажется, на неё смотрели с враждой. Но Лилит быстро впихнула свиток женщине, нервно улыбаясь. Нужно было осмыслить увиденное, пока та вчитывалась в его содержание. Итак, по бокам от ангела стояли двое мужчин. И каждого она знала, хоть и не настолько близко. Геральд не изменял себе в выборе цвета одежды с того момента, как прошла их последняя встреча. Однако она стала более простой, старя его и придавая тому более уставший вид. В последний раз она замечала на нём все взоры не только демониц, но и невинных ангелочков, что невинными и не были вовсе.  Пронзительный взгляд голубых глаз остался всё тем же, впиваясь в женщину и заставляя её немного повести плечами. Второго она не смогла бы забыть никогда. Тот, с кем когда-то Ребекка Уокер, будучи Непризнанной, закрутила роман. Сейчас Лилит была не в курсе того, кем стала женщина, хоть её задатки она видела,  но в ближайших планах такой пункт преобладал. Фенцио постарел, и мать демонов не понимала, как он с должности Престола опустился до простого школьного учителя. Видимо, Небеса сочли нужным разжаловать его. Но сейчас этот ангел был не похож на себя. Глаза окончательно похолодели, стараясь скрыть всё своё презрение к этому миру, но получалось это из рук вон плохо. На лбу появились морщины от часто сведённых к переносице бровей. Он был разочарован, демоница это чувствовала, ощущала его желчь и ненависть, уже мысленно предполагая, что или же кто сотворил с ним такое. Осталось только подтвердить догадки. Мисселина удивлённо взглянула на стоящую напротив женщину. Их никто не предупредил о новом преподавателе. Видимо, мужчины уже устали ждать хоть какого-то вывода от своей коллеги, так что забрали свиток, пробегаясь по нему глазами. С каждой строчкой их брови поднимались выше, а в конце, видя подпись правой руки Сатаны, они моргнули, стараясь развеять мираж. Однако им не показалось, как и то, что незнакомка уже тянула к ним руку, чтобы забрать пергамент. ― Могу я забрать? Я так понимаю, что мне нужно к Серафиму Кроули? ― ожидая хоть какой-то реакции, спросила Лилит, чуть приподнимая брови. Видимо, все были слишком обескуражены. Она ухмыльнулась, всё же забирая документ и сворачивая его в трубочку, кладя на прежнее место. Первой ответила Мисселина, стараясь сгладить неловкую паузу: ― Бастет, верно? ― женщина кивнула, лишая ангела сомнений. ― Приятно познакомиться, я Мисселина, это Фенцио и Геральд. ― она поочерёдно указала рукой на каждого. Мать демонов прикусила язык, чтобы не взболтнуть, что она знает их уже давно. Лилит не любила ангелов, не только потому, что они просто существовали в противовес демонам и приписывали себе намного больше власти и возможностей, хотя за это она их тоже ненавидела, но и потому, что они слишком насолили ей в жизни. Сейчас женщина старалась не выдать всю свою неприязнь к собеседнице, что решила возложить на себя ношу переговоров. Всё же немного уважения следовало вложить в голос хотя бы за это. ― Будем знакомы. ―  демоница натянуто улыбнулась, не ответив на протянутую руку Мисселины. Она не любила прикосновения чужих, особенно таких слащавых и миловидных, как стоящая перед ней особа. Не стоит верить первому впечатлению, образу милого ангелочка, за ними зачастую скрывается душа с гнильцой. Хотя, может быть, она действительно столь невинна, но Лилит это сейчас не интересовало от слова «совсем». ― Может, мы уже отправимся? ― компания начинала надоедать, и от них скорее хотелось избавиться. После всего произошедшего нужно было принять горячую ванну и лечь спать, как минимум. ― Да, думаю, что можно выдвигаться. Вам помочь с багажом? ― убирая оставшуюся без ответа руку в карман мантии, словно ничего не произошло, поинтересовалась ангел. ― Можно на «ты», и я не беспомощная. Если бы мне была нужна помощь, я бы оповестила. ― чуть дёрнув крылом, стараясь не сказать это слишком резко, женщина взяла чемодан, направляясь ко входу. За ней наблюдали три пары удивлённых глаз, но никто не ответил, стараясь сгладить обстановку. Каждый подумал, что нрав её сыграет с ними злую шутку. Они последовали за ней, словно нежданная гостья вела их, а не наоборот. Перейдя порог, отделяющий саму школу, Лилит чуть наклонила голову вбок, рассматривая открывшуюся её взору картину. Потолки были настолько высоки, что приходилось задирать голову, рассматривая фрески с ангелами. Даже здесь они возвышались над остальными существами. Величавые белые колонны располагались друг напротив друга, создавая ощущение того, что ты находишься в древнем Риме, ведь и сам зал был украшен различными скульптурами и бюстами. Картины висели на стенах, погружая демоницу в искусство, что она так любила. Сейчас она была готова стоять здесь часами, рассматривая каждую деталь, находя оригиналы земных картин, но требовалось сначала заскочить к давнему знакомому. Чуть пройдя вперёд, мать демонов пропустила основной преподавательский состав, давая им опередить её и направить в нужный коридор. Уже сейчас разгуливали дети рождённых и бывшие смертные. Пока не хотелось на этом зацикливаться, она разберётся со всем этим позже. Но вот её персоной уже заинтересовались, пуская шепотки и удивлённо рассматривая новую фигуру в их школе. Взгляд Лилит зацепился за одного демона. Она узнала его, эти родные черты, красные крылья, что стали намного больше и величественнее, окрепли с возрастом. И женщина случайно запнулась, чертыхаясь. Это была возможность: возможность рассмотреть сына, разглядеть такие значительные изменения. И она сделала вид, что с чем-то возиться в чемодане, при этом подняв взор на своего мальчика. Но когда он развернулся к ней лицом, отвечая какому-то демону, сердце совершило кульбит и упало в бездонную яму. Она резко вздохнула, физически ощущая всю боль, что Люцифер вынашивал годами. Его сломали, так безжалостно сожгли душу, превращая её в пепел, что осел в радужке его глаз. Стоило только раз увидеть их, и весь мир Лилит, что она так бережно хранила, был готов рухнуть прямо здесь. Пальцы рук закололо, по всему телу распространился холод, смешанный с безграничным желанием мести. Глаза вспыхнули ярким огнём, а рука сжала ручку от чемодана, приподнимая его. Она обязательно рассчитается с теми, кто никогда не стоил всех этих мучений. И рассчитается жестоко, кроваво, мучительно, заставляя каждого гореть в агонии собственных боли и страха. Демоница резко развернулась, и трое преподавателей с неприкрытым сомнением, смешанным с толикой страха, взирали в её глаза. Что могло измениться за столь малое количество времени, проведённое за рассматриванием колёсика изумрудного чемодана, что её спокойный взгляд теперь полыхал кровавым огнём? Они подсознательно чувствовали приближение чего-то необратимого. Интуиция никогда не врала, особенно здесь. И она подсказывала, что эта женщина, неизвестная им троим, неспроста появилась в жизни каждого, находящегося в школе. Лилит быстро сообразила, почему на неё так смотрят. Стоило умерить пыл, оставляя разум холодным. Всё это придёт со временем, а пока она медленно подавляла в себе все чувства, которые хотелось выплеснуть прямо здесь, убивая каждого, кто попадётся под горячую руку разъярённой демоницы. Огни пламени угасали, являя сопровождающим тёмно-бордовые глаза. В них был тот же осевший пепел, разглядеть который могли лишь двое. ― Кажется, колёсико застряло. Можем идти дальше. ― никаких извинений, ничего лишнего, по её мнению. Если не за что просить прощения, зачем же разбрасываться пустыми словами? На неё ещё раз странно покосились, после обмениваясь взглядами друг с другом. Развернувшись, они пошагали вперёд, ведя нового учителя к директору ― Серафиму Кроули. «Уверена, что в учительской мне все косточки перемоют», ― подумала Лилит, внимательно разглядывая их напряжённые фигуры. Женщина не смотрела по сторонам, стараясь не тормозить шедших впереди. Она рассмотрит позже, когда будет возвращаться, наслаждаясь каждым камушком этой архитектуры. Иногда в окнах мелькал двор, туда тоже было решено сходить. Нужно было изведать каждый уголок, каждое возможное укрытие: спокойное и непосещаемое место. Спустя несколько мучительно долго тянувшихся минут троица стояла у двери, пропуская Лилит вперёд. Она кивнула и, постучав, продвинула вперёд массивное дубовое изделие, захлопывая прямо перед любопытными носами с другой стороны. Они могли бы поклясться, что видели на её губах лёгкую ухмылку. ― Добрый день, Серафим Кроули, меня нужно внести в преподавательский состав. ―  положив перед ним свиток, сказала демоница упрямо смотря в его непонимающие и удивлённые от такой наглости глаза. Она не просила, не подлизывалась, не улыбалась кокетливо. Лилит констатировала факт, сухо, без лишнего фарса, словно это был приказ.