Соревнования на любовь

На завтра в школу я прихожу совсем не спеша. Вразвалочку. Тоська и Коля ждут меня на первом этаже. -Поздравляяююю! – виснет у меня на шее Тоська. Удивляюсь откуда ей все известно. Ведь я так и не успела никому сообщить о своей победе. -Ну ты, Степнова, даёшь! – восклицает Коля, потрепав меня по макушке. – Тут такое творится, а ты дома спишь как медведь. – Смеется он. -Аль, Сергеев тут из тебя Настоящую звезду сделал! – радуется Тося. – На тренировке всем объявил, какая ты молодец, что в медали именно твоя заслуга. Становится очень стыдно, когда вспоминаю, чего стоила эта медаль. -Аль, ты чего? – тармошит меня за руку Тоська, заметив мой печальный взгляд. -Да так. – Отмахиваюсь. – Надо привыкнуть к славе. – Пытаюсь выжать из себя что-то на подобие улыбки. -Аааа... -растерянно тянет Тоська. – А вон и Сергеев! – Восклицает она. – Ладно, я на урок, уже был звонок. Удачи!- чмокает в щеку меня подруга и быстренько ретируется. Только сейчас замечаю, что Коли давно нет рядом. Даже и не слышала когда он ушел. А Сергеев подходит все ближе. Я очень рада его видеть. Сердце сжимается от восторга. Я стою на месте как вкопанная не в силах сделать ни шагу. -Привет. – непринужденно здоровается он, слегка хмурясь. – Отдохнула? -Добрый день. Ыгы – Киваю. - Пойдем, Михаил Константинович уже заждался когда ты наотдыхаешься. – Любуюсь, как мило он улыбается уголком рта, но быстро опомнившись спешу за Сергеевым. В кабинете директора, кажется, собрался весь коллектив школы. Все пожимают мне руку, похлопывают по плечу, особо сентиментальные училки даже прикладываются к щеке своими надушенными лицами. Чувствую себя не в своей тарелке, стараясь поймать взгляд Сергеева, который даже на меня не смотрит, уставившись в окно. Скомкано и стесняясь, отвечаю на долетающие сквозь восторженный шум, вопросы. После всех почестей иду на урок. Не могу никак сосредоточится на том, что говорит наша англичанка. К счастью, меня сегодня не вызывают. Тоська пристает с какими-то вопросами, но я ее практически не слышу, погрузившись в себя. -Аль, может в Ильпатио сегодня а? – подмигивает мне подружка. -Давай не сегодня? Я как-то устала... – произношу я, сама не понимая в чем причина моего такого занудства. -Ну ладно... – печально соглашается Тося. -Значит в другой раз. – И снова возвращается к уроку. Сегодня за весь день я больше ни разу не пересеклась с Сергеевым. Грустно и печально от того что наши тренировки закончились навсегда. Уставшая, тащусь из автобусной остановки домой. Телефон вибрирует где-то в недрах рюкзака. На дисплее высвечивается Колина фотка. Напрашивается в гости в кой то выдавшийся свободный вечер, но мне совсем не хочется гостей. Извиняюсь и ссылаюсь на усталость. Он все поймет, уверена. И приняв душ, уже в 7 вечера ложусь спать, так т не дождавшись родителей с очередных передач. Следующий день радует хорошей погодой. Солнце сияет ярче обычного. Кажется совсем по-весеннему. Настроение сегодня лучше вчерашнего. Наряжаюсь и даже соображаю какую-то простенькую причёску. Всматриваясь в свое отражение в зеркале, ловлю себя на мысли о прошедшей поездке. Но отмахиваюсь и выдохнув набираю Тоську. -Привет! Тось, как насчет «Ильпатио» с Колей? – После недолгой паузы получаю Тоськино одобрение такой идее и, распрощавшись, набираю Колю. Договариваемся встретиться на остановке ,,Площадь Ленина,, сразу после уроков. В классе меня уже ждут Тоська и Коля. -К чему такая спешка, Аль?! -удивляется подружка. - В школе обо всем бы и договорились. -Просто настроение хорошее с утра было. – Улыбаюсь я и сладко растягиваюсь на парте. -Ого!А это уже что-то новое. Обычно такая серьёзная последнее время. – Смеется Коля присев на край нашей с Тоськой парты. Улыбаюсь другу и показываю в ответ язык. Весь день я стараюсь упорно сосредоточится на уроках, время от времени то и дело отвлекаемая всякими разными мыслями. После уроков сидим с друзьями в Ильпатио. Тоська довольная уплетает за обе щеки пиццу. Не такая хмурая и более разговорчивая, чем обычно в присутствие Коли. Шутим и весело смеемся. Я сижу лицом к двери и вдруг у меня внутри все просто сжимается от приятной радости. Вижу, как в кафе входит Сергеев. -Аль ты чего? – непонимающе смотрит на меня Тося. Коля оглядывается и молча опускает глаза, полностью занявшись едой. -Да так... - взволнованно ерзаю на месте. Кусок в горло уже не лезет и я, уловив серьёзный взгляд Коли и непонимающий Тоськин, делаю большой глоток апельсинового сока, всеми силами стараясь не смотреть на приближающегося Сергеева. Тренер проходит мимо, совсем не замечая нашу компанию. Краем глаза вижу как он направляется к официантам, делает на месте заказ, окидывает взглядом зал и, осушив стакан с подоспевшей красной жидкостью, расплачивается. -А что у Сергеева с женой? – наивно, как ни в чем не бывало, интересуется Тоня, откинувшись на спинку дивана. Виснет недолгая пауза. Коля дырявит меня пристальным взглядом и даёт короткий и исчерпывающий ответ на вопрос. -Говорят, развелись. -Не думаю, что Сергеев будет тосковать в одиночестве... – беззаботно высказывает свои мысли Тоня. – Аль, а что ты думаешь? -Ыгы. – Поджав губы, киваю. – Ладно, ребят. Может по домам? – предлагаю я, поднимаясь из-за столика. -Можно и по домам! – соглашается довольная Тоська. -Я отвезу. – Любезно предлагает Коля, тем самым заставив подружку нахмурится и смутиться. На улице довольно холодно. К вечеру погода изрядно подпортилась. Поднявшийся ветер, судя по всему, обещает на ночь хорошую метель. -Вот это холодина! – восклицает Тоня. – Ой, я шарф забыла! – Во время спохватывается она, пока мы не отошли слишком далеко. – Я мигом!- Кричит она и мелкими перебежками возвращается в кафе. -Я пока за машиной. -Сообщает Коля. Соглашаюсь и остаюсь на месте дожидаться Тосю. Настроение совсем пропало. В мыслях, в каждом уголке мозга теперь только Сергеев. Смешно даже с самой себя. -Ну что? Пошли? – вырывает меня из своих мыслей вернувшаяся Тоня. И мы движемся на встречу фар Колиной машины. Домой мы едем с ветерком. На «Университете» прощаемся с Тоней и отправляемся в мой район. Едем молча. Наблюдаю за веселыми зайчиками на лобовом стекле автомобиля. На сердце тоска и грусть. Очень хочется слышать голос тренера... И в школе его не видно. Надеюсь, завтра на тренировке хоть увижу... -Аль. – Вырывает меня из раздумий Коля. – Тебе нравится Сергеев? -Чегооо? – от неожиданности сводит под ложечкой. -Ты запала на физрука? – уже по-другому повторяет свой вопрос Коля. - Ни на кого я не запала. – Бурчу, прячась в воротник куртки. Коля замолкает и не задает больше никаких вопросов, за что я ему очень благодарна. Оказавшись возле подъезда, быстро прощаюсь и выскакиваю из машины. Поскорее хочется скрыться от сочувствующего взгляда Быкова. Тошно и без этого. И я вскоре сама не замечаю, как оказываюсь у двери собственной квартиры. Дома мама, судя по аромату, опять варит ненавистный борщ. Морщусь и, поприветствовав ее взмахом руки, прохожу в зал, где под речь президента РФ, с газетой в руках в кресле-качалке дремлет папа. Присаживаюсь на диван не снимая куртку и безэмоционально смотрю в экран. -Альбертина, с тобой все в порядке? – интересуется, нахмурившись, появившаяся в кухонном фартуке мама. -Да. – Как можно уверенней киваю. – Я просто устала. Она по-доброму улыбается. Трепет меня по макушке и предлагает перекусить. Отнекиваюсь, ссылаясь на посиделки в «Ильпатио» и сытость. И пожелав спокойной ночи, отправляюсь к себе. -Ну Лида! – слышу доносящийся из зала возмущенный голос папы. -Ты все равно не смотришь. – Уверенно отвечает мама и по звуку знаю, как она кладет пульт от телевизора на секцию, а папа скрипит креслом, встает и, шаркая спрсонья тапочками, направляется на кухню. Улыбаюсь этой каждодневной процедуре и закрываю дверь комнаты. Забираюсь в кровать. Грустно и печально. А завтра опять очередная пытка. Опять встреча с тренером. Опять тренировка. Но не такая долгая и не такая упорная. Внезапно навалилась такая тяжесть, от которой в одиночку невозможно избавиться. Я никогда, признаться, его не замечала до этого времени. Ну Сергеев и Сергеев. Ну тренер и тренер. А теперь... Он будто стал центром моей вселенной. Моего маленького личного мирка и в тоже время моей огромной подростковой вселенной. Иногда просто хочется сдернуть с себя всю эту тяжесть, подобную огромному валуну накопившихся переживаний и депрессий, и сказать всем, помохав ручкой, “Адьёс, амигос!”